Venom

Генос порылся в кармане джинсовой жилетки, нашел ключ от квартиры и отпер дверь, ведущую в чертоги учителя Сайтамы. Его мысленный счет дошел где-то до семи тысяч четырехсот двадцати, но числовое упражнение не желало благотворно влиять на него успокаивающими свойствами. Если бы он верил в такую вещь, как астрология, он бы знал, что сегодня просто одна звезда зашла за другую, что Луна в Юпитере оттаскала Венеру за волосы, как портовую шлюху, и гороскоп сулил парню калейдоскоп неприятностей разных калибров, но в конце этого чертового дня его ожидало вознаграждение за целые сутки страданий. Часы показывали шесть часов вечера, Геносу хотелось бахнуть «Испепелением» по ближайшим городам. Его до умопомрачения (операционку даже подглючивать начало) затеребонькали бабки в очереди к мясному отделу, бубнящие что-то там про грубиянов и малолетних мудаков, не желающих уступить старушкам место в длинной веренице жаждущих приобрести тушки невинно убиенных птиц. После полудня встретившийся Звуковой Соник добавил клякс в и без того черную полосу богами проклятого дня. Сам Генос не пострадал в результате стычки (выступающий на ринге в весе петуха ниндзя может лететь по не особо правильной траектории, если его предварительно хорошенько раскрутить за левую ногу), но из-за порвавшегося пакета и безнадежно вывалявшемся в грязи его содержимого Геносу пришлось снова возвращаться на рынок и выслушивать едкие комментарии давешних престарелых дам уже из хвоста очереди. Но его возмущало даже не это. О, это всё было просто цветочками, по сравнению с самой большой и глубоко загнанной занозой в причинном месте. Зомбимен. Генос с пока еще холодной, но потихоньку нагревающейся ненавистью посмотрел на огромный букет кроваво-красных роз. Оттенок и количество цветов были пошлыми до невозможности, их было столько, что Сайтаме пришлось воспользоваться всей тарой, которая только нашлась в их квартире, дабы обеспечить букет влагой. Геносу не было никакой нужды спрашивать, от кого поступил сей презент. Сайтама с субботы только и делает, что восхищается охуенностью Зомбимена. Зомбимен такой, Зомбимен сякой, и даже когда Зомбимен никакой, он способен уложить и порезать на суши монстра «божественного» уровня. Даже двух. А если сильно пригорит – то и трех. И чем этот ублюдок умудрился взять наставника? Своей хваленой регенерацией и способностью сражаться с врагами, не обращая внимания на собственные кишки, путающиеся под ногами? Геноса тоже может распидорасить надвое, и он тоже будет продолжать бой, если уж на то пошло. Но, нет. Сайтама видит только Зомбимена. Ведет себя как какая-то старшеклассница при виде вожделенного героя дорам. Естественно, тот полудохлый посыпался от такого внимания, тут и пирамида посыплется, если к ней с такими восхищенными глазами подкатывать. Позавчера они гуляли в парке. Вчера Зомбимен прислал этот блядский веник, который даже побитой молью оперной диве постесняешься вручить, сегодня же, если верить геометрической прогрессии их отношений, давно вышедшей за рамки «фанат и его кумир», вообще должно случиться нечто этакое, что должно вовсе утрамбовать наставника, и так упавшего ниже некуда в глазах киборга, куда-нибудь под плинтус. Генос разулся, прошествовал на кухню, с усердием поставил пакет с продуктами на тумбочку, и, не обратив внимание на жалобный квак разбившихся яиц, направился к мобильнику Сайтамы, намереваясь переписать себе номер нежеланного ухажера учителя. Киборгу очень было интересно, распространяется ли хваленая регенерация утраченных частей тела Зомбимена на половые органы, и он хотел лично провести сей эксперимент. В книжке контактов не было никого, кто хоть отдаленно напоминал искомого героя. Кинг, пара служащих ГА, Бесправный Ездок, Милая Маска и невесть что забывшая здесь Торнадо. Геноса не смутило такое мини-фиаско, он полез в смски и пожалел о содеянном уже спустя одно сообщение. «В следующий раз не дразни меня на совещании своей улыбкой, я своим стояком напугал секретарш». И хрен бы с откровенными непотребностями, исходящими от Зомбимена, больше всего Геноса покоробило то, что Сайтама не стал в ответ выражать свое недовольство подобными вольностями. «Вот ведь незадача! Лицевые мышцы я напрягал, а весь смак каким-то левым девкам достался! :D». Генос скрипнул зубами, едва не сломав их в порыве гнева, занес в свою базу данных номер Зомбимена и услышал стук двери ванной. Киборг испуганно подпрыгнул, едва не выронив допотопную «нокию», метнулся к столу и, скрывшись за букетом роз, раскрыл журнал наблюдений на случайной странице, сделав вид, что он усердно штудирует конспекты. Сайтама, шлепая босыми ногами по линолеуму, вышел в гостиную и, узрев своего ученика, обратился к спрятавшемуся за подарком Зомбимена Геносу: — О, привет. Я не услышал, как ты вернулся. Молоко купил? — Купил, — сухо отозвался Генос, не отрывая взгляда от мелких строчек своих записей, отмечая, что не понимает смысла написанного. Периферийным зрением он наблюдал за полуголым наставником, который очень скоро стал совсем голым, когда отбросил на кресло мокрое полотенце, обхватывающее его бедра. Комната наполнилась тягучим ароматом цитрусовых и какой-то сладковатой, типа шоколада, ерунды. Сам Сайтама не ощущал себя таким чистым с тех пор, как покинул утробу матери, он израсходовал чуть ли не полбутыли геля для душа, вычищаясь с такой тщательностью, будто его должны были подать к столу в качестве основного блюда. Он буквально ощущал, особенно промежностью, что он теперь на тридцать четыре процента состоит из лосьона после душа. Возможно, он несколько перестарался, но лучше перебдеть, чем в самый неподходящий момент начать источать амбре немытого паха. Сайтама, насвистывая, выудил из платяного шкафа чистые трусы, в порыве вдохновения опрыскал их одеколоном, перед тем как натянуть на себя, едва не завалившись на кресло, натянул утром купленные носки и выудил из самого дальнего конца шкафа выходной костюм, который до этого планировал надеть только на собственные похороны. Потрясающий черный костюм стоил бешеных, неоправданных денег, но сидел, как по меркам снятый, и придавал Сайтаме ауру мужественности. Генос вчера то ли специально, то ли случайно накрахмалил рубашку так, что она чуть ли не стоймя стояла, но Лысый Плащ похлопал строптивицу по бокам и ткань улеглась безвольной пленницей. Киборг даже не замечал, что он уже не смотрел в конспекты, а откровенно пялился на учителя, которому до спирания дыхания в зобу шел деловой костюм. Блондина буквально снедала мысль, что не он причина такого прихорашивания. Он такими словами проклинал Зомбимена, что последнего должна была молния посреди ясного дня поразить. Свиданка у них будет, как пить дать! Ну, понятно дело. Сначала какая-нибудь кафешка, кино, давай провожу до дома, нет, я тебя, зайдешь на чашечку кофе в мою постель?.. Генос пыхнул крупным облаком пара, вылетевшим из ворота футболки, чем привлек внимание Сайтамы, разрывающегося между двумя галстуками. — Ты чего? — Ничего, — буркнул Генос, снова вперяя свой взор в тетрадь. — Обмен веществ. — Ты в последнее время какой-то странный. Как лось, лижущий рафинад, вместо соляного кирпича. В любое другое время Генос кинулся бы записывать данный афоризм, но сейчас ему было не до мудрых изречений учителя. Киборг, к кому предъявили такие претензии, опешил, стараясь сообразить, имеет ли Лысый Плащ в виду какую-то конкретную часть его механизированного тела, или же всего киборга в целом. В обоих случаях было весьма обидно. — Простите? — Ну, я имею в виду эту твою часть, — Сайтама постучал себя длинным, скрюченным пальцем по лбу, блондин машинально приложил руку к своему челу и чуть погладил его, силясь понять, что именно там не устроило наставника. — Ты в последнее время сам не свой. Может быть, у тебя случилось чего? — Ничего у меня не случилось, — продолжал вести арию тупой пизды Генос, не представляя, как именно ему поделиться своими треволнениями, да еще и поделикатнее. У Сайтамы сейчас самый расцвет отношений, даже если он делает вид, что между ним и Зомбименом ничего особенного нет, пытаться донести до психически неуравновешенного человека какую-либо информацию – дело зряшное, как приучить Торнадо пользоваться нижним бельем. — А почему тогда отвечаешь так, будто ты умный холодильник? — вот ведь пристал, честное слово, ему сейчас нужно думать о стояке Зомбимена, пугающего женский коллектив Геройской Ассоциации, а учитель делает вид, что ему в самом деле есть сейчас дело до самочувствия Геноса. Киборг проигнорировал заданный вопрос, старательно изображая крайнюю заинтересованность к схемам движения Сайтамы, когда тот поливает кактус. Наставник пробурчал что-то о «подростковых перепадах настроения», снова нырнул в шкаф и извлек наружу пластмассовый бюст с нахлобученным париком цвета вороного крыла. У Геноса карандаш в руке треснул. Он мог все выдержать, но парик был последней каплей в его, казалось, безграничной