Обгоняя пули. +42

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Ориджиналы

Рейтинг:
R
Жанры:
Ангст, Драма, Экшн (action), Hurt/comfort
Размер:
Мини, 7 страниц, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Она была обязана спасти своего командира, она должна была закрыть его от пуль. Но верно ли было спасать человека с гибнущей душой от смерти? Теперь придется и ее вытаскивать из глубин отчаяния и одиночества.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
2 апреля 2016, 21:52
— Почему ты осталась?! Я же приказал тебе бежать со всех ног отсюда! — командир ходил туда-сюда по маленькой, сырой камере, куда даже и не пробивался лучик солнечного света. — Дура! — выкрикнул он гневно.
— Я хотела остаться с вами до последнего! — так же напористо кричала молодая девушка. — Ведь я не могла оставить вас умирать!
— Сара Хоуп, посмотри мне в глаза, — девушка с нескрываемым волнением уставилась в стальные глаза своего командира. — Отлично, а теперь объясни мне, какого черта ты нарушила мой приказ?! — у него чуть ли не пар из ушей шел, настолько он был зол.
— Можно было бы и повежливее с тем, кто закрыл вас от пуль, — Сара была возмущена, она сидела в углу, зажимая кровоточащую рану на плече шарфом своего командира. — Если бы не я, вы бы уже тысячу раз были мертвы.
— Боже, сержант Хоуп, я просил вас об этом? — он продолжил мерить комнату шагами. — Нет, я приказал вам отступать, но вы ослушались, а теперь я буду виновен в вашей смерти! — молодой лейтенант смотрел на хрупкую, храбрую девушку, зажавшуюся в углу.
Ее густые пшеничные волосы, собранные в высокий хвост, были запачканы кровью, на теле не осталось ни одного живого места, все лицо было в мелких ссадинах, голубые глаза поникли и, казалось, она вот-вот расплачется, но Сара была сильной, она не позволила бы себе такой слабости.
— Прошу меня простить, лейтенант Райли, — сержант посмотрела на своего командира с неким презрением, — я не могла поступить иначе.
— Черт с тобой, — обречено вздохнул командир, опускаясь на колени перед раненой Сарой. — Покажи, сильно тебя зацепило?
— Кровь уже остановилась, обезболивающее подействовало, обработать нечем, — закатывая глаза, отрапортовала сержант. — Извините за шарф. — тихо добавила она, смущаясь.
— Убери его, быстро, — приказал он, указывая на алый от крови шарф, проигнорировав извинения девушки, — сейчас будет больно, — лейтенант достал из-за пазухи потрепанную флягу со спиртом, намочил край шарфа и начал аккуратно протирать рану, стирая запекшуюся кровь. Девушка зашипела но, корчась от боли, терпела. — Пуля прошла сквозь мягкие ткани навылет, — объяснил он ей.
— И свои раны обработайте, — посоветовала Сара, тяжело дыша от перенесенной боли.
— О себе лучше беспокойся, — рыкнул лейтенант, — не нужно делать вид, будто волнуешься за меня.
  Томас Райли давно не верил в такие сказки, как любовь, вера, надежда, ласка… Для него все это было лишь пустым звуком, иллюзией после того, как он узнал, что его любимая девушка, обожаемая Рика, оказалась агентом вражеской разведки. Это был тяжелый удар для молодого и уверенного в себе парня. Рика использовала влюбленного офицера, она играла на его чувствах. Узнав все, что нужно, девушка исчезла, все ее слова были одной сплошной ложью. После этого лейтенант очерствел. В серебристых глазах — сталь, на губах неизменная презрительная усмешка, кожа стала болезненно-бледна. Все подчиненные с содроганием смотрели на лейтенанта, он внушал страх и одновременно неимоверную печаль.
— Лейтенант, не нужно ненавидеть весь мир из-за одной щепки! — сержант тут же прикусила язык, она вмиг покраснела, словно рак.
— Заткнись, Сара! — прошипел Том. Он хотел продолжить свою речь, но дверь резко распахнулась, в камеру вошли двое вооруженных людей. Да, это были те самые солдаты, от которых Томас защищал свою страну. Эти люди возникли внезапно, будто из пустоты. Никто не понимал, откуда у небольшой, бедной северной страны такой мощный военный потенциал.
