Его Стайлз

Когда Дерек почувствовал запах Стилински, он посмотрел на дверь в ожидании того, что сейчас эта гиперактивная особа влетит в его лофт, как обычно что-то громко крича при этом смеясь. Но всего этого не последовало. Когда дверь открылась Стилински еле зашла в лофт, сильно дрожа и обнимая себя руками. Даже, стоя возле окна, Дерек чувствовал запах страха, боли и непролитых слез, и видел синяки под глазами девушки, ее губы, которые больше не были изогнуты в ухмылке и улыбке, а наоборот были закусаны, чтобы не выдать дрожь. - Стайлз, ты чего? – спросил Хейл, идя к девушке, которая медленно сползала по стене, обхватив себя руками и закрывая глаза. - Просто помог…договорить она не успела, она просто потеряла сознание. Хейл быстро подлетел к девушке и взял ее лицо в свои руки. - Стайлз, очнись, - произнес он, переживая за жизнь девушки. Она, конечно, была человеком, но все равно оставалась членом стаи, - Стайлз, - прошептал он, не зная, как привести ее в чувство. Неожиданно глаза девушки открылись, но посмотрев в них, Дерек, понял, что это не Стайлз. Во взгляде не было привычного оптимизма, радости, доброты, в них было что-то темное, злое. Они будто сверлили в Хейле дырку. - Хейл, - протянула Стайлз, с отвращением в голосе. - Ты не Стайлз, - уверенно произнес он, осматривая исхудавшее лицо девушки. Скулы стали сильно выступать, волосы померкли, и теперь вместо пышных, вечно лезущих в лицо волос, были померкшие пакли. - Какой смышленый, - произнесла Ногицунэ и встала на ноги, хрустя пальцами и идя к окну лофта, - бедная малышка Стайлз, она так боролась, так не хотела, чтобы я получил власть над ее телом. Так пыталась не плакать, так пыталась избавиться от боли, так пыталась не уснуть и опять не попасть в ад, но все напрасно, бедняшка, - произнес Ногицунэ, подходя к окну и смотря на открывшийся вид. Хейл не знал, что ему делать. Нападать на нее нет смысла, он только покалечит Стилински, а этого делать он не хотел, она и так выглядела умирающей. Оставалось только вести беседу и больше ничего. - Как ей здесь нравилось, - продолжала, говорит она, - знаешь, девчонка, видимо, влюблена в тебя. Скрывала свои чувства за стеной сарказма и безразличия. Как ей было тяжело, когда ты стал встречаться с Дженнифер, но она терпела. Сильная была, но я сломал ее. Она и не знала, что чувствуешь ты, - произнесла она, но Хейл пытался не слушать ее, она – лисица, она ведет свою игру, в которой он не выходит победителем. - Что же ты молчишь, хмуроволк. Да? Так она тебя называла? – произнесла лисица, а от этого Дерек сжал кулаки, так, что костяшки побелели, а в ладони вонзились выходящие когти. Нельзя превращаться. Нельзя нападать. Надо держать, ради Стайлз. Ради ее взгляда, улыбки, неуверенных движений. - Да, - прорычал он, сдерживаясь. - Да? И все? – лисица повернулась к нему, изгибая губы в полуулыбке, полуухмылке. Чужой, темной, не яркой, не с усмешкой, не с вызовом. - И все, - повторил он, последние слова Ногицунэ. - Глупый волк, - приторно сладко произнесла лисица и стала подходить к Дереку, продолжая улыбаться, - что она нашла в тебе? Грубый, злой, вечно недовольный, - произнесла она, проводя рукой по щеке Дерека, царапая его щеку, - а что ты в ней нашел? Нелепая, несдержанная, чересчур умная, вечно лезет, куда не надо, что же ты нашел в ней? – сказала лисица, продолжая вести рукой по Дереку. Ощущения были не те, который он бы хотел почувствовать. Рука была холодной, шершавой, у Стайлз, настоящей Стайлз, руки были всегда теплые, мягкие, гладкие. - Глупый, глупый волк, - повторила лисица, отходя от него, - ты еще не понял? – с вызовом спросила она, наклоняя голову, как собака. - Что я должен понять? – прошипел Дерек. - Лучше играть по моим правилам, хмуроволк, это моя игра, - произнесла она и стала отходить назад со сладкой улыбкой, - твоя любимая Стайлз, может пострадать, если ты будешь так молчать, - сказала Ногицунэ и развернувшись пошла к кухне, где схватила нож и провела по ладони Стайлз, - видишь, мальчик, она же может умереть, - сказала она, проводя по ладони еще раз. Кровь капала на пол, пачкая все. - Хватит уже, - рыкнул он, подходя и пытаясь схватить нож. - Отвечай на мои вопросы всегда, - грубо сказала она, и бросила нож на пол, идя обратно к окну, - итак, что же ты нашел в ней? Ты не ответил, - сказала лисица, останавливаясь возле окна. Кровь не руке, продолжала течь. Маленькая дорожка из капель крови вела от