Слизеринка: Родовое проклятье.

Сидя вместе с Драко в купе, я осознала, что действительно не хочу уезжать. Что мне хочется остаться здесь, рядом с родителями, и ждать появления сестренки. Что хочется забыть о проклятии… Но я не могла. Волей не волей, затащив вещи в вагон, я теперь сидела у окна, и смотрела на снег, сыпавший за окном, и на Рона и Гарри, которые прощались с миссис и мистером Уизли. «Интересно, а где Джинни, и Фред с Джорджем?» подумала я, но тут дверца купе приоткрылась, и вошла самая младшая из Уизли. Усмехнувшись, поставила чемодан, и изрекла: — Вы не против, если я поеду с вами? Практически всё забито. — она посмотрела на нас. — Конечно, садись, — я улыбнулась ей в ответ — как провела Рождество? — В принципе, хорошо, — призналась она — но жаль, что тебя не было. Мама просила передать, что надеется, летом ты не откажешься погостить у нас недельку-другую. Гарри будет жить у тети и дяди, а потом и его заберем. — Ну, погоди. До лета ещё дожить нужно, — сказала я — а Гарри и Рон тоже сюда придут? — Ну, Рон там с Лавандой Браун будет… — она заговорщицки шепнула, понизив голос — кажись, у них там отношения. Я была рада за Рона. Он, в принципе, парень хороший, но иногда…немного раздражал. На младших курсах. А сейчас я убедилась, что он нормальный, и потому, если с Лавандой у них всё сложится — это будет прекрасно. — Понятно. А твой Майкл тебе писал? — спросила я. — Да. Поздравил с Рождеством. Он остался в школе, его родители попросили не приезжать, там какие-то свои разборки у них, — она отмахнулась — ну, а вы как каникулы провели? — О-о-о… — Драко усмехнулся, вступив в разговор — Очень круто. — Да. Мы были в кино. Благо, Джинни не нужно было объяснять, что такое кино. Мистер Уизли увлекался тем, что делают магглы, потому про «кино», Джинни слышала от отца не раз. Как, впрочем, и всё остальное семейство Уизли. Вскоре, к нам присоединились Рон и Гарри, а потом подоспели Панси и Блейз. Никогда бы ни подумала, что буду ехать в школу когда-то, в такой веселой и дружной компании. *** Pov Автор. Тем временем, Дафна Гринграсс стояла у обрыва, явно кого-то ожидая. За это время, она нисколько не изменилась. Хотя, разве что знаний в заклинаниях у неё прибавилось значительно. Глядя вниз, она почувствовала, что хочет стать Великой. В прямом смысле этого слова. Она хочет быть на высоте. Хочет, чтобы оттуда, снизу, на неё жалобно смотрели враги, моля о пощаде. Главной целью, надо подметить, были её бывшие соседки по комнате — Панси Паркинсон и Гермиона Грейнджер. Да вот только к Грейнджер ей теперь доступ закрыт. Беллатриса объявила, что сама намерена уничтожить грязнокровку, и приказала Дафне не совать в это дело своего носа.  — А иначе,  — вспомнились слова Пожирательницы — ты будешь у меня гнить, Гринграсс. Вместе со своей семейкой, и чертовой целью. Гнить, поняла меня? И тебе никто не поможет. — усмешка. Злорадная усмешка, жаждущая мести. Мести, вперемешку с кровью. Ну и поделом. Если с Грейнджер ей запрещено биться, то будет Паркинсон. Это даже лучше. Она докажет бывшей подруге, что та — пустое место в этом мире. Но если посмотреть правде в глаза — были ли они подругами? Нет. Настоящая подруга бы не предала тебя, сдав твоих родителей. Не допустила бы, чтобы по её вине, убили мать подруги. Вспомнив о миссис Паркинсон, которая уже мертва с прошлой весны, на губах заиграла злорадная усмешка. Не такая, конечно, как у Беллатрисы, но она будет стремиться к этому. Чтобы её так же боялись, и уважали. Как похожи они с ней! — обе будут убивать, плечом к плечу, и у обеих есть младшие сестры, которые сомневаются в правильности выбора старших. Но Астория будет их. Она будет в их компании, а потом — станет женой Драко. И тот тоже будет вербован за них. Однозначно. Люциус не допустит, чтобы его сын, сражался на стороне какой-то жалкой выскочки. А Грейнджер