Уроки жизни

6 октября

      — Какая ты влюбчивая, — смеялась Миса, рассматривая моё отражение в зеркале, — Но это правильно. Нельзя позволить всему идти своим чередом. Нужно брать судьбу в свои руки и действовать, а то уведут…       От слов модели я покраснела и хотела уже начать оправдываться, но потом решила, что не стану. Тогда ведь я перейду на истории из собственной жизни, а Мисе незачем знать лишние детали биографии. Да и знать там нечего. Единственный раз, когда меня приглашали на свидание оказался розыгрышем неприятелей.       Сама я никогда не влюблялась. До появления гениального детектива, конечно. Хотя дело здесь, может быть, в том, что в Японии красивыми считаются утончённые молодые мужчины, а меня привлекают более мужественные и зрелые. Хм, а Эл, он...       И в Айбера я вовсе не влюблена! Просто рядом с таким шикарным, во всех смыслах мужчиной, не хочется чувствовать себя замарашкой, вот я оделась соответственно. Юбка до колен, рубашка, жилетка. Типичная отличница, да и только. Не мой образ. Это моя первая смена одежды за... Фиг знает сколько времени. И, конечно, Миса видит в этом Знак.        — Для Него ты хочешь быть красивой, с Ним ты хочешь проводить время, Его мнение для тебя важнее всего… Вот, что такое любовь! -наставляла меня восхищенная Миса, а потом подмигнула, —Его внимания ты хочешь добиться, заставив ревновать.       Я вдруг поняла, что, оказывается, она знает меня куда лучше, чем я думала. Со вчерашней ссоры почти ничего не осталось. Хотя шикнуть на девушку хотелось. Что она такое говорит?! Я же не на свидание собираюсь, в самом деле. Я хочу просто поговорить с ним.        Он — Айбер. Новый член нашей команды. Эл не смог добиться официальной помощи, поэтому нашёл неофициальную. Айбера и Уэди. Первый — аферист, мошенник и просто восхитительный мужчина. В отличие от занятой Уэди, он все время находится в Штабе и ничего не делает. Оно и понятно, ведь Уэди — воровка. Её дело ближе к риску и действиям.       Поэтому я решила, что не стоит талантам Айбера простаивать. Ведь помимо всего прочего, он хороший психолог, а мне давно требуется разобраться в себе и состоянии своего рассудка. В конце концов либо я сошла с ума, либо весь остальной мир.        Да и глупо проявлять такую симпатию к человеку старше… У меня банально нет и шанса. К тому же он, кажется, женат. Не может быть, чтобы такой мужчина был один.       С этой мыслью, я грустно улыбнулась Мисе и похлопала ее по плечу. Все же, она хорошая девушка, это у меня с головой не в порядке. Айбер расположился на четыре этажа выше и идти к нему пришлось довольно долго. Лифты я принципиально недолюбливаю с тех пор, как прочитала "Автостопом по галактике". Не стоит доверят лифтам. В голову лезли мысли, но я старательно их разгоняла, как и страхи перед встречей. Вот и дверь. Большая. Красивая. Не люблю закрытые двери. Они ограничивают...и дают время подумать. Можно войти, а можно уйти. Пока ничего не решено и можно с чистой совестью повернуть. Да, кого я обманываю? Это обычная дверь. В этой многоэтажке двери вообще не шибко щеголяют разнообразием. В моей комнате точно такая же... Что это я трушу? Не съест же меня Айбер, верно? Дурацкие двери. Не люблю двери... Да, я позорно сбежала, так и не решившись встретиться лицо к лицу с мужчиной.

