Слизеринка: Родовое проклятье.

Они подлетели к магазину очень быстро, остановившись на мгновение возле двери. Фред быстро открыл палочкой двери и, спрыгнув с метлы одновременно с Гермионой, прошмыгнул внутрь магазина. Гермиона, оказавшись в столь знакомой и уютной обстановке, улыбнулась. Она даже представить себе не могла, что окажется сегодня в магазине близнецов! Всевозможные товары, лежащие на витринах и полках, привлекали внимание своей необычайностью, а в воздухе витал аромат спокойствия и шоколада. — Угощайся, — обернувшись от полок с товарами различных зелий, она увидела, что парень уже приготовил чайник. В данный момент он разливал горячую жидкость по чашкам. — На улице прохладно было, не откажешься выпить со мной? — Только если это не алкогольный чай, — усмехнулась Гермиона, принимая чашку и садясь на пуфик. — Ну что ты, я помню, ты на задании, — ответил Фред и поставил на столик тарелку с шоколадом. — Бери. Отломив кусочек, Гермиона положила шоколад в рот и блаженно улыбнулась. Шоколад буквально таял во рту, подкреплённый несладким чаем. В самый раз вместо сахара. — Ну, как там обстоят ваши дела? — спросил Фред, сделав глоток. — Мы по сути ничего о вас не знаем, но пытаемся убедить народ, что всё будет нормально. — Мы скрываемся в одной деревушке, где-то час полёту от Косого переулка у одной старушки. Она согласилась приютить нас, состоит в ордене. Миссис Уильям, может, знаешь её? — Нет, но родители мне рассказывали о ней. Говорят, она потеряла дочь. — Да, — Гермиона грустно опустила глаза. — В этом есть и моя вина, мне жутко перед ней неудобно. До этого мы жили в лесу, но потом едва не попались и пришлось сбежать. Лавгудов навестили… Ты в курсе, где Полумна? — Нет, а что с ней? — Её похитили Пожиратели. Они таким образом надеялись надавить на Ксенофилиуса, чтобы тот перестал писать статьи в поддержку Гарри, но сам мистер Лавгуд решил выиграть куда большую рыбу, когда мы к нему наведались. Он сдал нас с потрохами, можно сказать и мы еле унесли ноги. Даже Гарри пострадал, там пожар был жуткий. — Да уж… Не будь этот Лавгуд сумасшедшим, я бы его прибил, — сказал Фред, отламывая себе кусочек шоколада и попутно давая ещё один Гермионе. — Сумасшедшим? Погоди, я согласна, он немного странный, но почему именно так? — Его упекли в Мунго, — пояснил Уизли. — Пару дней назад вышла статья об этом. На вот, полюбуйся, — он огляделся и протянул ей выпуск Ежедневного пророка, датированный за 16 декабря. Заголовок статьи, находившейся на первой странице, — Гермиона хмыкнула. Должно быть, Скитер сочла это единственной самой крутой новостью своего выпуска — гласил: ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР ЖУРНАЛА «ПРИДИРА» СОШЁЛ С УМА! Ксенофилиус Лавгуд красовался под короткой статьёй в смирительной рубашке, глядя на неё своими жалобными глазами, что-то шепча и покачиваясь взад-вперёд. Очевидно, сделали снимок после того, как напичкали его какими-то препаратами. Сегодня в больницу Святого Мунго в отдел для душевнобольных был помещен главный редактор журнала «Придира» Ксенофилиус Лавгуд. Вид мужчины был достаточно ошеломлённый, а сотрудникам пришлось бороться с многочасовой истерикой, вызванной потерей имущества и рассудка. До недавнего времени этот мужчина являлся борцом за идеи Гарри Поттера и в своих статьях принуждал магическое население следовать следу Мальчика-Который-Выжил, дабы бороться против нового режима и победить организацию Пожирателей смерти, взявшей сейчас бразды правления страной в свои руки. Дом Лавгуда, по адресу Оттери-Сент-Кэчпоул, 176 был взорван. По предположению прибывших на место происшествия мракоборцев это — последствие взрывного заклинания. Так же нам стало известно, что в день взрыва в дом к мистеру Лавгуду являлись Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер, лица №1 и №2 в топе самых опасных разыскиваемых преступников. Что же это — месть за неудавшееся вербование или случайное совпадение? Мистер Лавгуд отказывается давать какие-либо комментарии по поводу случившегося, хотя этому едва ли стоит удивляться: дочь мистера Лавгуда, ученица Хогвартса, Полумна Лавгуд, накануне приехала к своему отцу на каникулы. Среди сгоревших досок тела было не найдено, из чего можно сделать самый страшный