навсегда останется для неё никем, ничем не больше, чем «грязнокровка». Тишину нарушил тихий хлопок. Обернувшись, она увидела собственно того, кого и ждала. — Здравствуй. — холодно осведомился собеседник. — Здравствуй, Тимофей. Как видишь, позвала я тебя не случайно… Да, ей осточертел он. Она презирает его, несмотря на то, что родители давно решили её судьбу, и вскоре, она станет женой, этого заносчивого, и высокомерного парня. Впрочем, она такая же, а соответственно, Тимофей — лучшая для неё партия. Парень поморщился. — Говори быстрей, и я уйду. — Мне нужна твоя помощь в одном деле…И я почему-то уверена, что ты не откажешь. Ты должен поехать в Хогвартс. Там будет одна девчонка, по имени Панси Паркинсон…войди к ней в доверие. И доставь мне. Целой и невредимой. — Зачем тебе она? — недоумевающе спросил он — Если ты уже решилась убивать, то можно взять любую. — Нет, ты не понимаешь. Мне нужна именно она. У меня с ней старые счеты. — увидев заинтересованный взгляд жениха, Дафна добавила — А какие-тебя не касается. Её удивляло, что они понимали друг друга с полу слова. Но в тоже время, она презирала его. Сама не зная, за что, и почему. Просто он ей был противен. Но против воли родителей она пойти не могла, иначе бы — смерть. — Даю тебе времени до окончания учебного года. — завершила Гринграсс-старшая. Тимофей исчез также быстро, как и появился. Едва ли слышный хлопок долетел до неё. «Ну что, Паркинсон…Скоро ты будешь гореть в аду, моля меня о пощаде. А я буду стоять над тобой, и смеяться. Громко, и злобно. Вот тогда-то, ты и поймешь, что значит быть » виноватой «. Это будет больно. Больнее, чем атомный взрыв. И, знаешь, подруга, не позавидую я тебе». *** Pov Гермиона. На следующий день, Гарри собрал нас всех в Выручай-комнате, и приказал тренироваться в Патронусе. Став с палочкой наготове (благо, для этого заклинания, тренироваться можно было и самостоятельно, без противника, не боясь кого-то покалечить). — Экспекто Патронум! — из моей палочки ничего не вышло. Почему? Гарри, увидев, что у меня не получилось, подошел, и принялся объяснять: — Гермиона, перед тем, как вызвать Патронуса, нужно подумать о чём-то хорошем…светлом. Нужно вспомнить то, что ты бы не хотела отдать дементору. Нужно мощное воспоминание, чтобы оно наполнило тебя радостью. И только тогда, когда ты снова почувствуешь эти эмоции, нужно произносить слова заклинания. Я попыталась вспомнить, найти такое воспоминание. — Это мой подарок. Я не знал, что тебе подарить, и… — А сейчас уже знаешь? — спросила я. Он посмотрел на меня. Я на него. Так длилось всего минуту, и потом, я сама не поняла даже, как это случилось. Он оказался вдруг так близко, что я не успела опомниться. — Знаю… — шепнул он, обдав меня своим дыханьем, и в следующий миг, поцеловал меня. Его губы были горьковаты, из-за огневиски и сливочного пива, которое он пил в пабе. Поцелуй был настойчивый, и я ответила. Наверно, просто неожиданность. Внутри всё взорвалось. Перед глазами всё плыло, и единственное, что сейчас ощущала, — это его руки, и дыхание. Всё. Больше ничего. В голове всплыл образ Фреда, и я оттолкнула Драко от себя. Он сел обратно в кресло, а я сидела, молча, думая…Что это было? Я не задавала вопросов ему, ничего не говорила. От этого поцелуя, я словно протрезвела, и из организма будто улетучились следы выпитого сливочного пива. Отвращение. Я почти что предала только что Фреда. Предала всё свои слова, которые говорила: что люблю его, что он мой парень, что я с ним счастлива… Предала одним ответом. И как теперь быть дальше? У меня только-только всё разложилось по своим местам, по полочкам, если можно так сказать, и теперь… Теперь опять всё запутано. Драко не отрывал от меня взгляда, словно ждал, что я сейчас задам ему вопрос. Зачем, да почему… Но это не так. Прежде чем задать вопросы — я должна разобраться в