Live my dream

Кенсу не думал, что все обернется вот так — громким хлопком двери и повисшей мертвой тишиной в квартире. Очередная ссора, очередное плохое настроение и прощай Чонин. В тот вечер парень не вернулся. Громкий Чонин и тихий Кенсу — какая нелепая пара из них складывалась, все так думали, пока однажды Чонин не объявил всем, что теперь Кенсу его парень. Смех Сехуна замолк, как только он понял, что Чонин не шутит. Чонин вообще любил глупо шутить, но в этот раз он понял по глазам друга, что тот настроен серьезно. Кенсу с первого взгляда понял, что Чонин станет его несчастьем. Чонин медленно и верно убивал его, убивал своими губами, своим шепотом и теплыми руками, своим проникновенным взглядом и тем самым словом, ради которого Кенсу готов был на все: «Доверься». Их любовь начиналась легко как дуновенье ветерка и одновременно стремительно как яростный вихрь. Их любовь заключалась в кончиках пальцев, медленно скользящих по губам в приступах нежности, их любовь заключалась в злой тишине, на смену которой спустя время приходило сожаление и извинения, наполненные страстными поцелуями и касаниями волос. Их любовь завораживала и пугала. Потому что, какая любовь без ссор, обид и непонимания? Если Чонин приходил в университет мрачным как туча, значит, Кенсу точно отсиживался дома, уставившись немигающим взглядом в белую стену. Как же так получилось, что громкий Чонин и тихий Кенсу вместе? Любовь была невероятной штукой, вытворяющая самые невероятные вещи. Пьяная ночь, которая должна была закончиться в ночном такси, любезно вызванное другом, но закончившаяся признанием у подъезда. Такой тихий Кенсу, наивно полагающий, что Чонин все забудет, просто прошептал на ухо три слова, и на следующее утро заставший абсолютно трезвого Чонина на пороге у себя дома с серьезным выражением лица и вопросом «Давай встречаться?». Вновь и вновь прокручивая ту сцену у себя в голове, Кенсу все вспоминал, когда все пошло не так? Когда они начали вместо утренних разговоров вести утренние молчания? Когда Чонин наконец обнимет Кенсу? Когда? Кенсу помнил те времена, когда они бредили друг другом — трепетные прикосновения, тайные поцелуи, рваное дыхание и обжигающие поцелуи. Когда это все прекратилось? Быть может тогда, когда Чонин вместо дня рождения своего парня пошел на вечеринку к Сехуну? Или может тогда, когда Кенсу привел домой одногруппницу, чтобы провести совместный проект? Или может тогда, когда Чонин в первый раз не пришел ночевать домой? Так что же пошло не так? Как так вышло, что спустя два года их отношений вместо «Доверься» теперь звучало «Я приду поздно». Кенсу не любил горькую еду, но теперь на ужин он заедал горечью, а ночью сменял ее на сладкое вино. Громкий Чонин и тихий Кенсу были самой несуразной парой, которая познакомилась совершенно обычным способом — Чонин столкнул Кенсу с лестницы. Нечаянно, конечно. И нет, Кенсу абсолютно не поддавался виноватым глазам, ежедневным визитам в больницу и бесконечным подаркам и извинениям. Потому что такой как Ким Чонин никогда не обращал внимания на такого как До Кенсу, так с чего ему было волноваться Кенсу даже если тот и не злился вовсе? И с чего это Чонину здороваться с Кенсу каждый раз, как только они сталкивались в университете? С чего Чонину угощать его пончиками на завтрак ведь Кенсу абсолютно не любит сладкое (ну может быть временно не любит)? Это не Кенсу решил встречаться с Чонином, а алкоголь все за него решил. Кто же знал, что Ким Чонин, раздолбай, совершенно не умеет пить? И почему у этого раздолбая оказалась такая хорошая память? С приходом Ким Чонина До Кенсу стал замечать времена года. Например, первый снег и холодные поцелуи, онемевшие от мороза руки под рубашкой Кенсу и возмущенные вопли; или слепящее солнце глаза, жесткие колени и нависший над ним парень, не дающий дочитать последнюю главу с приставаниями поскорее снять рубашку; а может и те летние брызги, цепляющиеся тонкие кисти об смуглое тело, крики о помощи, когда Чонин дразнил его, пытаясь стянуть белье на виду у их друзей? Почему с Ким Чонином самые обычные вещи приобрели такой детальный вид? Но говорят, для отношений одной любви не хватает. Смуглый парень, который танцевал так, как будто это был его последний день жизни, возможно, не догадывался об этом. Тогда почему для Кенсу все было так однозначно, а Чонину этого было недостаточно? Жадность? Легкомысленность? Или лишь простое увлечение? Кенсу не знал, когда все полетело в Тартары. Знал лишь то, что одной любви для Чонина мало. Но больше ему было нечего отдать. Кенсу закончился там, где Чонин решил, что любовь слишком проста для него. А До Кенсу сменял горечь на сладкое вино.