вывод. Остальные подробности в следующем выпуске, Специальный корреспондент «Ежедневного пророка», Рита Скитер. Чашка с горячим чаем опрокинулась из рук и, Гермиона была готова поспорить, что тёплый напиток был в нескольких сантиметрах от её колен, как был остановлен палочкой Фреда. Подняв спустя мгновение глаза на парня, девушка произнесла: — Это не только Лавгуд сумасшедший. Это и Скитер сумасшедшая. Полумна… Как они могли такое написать? Мы никогда не нападали ни на кого, в особенности на тех, кто за нас был! — Был, — парировал Фред. — Они на этом и строят статью, мол, Лавгуд вас предал, вызвав мракоборцев, а вы устроили взрыв и пожар. То, что Полумна похищена, официально не подтверждали. — Я-дура, Фред. Мне так хотелось узнать… Это я потащила туда ребят, — она закрыла глаза руками. Парень тут же оказался рядом и взял её запястья в свои руки. — Не кори себя, — ответил он. — Как там малыш Ронни? — Ты разве не в курсе? Фред насторожился. — А о чём я должен быть в курсе? Гермиона поняла, что ей предстоит сообщить Фреду эту новость. — Рон ушёл. Повисло молчание. — Он бросил вас? — спросил Фред. Она отвела взгляд. — Гермиона, — произнёс Уизли, приблизив её к себе. — Я задал вопрос. Её карие глаза посмотрели в его голубые. И отвечать не понадобилось, потому что Фред сорвался к выходу со словом «Убью». Она остановила его, встав перед ним и взяв его лицо в свои руки. — Пожалуйста, успокойся. Я пыталась его догнать, но у меня не вышло. Фред, — она снова попыталась его удержать. — Не нужно, я прошу тебя. Я думала, что он у вас, но теперь понимаю, что, очевидно, Рон где-то скитается. К тебе сейчас должен придти Билл, а я в розыске и мне необходима ваша помощь. Пожалуйста, не уходи и не оставляй меня. И Фред не ушёл, остался. Он приблизился к ней как можно ближе и прошептал: — Гермиона, я хочу, чтобы ты знала, что если вам понадобится помощь — я готов пойти куда угодно. Правда. Джордж сможет меня прикрыть, мы с ним как две капли воды похожи. Нас даже мама порой путает. — Спасибо, но мне кажется, ты здесь будешь нужнее. Кстати, я слышала один раз вашу передачу… Поттеровский дозор, кажется? — Да, — ответил он. — И как тебе? Их голоса уже сошли на шёпот между собой. — Честно признаться, лучшей поддержки у меня ещё не было ни разу в жизни, — ответила шатенка. — Чья это была идея? — Общая, — ответил Уизли. — И я рад, что тебе это понравилось. Гермиона практически сжала рубашку Фреда в районе плеч, желая вдохнуть его запах. Пропитаться им как можно лучше. Она так давно его не видела, не имела возможности прикоснуться к нему… И сложно было ответить на вопрос, к кому её тянет больше — к шутнику Фреду или серьёзному Драко. Потому что они разные, и она тоже может быть разной. И каждый из них дарит ей такие ощущения, эмоции, воспоминания… Чёрт возьми, она так скоро сойдёт с ума. И она не может не думать об этом. Потому что вспоминая одного, она невольно погружается в мысли и о другом. Послышался стук в дверь и они поспешили оторваться друг от друга. Фред мысленно проклинал того, кто пришёл так не вовремя, а Гермиона посмотрела ему в глаза и произнесла: — Нам нужно действовать, — она вздохнула не то опечалено, не то спокойно. И он открыл двери, дав ей знак спрятаться за стеллажом. — Привет, — поздоровался Билл, пожав руку. Фред ответил рукопожатием. Заметив вид брата, вперемешку с помятой рубашкой, поспешил добавить. — Видимо, я не вовремя. — Да ладно, проходи, — он пропустил его внутрь. — Хорошо, что ты зашёл, я как раз тебя ждал. Билл усмехнулся, явно подумав о том, что Фред сейчас ждал совершенно иного поворота своих действий. А когда из-за стеллажа показалась Гермиона, мужчине не составило труда сложить два и два, чтобы получить очевидный вывод к своим догадкам. Однако высказывать вслух он не стал ничего, поздоровавшись с шатенкой. Грейнджер, мечтая провалиться сквозь землю, кивнула в ответ, не найдя в себе силы хоть как-то прокомментировать встречу. Ей показалось, что Билл уже догадался, что между ними чуть было не произошло. И было непонятно, хотел бы парень на самом деле помешать этому или нет. Благо, что рыжеволосый вовремя взглянул в зеркало и поспешил пригладить рубашку, тем самым уничтожив последнюю улику и исправив всё в чистый и опрятный