Слизеринка: Родовое проклятье.

— В общем, этим летом Гринграсс выходит замуж за Малфоя. Они решили нарушить правило, и пожениться до окончания Хогвартса. Родители Астории собираются переговорить с директором, чтобы тот поселил их в отдельную башню, и, по возможности, передал твой пост ей, чтобы со стороны всё было законно. Гермиона усмехнулась. Эта информация в любой другой ситуации заставила бы её задуматься, но в этот раз ей было явно не до того. Она только кивнула, и искренне произнесла. — Спасибо. — Наше сотрудничество окончено? — вопросила Миллисента, глядя на бывшую вражескую однокурсницу. — Скорее всего. Мы обе получили то, что хотели. Ты — временное поддерживание жизни для своего вампира, я информацию, которая поможет принять нужные меры во избежания неприятностей. Так что, держаться нам дальше нет смысла. — она посмотрела на Булдстроуд, — Однако, я не могу не признать, что мы уже не враги. Миллисента усмехнулась. — Гринграссы — гнилая порода, — произнесла медленным тоном, — именно поэтому от дружбы с ними вы и бежите: ты, Панси, теперь ещё я… — Я с ними никогда не дружила, и дружить вряд ли буду. — ответила Гермиона, — У меня для тебя один совет. Возьми и отправь этого вампира как можно дальше от Хогвартса, так, чтобы его никто не обнаружил из твоих врагов. — Так и сделаю, — Миллисента кивнула, — Ты тоже возьми и отправь своего Драко как можно дальше от Гринграссов, и передай, пускай не вздумает возвращаться в семейный особняк, потому что от него не отстанут, и дальше будут лезть с этим чертовым замужеством Астории… Вы с ним, как бы удивительно ни звучала эта фраза, хорошая пара. Гермиона хотела было что-то сказать, но не нашла подходящих слов. А Булдстроуд, развернувшись, ушла по коридору, не оглядываясь. Нам только со стороны кажется, что есть люди плохие, и люди хорошие. Но на самом деле нет. В каждом человеке есть и то, и то, но он сам определяет, какую сторону развивать в себе. А если ты вдруг развиваешь неправильную, и чувствуешь это — главное вовремя поменять свой выбор… И тогда кто знает… Возможно, твоя жизнь сложится совсем иначе. *** Едва Гермиона пришла в гостиную, Драко, читавший пророк, встрепенулся, и отложив газету, встал с кресла. — Ты куда — то идёшь? — спросила Грейнджер. — Эмм… Да. У меня дела некоторые. Он покинул гостиную. «Ну, в конце — концов, каждый человек иногда должен побыть один, и поразмышлять о том, о сём.» Выпуск пророка привлёк её внимание намного раньше, прежде чем она успела понять, что там написано. Взяв в руки, и решив в кои-то веки проверить новости волшебного мира, Гермиона осмотрела первую полосу. А там, было большими печатными буквами, написано: ГИБЕЛЬ МИНИСТЕРСКОГО РАБОТНИКА Вчера вечером, мистер Андриан, работник министерства магии, был подвергнут переливанию крови. Однако, целители не сумели спасти мужчине жизнь, и тот скончался сегодня ночью. — Когда его доставили к нам в больницу, он был в тяжелом состоянии, на что сказывалась многократная потеря крови. Мистера Андриана сразу же доставили в реанимацию. У покойного была 4 отрицательная, которой, в нашей больнице было крайне мало. Мы отправили запрос в школу чародейства и волшебства «Хогвартс», в которой, согласно акции «Поможем магическому населению» проходили сдачи крови. К сожалению, присланной крови оказалось недостаточно, что повлекло за собой гибель мистера Андриана, впоследствии случившегося несколькими минутами ранее отравления ядом. Однако, так ли всё было на самом деле? Никто не знает, что случилось с мистером Андрианом. Может, его смерть была своеобразным искупителем вины перед жертвами его сына? Правильно говорят: «Бумеранг возвратится с новой силой.» Как всем известно, Тимофей Андриан был посажен в Азкабан в конце прошлого учебного года, и, как сообщили Азкабанские стражи — совершил побег вчера вечером. Связаны ли эти два события? Сбежавший тюремщик собирается мстить за смерть отца? — Мы ведем следствие, — сообщает работник Аврората, пожелавший остаться неизвестным, — и, очень скоро дело будет раскрыто, а виновные будут наказаны. Остальные новости вы узнаете в следующем выпуске. Ежедневный корреспондент «Пророка», Рита Скитер. И тут она отчетливо начинает понимать, что, скорее всего это она причастна к тому, что мистер Андриан скончался. Да, это, безусловно, отец Тимофея Андриана, того, кто так поступил с ней, но… Она никогда не была похожа на убийцу, и была уверена, что убийство ей, как бы хотелось, не совершить. Гермиона Грейнджер аккуратно положила газету на столик, всё ещё продолжая всматриваться в картину под статьей: высокий, статный мужчина, мило улыбался, и помахивал ручкой, а справа внизу была черная ленточка. — Ядовитые жабры, — послышалось со стороны, и Панси вошла в гостиную старост — Гермиона, ты представляешь… — но увидев подругу, точнее состояние, в котором сейчас находилась та, быстро подошла — Что с тобой? — обеспокоенно. Грейнджер не ответила. У неё внутри ещё никак не могла сформироваться мысль, что, пусть и косвенно, но