(Не)герой

Эри Прошла уже неделя с моего, так сказать, выздоровления. За это время у нас дома побывала куча самого разного народа. Начиная от Андромеды, заканчивая моим крестным Северусом. К слову, о нем. Похоже, он единственный, кто в открытую рассматривал вопрос о моем проклятии врагами Рода. Отец, по-моему, тоже думал о подобном, но держал мысли при себе, а потому поддерживал версию с неизвестной болезнью. Родня на меня не могла надышаться, мама тенью следовала по дому, а отец первым делом после трудового дня рвался пообщаться со своим чадом. Что странно, если верить памяти моего тела, до болезни родитель был довольно строг и требователен, но никак не мил и ласков. Полагаю, тут главную роль сыграло то, что я недавно из, грубо говоря, могилы выбрался, вот отец и решил не волновать деточку, а всячески ей угождать. Словом, меня готовы были носить на руках, а я… А что я? Пользовался положением. Первым делом я потребовал добавить в свой рацион мяса: как оказалось, до своей болезни ел я только овощи да фрукты, редко птицу. Произвол, скажу я вам. Из-за попыток мамы отказать мне я обратился за помощью к своему «няньке» — дяде Северусу, который, как оказалось, тоже не понимал, зачем из ребенка делают кролика. Так у меня появилась дополнительная энергия от пищи, а значит возможность упражняться физически. Чем я и занялся незамедлительно. Мое желание бегать по утрам было воспринято в штыки: видите ли, я только недавно из постели, а уже бегать. Мама плакала, отец задумчиво сверлил меня взглядом, а я ныл. Начни я перечислять плюсы утренней пробежки, появились бы вопросы. Ну откуда, по-вашему, десятилетний мальчик может знать о физиологии? Поэтому оставалось давить на жалость, и, в итоге, я таки добился своего разрешения, но с условием сопровождения в лице самих родичей. Ну так я и не против, как говорится, в здоровом теле — здоровый дух! К слову, о семье и духе. После целой ночи самоанализа пришел к неутешительному выводу, мои эмоции по отношению к «семье» — не остаточная память тела, а, так сказать, подарок от умирающей души настоящего Драко. Я предполагаю, что при переходе поглотил душу парнишки, но, так как у меня не было установки ее жрать, мой организм решил, что нужно просто принять ее. Собственно, отсюда мои эмоции вперемешку с диким желанием найти обидчиков Рода и придушить их. Весело до ужаса. Но, с другой стороны, так даже лучше, мне не придется разыгрывать чувства к тем, кто ближе всех мне в этом мире, все само по себе работает, и это уже неплохо. Из моей жизни в роли наследника Рода я вычленил свои плюсы и минусы. Плюсы: прямо сейчас меня обожают и делают все для моего блага, в перспективе я имею неплохой капитал и крепкий Очаг магии, который меня принял, несмотря на мою истинную сущность; еще, конечно, стоит упомянуть тот факт, что, благодаря матушке, я имею крайне многочисленную и опасную родню, которая при случае заступится так, что мама не горюй. Минусы: постоянный и тотальный контроль: ни тебе помедитировать, ни поупражняться в магии крови - ничего! Бесит! Вообще, если подумать трезво, то я неплохо живу: кормят вкусно, крыша над головой шикарная и сплю, по факту, на мешке денег; любят к тому же, но неспокойно мне, и все тут. Такое чувство, будто по песку иду и понимаю, что вот-вот в зыбучий вляпаюсь по самые рога - тьфу! - уши. Но нужно как-то выживать, принимать все к сведенью и стараться не отсвечивать. А еще нужно думать над жертвой для себя: как оказалось, львиная доля моих сил ушла на быстрое лечение новой тушки, отсюда быстрое и безболезненное выздоровление. Резерв был пуст, совсем пуст, и я сейчас ходил и едва ли не волком выл от голода, но что поделать — своих есть нельзя, а чужих тут, увы, не бывает.