вид. — Ты, значит, уже знаешь новость по поводу Рона? — спросил Билл у Фреда. Фред взглянул на Гермиону и кивнул. — Да, только что сообщили. — и он перевёл взгляд на брата. — Погоди, он, что, у тебя сейчас? — Я тебя прошу, давай только без членовредительства, хорошо? — Билл сел в кресло, — У тебя не найдётся чего-нибудь вкусненького? Я жутко проголодался, если честно. Гермиона, как там остальные? — он посмотрел на девушку. — Держатся. Слушай, Билл, мне нужна твоя помощь… — Весь во внимании, — ответил Уизли. — Сперва скажи, вы-то как, нормально? Как Флёр? — О, у нашей новоявленной миссис Уизли настал чрезвычайный период испытаний в жизни, — таинственно протянул Фред. Увидев направленный взгляд старшего брата на себя, усмехнулся. — Да ладно, Билли, это ведь хорошая новость! Представляешь, Гермиона, через восемь месяцев я стану дядей. У Гермионы, можно сказать, челюсть едва не отвисла. Она посмотрела на Билла, который прикрыл глаза и прошептал нечто вроде: «Зря я проговорился ему», а потом усмехнулся и открыл глаза. И усмешка эта была очень похожа на усмешку Фреда, прямо один в один. Вообще, Гермиона, за всё время знакомства с этой семьёй заметила, что у всех одинаковы огненно-рыжий цвет волос и лучезарные улыбки. — Я рада за вас, — сказала она, улыбнувшись. — Передавай Флёр мои поздравления. — Небось, Рон всё же вам мешает? — спросил Фред, саркастически приподняв брови. Он злился на брата и не мог понять, как тот смог оставить друзей в таком положении, а особенно её — Гермиону. Как её вообще можно было оставить? Она же такая хрупкая, беззащитная… Только на первый взгляд она такая воительница, а на самом деле, любая девушка слабая физически. Морально, как Фред знал, Гермиона гораздо сильнее. Быть может, даже сильнее, чем он сам. И в этот момент Фред Уизли был рад тому, что рядом с ней всё это время были Гарри и Блейз Забини. Они, хотя бы, смогут её защитить в случае чего. — Фред, — Гермиона посмотрела на него осуждающе. — Я не скрою, что Рон поступил… несколько не так, как мы предполагали. А если быть точнее, то вообще никто не предполагал этого. Но они с Гарри поссорились, а дело заходило дальше и дальше, вмешался Блейз, я, но ничего не вышло. Сейчас в принципе время думать не об этом, понимаешь? У меня слишком мало времени, — Гермиона перевела взгляд на Билла. — Если в магазин придут покупатели, будет очень трудно скрываться. Расскажи мне о всех тайных ходах в Гринготтс, какие ты только знаешь. Я видела, там один из них забит досками… — Зачем тебе это? — поинтересовался Билл. — Мы собираемся проникнуть в банк, — глаза мужчины округлились и Грейнджер поспешила добавить, — У нас есть подозрения, что там могут быть крестражи или какая-то информация в сейфе Лестрейнджей. — Гермиона, это очень дурная затея, — произнёс он. — Охрана у банка очень мощная, вас рассекретят ещё до того, как вы успеете представиться и озвучить своё желание. — Ну мы же не дураки, зайдём не через главный вход. — Всё равно, — Билл покачал головой. — Когда в банк кто-то проникает, гоблинам, ведущим сейф волшебника, приходит уведомление. Тот ход, который заколочен досками, используется лишь обслуживающим персоналом, типа уборщиц и т.д. — Уборщиц? Почему они не могут воспользоваться магией? — спросил Фред, — Это же так круто. — Чрезмерное количество магии может разрушить защиту сейфов, на которые, попрошу заметить, накладывается часть и магии самого владельца. Как ты собираешься проникнуть в сейф без фамильного ключа Лестрейнджей? Да и потом, в этих туннелях сейфов тысячи, если не миллионы, среди них ещё нужно будет найти нужный. — Неужели нет других возможностей проникнуть в банк? Должен же быть какой-то ход, с которого нас не заметят. Билл колебался. Гермиона видела, что ему есть, что сказать, однако он не торопился с этим — видимо, имел надежду на то, что она передумает и убедит друзей отказаться от их затеи, которая, по мнению Билла, как работника банка, была бесполезной в своём воплощении. — Есть один, — сказал Билл спустя несколько минут молчания. — Но он очень опасен, — предупредил, увидев загоревшиеся глаза собеседницы. — Рассказывай, — произнесла Гермиона ровным голосом. Если всё же у них была эта возможность, она не имела права упустить шанса воспользоваться ею.

