Уроки жизни

–Ты.! –Тшшш, — приложив когтистый палец к синим губам, шинигами заставил меня замолчать, — Мне то ничего не будет, но вот у тебя могут возникнуть проблемы. Я закрыла рот рукой, пытаясь скрыть улыбку. Но не получалось. Я была слишком рада видеть Рюка. Хотелось обнять этого пройдоху, прямо как Лайта сегодня утром. И на самом деле приходилось сдерживать себя, чтобы не сделать этого. Я и не подозревала, как успела соскучиться по шинигами следующему у меня за спиной. Неужели настолько привязалась к нему? Хотя, было бы странно, будь это не так. Шинигами ведь был… почти частью меня. Как ещё можно относиться к тому, кто был рядом двадцать четыре на семь? –Я вижу, как тебе неймётся, — рассмеялся Рюк и оскалил неровные зубы, — Но ты не должна быть такой неосторожной. Повернись и делай вид, будто ничего не изменилось. Я сделала недовольное лицо, припомнив как нечто подобное уже было. Притворяться сложно. Я ведь не Миса и не Кира… Стоп! С чего бы Рюку говорить мне что-то подобное? Я с подозрением посмотрела на бога смерти. Но тут же ощутила на висках большие прохладные руки, которые насильно вернули мое лицо к сцене, на которую уже улетела Миса, а Мацуда с опущенными плечами плелся за ней. –Лиа, что с тобой? — спросил Укита-сан, пытаясь одновременно с этим подкурить сигарету. Я притихла под внимательным взглядом полицейского. Ах, да бывшего полицейского. –Ни…фиво? — я сама удивилась и мельком глянула на Рюка, который и растянул мои губы в разные стороны. –Улыбайся. Люди тянутся к тем, кто счастлив, — бог смерти, подчеркнувший это из краткого курса психологии, когда ходил со мной в Тодай, сам пакосливо лыбился. Сам ведь только что говорил, быть мне осторожнее! Я хлопнула себя по щекам, пытаясь отогнать шинигами. И скривилась от боли. А я сильная… –Понимаю, — Укита-сан немного смягчили и участливо похлопал меня по плечу, — Молодой девушке сложно видеть такие откровенные сцены. Что? Какие сцены? –Укита-сан… — беспомощно посмотрела я на него снизу вверх, не зная как оправдаться. Мужчина покраснел и резко отвернулся. На фоне раздавался искренний смех Рюка. –Как же я скучал по этому. Меня охватило странное чувство. Будто прошлое вернулось. Я улыбнулась с толикой ностальгии. Пришлось признать, мне тоже этого не хватало.

***

–Юки, это Йошиюки Кио?! Тот самый? — я даже привстала от наплыва эмоций. В кафе, куда по моей просьбе, наша компания завернула на обратной дороге в штаб-квартиру, люди оборачивались и очень осуждающе смотрели. Будто мы делала что-то предосудительное. Но лично мне было плевать, как и Мисе с которой я требовала ответ. Что не скажешь про наших сопровождающих. –Ну да, — как ни в чем не бывало ответила модель, помешивая трубочкой коктейль. Но потом сбросила с себя маску холодности и улыбнулась, — У меня была такая же реакция, когда узнала. Это моя первая серьезная роль! Сначала я сильно волновалась рядом с Юки. Но он оказался очень милым парнем. –Парнем? — уже спокойнее, но все ещё на взводе, я села на свое рядом с Укитой-саном, — Он в два раза старше и меня и тебя. –По-твоему, парни старше вас двоих, не могут быть милыми? — возмутился мой сопровождающий. Его темные глаза метали молнии, а на щеках был заметный румянец. –Почему, — пошла я на попятную, — Мацуда очень милый! Тода-сан закашлялся, подавившись напитком. Засмеявшись, Миса похлопала его по спине, а потом схватила за локоть и, прижавшись, томно вздохнула: –Конечно, он очень милый. Но Лайта я всё равно люблю больше! –Ну да, я знаю, — честно ответила я, но Миса, будто не поверив, подозрительно посмотрела на меня, — Честно. Я тебе верю, — я едва не смеялась, наблюдая за тем, как краснеет Мацуда, но не решается оттолкнуть Мису. На секунду во мне возникло желание повторить тот же маневр, что и Миса с Укитой-саном, но посмотрев на спокойного мужчину передумала и помотала головой. Я же не для этого уговорила всех ещё немного задержаться. –Я отойду, — хлопнув ладонью по столу, чтобы привлечь внимание, с улыбкой сказала я всем и поднялась. Хирокадзе-сан повторил этот манёвр. Следовало ожидать. Перед дверью в женский туалет я хитро посмотрела на моего стража. –Проверите, что там? — смущаясь, он все же открыл дверь и прошёлся взглядом по пустому помещению и, чуть ли не выбежал обратно. Я с восхищением посмотрела на Укиту-сана, — Как профессионально! Не думала, что вы правда это сделаете. –Иди уже, — приказали мне тихо, но угрожающе. Оставшись в одиночестве, я принялась быстро снимать с себя одежду. –Не думал, что ты на столько рада меня видеть, — растянув зубастый рот, улыбался шинигами в отражении зеркала. Я молча показала на своё ухо и продолжила прощупывать швы одежды и подкладку. Может быть у меня и паранойя, но не хотелось бы попасться на таком серьезном, как разговор с шинигами. А что для великого детектива стоит вшить в мою одежду пару жучков или микрофонов? –Вроде ничего нет, — выдохнула я и, встав в полный рост, обняла шинигами где-то в районе пояса, — я скучала, Рюк. –Да. Я тоже, — большие ладони похлопали меня по спине, — А ты веселишься тут без меня. Я отлипла от шинигами и прокрутила в голове воспоминания о времени, пока Рюка не было. Заключение. Известие о казни. Снова заключение. Вчерашний вечер… –Ты пропустил пару интересных моментов. Но не больше, — призналась я немного грустно и внимательно посмотрела в жёлтые глаза с красной радужкой, — Но в чем дело Рюк? Разве это входило в ваш с Лайтом план? –Я здесь не ради твоего брата, — покачал он головой. И вдруг замолчал, будто собираясь с мыслями. Это… не похоже на Рюка. –Тогда не говори, — спокойно сказала я. Хотя внутри все сжалось. Рюк будто хочет поговорить о чем-то серьезном. Серьезные разговоры всегда… часто грустные. И приходится что-то думать, решать. Все ведь только налаживаться стало! — Не надо. Даже боги смерти могут умереть. –Да, это запрещено, - не унимался шинигами, — но ты должна знать, что скоро умрёшь. –Ха? Я… что… Как?! — я не могла подобрать слов. Посмеяться бы над этой шуткой. Только Рюк не шутит. Я ведь знала. Знала! Знала, что не хочу ничего знать... –Я не знаю как ты умрёшь, — серьезно ответил на мое бессмысленное нытье шинигами, — боги смерти видят имена людей и сколько им осталось… –Я знаю, — ответила я резко и прижала руку к слишком сильно бьющемуся в груди сердцу. Надо успокоиться, взять себя в руки, — сколько? Сколько мне осталось? — я посмотрела на ничего не ответившего Рюка, — Год? Полгода? –Около трёх дней.

8 октября 2004 года