Исполнение желаний

- Иногда мне хочется, чтобы меня взяли силой, - вырывается у Уилла во время одного из сеансов. Он сам не знает, что сподвигло его это произнести. Сегодня был чертовски тяжёлый день, а в начале сеанса Ганнибал ещё и налил ему бокал вина, сказав, что это поможет расслабиться… И он действительно расслабился – а теперь у него вырываются эти дурацкие и необдуманные слова. - Вы мечтаете быть изнасилованным, Уилл? – Лектер ничем не даёт понять, что удивлён. - Ну, не совсем, - Уилл снимает очки, кладёт их на край стола, устало трёт ладонями лицо. – Просто… чтобы кто-то, кто мне нравится… не спрашивая разрешения. Не слушая возражений. Не обращая внимания, если буду отбиваться. И чтобы это не было похоже на игру… Глупо, да? – он берёт свой бокал и допивает оставшееся вино. Глаза за день привыкли к очкам, и сейчас точёные черты Ганнибала самую чуточку расплываются. Впору подумать, что Лектер что-то подмешал ему в вино – сыворотку правды, блин, иначе с чего вдруг так развязался язык? – но ведь это невозможно… - Вы хотите не чувствовать ответственности за происходящее, - Ганнибал понимающе кивает. Чертовски понимающе – интересно, так же бы он кивал, если бы понимал всё? – И не быть вынужденным принимать решения. - Да, - Уилл не возражает. – Наверно. И не соблазнять, не объяснять… ничего. Просто получить то, что хочу – и иллюзию того, что мне это дают насильно. Или не иллюзию. Не знаю. - Отношения с мужчинами привлекают вас больше, чем с женщинами? - По-разному бывает, - Уилл пожимает плечами, вспомнив тех женщин, которые у него были – и Алану Блум, с которой ничего не получилось. – Но я точно не хочу, чтобы меня изнасиловала женщина, - у него вырывается короткий смешок, когда он пытается представить себе эту картину – признаться, совершенно не возбуждающую. Разговор незаметно переходит на другую тему, они говорят ещё о чём-то. О чём-то важном – а может быть, ничего не значащем. Он уже ни на что не обращает внимания. Он так устал за этот длинный день… и так сильно хочет… так хочет. Его час заканчивается, слышится мелодичная трель будильника Ганнибала, они оба поднимаются с кресел. Он – последний пациент в распорядке Лектера; сейчас тот, скорее всего, тоже отправится домой. Они вместе выйдут из здания; вежливое прощание, пожатие прохладной сильной ладони, каждый садится в свою машину… Уилл сдёргивает с кушетки свою куртку и первым делает шаг к двери, собираясь одеться на ходу. И – оказывается к своему неофициальному психотерапевту спиной. Он даже не обратил на это внимания – в конце концов, не бояться же ему Ганнибала?.. Лектер хватает его сзади за шею, сжимает пальцы; Уилл роняет куртку, хрипит и дёргается, пытается вывернуться из захвата, врезать локтём или ногой – но Ганнибал оказывается чертовски сильным и держит его неожиданно умело. В глазах темнеет; Грэм смутно осознаёт, что ему заламывают руки за спину и бросают грудью на стол… и – начинают расстёгивать ремень джинсов. - Доктор Лект… Ганнибал… - Уилл всё ещё пытается сопротивляться, к лицу приливает краска – не столько от усилий, сколько от стыда, что его не так поняли… чёрт, нет – поняли слишком правильно. – Я… я не всерьёз… я не имел в виду… тебя… - брюки резко дёргают вниз вместе с бельём, рубашку с майкой задирают на плечи, колено Ганнибала втискивается между ног, к обнажённым ягодицам прижимается сквозь брюки чужой напряжённый член, - я не просил… - Мне всё равно, о чём ты просил, Уилл, - горячий шёпот Ганнибала обжигает ухо, акцент становится сильнее. – Мне всё равно, чего ты хотел… - болезненный поцелуй-укус в шею, заставляющий вскрикнуть сквозь зубы, - и кого имел в виду. Я не выполняю твою просьбу. Я беру то, что хочу взять. И в эту секунду Уилл верит. Верит – благодаря низкому голосу Ганнибала, стальной хватке его пальцев на горле и грубым ласкам. - Неожиданно для интеллигентного психиатра, - он фыркает, вжатый в жёсткую полированную столешницу, и чувствует почти болезненную эрекцию. Да, Ганнибал уже давно вызывает у него желание – но так у Уилла в его присутствии ещё не стояло. С другой стороны – Ганнибал ведь ни разу не обращался с ним так, как сегодня, верно? - Я могу быть разным, мой милый Уилл, - ещё один укус – проклятье, ведь синяки на самом виду останутся… - Сейчас