себе. Даже не бросая ни слова, ни взгляда, быстро вскочила, и поднялась по лестнице, переступая через две-три ступени. Но заклинание снова не подействовало. Тогда я попыталась, найти что-то более радостное. Да, вероятно это из-за того, что в тот момент я чувствовала себя предательницей Фреда. «О…А это уже может быть…» подумала я, и погрузилась в другое воспоминание. — Ты знаешь… Я, кажется, знаю. — произнесла я, сбивчивым голосом. — Что знаешь? — Не важно, — покачав головой, я снова прильнула к его губам. Он обхватил меня ещё сильнее, и поднявшись, теперь уже держал меня на руках. Я оторвалась и попыталась спрыгнуть с его рук, но он не отпустил. Уже через минуту мы были в спальне мальчишек пятого курса. Мы целовались, совершенно забыв обо всём. «Пора отпустить» прошептал внутренний голос. Вы знаете, да. Действительно, пора отпустить. Определиться вовремя очень важно, и я это сделала. Может, несколько позже, чем было необходимо, но сделала. Драко готов ради меня бросить команду по квиддичу, а я прекрасно знаю, что для него это значит. Он, как и многие другие волшебники увлечен этим видом спорта, и, хотя бы раз задумывался о дальнейшей карьере. Фред счастлив. Он с Анной. Надеюсь, у них всё будет хорошо, и что она его искренне любит. Так, как любила я. Надеюсь, что она ни за что никогда не причинит ему боль, что сделала я в своё время. Если бы можно было перечеркнуть одним «прости»…Но нет, так просто в жизни ничего не складывается. — Я люблю тебя, — шепнула я ему, прерывая поцелуй — люблю. Я снова испытала ту самую радость, как тогда, перед Рождеством. — Экспекто Патронум! — и я почувствовала, что вокруг стало будто бы всё легче, и что кто-то охраняет меня. Открыв глаза, я увидела перед собой Выдру. Она смотрела на меня, и как будто согревала теплом. Когда ощущения закончились, Патронус растворился в воздухе. В конце собрания, я узнала, что у всех моих друзей получился Патронус. У Рона это была собака, у Полумны кролик, у Фреда енот, у Джорджа обезьяна, у Джинни лошадь, у Блейза зебра, у Панси белка, у Драко хорёк. — Ахах, хорёк, — изрек вердикт Блейз, когда мы шли по коридору. И я знала, почему именно он смеется — а Гермиона тебя всегда так и называла раньше, — вот вам и ответ. — Прекрати, Блейз, — сказала я, улыбаясь. — А ты вообще молчи-зебра темнокожая, — сказал Драко, глядя на Блейза. — Ладно-ладно, но всё равно ты-Хорёк. Драко достал палочку, собираясь его заколдовать, но я остановила движением руки его руку. — Не нужно. Пойдемте лучше в гостиную. И мы вчетвером направились по коридору. Уже будучи возле входа в подземелья, я услышала, что меня окликнули. — Мисс Грейнджер. — обернувшись, я увидела профессора Снейпа. Он стоял рядом с каким-то парнем, лет шестнадцати. — У нас на факультете новый ученик, мистер Андриан. Вы, как староста, должны провести его до гостиной, и показать подземелья. — Хорошо, профессор Снейп. — и я, указав новенькому идти за мной, двинулась с друзьями дальше. — Меня Тимофей зовут, — представился он. — Это-Драко, это-Блейз, а это-Панси. — я представила друзей по очереди. Блейз и Драко пожали ему руки, а Панси кивнула, в знак приветствия. — Ну, а как зовут тебя, о очаровательная девушка-староста? — спросил Тимофей, усмехнувшись. Драко искоса испепелил его взглядом. — Меня зовут Гермиона. — И эта очаровательная девушка, как ты правильно подметил, -моя. — Драко притянул меня к себе. — Что ты делаешь? — шепнула я ему. — Показываю, что ты занята. — ответил он. Высвободилась из его рук я уже около гостиной. — Здесь находится наша гостиная. Пароли простые, легко запоминающиеся. Меняются раз в три дня. Сейчас пароль: «Хладнокровие». — проем открылся — Это-наша гостиная. Здесь мы отдыхаем, делаем уроки. Спальни мальчиков по левую сторону. Твоя, насколько я знаю, на втором этаже. Ты на какой курс поступил? — Вообще-то, я сейчас