— Лейтенант! — Сара молниеносно подскочила на ноги и встала за спиной своего командира.
— Спокойнее, сержант, — коротко бросил он, закрывая девушку собой. Люди начали что-то громко обсуждать на непонятном языке, указывая то на Сару, то на Томаса.
— Ты, лицом к стене! — с отвратительным акцентом выговорил один из них, указывая на лейтенанта Райли.
— Не бойся, не сопротивляйся, — тихо проговорил лейтенант, обращаясь к своей подчиненной, и подошёл к стене, выполняя приказ захватчиков.
После того, как один солдат, связав руки лейтенанта за спиной, вывел его и утащил в соседнюю камеру, в помещение ввалились шестеро грязных мужиков, Сара сразу поняла, что это предвещает. Девушка забилась в угол, содрогаясь всем телом, ей было неимоверно страшно. Солдат, стоящий около двери, с громким стуком запахнул ее.
— Раздевайся, — медленно выговорил один. Все жадно смотрели на хрупкую девушку, они пожирали ее взглядом, только что не облизываясь.
— Нет, — Сара всхлипнула, — не делайте этого, прошу! — девушка заплакала, но их это только рассмешило.
— Если ты не хочешь сама, то мы тебе поможем, — тот же самый солдат подошел к девушке и попытался разорвать рубашку, но сержант Хоуп, вскрикнув, ударила мужчину по лицу.
— Сучка! — прорычал он. — Сейчас тебе будет больно, — он крикнул что-то на родном языке, и через несколько секунд в камеру занесли бревно, закрепленное на стальной опоре. Двое мужиков подошли к девушке, схватили ее под руки и подвели в конструкции.
— Пожалуйста, не делайте этого, прошу, не надо… — девушка залилась слезами, мужик подошел к ней и схватил за нежную шею.
— Не скули, тварь! — он надавил ей на щеки, Сара открыла рот, мужик с силой впихнул туда какую-то грязную тряпку и завязал веревкой, соорудив самодельный кляп.
Девушка начала было дергаться и вырываться, как кто-то сзади перегнул ее через бревно, при этом зафиксировал раздвинутые ноги веревкой. Руки подтянули к ногам и также связали. Мужики накинулись на Сару и начали рвать верхнюю одежду, стягивать штаны, резать бельё.
Девушку насиловали поочередно, всю ночь. Ее шлепали и пинали тяжелыми ботинками, били по лицу, давили на свежую рану. Под утро у девушки уже не было сил ни на слезы, ни на крик. Она обмякла и всеми клеточками своего тела желала поскорее потерять сознание, но этого никак не получалось.
— Хватит с тебя, сучка, — мерзкий мужчина плюнул девушке на лицо, но ей было уже все равно. Затем он что-то приказал своим людям, и те надрывно рассмеялись. Довольные солдаты вышли, а связанная и обнаженная Сара так и осталась там.
— Насладись ею, разрешаю! — в сырую камеру втолкнули лейтенанта Райли.
— Боже… — он грязно выругался, — Сара, Сара! — командир подлетел к девушке и начал развязывать тугие веревки. — Эй, ты слышишь меня?! — он взял ее на руки, вытащил кляп и начал шлепать по щекам. Сара, словно забитый котенок, прижималась к груди своего командира, она молчала.
— Мне было так больно, так больно! — сержант вновь залилась слезами.
— Тише, тише, Сара, успокойся, ну же… — лейтенант укутал девушку своей курткой, она была большая, Сара почти полностью поместилась в нее, — Я не позволю больше им тронуть тебя, — Том и не знал, что ему нужно сейчас сказать, чтобы хоть как-то успокоить девушку, он просто сел на пол, прижал ее к себе и долго поглаживал ее растрепанные русые волосы.