ты видишь другую мою сторону… - Ганнибал просовывает руку Уиллу между ног и довольно хмыкает, нащупав каменный стояк, - и тебе это нравится. Уилл больше не пытается вырваться, не пытается возразить – только рвано и тяжело дышит. Ганнибал продолжает держать его одной рукой за шею, пальцы второй скользят между ягодиц, уже вымазанные в чём-то скользком и прохладном – и когда он успел достать смазку?.. - Расслабься, Уилл… Ты же не хочешь, чтобы тебе было слишком больно… Подготовка недолгая, и Лектер не особо старается быть осторожным. А потом расстёгивает собственный ремень, высвобождает член и входит резким толчком на всю длину – и Уилл до крови прокусывает нижнюю губу, пытаясь не застонать в голос. Это ведь то, чего он хотел, так?.. Удовольствие, смешанное с болью… Не чувствовать ответственности за происходящее… Член внутри задевает простату, ладонь Ганнибала ложится на ноющую плоть самого Уилла, Лектер проходится дорожкой коротких поцелуев вдоль позвонков – и Грэм больше не пытается сдерживать срывающиеся с губ хриплые стоны. К чёрту. Ему можно. Сейчас – можно. И он стонет, распластанный на дорогом столе, стонет под жёсткими глубокими толчками Ганнибала, посылающими вспышки болезненного наслаждения по всему телу. Движения Лектера становятся быстрее, он плотнее сжимает руку, отрывистее ласкает член Уилла – и Грэм кончает первым, хрипит в скрутившем тело сладком спазме. Ещё несколько секунд – и Ганнибал с приглушённым рычанием впивается острыми зубами в основание его шеи, а внутрь течёт горячая влага. Лектер не отказывает себе в удовольствии ненадолго лечь на Уилла, придавив его своим весом к столу и оставаясь в нём, вытирает испачканную спермой руку о его бедро – а потом медленно выскальзывает из растраханного тела и мягко обнимает Грэма, заставляя выпрямиться и разворачивая к себе лицом. И – укладывает головой к себе на плечо, словно и не было только что жёсткого секса, больше похожего на насилие. - Ты бы не сделал этого, если бы я не попросил, верно? – хрипло спрашивает Уилл, вжимаясь лицом в чуть влажную от пота шею Ганнибала. - Нет, - почти с нежностью говорит Лектер, поглаживая его по всё ещё не прикрытой рубашкой спине. – Никогда бы не сделал. Впрочем, - он коротко смеётся Уиллу в волосы, - я бы не сказал, что ты просил, мой милый Уилл. - Я просто рассказал тебе о своём желании. И ты понял, что я хочу, чтобы это был ты. - Да. - Ты знаешь, в какой-то момент я поверил, - Уилл обнимает Ганнибала, решив, что может это сделать – и почти виснет на нём, не слишком доверяя дрожащим ногам. По бёдрам подтекает чужая сперма, но, вопреки собственным опасениям, он совсем не чувствует себя грязным. – Поверил, что ты и правда меня насилуешь. - Ты хотел в это поверить, Уилл. А я был рад дать тебе то, чего ты хочешь. - Ты не стал бы делать это с любым другим пациентом. - Нет. Только с тобой. Ганнибал обхватывает ладонями его лицо, заставляя поднять голову, и впервые целует в губы. - Но тебе-то самому понравилось? – спрашивает Уилл, хотя, казалось бы, вонзающийся в него каменно-твёрдый член Ганнибала не должен был оставить у него ни малейших сомнений. - Я давно тебя хотел, Уилл. Мне не могло не понравиться тебя взять. Хотя, конечно, я предпочёл бы обставить всё несколько иначе. - Ужин при свечах, ванна с ароматическими маслами и простыни из алого шёлка? - Что-то вроде того. И ещё не поздно исполнить и моё желание. - Сегодня? – спрашивает Уилл, безуспешно пытаясь натянуть непослушными руками джинсы. Ганнибал начинает ему помогать, и щёки Грэма окрашиваются румянцем. - Ганнибал, я… я в состоянии сам одеться… - Позволь мне помочь тебе, Уилл, - Лектер заправляет его рубашку в джинсы – не забыв огладить бёдра и ягодицы – и начинает застёгивать ремень. Он не делает попытки вытереть сперму, и Уиллу нравится думать о том, как она подсохнет на его коже. – Мне это будет приятно. И – да, сегодня. Ты поедешь сейчас ко мне? Он снова касается губами губ Уилла и шепчет в поцелуй: - Обещаю, в следующий раз я буду нежным. - Да, - выдыхает Грэм, обвивая руками шею Ганнибала. – Да, поеду. И да, я не против нежности. Он действительно не против. Более чем. В конце концов, его фантазия насчёт насилия уже исполнена… …а нежный и чуткий Ганнибал – это должно быть ещё более потрясающе.