на шестом. — Тогда, да, всё верно, — я кивнула — второй этаж третья комната направо. Пойдемте, ребят, не будем мешать новенькому разбирать вещи, — и я вышла из гостиной. За мной вышел и Драко. Панси ушла в спальню, а Блейз согласился помочь новенькому донести вещи — что будем делать? — спросила я. — А давай сбежим в Хогсмид? — предложил он. Сова, которая стремительно влетела в подземелья была раннее незаметна нам, но теперь, она уронила прямо на руки Драко громовещатель. Едва Драко прикоснулся к алой ленте, которой было перевязано послание, оно буквально взорвалось у нас на глазах, и мужским громким голосом сообщил: — КАК ТЫ ПОСМЕЛ ЯВИТЬСЯ К ЭТОЙ ГРЯЗНОКРОВКЕ НА РОЖДЕСТВО?! ТЕМНЫЙ ЛОРД РАЗГНЕВАН! ТЫ ПОНЕСЕШЬ НАКАЗАНИЕ, КАК ТОЛЬКО ПЕРЕСТУПИШЬ ПОРОГ ДОМА! ТЫ ДОЛЖЕН ЖЕНИТЬСЯ НА АСТОРИИ, И ТЫ ЖЕНИШЬСЯ НА НЕЙ, ЧЕГО БЫ МНЕ ЭТО НИ СТОИЛО, ТЕМ БОЛЕЕ, ЧТО ЕЁ РОДИТЕЛИ СОВСЕМ НЕ ПРОТИВ ЭТОГО! ВЫБРАЛ МЕЖДУ МАТЕРЬЮ И ГРЯЗНОКРОВКОЙ ГРЯЗНОКРОВКУ??! ЧТО ЖЕ, ТЫ ПОЖАЛЕЕШЬ! Я была, честно говоря, в шоке. Нет, я знала, что у Драко чистокровная семья, но чтобы вот так? Позорить сына на всё подземелье? Не удивлюсь, если гневную речь было слышно и в кабинете директора. А уж Снейп, так и вовсе, уже прослушал и теперь всё знает. — Эмм… Драко, я… Он молчал. Он смотрел на громовещатель, точнее на то, что от него осталось. Остатки письма разорвались окончательно, и теперь лежали на холодном каменном полу. — Извини…Отец поставил выбор: либо ты, либо мать. И я не хочу его делать, потому что не в состоянии выбрать между двумя, самыми дорогими мне женщинами на этом свете. И теперь мне всё стало понятно. Окончательно. Ничего не говоря, я просто обняла его, а он обнял меня в ответ. Мы так и стояли по среди подземелья, обнявшись. Но вдруг, послышались шаги. — О, голубки…Я что-то не поняла, Грейнджер, какого ты, грязнокровка, с моим женихом обнимаешься тут, а?! — разъяренно спросила Астория, глядя на нас. — Драко, ты тоже хорош! Идти у неё на поводу, как последний идиот ведешь себя, если честно! — Рот закрой, Гринграсс. — сказала я. — Что?! — она начала задыхаться от возмущения — Нет, ну вы посмотрите: какая-то грязнокровка будет мне рот затыкать?! Да я тебя порву! Она налетела на меня, толкнув к стене. «Ну, всё, Гринграсс. Это всё, что я могу тебе сказать. А, нет. Пожалуй, есть ещё пару слов. Ты попала». — Астория, я тебя не люблю, — сказал Драко — вали отсюда, и близко не вздумай даже к нам подходить, иначе я расскажу мистеру Гринграссу и миссис Гринграсс, у скольких парней ты побывала в постели. Звук пощечины. Она дала ему пощечину. Астория. Дала. Пощечину. Моему. Драко. — Ну, всё… — я взяла палочку, и направила на неё. Даже сама не успела понять, какой жест произвела рукой, но в следующий момент передо мной открылась невообразимая картина. Волосы Астории начали выпадать большими прядями, и она закричала. — Грейнджер, что ты наделала? Я убью тебя! — она тоже достала палочку. Драко отнял у неё палочку. — Значит, так. Ты-иди к мадам Помфри. И не подходи к нам. А об этом, — он указал на её голову — никому ни слова. Скажешь-прибью раньше, чем тебя потащат к алтарю. Понятно? Он говорил спокойно, но угрожающе. Гринграсс, испепелив меня ничтожным взглядом, ушла к выходу из подземелий, по пути выхватив у Драко своё оружие защиты. — Гермиона, а ты больше не связывайся с ней. — Ты считаешь, что я не вправе постоять за себя? — мои брови поползли вверх. — Нет, я так не считаю. Просто волнуюсь за тебя. — он подхватил меня на руки, а я обвила его ногами. — Ну…я подумаю, — усмешка выросла на моих губах. Спиной я чувствовала стену. Когда моё лицо было уже рядом с ним, я спрыгнула с него, и пошла в гостиную. — Эй, так нечестно! Он пошел за мной. — Зато ты теперь сможешь снова представить Асторию в том виде, в каком она ушла. Мы прыснули со смеху, и ввалились в гостиную, уже хохоча по полной.