День начинался совершенно обычным образом

День начинался совершенно обычным образом. Алек проснулся в жарких объятиях Магнуса, рядом прижимался кот, а июльское солнце вовсю светило в окно. Уже привычный завтрак с магом. Таким бескрайне милым утренним магом, без блесток и эпатажа. Алек очень ценил такие завтраки. Он был уверен, эти ситуации сближают людей гораздо сильнее чего бы то ни было. Утренняя незащищенность и естественность, искренность эмоций и отсутствие мыслей о проблемах. Абсолютное доверие и чистота. После он отправлялся на тренировку в прекрасном расположении духа. Даже необоснованно жесткие правила, установленные новым управлением не портили настроение. Хотя мало кто вообще так спокойно относился к этому новому управлению, неожиданно даже для самих себя захватившему власть. Еще большие самодуры, чем предыдущие. Но мало что могло испортить спокойное, умиротворенное настроение Алека. Даже то, что во второй половине дня его вызвали и почти силой привели к боссу, не особо смущало. До тех пор, пока тот не озвучил свой приказ. Приказ, от которого перехватывало дыхание, сковывало мышцы и дрожали пальцы. Из кабинета он вышел с таким видом, словно увидел гораздо большее, чем приведение или демонa. Ему предстояло сделать выбор. Не просто выбор, судьбоносное решение, от которого зависело слишком многое. И ему предстояло обдумать то, чего он даже представить до этого момента не мог. Ему было по настоящему страшно. Страшно до паники, до белеющих, нервно вывернутых костяшек пальцев, до абсолютно безумного и потерянного взгляда. *** Магнус размешивал в бокале ярко синий искрящийся коктейль и вел разговоры с котом, когда в дверь позвонили. Он удивился, ведь гостей не ждал, а Алек мог войти сам. Когда он открыл, то удивился еще раз, ведь на пороге стоял именно Алек. Но взгляд его был пугающим. Потерянным и безумным. -Что случилось? - И не успел он произнести вопрос, как Алек вошел и резко впился в его губы, прижимая к стене. Грубым, безумным, как и взгляд, поцелуем он исступленно терзал губы мага, попутно забираясь ладонями под его одежду. До этого холодные руки быстро согрелись, как распалилось все тело. Маг, про себя решив расспросить Алека после, просто стал принимать это удовольствие. Не часто его Александр бывает инициативным в этих делах, значит нужно наслаждаться. Они быстро добрались до кровати, уже почти избавившись к этому моменту от одежды. Магу ничего не стоило раздеть их одним искристым щелчком пальцев, но так процесс становился менее интересным. Алек жадно оглаживал тело Магнуса, зацеловывал его и прижимал к себе. Он привычно, почти не глядя, достал из ящика презервативы и смазку, не отрываясь от тела Бейна другой рукой. Быстро все подготовил, чтобы перейти к самому главному. И теперь медленно, протяжно входил в податливое тело мага. Магнус же словно плавился от томности, тягучести его действий. Он чувствовал, сколько нежности вкладывал Алек в каждый, даже самый незначительный жест. Провести ладонью по растрепанным волосам, коснуться кончиками пальцев щеки, прижаться губами к скуле. В каждом действии было слишком много. И в глубине души это напрягало мага, не давало сразу полностью расслабиться. Но под натиском этих тягуче нежных движений он полностью ослаб и всецело отдался процессу, прижимаясь к сильному, исписанному яркими рунами телу охотника. Но ничто не было в нем столь же ярким как его глаза, в которых сейчас плескалась бесконечная любовь и преданность. И только на дне сверкал огонек страха и отчаянья. Так, в медленной, но бесконечно жаркой страсти, они синхронно дошли до пика. Первым кончил маг, сильнее сжимая в себе Алека, от чего и тот не выдержал, мгновенно содрогаясь в оргазме. Пока Магнус еще даже не сфокусировал зрение, Алек, также не придя в себя, поднялся с постели и потянулся к своей куртке. Из кармана которой достал клинок. Исписанный самыми сильными рунами, заговоренный мощнейшими заклинаниями, он был по настоящему страшен. Не говоря ни слова, он стремительно вернулся к постели и резким, точеным движением вонзил его в самое сердце возлюбленного. В глазах мага вспыхнуло удивление, а лицо исказила гримаса боли. -У меня не было выбора, - судорожно стал шептать Алек, склонившись к лицу Магнуса. Он продолжал сжимать руки на рукоятке кинжала. -Они захватили всех, всех, всю мою семью, - быстро проговаривал охотник, а в глазах стояли слезы страха. От раны и клинка исходил яркий свет, а Магнус чувствовал, как с этим светом из него уходит жизнь. -Александр, - тихо, но отчетливо произнес Магнус, заставляя его замолчать. Он поднял руку и поднес к лицу возлюбленного, подушечками пальцев касаясь его губ. -Любовь моя, - нежно смотря мокрыми глазами без капли осуждения, -любовь моя, - повторяя на последнем выдохе и роняя уже бесчувственную руку. Свет вокруг клинка потух. Еще теплое тело безвольно лежало на такой же теплой постели. А мужчина с потухшим взглядом скрадывал последний поцелуй с губ возлюбленного.