***

А у нас гости! Судя по тому, как отец недовольно хмурит брови, не самые приятные, но очень важные. Интересно будет глянуть на тех, кто способен заставить волноваться обычно ехидного Люциуса Малфоя. Мама сейчас сосредоточенно поправляла мою парадную мантию, темно-зеленую с родовыми нашивками на манжетах и полах. Волосы мне старательно зализывали назад, но они упорно оттопыривались, и я уже начинал закипать: терпеть не могу, когда мои патлы пытаются чесать. Поэтому, надувшись, посмотрел на маму, а та, печально вздохнув, махнула Добби рукой. Домовик тут же перестал тягать мои волосы, и они паклями повисли кто как. Он взял расческу и просто их расчесал. Ну нормально же, и челка у меня нормальная, и не торчат они вовсе, зачем их зализывать? Это отцу такая прическа идет, а мне совсем не к лицу. — Драко, дорогой, пожалуйста, веди себя при гостях максимально вежливо, — тихо произнесла моя матушка и добавила. — И не смотри никому в глаза это оп… невежливо, мой ангел. — Я понял, мам, обнимать можно дядю Северуса и тетю Андромеду, бабушке и дедушке можно улыбаться, а все остальные чужие, — серьезно произнес я. Интересная картинка получается: мой отец доверяет своему школьному другу больше, чем родне со стороны жены. Я ведь помню, как он, пока мама была занята сервировкой стола для празднования моего выздоровления, инструктировал меня на тему, что хорошо, а что не очень. Как итог, все были уверены, что я просто очень стеснительный ребенок, который очень любит донимать неулыбчивых людей. Да, я весь вечер проторчал около своего крестного и ведь не зря, мужчина потом приходил каждый день и был во всех спорах на моей стороне. Прекрасно иметь такого язвительного и колючего с виду человека на своей стороне. — Это здорово. Если будешь хорошо себя вести, то твой папа и крестный обещали взять тебя с собой в сад, — мама все-таки тоже хитрая, знает ведь мою идею фикс — выбраться на улицу. Так что на сегодняшнем вечере я буду самым идеальным ребенком: знаю ведь, что Малфои своим не лгут. — Гости прибудут через десять минут, госпожа Малфой, юный господин, — Гинки появился с хлопком, кланяясь. Что же, кажется, начинается. План созрел довольно быстро. Но был в нем ряд нюансов — я не знал этого мира, соответственно, я не знал обычаев его жителей, их привычек, повадок, фольклора и так далее… Как правило, даже в другой стране у туриста возникает масса забавных казусов, особенно если человек неопытен и стремится выдавать себя за местного. Любая его невинная шутка может обернуться оскорблением, сравнение может быть непонятым, а простой интерес — поводом для разборки… Сам факт, что человек «не свой» — уже достаточный повод для проблем, но я буду очень стараться и в крайнем случае изображу обморок и родители меня быстро отволокут с глаз гостей. Собственно, план, я намеривался просканировать гостей и определить есть ли у них сильные душевные пороки или как еще говорят грехи. Грех — это не только нарушение каких-либо моральных и нравственных законов, но и осознанное желание, за которое носителю не стыдно, хотя и должно быть. Притом грехи у каждого за частую сугубо индивидуальны, ведь не зря говорят, что Ад живет в голове. Каждый сам определяет для себя хорошее и плохое; чем меньше, по мнению носителя, в нем плохого, тем выше вероятность обратного. Конечно, святых никто не отменял, но все же встретить их можно крайне редко, и для таких, как я, это самый настоящий подарок Судьбы. Почему? Все очень просто: тот, кто чист душой, испытает куда большую агонию от осознания своего грехопадения, а значит, я получу куда больше энергии, чем в обычном случае. Ну и стоит ли говорить, что тех кто чист душой куда как интереснее уводить на кривую дорожку ведущую в Ад. Но вернемся к плану: если сканирование окажется удачным, то прицеплю ярлыки и буду иметь дивиденды с каждой греховной мысли — не самый выгодный и удобный способ, но это лучше, чем ничего. Если же к нам придут чистые или не слишком, то и преисполненные греха личности, то я их лично не трону, но все равно поставлю ярлыки, но уже на греховные мысли тех с кем они столкнуться в последующее время. Тоже способ так себе, да еще и работает не всегда, но что