***

Тележка мчала по туннелю с огромной скоростью. Драко сидел, крепко ухватившись руками за поручень, а прямо перед ним был гоблин, руководивший управлением этим «чудом транспорта». От скорости аристократа непременно бы стошнило, однако детские посещения занятий верховой ездой не прошли даром — стоило лишь зажмуриться, а потом открыть глаза, когда низкий тембр голоса долетел до ушей. — Мистер Малфой, мы приехали, — Драко уже начало казаться, что когда наступила тишина, он просто оглох. Оказалось, что нет. Тележка осталась на том же месте, а вот они прошли несколько метров вперёд. Здесь в ряд стояли чёрные маленькие дверцы, сделанные из такого крепкого дерева, что едва ли какая-то магия могла их снести. Над каждой дверью был фонарь, освещающий отверстие замочной скважины, куда гоблин тут же вставил ключ и провертел его несколько раз, создавая тем самым два, громко отдавшиеся эхом, щелчка. Пройдя внутрь, Драко тут же почувствовал неестественный металлический запах. Ему сделалось дурно и он еле подавил в себе приступ тошноты, а в глазах помутилось от огромного количества золота. Монеты лежали прямо на полу, никем не тронутые за те многие годы, что Лестрейнджи провели в Азкабане. Стоит признать, что Драко вообще не был уверен, нужны ли им эти деньги, ведь они в розыске. Он не имел понятия, что ему поручили доставить, но плотно закрытый всевозможными чарами свёрток напоминал какой-то предмет, по форме длинной чаши. Он не хотел, или не решался проверить, что там, дабы подтвердить или опровергнуть свои догадки. А фраза: Ты сдохнешь в страшнейших муках, племянничек, если я узнаю, что эта вещь пострадала, — услышанная им от Беллатрисы, внушала то, что эта вещь ей дорога. А в жизни тётушки, насколько он знал, вещей, которые были бы дороги ей, было очень и очень мало. Он положил свёрток к куче остального золота и поспешил выйти обратно. Гоблин закрыл двери и они снова сели в телегу, которая стартовала уже к следующему сейфу Малфоев. — Далеко ехать? — поинтересовался Драко, устраиваясь поудобнее. Ему не хотелось тратить так много личного времени на это дело, с одной стороны, но с другой это было лучше, чем наблюдать за мучениями пленников в подвале. На мгновение слизеринец пожелал, чтобы гоблин вёз его вот так как можно дальше. — Буквально минут десять, мистер Малфой. Ваш сейф находится намного глубже, — как бы извиняясь. — Поехали, — произнёс слизеринец. И телега скрылась в вихре и шуме рельс за поворотом.