кухни до окна. Дерек молчал, это было слишком личное. Эта не та тема, о которой говорят с лисицами, которые завладели телом той, которую ты любишь. - Не молчи, же, волк, из-за этого пострадает Стайлз, - тишину комнаты разрезал голос Ногицунэ, водя порезанной рукой по стеклу, оставляя за собой кровавые следы. Дерек смотрел на спину девушки. На выступающие лопатки, на костлявые руки. Со стороны может показаться, что эта та самая Стайлз Стилински. Та Стайлз, которая никому никогда не откажет в помощи. Та Стайлз, что вечно улыбается, и никогда не даст пасть духом. Но эта не та Стайлз. - Ты слышишь, волк? Ей будет больно, очень, - сказала лисица и отошла от окна, подходя к бетонной стене и облокачиваясь на него спиной. Но Хейл молчал, он не мог рассказать это лисице. Стайлз мог, не это не Стайлз. - Зря, - сказала она и сильно ударила кулаком по бетонной стене. Так, что нежная кожа на костяшках содралась, - видишь ли, я не чувствую, а когда покину это тело, страдать будет сама Стайлз, - сказала Ногицунэ проводя другой рукой по ране, надавливая на нее, - чем больше ты молчишь, тем больнее потом будет Стилински, отвечай мне, что ты в ней нашел? - Зачем тебе это знать? – единственное, что смог выдавить из себя он. - Давай же, скажи, она нас слышит, давай скажи для нее, - произнесла лисица, и в ее глазах пробежал знакомый золотой лучик солнца, - будешь говорить? – спросила она, водя кулаком по бетонной стене и сдирая кожу еще сильнее, - что тебя в ней привлекло? - Карамельные глаза, в которых всегда есть лучик солнца, - сказал Дерек, смотря не на родное, а на чужое лицо. - И все? Я же знаю, что нет. Продолжай, мне очень интересно, - произнесла она, прекращая водить рукой по стене, на который были следы крови. - За улыбку, которая вечно была на ее губах, - продолжил он, тяжело выдыхая, а лисица изогнула бровь. - Смех, голос, все в ней особенное, как и она сама, - на одном дыхание выдохнул он, и лисица громко засмеялась. Не смехом Стайлз, нет, смехом какой-то ведьмы из фильмов про супергероев, которые так любит Стилински. - А теперь особенная девочка умрет, - сквозь смех, сказала Ногицунэ. Дерек рыкнув, моментально прижал тело Стилински к стене, скалясь. - Я тебе не твоя Стайлз, и ты не будешь вот так прижимать меня, - с этими словами лисица, выкрутила руку Дерека и сама впечатала его в стену, а потом откинула на пол. Как только Хейл вскочил и хотел уже разодрать в клочья Ногицунэ, тело девушки упало на пол и тогда Дерек понял, что лисица сбежала, оставила тело, не навсегда, на время. Стайлз, Дерек был уверен, что это настоящая Стайлз, отползла к стене, роняя голову на колени. Хейл моментально оказался рядом, дотрагиваясь до плеча девушки. - Стайлз, - тихо произнес он, и она подняла глаза, полные боли, горя, но по-прежнему с золотыми огоньками. Она готова была вот-вот разрыдаться, но искренне пыталась не плакать, - твоя рука, надо обработать, - сказал он, смотря на руки девушки. - Все нормально, я…- сказала она, но не закончила, она просто уставила в пол, сжимая зубы, и кусая губу до крови. - Не нормально, пошли, - сказал он, приобнимая девушку, которая дрожала, толи от холода, толи от страха. Не без помощи Дерека они дошли до ванной, где пока Стайлз сидела на ванне, Хейл обрабатывал ей руки и обматывал их бинтами. - Стайлз, прости, - сказал он, когда полностью забинтовал руки девушки. - За что? – спросила она, продолжая смотреть в одну точку. - Это все из-за меня, надо было сразу говорить, а я молчал, прости, - сказал он, смотря на девушку. - Ты не виноват, это я сама, - сказала она, спрыгивая с ванны. - Ты? – удивленно спросил он. - Я. Я сама дала проникнуть к своему сознанию, сама отдала свое тело, - сказала она. - Сколько ты не спала? – спросил он, смотря на круги под глазами. - Дня два, три, точно не помню, - сказала она, обхватывая себя руками и опуская голову. - О, боже мой, серьезно? Ты должна поспать, сейчас же. - Нет, тогда она вернется, я не хочу этого, у тебя есть кофе? Я выпью кофе и все нормально будет. - Не будет, тебе надо поспать, Стайлз. Ты же умрешь, так нельзя. - У меня нет сил спорить с тобой, - произнесла Стайлз, - но я не могу опять… - Стайлз, все будет нормально, веришь? – спросил он, подходя к ней и обнимая. - Ладно, только…только не оставляй меня, хорошо? - Я не оставлю тебя, никогда, - сказал он, прижимая ее к себе. Как только голова Стилински коснулась подушки, она уснула, так же продолжая