Зачем? Зачем эта маленькая девчонка, которая еще и пороху не нюхала, отправилась на задание? Ведь она могла продолжать сидеть в штабе и проделывать свою мелкую бумажную работу. Там безопасно, там охрана, которая мимо себя и мухи не пропустит. Но девушка, узнав о командировке своего лейтенанта, сделала все возможное и невозможное, чтобы отправиться за ним. А Райли даже и имени ее не знал... Только вот однажды, после того, как его предала Рика, после того, как начальство отправило его, боевого офицера, такого "доверчивого и негодного", в обыкновенный координирующий штаб, вот тогда появилась Сара. Тогда каждый знал, что новый лейтенант выболтал важные данные врагу, и поэтому все смотрели на него, словно на предателя. Но не молодой сержант Хоуп, нет, она вовсе так не думала, ведь видела не историю слабовольного человека, а разбитое сердце молодого офицера. Тогда она пришла к дому Тома поздно ночью, после того, как закончила работу, и принесла пирог, кажется, с яблоками. Глупая, надеялась, что стальной лейтенант откроет ей дверь. Но тогда, в полуночной тьме, наивная девушка возвращалась домой с целой шарлоткой в руках. Сейчас Том вспоминал это с грустной улыбкой, перед глазами стаял образ Сары, которая тихонько стучала сначала в дверь, а потом в окна, которая битых пару часов просидела на крыльце, вглядываясь во мрак опустевшего дома. Она и не знала, что лейтенант, как маленький мальчишка, забрался на раскидистое дерево, растущее во дворе, и, пытаясь справиться со своей болью, даже и не заметил, как пришла девушка-сержант. Но когда он хотел было пойти в дом, парень заметил маленькую фигурку, крутящуюся около двери. И тогда у него был только один вопрос. Зачем?

***


— Анна! Прием, — требовательный грубый голос раздался по рации, — как проходит подготовка к штурму?
— Опять этот старый хрен вызывает! — вздохнула рыжая зеленоглазая девушка-лейтенант. Ее волосы были всегда заплетены в тугую косу, на голове вечно была потрепанная кепка.
— Я все слышу! — закричал ее напарник на другом конце. — Черт с тобой, как продвигается подготовка?
— Отлично! А это ты слышишь? — лейтенант с силой надавила на газ, мотор бронемашины зарычал, словно дикий зверь. — Чудо, а не машина, — продолжила восхищаться девушка. — Мы уже подъезжаем к базе противника.
— Без нас даже не суйся туда! — завопил мужчина.
— Ой, надо же! Мой отряд и без твоей жалкой кучки людишек справится! — Анна Фрай и Джек Морган всегда были соперниками, но это и не мешало им быть самой эффективной командой в своем полку.
— Не смеши меня, Анна, твои недосолдаты ни за что не возьмут эту базу.
— Вот и посмотрим, Джеки, — Анна усмехнулась.
После известия о разгроме отряда лейтенанта Райли, команда Фрай и Моргана была экстренно поднята по тревоге и переброшена в эту точку для помощи отряду Райли. Анна хорошо знала Тома, они учились в одной военной академии, их связывала многолетняя дружба. Девушка была полна решимости спасти своего старого друга, и она сделает это.
Через полчаса две колонны бронемашин встретились на подходе к цели.
— Ну что, Анна! Покажи мне своих красавцев, — Джек, привлекательный голубоглазый сорокалетний, но уже полностью седой мужчина, открыл окно и помахал девушке рукой, — только не сдохни, пожалуйста!
— Сам не отбрось копытца, красавчик, — Анна одела черные очки. — Поехали!
Объединенные силы команд Фрай и Моргана были непобедимы. Это знали многие, ведь на счету этой безумной парочки было огромное множество вражеских жизней. Они не знали ни усталости, ни сна, когда перед ними стояла цель: или уничтожить, или защитить. Балансируя на краю гибели, ни Анна, ни Джек не собирались отправляться на тот свет.
Колонна машин въехала в полуразрушенный, захваченный город. Это и была их цель, ведь где-то там находятся заложники. Анна, несмотря на свой юный возраст, была опытным бойцом, но сейчас она волновалась, будто впервые идет на штурм. Речь шла о жизни ее друга.
— Джеки, прием, — ее голос дрогнул, — где они? — Анна была не на шутку обеспокоена пугающей тишиной, никто не встречался им на пути, ни гражданские, ни военные. Это было недобрым знаком.
