Уроки жизни

21 мая

— Добрый день, — неловко улыбнулась я незнакомке, которая рассматривала меня так, будто я перед ней только что пожарного из горящего дома вынесла. Восхищение, непонимание, удивление, интерес. Такой коктейль эмоций я никогда раньше не видела. Но кто это? — Я могу вам чем-нибудь помочь? — вежливо спросила я, немного отойдя от шока и смущения. Но вместо ответа мне протянули тетрадь. Я уже хотела принять ее, как странные смешки Рюка меня остановили. Да и тетрадь какая-то до боли знакомая. Я еще раз посмотрела на девушку, на тетрадь, на девушку… — Амане Миса? — неверяще спросила я ее. Видимо, она переоделась, чтобы ее не заметили. Она ведь довольно знаменита. И вообще… Почему я не додумалась до этого? — Да, — улыбаясь во весь рот, кивнула модель и посмотрела чуть выше моей головы, —А ты… — Лиа, — невежливо перебила я ее, но тут же осеклась и спокойно добавила, — прошу, зови меня просто Лиа. Хорошо? — Конечно, — все так же улыбаясь, ответила она, опуская руку с тетрадью, что до этого протягивала мне. — Я рада, что ты нашла способ связаться со мной. — Я тоже. Может пойдем куда-нибудь в кафе? Там будет удобней поговорить, верно? — Верно, — согласилась Миса со мной. Шли мы молча. Я чуть впереди, показывая дорогу, а Миса за мной, как примерная ученица. Рюк где-то там же, видимо, разговаривая с Рем, поскольку от него доносились лишь обрывочные, неясные фразы. Но стоило нам прийти в кафе, как Миса уставилась на меня с ожиданием. Это было настолько непривычно, что я даже зависла ненадолго. Хотя потом до меня дошло, что это я пригласила Мису, значит я и должна говорить. Прочистив горло, я мельком осмотрелась (паранойя начинается, похоже) и решилась заговорить. — Я не Кира, — сразу вылетело у меня, хотя я не планировала начинать так резко. Это откровение даже меня выбило из колеи, не говоря уже о Мисе, чье лицо менялось ежесекундно. Нет, я вовсе не супермастер по чтению людей по лицам, но живая и эмоциональная модель даже для меня была, как открытая книга. Выдохнув, я решила выложить все начистоту. Надеюсь, получится сказать все без запинок, четко, логично и последовательно. — Я всего лишь владею тетрадью, в которой пишет Кира. Он… Кира мой брат и сейчас ему нужна помощь, нужно найти соратника. А вот ты - настоящий Второй Кира. Значит он ищет тебя. Ты ведь хочешь ему помочь, верно? Это твой шанс показать себя и отблагодарить твоего спасителя. В глазах Мисы загорелся огонек. Я боялась, что она начнет задавать вопросы, что не послушает меня, что не поверит… Но она поверила. Мотнув головой, будто вытряхивая из нее бредовые идеи и мысли, я наклонилась к уху Мисы и прошептала. — Киру зовут Ягами Лайт. Мы с моделью мило поговорили, а потом попрощались и разошлись. Меня одолевало смутное сомнение. Нет, я не сомневалась в самой девушке. И в том, что поступила именно так, как была должна, я была в этом уверена. Кира и Кира-2 должны были встретиться. Да, должны. Но… Почему мне кажется, что я только что испортила жизнь милой девушке? Ей из-за этого придется пережить много не очень приятных и совсем не приятных моментов. — Как тебе Миса, Рюк? — решила я немного отвлечься от непонятных мыслей. Бог Смерти лишь пожал плечами. Ему было плевать, как и всегда, впрочем. А вот я… У меня никогда не было подруг. Возможно это как-то связано с той-прошлой моей жизнью, ведь объективных причин сейчас для этого не было. Моя странная для Японии внешность лишь притягивала внимание. Чудачества от незнания принимались, как что-то должное, но веселое и интересное. Да и Лайт сыграл в этом немалую роль. Ведь к такому идеальному брату вполне можно подобраться через сестру. Но я отнекивалась от любой возможности. Однако, теперь, пообщавшись с Мисой, у меня возникло странное чувство, будто я ответственна за нее. Мне кажется, именно это чувство и есть «беспокойство за друга». Хотя мы и не друзья, но я понимаю, что совсем не хочу, чтобы Миса страдала. Она милая, по своему добрая (если не считать то, что она людей убивает), красивая и, в отличие от меня, имеет чувство вкуса (надо будет как-нибудь попросить проконсультировать меня в этом вопросе), умная, пусть и не дотягивает до уровня гениев, но, явно, умнее меня. И еще она сильная. У нее убили родителей, а она не сдалась, не сломалась. По ней не скажешь, что она, как брошенный на произвол судьбы щенок, хотя ситуация очень похожа. Вот, что значит сильная душа. — Ужасно выглядишь, — оторвал меня от мыслей Рюк, ткнув острым ногтем мне в щеку, и заглядывая в глаза. — Нормально, — отмахнулась я от него. Но тут же осадила себя. Мне вдруг показалось, что я очень груба с Рюком. Что он вовсе такого не заслуживает. Спасло меня то, что я вспомнила, что это он бросил Тетрадь Смерти в мир людей. Просто от скуки. «Стоит чаще себе напоминать такие факты,» — не очень весело подумала я. Да, стоит помнить. Помнить, что сейчас практически идет война. Что мой любимый брат может запросто убить меня, если захочет или я вдруг буду ему мешать. Что тот, кого я полюбила, как минимум считает меня серийным убийцей. Веселая у меня жизнь, не правда ли?