***

      Утро, день и, соответственно, вечер, подходивших к концу суток, выдались «на славу». Столько эмоций, глубоко не положительных, замечу, я не испытывала давно. Сейчас мне срочно нужно было сбросить с себя все накопившиеся за это время. И лучшего способа, чем потренироваться, я не знала.       Бедная боксёрская груша давно не знала такого…отчаяния. Да, я в отчаянии. Плохая была идея, попытаться разобраться в себе. Очень плохая. Словно я раздавила жука-вонючку или вскрыла нарыв. Все плохое выливается наружу. От этого только хуже. Жжение и боль подсказывали, что не только груше досталось по первое число. Но боль хоть немного отвлекала от эмоций.        — Незачем так себя терзать.        Я слабо отреагировала на это.        — Что ты здесь забыл, Рьюзаки? И куда ты дел моего брата? — голос, как я ни старалась, дрогнул. Глубоко вздохнув, я перестала мучить спорт-инвентарь и посмотрела на вошедшего детектива. В его руках была какая-то коробочка, но сумрак не позволил рассмотреть, что это принес Эл. И мой взгляд на эту подозрительную вещь не укрылся от него.        — Лайт спит, — коротко ответил он, заставив меня подозрительно прищуриться. Он Лайта снотворным опоил?— Присаживайся, — Эл указал на скамейку. Спорить я не стала, тем более что сил на это совсем не осталось. Рьюзаки устроился рядом, и аккуратно взял мою ладонь в руки.       — Мягкие, — погладил он окровавленные костяшки с таким видом, будто они перед ним зацвели и корни пустили. А потом принялся обрабатывать «ранения», — словно никогда в жизни ты не знала ручного труда. И да и нет. Мозоли никак не хотят появляться даже после нескольких лет тренировок. Это отнюдь не моя заслуга. Сатико-сан часто предлагала кремы для рук, говоря, что за руками никогда не рано начать уход. Но я лишь хихикала в ответ. Отсутствие мозолей позволяло скрыть мои занятия с Рейкоку-сенсеем, но вместе с тем, я никак не могла набить конечности, а это проблема.       — Это хорошо или плохо? — без интереса спросила я. И только после того, как произнесла это, поняла, что именно произошло. Неужели, не смотря на запись, Эл не мог поверить, что я вправду могу дать отпор? Все же, я не произвожу впечатления грозного соперника.       -Тебе решать, — уклонился он от ответа, чем вызвал у меня вымученную улыбку,— Тяжёлый день?       — Да, — вдруг до меня дошло: он видел мой визит к Айберу. Детектив следит за всеми, с чего бы аферисту быть исключением из правила? Или кто-то ему об этом рассказал? Может и сам "психолог". Какая теперь разница? — Я безнадёжна, да?        — А как ты думаешь? — снова перевёл он стрелки.        — Я думаю, что все это смахивает на бред сумасшедшего или писателя-фантаста. — наблюдая, как длинные пальцы Рьюзаки справляются с бинтом. Слишком много для тех небольших ранок, что я сама себе нанесла. — Нет, это похоже на плохое кино про шпионов. Обычная семья попадает в совсем не обычные обстоятельства, чтобы проверить дух единства. Только вот, эта семья не прошла испытаний.       — Ты слишком строга, — Эл закончил с одной рукой и взялся за другую.       — Разве? — удивление почти не отразилось на моём лице. Даже вся странность ситуации меня не смущала. Плевать. Я слишком устала, — Сатико-сан и Саю так далеко. У меня не хватает смелости даже позвонить им и сказать: «Все хорошо, мы в порядке». Лайт рядом, но между нами вдруг образовалась пропасть. Раньше мы понимали друг друга без слов и всегда шли рука об руку. А сейчас… если скажем нечто большее, чем приветствие, то это уже удивительно. Про Соитиро-сана и говорить нечего… Кажется, он меня ненавидит…       — Вовсе нет, — опроверг мои слова Рьюга, — он, как и ты, переживает из-за вашей ссоры.       — Может быть, — пожала я плечами, — Но как бы хотелось вернуться в то время, когда все было по прежнему.       — Ты ненавидишь меня? Этот вопрос застал врасплох. Впервые за наш разговор, я стала серьезно всматриваться в его лицо. Но детектив наоборот смотрел лишь на мои руки.       — С чего я должна ненавидеть тебя?       — Все началось в тот момент, когда появился я.       — Ты забавный, — хихикнула я уже вполне искренне. Он виноват? Может это он вложил в руки брата оружие массового убийства? Это он свел Лайта с ума? Он убивал людей?  — на самом деле, есть только один человек, которого я ненавижу. И он сидит напротив тебя. Глаза сами собой опустились куда-то на пол. Что я такое говорю? Что за дурость, а?       — Даже если я скажу, что с самого начала подозревал не Лайта, а тебя...— оторвавшись от рук, Эл взглянул мне в глаза. Попытался. Что ж, попытка защитана и я так-же подняла взгляд.       — Врёшь, — снова хихикнула, — тогда ты был бы куда снисходительнее ко мне, ведь видел…как я к тебе отношусь.       — Как относишься? — удивление на лице детектива было таким реалистичным и искренним, что я едва не поверила.       — Уже говорила… — попыталась я отвертеться от ответа, но испытующий взгляд детектива дал понять, что не получится. Он хотел, чтобы это было произнесено. Я уже открыто говорила, что люблю его. Но это было произнесено шуточной форме, что соответствовала той радостной атмосфере. А сейчас предстояло сделать это в разговоре один на один... Ясно почему слова никак не хотели складываться в предложение. Слабо улыбнувшись, я опустилась взгляд, — Говорила, что люблю тебя…       Кривая улыбка сползла с лица. Он так близко. Снова склонился над моей «раненой» рукой и что-то колдует почти в кромешной темноте. Давно стемнело, но ни одному из нас не пришло в голову включить свет. Мне, занимавшейся самокопанием и самобичеванием, это было не к чему, а сейчас, разглядывая лицо Рьюги, и вовсе в голову полезли другии идеи.        Например, как я так просто могу сидеть в компании человека, который, мало, что не верит мне, так ещё и стремится причинить вред? Нет ни молчаливого обещания, что все будет хорошо, ни уверенности в том, что мы просто будем на одной стороне в этом противостоянии. Но рядом с Рьюгой на душе вдруг стало спокойно и тихо. Никаких сомнений в себе или в будущем.        — Готово, — Эл отпустил мою руку и я смогла её рассмотреть. Детектив перестарался. Бинты охватывали не только покалеченные костяшки, но и всю ладонь, пальцы и даже немного запястья.       — Тебе следует поберечь себя, — предупредил Эл. Еще бы строго погрозил пальчиком.        — Да, — кивнула я в ответ, но поймала себя на том, что разглядываю уже не свои руки, а силуэт детектива в полумраке. Взгляд скользнул по его губам. «Какие красивые». Покраснев, я опять опустилась глаза. «Что за мысли? Но с другой стороны…» — я сжала кулаки, — «Если не сейчас, то когда? Я же люблю его! Миса была права, нужно брать судьбу в свои руки.»       Смущаясь, как никогда в жизни, я встретилась взглядом с Рьюгой. Рука мелко дрожала, когда я осторожно прикоснулась к его щеке кончиками пальцев. Он не оттолкнул, хотя я ясно обозначила свои намерения, но и не двинулся на встречу, как в любовном романе. Это внушало надежду. Уже немного решительнее я двинулась дальше.        В сантиметре от лица детектива, когда гулкий стук сердца заглушал остальные звуки, когда я уже чувствовала его тепло, а сбитое дыхание касалось его кожи, я…струсила. Снова. Как перед встречей с Айбером. Но на этот раз отступать было поздно. Я осилила только короткий, почти детский, поцелуй в угол тонких губ.        Немного отстранившись, я не смогла поднять глаз на Рьюгу.       — Прости, — прохрипела я, вдруг севшим голосом, и уже думала позорно сбежать, но тонкие пальцы детектива стальными кольцами сковали запястья.       — Скорее всего мне не следует это говорить, — Эл пытался заставить меня посмотреть на него. Как я не старалась увернуться, он продолжил говорить только тогда, когда у добился своего, — кто бы не был Кирой, он хотел, чтобы вина за его преступления легла на тебя…