цистерне терпения. Сайтама настолько вульгарно прихорашивался, что не стоило и сомневаться в том, что вечер Зомбимена и Сайтамы закончится постелью. И ведь не нужен же этому полудохлому какой-то там герой класса C. Поматросит – и бросит, вдоволь наигравшись парнем. — Куда-то собираетесь? — не удержался Генос, будто до него только сейчас дошло, что наставник куда-то марафетится. Он себя странно чувствовал. Будто внутрь него забрался какой-то паразит и медленно пожирает его изнутри, постепенно подбираясь к ядру. Он не понимал, почему вместо того, чтобы порадоваться за учителя, до недавней поры одинокого и, наконец, обредшего личную жизнь, у него во всех местах сразу, особенно в районе сливного отверстия, горит от мысли, что Сайтама сегодня займется сладким прелюбодеянием с этой мечтой некрофила. — Да, — отозвался Сайтама, прилаживая парик к своей самой гладкой части тела. — Зомбимен предложил сегодня сходить в кино, говорят, классный боевик на днях вышел. Я не мог упустить такой шанс, билеты в кинотеатр сейчас стоят так дорого, будто их из бриллиантов делают. — Я мог бы отвести вас в кино, — вскинулся Генос, с яростью надавливая на местоимение в своей интонации. — Хотите, буду водить вас туда каждый день? Или, быть может, куплю для вас сам кинотеатр? И уж поверьте, за моими действиями не будут таиться всякие задние мысли. Сайтаме, наконец, удалось натянуть на голову искусственную шевелюру и он с удивлением воззрился на негодующего, исходящего паром ученика. Раньше он воспринимал Геноса не иначе, как разумную помесь боевой машины и скороварки, но теперь ему удалось разглядеть мальчишку за грудой железа. Киборг сейчас до боли напоминал ему свои собственные юношеские годы и неразделенную, своенравную, предпочёвшую ему другого первую любовь. Но одно дело, когда ты подросток, у которого период созревания клокочет в яйцах, и совсем другое, когда ты уже прошел данный этап и, собственно, не в чем клокотать. — Генос... Ты что, ревнуешь, что ли? Вот только не надо мне тут синий экран смерти показывать! Теперь, я кажется, начинаю понимать, откуда растут ноги твоей, как казалось, необоснованной неприязни к Кингу, Ездоку и Зомбимену. Ну и что ты там себе напридумывал? Нет, погодь, не с того начал. С чего ты меня вообще ревнуешь? — Лысый Плащ отвернулся к зеркалу, укладывая задорно торчащие пряди волос. — Возможно, я сейчас скажу нечто очень грубое, но ты мне никто, в общем-то. Я тебе ничего не обещал в этом плане, и потом, мне казалось, что у нас сугубо дружеские отношения. Если ты выдвинул очередную невероятную теорию о том, что можно разгадать секрет моей силы таким вот образом, то должен тебя огорчить – это не так. Извини, но, я не твоя вещь, и я волен общаться с теми или иными людьми так, как я посчитаю нужным. Захочу – пойду с Зомбименом в кино. Захочу – облачу Ездока в фату и потащу под венец. Я безнадежно проебал свою юность сначала за учебниками, потом в заочке даром никому не сдавшегося экономического универститета, ты не поверишь, но я даже не целовался ни разу. Подружки не было. Не было дней рождения, на котором я мог напиться до невменяемости и попытаться зажевать коньяк стрингами самой красивой старшеклассницы с параллели. Сейчас я хочу наверстать все то, чего мне не доставало в твоем возрасте, и уж извини, что не разделяю твои чувства. Я не ненавижу тебя, и отталкиваю тебя не потому что ты киборг, или что-то в этом духе. Будем считать, что ты просто не в моем вкусе. Извини. Мне правда очень жаль. Ну, — Сайтама закончил свою тираду и удовлетворенно кивнул собственному отражению. — Так-то лучше, а то надоело, что все пялятся, как на неведому зверюшку. Хоть один вечер отдохну от своих геройских будней и побуду обычным человеком. Сменишь воду у роз? Сайтама прихватил на всякий случай бумажник, затрапезно звякнувший монетами мелкого достоинства ("Наверняка, как у Зомбимена!" — мстительно подумал Генос, отчаянно желающий, чтобы в штанах у вышеупомянутого было именно такое фиаско), велел своему ученику не готовить на него ужин и ушел, захлопнув за собой дверь. Если бы Сайтама однажды не поскупился и приобрел яркую брошюрку "Содержание и разведение киборгов в неволе" (Лысый Плащ увидел однажды в супермаркете такую, но жаба задушила возникший было интерес, да и Сайтама не думал там прочесть что-то такое, чего он еще не знал о Геносе), то он бы знал, что из всего, чего не стоит делать с киборгами, первое место занимал пункт "злить".