же поделать в моем положении. Итак, мы все втроем стояли у камина и ждали наших гостей. Мама неосознанно пыталась задвинуть меня за свою спину, словно из камина должны были появиться враги, а не гости. Отец был совершенно спокоен внешне, если, конечно, не обращать внимания на то, как он нервно сжал свою трость и чересчур сильно стиснул зубы. Я на всякий случай приготовился отпрыгивать в сторону и валить на верхние этажи, а что? Магии я местной не знаю, свою продемонстрировать… при всем желании не смогу, так что в случае опасности могу только убегать и прятаться. И вот пламя вспыхнуло слишком ярко, а затем из него вышла высокая фигура. Когда дым рассеялся, я смог разглядеть перед собой старика с очками-половинками и добродушной улыбкой, на его бороде были прикреплены разноцветные колокольчики, и при каждом его вздохе они позвякивали. Рядом о старичкам стояла женщина в летах, на ней была остроконечная шляпа и пожившая мантия темных тонов. — Здравствуй, Люциус, — мягко произнес старик и пожал моему отцу руку. — Прекрасно выглядишь, Нарцисса, — он поцеловал ручку маме и перевел взгляд на меня. — А вот и поправившийся Драко! Порадуй старика, покажись из-за спины матери, — он говорил все это очень ласково, и я решил послушаться. — Здравствуйте, дедушка, — брякнул я и расплылся в идиотской улыбке. Так, стоп. Я этого не хотел, но сделал. Значит ли это, что дедок меня заставил? Прислушался к себе, а ведь верно! Где-то на задворках подсознания обнаружил весьма странное плетение: что-то вроде подавления воли, но в более мягком варианте. Дед-то, оказывается, менталист, но на кой ему меня контролировать? В перспективе-то оно понятно, Род и деньги, но вот сейчас зачем? Перевел взгляд на отца и обмер: папа смотрел на деда стеклянными глазами. Плохо. Посмотрел на маму: та вообще еле держится, пытаясь не заплакать. Убью. Точно прибью, никто не имеет права доводить моих родичей до такого состояния! Решил припугнуть, мол, контролирую вашего дитятку? Сейчас я тебе покажу, старикан, детскую любовь и во что она может выливаться, к тому же это просто отличное прикрытие для моего изначального плана. Не успели мы сесть за стол, как я с самой дебильной улыбочкой принялся скармливать старичку «цветочки», приправу, которую называли Соком дракона, (убойнейшая жуть, скажу я вам). Альбус Дамблдор смотрел на меня несколько удивленно, а затем попробовал угощения заколдованного им же ребенка. Надо было видеть, как расширялись его глаза, а слезы выступали из глаз. Что думал, я тебе сладости свои отдам? Ага, конечно, самому мало! Мои родители смотрели на это действо с неописуемыми выражениями лиц: я вроде и показываю ненормальную любовь к старику, но при этом ведь творю жуткую ересь. Когда Дамблдор попросил водички, я, недолго думая, протянул ему свой апельсиновый сок и со счастливейшей улыбкой принялся наблюдать за стремительно бледнеющим лицом гостя. Это все равно, что попробовать слопать стручок чили и сверху добавить какого-нибудь спиртного, дерет жутко. Пока все приходили в себя от моих угощений и опасливо поглядывали на мою добрейшую улыбку, я вешал свои именные ярлыки, так что никакой другой демон их не снимет и сам не присоседится. Кое-как отошедший от моих угощений, дедок откашлялся и чинно сообщил, что, мол, дела не ждут и вообще он не планировал надолго задерживаться и просто решил порадовать ребенка. Я, естественно, разревелся, мол, дедушка, не уходи, я еще не наобщался. Ох, как он на меня посмотрел, а уж когда я хотел дать ему угощений на дорожку… Это был побег, иначе и не скажешь, я стоял и, крепко уцепившись за маму, махал им рукой. Вот так мы и познакомились с директором школы магии Хогвартс. Жду не дождусь своего обучения там, чувствую, мне будет очень весело. Сейчас, кое-как разобравшись с подозрительным плетением, понял, что оно позволяет менять мой характер и взгляды на жизнь в нужную старичку сторону вне зависимости от расстояния между нами. Надо будет подумать, как избавиться от этой мерзопакости, а пока спать и еще раз спать. Пугать синяками под глазами родичей больше не буду, одного раза хватило, чтобы понять, что тут любое отклонение моей внешности воспринимается как катастрофа.