Слизеринка: Родовое проклятье.

Беллатриса всё продолжала меня пытать Круцио, на протяжении где-то минут сорока. — А ты, грязнокровка, я смотрю, сильная. Не врут значит о твоих способностях? Но мне ты всеравно не сумеешь противостоять, потому что я сильнее тебя… — она хищно приблизилась. Всё тело болело, после пытки. Это был отдельный ужас. Она взяла меня за волосы, с силой дернула на себя. — Запомни: в этом мире выживают сильнейшие, и тебе — она выделила последнее слово по интонации — здесь не место. — Отпусти её! — из-за деревьев прозвучал чей-то голос. — Ну-ка, ну-ка, кто это здесь вступился за грязнокровку?! — Беллатриса огляделась вокруг. — Я, — и на поляне показался Диггори, с поднятой палочкой. Беллатриса рассмеялась. — Да ты, щенок, против меня—ничто! Минутная пауза, и Диггори взмахнул палочкой, а прямо перед Беллатрисой, как будто ножом резануло. — Ах ты! И она принялась атаковать его всеми заклинаниями, начиная от Остолбеней, и заканчивая уже темной магией. Он неумело отражал заклинания, но всеже успевал парочку послать в неё, а она, хрипло смеясь, метала вспышки. — Остолбеней! — Круцио! — когда она в очередной раз поставила щит, произнесла это заклинание, и Седрик упал. — Я же говорила щенок, ты для меня не помеха! Чтож, а теперь, придется убить и тебя, вместе с жалкой грязнокровкой. Рвался в атаку? Да не всегда победить сумеешь, особенно меня. — она толкнула носком туфель его руку. В этот момент, я почувствовала, что прежние силы возвращаются, и подняв руку (благо, она стояла ко мне спиной), я почти крикнула: — Петрификус Тоталус! Наверно, это было от неожиданности, и она упала на землю, с стеклянными глазами, в точно такой же позе, не в силах пошевелиться. Медленно приподнялась, и подошла к Диггори. Из носа его текла кровь, на щеке была кровоточащая рана, губа разбита. ''Хорошенько же приложили'' подумала я, и спросила: — Ты как? Но он молчал, ничего не отвечая. Я коснулась рукой его шеи, проверяя пульс. Слава Богу, живой. До тронулась до лба, потому что слишком уж красным было лицо. Мерлин, да он же горит весь! У него жар. ''Нужно срочно к мадам Помфри! Она поможет! ''' подумала я, и, взяв палочку, которую Беллатриса уронила на землю при падении, наколдовала носилки, и перенесла его на них. — Левикорпус. — носилки поднялись вверх, оторвавшись от земли, и я дошла до школы, держа под прицелом палочки Седрика. *** Я сидела в коридоре возле палаты уже минут сорок, ожидая вердикта врача. Но вдруг, дверь распахнулась, и в лазарет вошла девушка с черными волосами и узкими глазами. Посмотрев на неё, я увидела галстук Когтеврана. — Ты не знаешь, что с Седриком Диггори? — спросила она. — Нет. Я сама сижу, жду вердикта мадам Помфри. Он меня в лесу спас, и теперь… Меня, кстати, Гермиона Грейнджер зовут. — Чжоу Чанг, — она легонько пожала протянутую руку. — что-то не похоже, что ты бы волновалась за него. Её взгляд пал на мой галстук. — Да, я Слизеринка. — сказала я — Но это не значит, что я настолько ужасна, что не буду интересоваться здоровьем человека, который попал в лазарет, спасая мне жизнь. — речь была с холодными интонациями в голосе. — Извини. — сказала новая знакомая, и бросила взгляд на дверь. Спустя несколько минут, прошедших в молчании, в коридоре появилась мадам Помфри. Я тут же вскочила со скамьи, и подошла к ней. — Мадам Помфри, как он? Чжоу, подошла следом за мной, теребя галстук своего факультета. — Он в порядке. Конечно, ушибы есть, и рана на щеке, но жить будет. — сказала медсестра. — К нему можно? — спросила Чжоу. — Да, но не надолго. — Чжоу, можно я сперва пойду? — спросила я — Мне на на несколько минут всего, я хочу поговорить с ним. — Ладно, — Чжоу кивнула. Я подошла к двери палаты, и постучав, вошла внутрь. Он лежал с открытыми глазами, и смотрел в потолок. Возле кровати, стоял стул, куда я и села. Мой взгляд упал на прикроватную тумбочку, где стояли множество колбочек с зельями, шприцы для уколов, и внутри что-то неприятно сжалось: из-за меня он теперь здесь. — Седрик, — произнесла я, и он посмотрел на меня так удивленно, будто я не сижу здесь уже минуту, а только что вошла. — я хочу извиниться, за то, что из-за меня ты здесь. И, сказать спасибо, что спас меня. — А тебе спасибо, что спасла меня. И, кстати, всегда пожалуйста, — он улыбнулся — я просто помог человеку, нуждавшемуся в помощи. — Как ты себя чувствуешь? — спросила я. — В целом—хорошо. — ответил он, и затянулось неловкое молчание. Я достала из своей сумки яблоки. — Это тебе. — и положила на тумбочку, противоположную к тумбочке с лекарствами — Поправляйся. И вышла, быстрым шагом. Мне было не по себе, что он попал из-за меня сюда. Но, по понемногу, совесть переставала грызть меня, уступая место сожалению.