— Да черт их знает! — напарник ее тоже нервничал, это было заметно. — Давай надерем им задницу у них же в убежище.
— Значит, к зданию полиции? — Это было предполагаемое место дислокации противника.
— А ты догадливая, рыжая. Хватит тормозить или струсила? — мужчина усмехнулся.
— Иди к черту, Морган! Смотри на мой зад! — Анна надавила на газ и, пустив пыль в лобовое стекло броневика, выехала вперед.
Несколько минут, за которые колонна добиралась до здания полиции, казалось, длились безумно долго. Морган отчего-то переживал за девушку, он отказывался верить в то, что в любой момент может потерять своего вечно сердитого и напыщенного рыжего котенка. Он по-своему любил Анну: ухаживал за ней, когда девушка лежала раненная после очередного боя, был рядом, когда она была без сознания, в любой момент был готов закрыть ее, такую слабую девчонку, своим телом.
Раздались первые выстрелы. Началось. Оба лейтенанта глубоко вздохнули. Бронемашинам автоматные очереди были не страшны, но рано или поздно нужно было выбираться из стального укрытия. Подъехав к зданию, машины остановились. Из окон строения стреляли, не целясь, но это не могло остановить группу захвата, уже выбегающую из машин. Оборона была плохо организована, возможно, нечто более серьезное, чем неопытные автоматчики, ждало всех впереди. Как только солдаты подошли к двери, раздался взрыв. Некоторые бойцы отряда были ранены. А те, кто остался цел, приготовились к бою. Из распахнувшейся от взрыва двери вышел человек. На его лице была довольная ухмылка, казалось, он чувствовал себя в полной безопасности, несмотря на десятки автоматов, готовых выстрелить в любой момент.
— Отставить! Не стрелять без приказа, — голос лейтенанта Моргана раздался в рациях подчиненных. — Анна, ты готова? — уже тише добавил он.
Джек знал единственного снайпера, на которого он мог полностью положиться. Эта девушка всегда попадала в свою цель.
— Начинайте, Джеки, — выдохнула девушка. — Постарайтесь договориться о заложниках мирно, иначе я вышибу ему мозги, — Анна усмехнулась, — хотя, я в любом случае сделаю это.
Девушка-снайпер уже держала противника на мушке. Она находилась в броневике, ее не было видно, но Анна видела всех. Это и была ее роль в команде: прикрывать товарищей и одним точным выстрелом прикончить главаря.
— Меня зовут Джек Морган, я являюсь лейтенантом и хочу поговорить с вами, — начал переговоры мужчина, опуская свое оружие на землю.
— Здорово, Джеки! — мужчина-захватчик нервно рассмеялся. — Меня зовут Амит, и я тот, кто скоро умрет, правда?
— Мы не желаем чьей-либо смерти, — заверил его лейтенант Морган. — У вас находятся наши люди…
— А, так вы сюда пришли не убивать нас, а за этими солдатиками? — перебил его Амит.
Джек начал сомневаться в его адекватности: любой, даже самый глупый человек, уже давно бы понял, что его хотят убить, попытался бы спасти свою шкуру.
— Так точно, — уверенно кивнул лейтенант, — каковы ваши условия?
— Мои условия?! — выкрикнул Амит. — Я хочу жить, я хочу победить и вернуться к своей жене и детям! Но из-за вас, чертовы ублюдки, это никак не может произойти.
— Понимаю, у меня тоже есть жена и маленький мальчик, — смотря в глаза врагу, солгал он. И жену, и сынишку он потерял много лет назад, их застрелили тогда, когда Морган защищал жизни других людей, — У лейтенанта, который находится у вас, тоже есть дети, они безумно скучают по отцу. — Морган и сейчас, несомненно, врал. Никого не было у лейтенанта Райли, никто его дома не ждал.
— Прикажи всем опустить оружие, — голос человека дрогнул. — Мы вернем вам их только после того, как покинем город. Эти двое являются гарантом нашей безопасности.
— Хорошо, — Джек сделал знак рукой солдатам, и они отпустили оружие, — только мы должны знать, что они невредимы. Было бы неплохо, если и твои люди перестали бы целится в меня. — Амит кивнул, и противники, недовольно рыча, опустили оружие.