***

— Может, всё же трансгресируешь? — поинтересовался Билл, когда все объяснения были сказаны. — Нет, — ответила Гермиона. — Я так и так подолгу взаперти, мне хочется хотя бы немного побыть на свободе. Она с метлой приблизилась к входным дверям. Билл не стал идти дальше, кивнув на прощание и трансгрессировал тут же, чтобы не мешать им. Мистер Уизли понимал, что его брату необходимо объясниться с этой девушкой, ведь по мнению Билла невооружённым глазом было видно, что Фред неравнодушен к ней. И ему хотелось, чтобы они наконец объяснились между собой во всём, чтобы никто никого не мучил. — Подожди, — Фред приостановил её за руку. Гермиона посмотрела ему в глаза. И ей уже не хотелось уходить. — Мы ведь ещё нескоро увидимся… — Я не знаю, — ответила она. — На самом деле, Фред, всё происходит слишком… Сначала слишком быстро, потом слишком долго… Я запуталась. Он обнял её. — Мне кажется, что я люблю и тебя, и его, — она отстранилась и снова посмотрела ему в глаза. — Почему ты расстался с Анной? Она вовсе не планировала задавать этот вопрос, но разве в любви что-то можно планировать? Когда любишь, из головы вылетают все мысли. Когда любишь, можешь казаться глупым, но именно в этом и заключается вся искренность чувств — безо всяких крутых фраз. Простота души — вот что значит настоящая любовь. Не строить из себя великих мудрецов, а просто довериться как есть тому, кого любишь. — Я люблю тебя, — прошептал Фред. И это был весь ответ. — Никогда не думал, что смогу быть настолько привязан к кому-то, помимо Джорджа, но… Оказывается, можно испытывать и другую любовь. Ты нужна мне. Гермиона не поверила своим ушам. — Почему… Почему ты не сказал мне этого раньше? — Я боялся, что окажусь не нужен тебе, — ответил он. — У тебя на тот момент уже что-то намечалось с Драко и… Хотя кого я обманываю? Это всё было ещё до того, как мы расстались. Я уже тогда чувствовал к тебе то, что и сейчас. И по щеке покатилась слезинка. Что она за человек? Пообещала себе не плакать, а в итоге не сдержалась. — Если бы… — она сглотнула, а спустя мгновение продолжила. — Если бы ты смог сказать мне всё это раньше… Всё было бы по-другому. Всё могло бы быть по-другому. Ты… Ты помнишь, как… Я же… Я сама решила, что ты забыл меня. Я думала, ты счастлив с Анной, а когда вы расстались, было уже поздно, ты понимаешь?! — Если ещё можно всё исправить… — ответил Фред. — Ты ведь рассталась с Драко. — Почему? Что я тебе сделала, что ты решил так со мной сыграть? Фред, меня тянет к вам обоим и для меня это ужас! Ты понимаешь?! Я не могу понять, кого я люблю больше или по-настоящему, я постоянно задаюсь вопросом, можно ли любить двоих! Фред… Мы поломали свои отношения. Повисла гробовая тишина. — Ты слышишь? — тихий шёпот прервал это мгновение. — Я и ты. Мы оба виноваты, что так всё случилось, потому что если бы мы могли поговорить обо всём… Я стала встречаться с Драко только потому, что ты стал встречаться с Анной, но потом я поняла, что мне с ним хорошо!.. Наверное, так же хорошо, как и было с тобой, — прошептала она уже совсем тихо, опустив голову. Она нырнула в его объятия. Словно эти сильные руки могли защитить от войны, от всей этой истории с Беллатрисой и убедить в том, что все события — сон. Что стоит только хорошенько протереть глаза и она увидит коридор Хогвартса перед собой. Тот самый, в котором когда-то провела очередную перепалку с Драко на четвёртом курсе. Только с кем бы она хотела тогда остаться, если бы ей дали возможность вернуться назад? Сейчас Гермиона Грейнджер старалась об этом не думать. Она впервые осознала, что слова, которые были услышаны ею во время этой встречи, перевернули мир. Разрушили всё то, что она с таким трудом выстраивала. Разрушили её сердце во второй раз. — Помнишь, ты спросила меня, счастлив ли я? — Помню, — ответила она и с уст тот час сорвался всхлип. — Ты сказал, что да. Голубые глаза посмотрели в карие. — Я соврал, — прошептал он. И приблизившись ещё ближе, добавил, обжигая её кожу шеи дыханием: — Прости меня. И она плакала. Плакала и улыбалась. Уткнулась ему в плечо, обнимая. — Я знаю.