она повлияла на это событие. Попыталась вспомнить, сколько магглорожденных к ней попадало с четвертой группой, но так и не удалось. — Я… — она перевела взгляд на Панси -…ничего. Мне просто как-то не по себе. — Тебе плохо? — Голова болит, — ответила Грейнджер, и поняв, что нужно сделать лицо попроще, спросила — ты что-то хотела? — Да нет, просто пришла пригласить тебя на вечеринку, Блейз собирается устроить её в честь открытия сезона по квиддичу. Ну, и… — она замялась — его пригласили быть охотником. Улыбка коснулась лица девушки. — Так это же отлично, — Гермиона кивнула — я приду. А когда именно?.. — Через два дня. Договорившись, подруги распрощались, и Паркинсон покинула гостиную. — И да… Я бы на твоём месте, сходила в лазарет. — произнесла на прощание. А Гермиона наколдовала себе бокал огневиски, и выпила залпом, жмурясь от того, как янтарная жидкость растекалась по горлу, оставляя малую сухость во рту. Когда алкоголь растворился в организме, она почувствовала легкость, и захотела выпить ещё. Помфри никак не поможет ей сейчас. «Неужели я убийца?» — размышляла девушка, отправляя в себя уже третий бокал. Хотелось уснуть, и не думать о возможном причастии. «С чего это ты вдруг так реагируешь? Жаль того старика? Проснулась частица совести? Каждый в этом мире выживает сам за себя, и только ты вправе отвечать за свои поступки, может, и не очень хорошие… Но зато жизненные. Неужто слизеринка перестает быть слизеринкой?» Насколько позволял алкоголь, Грейнджер добралась до ванной, и открыв дверь, проникла в комнату. Плитки. На полу, на стене. Светлые тона. Серебристые. Умывшись холодной водой несколько раз, девушка посмотрела на свое отражение в зеркале. Видать, она не заметила, как её тушь размазалась по лицу, и сейчас она выглядела, мягко говоря, не очень. Копна каштановых волос была чуть размытой в её глазах, но её сейчас волновало не это. Удалив остатки неудавшегося макияжа, Гермиона вышла из ванной, и нос к носу столкнулась с Драко. Тот удивленно рассмотрел свою девушку, признавая, что до этого, ему не удавалось видеть её в таком состоянии, по крайней мере, будучи вполне трезвым. — Ты напилась? — уточнил он, оглядывая её. От алкоголя, наверно, не осталось и следа. С этим вопросом вся ветреность ушла из неё, оставив только разочарование. Разочарование, от двух фактов своих мыслей, связанных между собой. «Ты не виновата в его смерти! Это несчастный случай, и какая разница, что просто всё совпало?! Ты — не виновата!» — твердила она мысленно себе «Да и как можно было напиться? Ты ведь девушка! И прочь всё сомнения: а слизеринка ли?! Слизеринка! Настоящая! Которая умеет отличить свои ошибки, от стечения обстоятельств.» — Просто захотелось расслабиться. — Оригинально, — усмехнулся, хотя по глазам было понятно, что он явно что-то подумал не то. Естественно: Гермиона напилась! Причем, в гордом одиночестве! Да, Грейнджер… Врать — то ты, несмотря на факультет, так и не научилась. Или это он так хорошо тебя знает, что может раскусить в два счёта? — ладно, ты уже оставайся здесь, я сам подежурю. — Но… — Оставайся. Не хватало ещё, чтобы по школе потом ходили слухи, что наша мисс Грейнджер пьяной патрулирует Хогвартс. Потери должности тогда тебе не избежать. Вспомнилась информация, полученная от Булдстроуд. -…Родители Астории собираются переговорить с директором, чтобы тот поселил их в отдельную башню, и, по возможности, передал твой пост ей, чтобы со стороны всё было законно. «Ну уж нет! Я об этом давно мечтала, и никому свой пост отдавать не собираюсь!» Вяло поблагодарив Драко, Гермиона развернулась, и ушла в сторону спальни. *** — Что там с Грейнджер? Когда она наконец будет у меня, и я получу возможность поквитаться с этой чертовой грязнокровкой?! — негодующе, в сотый раз вопрошала Беллатриса, испепеляя глазами. — У меня всё под контролем, — ответила Астория, — очень скоро, её доброта и желание помочь окажутся ей в минус. Миссис Лестрейндж недоверчиво посмотрела на собеседницу. Вся эта затея казалась ей никуда не годившимся цирком, но что уж поделаешь?! Придётся рискнуть… — Когда именно?! — На рождественских каникулах, миссис Лестрейндж. — Называй меня «мадам Лестрейндж»! — ещё более негодующе, — И учти, если я не получу грязнокровку, ты и твоя семья, вместе с твоей сестрицей и её будущим муженьком, лично пойдете под заклятие, вас надо было прикончить ещё при первом же провале задания! На это Астория ничего не ответила. Ей нужно было как можно скорее возвращаться в школу, достаточно того, что её родители итак еле незаметно забрали её, договорившись со Снейпом, чтобы их дочурка могла появиться в доме через каминную сеть, с учетом обратного прибытия не более пятнадцати минут. Беллатриса, ругаясь, покинула коридор, где они говорили. Гринграсс — младшей ничего не оставалось, кроме как, взяв порох, отправиться в школу. «Можно подумать, я не хочу с этой Грейнджер поквитаться!» — со злобой думала та, крадясь уже от кабинета декана к гостиной, по ночному подземелью.