— Раз, два, три, четыре… — Анна, единственная, кто обеспечивала прикрытие товарищей, вслух считала бойцов, которых планировала убить, — пять, шесть…
— Приведите наших дорогих гостей! — крикнул Амит, и тут же из-за угла вышли двое вооруженных людей, держащие дуло пистолета прямо у голов пленных. Они вышли немного вперед и остановились. Морган отметил, что серьезных ранений у пленных не было.
— Джек, сначала тех двоих, — Анна говорила о тех, кто вел пленных, — затем всем по укрытиям, начнется перестрелка, надеюсь, Райли сообразит, что делать, — девушка недовольно фыркнула. — Затем этого Амита, а потом пойдем на штурм здания, — это слышали все солдаты, они знали план действий.
— Амит, можешь быть спокойным, наша цель — это доставить военных домой живыми, у нас нет приказа кого-то убивать, — Амит улыбнулся. Анна выстрелила. Двое, не успев ничего понять, упали замертво.
— Бежим, бежим! — Том одной рукой схватил Сару за запястье, а другой обхватил ее, стараясь закрыть спину и пригнуться как можно ниже.
Через несколько секунд молодой лейтенант почувствовал резкую боль под коленом, а затем и в спине, слева. Он толкнул девушку к машине, а сам упал на землю, парень понимал, что ему уже не выжить.
— Том! — Сара обернулась и наткнулась на необыкновенно теплую и светлую улыбку Райли.
— Живи, Сара, только выживи, прошу… — тихо проговорил он, но для сержанта этот голос был намного громче и свиста пуль над головой, и автоматной очереди, и взрывающихся уже в здании снарядов. — И только попробуй нарушить приказ, я сам лично убью тебя!
— Ты, сукин сын, обманул меня, солгал! — Амит был в ярости. — Сдохните! — он мгновенно направил пистолет на Райли и Хоуп. Раздался один выстрел. Сара, вскрикнув, зажмурилась.
— Хрен тебе, Райли! Ты не умрешь, не сегодня… — раздался второй, третий, четвертый выстрел. Все это принял на себя Джек, он, возникший так внезапно перед Томасом, закрыл его своим телом. С его губ сорвался предсмертный стон, тонкая струйка крови потекла изо рта. — Поднял задницу и бегом к броневику, ты не смертельно ранен, — констатировал он тихо. — И еще… Скажи Анне, что я безумно ее люблю очень-очень давно, скажи, что она была для меня ангелом, — он горько усмехнулся и закрыл глаза, падая на землю, — с винтовкой.
— Черт! — Райли увидел, как Джек последний раз вздохнул. Он умер, умер за него, — Зачем, зачем?! — Ответ был очевиден: Райли был слишком дорог Анне, а Анна была слишком любима Джеком.
— Младший лейтенант Джим Милтон, принимаю командование штурмом на себя, в связи с гибелью лейтенанта Моргана, — раздался холодный, мужской голос в рации.
— Давайте, лейтенант, вставайте! — Сара подлетела к Тому, помогая ему подняться.
— Я хотел бы умереть за него, — обреченно прошептал он, поднимаясь.
— Так, ты еще жив! — вскрикнул Амит, как вдруг, его голова разлетелась на мелкие кусочки. Анна выстрелила.
Томас и Сара добрались до машины Анны. Когда они забрались внутрь, девушка сидела, обхватив ноги руками и всхлипывая, словно дитя.
— Я не успела, не успела, не успела… — повторяла девушка вновь и вновь.
— Анна, он хотел тебе сказать, что…
— Я все слышала… по рации, — перебила Томаса девушка. — Все его слова, все. Он меня любил, правда любил. И почему же не сказал, ведь я тоже… Черт, да вы же ранены! — Томас обернулся к Саре и увидел, что девушка бледная, словно смерть; она держалась за живот, тяжело дыша.
— Сара, Сара, ты же… — глаза Тома округлились, — Смотри на меня, только на меня, и не смей закрывать глаза, слышишь, не смей!