держать Хейла за руку. Он знал, что обманул ее. Он знал, что лиса вернется, опять завладеет хрупким телом. Но Стайлз надо поспать. Пока она спала, он набрал номер Дитона, чтобы узнать, как можно изгнать Ногицунэ и ответ совсем его не порадовал. Когда Стайлз проснулась, Дерек понял, что это опять не его Стайлз. Опять этот холодный взгляд, чужая усмешка на губах, все чужое. - Ты же не будешь опять злым? Да? – со слезами на глазах спросила лиса, - а то малышка Стайли пострадает, - сказала она и залилась смехом. Громким, звонким, как у Стайлз, только злым и даже отдаленно не похожий на Стайлз. - Оставь ее, - сказал он, скрывая злость и ненависть к этому созданию. - Ты уверен? Я буду мучать не только ее, но и тебя, а потом и всех остальных. Скажи мне, Дерек, когда дверь, не являет дверью? Может тогда я, и отпущу ее, - с этими словами лиса идет опять к окну. - Когда она приоткрыта, - уверенно сказал Дерек, ведь когда он был маленький Лора часто загадывала ему различные загадки, а он быстро находил на них ответы. Ногицунэ повернулась к нему лицом, рассматривая, будто ища подвох. - Что увеличивается, чем больше ты убираешь? - произнесла она и посмотрела, опять лукаво улыбаясь. От этой загадки все внутри похолодело. Он забыл ответ, но сейчас должен вспомнить. - Дыра, - сказал он, вспоминая, как быстро отвечала на эту загадку Кора. - Скажи мне, Дерек, что есть у всех, но никто не может это потерять? – спросила она, наклоняя голову и улыбаясь. Ответа на эту загадку он не знал. - Ладно, сделаем так, - сказала ногицунэ, и неожиданно в лофт ворвалась вся стая. - Все здесь, а я уже ухожу, жаль, - еще раз лукаво улыбнувшись, Ногицунэ исчезло и тело Стилински опять упало. - Стайлз! – крикнул Скотт, и вместе с Хейлом кинулся к ней. Стилински стало не хватать воздуха и она, быстро поднявшись на ноги, направилась в ванную, но не успела туда добежать. Ее начало рвать, причем бинтами. Когда огромный кусок бинтов оказался на полу, к ней подбежала Лидия и обняла подругу. Над бинтами стал появляться черный дым и скоро он из пола показалась чья-то рука, а потом и голова. - Черт, черт, черт, - прошептала Стайлз, отползая назад. Когда нечто восстало, вся голова была в бинтах, которые он начал распутывать. И наконец, они увидели лицо Ногицунэ, точнее Стайлз. - Это моя игра, хотели обыграть меня в моей же игре? – спросила лисица, рассматривая стаю. - У нас остался один ход, - отдышавшись, сказала Стайлз, - божественный ход. - Божественный ход? Божественный ход. Думаете, у вас остались ходы? Вы не можете убить меня. Меня? Мне тысяча лет! Вы не можете убить меня! – крикнула Ногицунэ, заливаясь смехом. - Можем, лишь изменить тело хозяина, - сказал Скотт, прыгая на лису и кусая ее за плечо. Моментально сработала и Кира, она воткнула котану Ногицунэ в живот. В лофте заморгал свет, все отошли на шаг назад. Лицо, тело лисицы стало трескаться, а потом она вовсе превратилась в пыль. Стайлз, стоящая до этого на ногах, пошатнулась и упала на пол. - Стайлз, - крикнула Лидия, садясь рядом с подругой и пытаясь привести ее в сознание, - Стайлз, очнись, мы не можем потерять и тебя, очнись, пожалуйста, - прошептала Мартин, наклоняя голову, чтобы никто не видел ее выступающих слез. - О боже, я, что потеряла сознание? – прошептала Стилински, открывая глаза. - Стайлз, ты жива, - сказала Лидия, обнимая Стайлз. - Мы все живы, - выдохнула она, улыбаясь и садясь. ** Хейл открыл глаза, когда понял, что Стайлз куда-то ушла. Девушка стояла возле окна, в футболке Дерека и обнимала себя руками, смотря то на сонный город, то на кровавый след на окне. - Стайлз? – сказал он, подходя к девушке сзади и обнимая ее. Сначала Стайлз вздрогнула, а потом положила голову ему на грудь и выдохнула. - Я не могу поверить, что мы живы, что я жива, - прошептала она, будто боялась нарушить тишину утра. - Но теперь все закончилось и все нормально, - сказал Дерек, утыкаясь головой ей в макушку и вдыхая запах яблок и лайма. - Знаешь, я все слышала и…то что ты молчал, когда она спрашивала…это…это как-то правильно, что ли. Я не хотела, чтобы она это слышала, плевать, что мне было больно потом, я не хотела… - Я тоже не хотел, но она делала больно тебе, я не мог терпеть, пришлось, - сказал он и посмотрел на нее. Стайлз улыбнулась, сейчас в лучах утреннего солнца, взлохмаченная и сонная после сна, она была такой милой, домашней, спокойной и родной. Теперь эта была Его Стайлз и только его.