— Отойди, Райли! — крикнула Анна, бросая ему какую-то тряпку, бинты и спирт. — Позаботься о себе сейчас сам, обработай раны. Если ты еще жив, значит органы не задеты, сейчас нужно остановить кровь, обезболивающее в сумке, — девушка вела себя адекватно, несмотря на потерю близкого человека. — Убери руку, детка, дай я посмотрю, — Сара послушно убрала руку, Анна выдохнула с неким облегчением. Это была не пуля, Сару зацепило каким-то осколком, рана была не слишком глубокая, не смертельная. Девушка быстро обработала края раны, наложила повязку, вколола обезболивающее.
— Лейтенант Фрай, прием, — раздался голос Милтона, — Операция прошла успешно, противник уничтожен, здание чисто.
— Отлично, Джим, — Анна нервно сглотнула, — я выезжаю в ближайший подконтрольный населенный пункт, у меня раненые, справитесь сами?
— Да, лейтенант, не беспокойтесь.
Райли, оказав себе необходимую помощь, сел рядом с Сарой. Ему сегодня чертовски повезло: пуля под коленом прошла сквозь мягкие ткани навылет, другая пуля не задела жизненно важных органов. Судьба будто сама приказывала ему жить, и это не нравилось ему. Райли было не за чем существовать, у него никого нет. Лучше бы он погиб тогда, когда Сара спасла его впервые. И Джек бы не умер, и сержант не оказалась бы в плену. Он винил себя за все это, безумно винил.
— Спасибо, что выжил, — он почувствовал, что девушка положила голову ему на плечо, — Я счастлива, когда ты рядом.
— Тише, не говори, — он приложил палец к ее сухим треснувшим губам, — тебе нельзя.
Всю дорогу Томас гладил сержанта Хоуп по пшеничным волосам, ей было принято и это ее успокаивало, девушка чувствовала, что все будет хорошо. А Райли постепенно начинал осознавать, что Хоуп стала для него не просто подчиненной, а намного большим. Он понял, что всегда хочет прикасаться к этим волосам, что каждый день желает слышать ее голос, что никогда не хочет надолго терять ее из виду. А еще ему стало ясно, зачем девушка приходила к нему ночью с пирогом в руках, и почему он наблюдал за нею, не отрывая глаз ни на секунду. Теперь ему было все предельно понятно.
Вскоре машина подъехала к одному из ближайших госпиталей. Врачи, заранее осведомленные Анной по рации о прибытии раненых, выбежали им навстречу с каталками. Снайпер помогла товарищам выбраться из машины, и их быстро увезли медики.
Сара и Томас оправились довольно быстро, они ненавидели эти белые больничные стены и хотели поскорее выбраться оттуда. Хотя, была и еще одна причина: они хотели успеть на похороны лейтенанта Моргана, ведь если бы не Джек, то и Сара и Том были бы мертвы. На прощальной церемонии Анна держалась молодцом, но когда все закончилось, и Джека похоронили, она долго плакала на его могиле. Морган хотел сделать ее счастливой, но, пожертвовав собой, он не рассчитывал на то, что Анна тоже любила его всем сердцем. Через несколько дней девушка-снайпер вновь отправилась на задание, она хотела продолжить бороться за свою страну, как это делал Джеки.

***


— А моя мама и мой папа — герои! Они родину защищали, они военные! — маленький мальчик с большими серыми глазами и волосом цвета ржи гордо рассказывал своим друзьям о родителях. Его распирало от невообразимой гордости.
— Круто, — восхищалась ребятня, — они и врагов убивали, да?
— Конечно, они всех плохих людей уничтожили, — выразительно произнес пацаненок. — Да если бы не они, то до сих пор шла война! — мальчишка всегда рассказывал всем о своих родителях так, что дети приходили в восторг.
— Джеки, пора обедать! — позвала с кухни молодая мама. — Иди сюда, солдат, и друзей веди.
— А меня-то накормишь, лейтенант Райли? — сидевший за столом мужчина тихонько рассмеялся.
— Так точно, капитан Райли, пожалуйста, вот ваш суп, — девушка поставила чашку на стол.
— Эй, Джек, где вы там потерялись? Я кушать хочу! — заголосил Том. — А ну, шагом марш за стол, иначе под семейный трибунал отдам!

Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.