***

Проводив Гермиону, Фред вошёл в их с Джорджем кабинет. Сев в кресло, парень оттолкнулся ногами от пола, закрутившись несколько раз и остановился. Потом пробовал снова и снова. Его терзало чувство вины. Он знал и в то же время не мог принять тот факт, что сам разрушил свои отношения с Гермионой. Он позволил из-за гордости отпустить её, позволил уйти и позволил ей думать, что он счастлив. Фред корил себя за встречи с Анной. Корил за все случаи, когда он строил из себя человека, которому абсолютно плевать на прошлые отношения Фреда Уизли и Гермионы Грейнджер. Ему не плевать. Но есть ли у него шанс побороться вновь за сердце Гермионы Грейнджер? Одно он знал точно: если этот шанс появится, он, Фред Уизли, заклятый гриффиндорец, никогда не отпустит от себя её, Гермиону Грейнджер, привлекательную слизеринку с манящими карими глазами. Он не понимал, как она могла оказаться на Слизерине. Она, так умеющая чувствовать и понимать… И абсолютно не скрывавшая это.

***

— Берегите себя, — прошептала миссис Уильям, прежде чем закрыть дверь. Панси поёжилась от холода, выдохнув пар. Блейз взял свою девушку под руку и они спустились с крыльца к остальным. Заняв три метлы, две из которых были заранее куплены Фредом в косом переулке несколько часов назад, они взмыли в воздух. — Гарри, — позвала Гермиона лучшего друга. — Летим в ближайший к Косому переулку лес. Гриффиндорец кивнул и увеличил скорость. Валери только посильнее прижалась к нему, молясь, чтобы этот перелёт поскорее закончился. Она боялась высоты и не понимала, как могла согласиться на эту чёртову идею. Панси же спокойно держалась на одной метле с Блейзом, положив голову на плечо мулату и мечтая о том, что с ними будет всё хорошо, когда эта война закончится. Мечтая о том, что они сыграют свадьбу, мечтая о том, что будут воспитывать детей. Она мечтала о том, что счастье и спокойствие за оставшегося единственного близкого человека больше не покинет её никогда. — Блейз, — она позвала его совсем тихо. Здесь, в облаках, был жуткий ветер, а с землёй их разделяли футов семьдесят. Но он всё равно услышал её. — Да, Панси? — Я люблю тебя. Блейз улыбнулся, держа метлу в прямом ракурсе, стараясь не сдвигаться вниз и вверх. — Я тоже тебя люблю. — Ты-самый лучший, что бы там ни было. — Всё хорошо? — Я счастлива, несмотря ни на что. Солнце светило в глаза и она щурилась, улыбаясь. День был в самом разгаре, это было несколько опасным выдвигаться вот так, но в конце-концов, выбора не было. Ночью было бы ещё опасней из-за режима «карантина», о котором они узнали от миссис Уильям. Впрочем, это была единственная новая информация. — И, наверно, если бы у меня была возможность остаться здесь с тобой, в облаках, я бы согласилась. Потому что нас бы никто не нашёл здесь. Мы были бы вдвоём, представляешь? Только ты и я среди этих пушистых облаков. У нас была бы вся жизнь для осуществления самых заветных желаний. А ещё, если бы нам вдруг что-то не понравилось на земле, мы бы снова взмыли в небо. Наше небо на двоих, понимаешь, Блейз? Она впервые говорила кому-то такие слова. А он впервые от кого-то такие слова слышал. — Так и будет. Знаешь, сколько мы ещё будем вот так летать? — Сколько? — Бесконечно много раз. А потом, когда у нас родятся дети, мальчик и девочка, я хочу обязательно как минимум двоих, то мы будем учить летать и их. А потом вчетвером взлетим в воздух. Мы будем с тобой самыми счастливыми людьми, сделаем такими же своих детей. Они будут безумно похожи на тебя внешностью. — А характером на тебя. — Можно и так, хотя я был бы не против, чтобы они были копией тебя.

***

Джинни вышла на кухню вместе с Невиллом, чтобы принести хоть какой-то еды в Выручай-комнату. Пока эльфы суетились, бегая с кастрюльками туда-сюда и выбирали варианты различных угощений, а заправлял этим всем Добби, рыжеволосая девушка стояла рядом с другом возле окна и смотрела на одну из самых закрытых лужаек Запретного леса. Кто бы мог подумать, что в Хогвартсе есть такая часть, где можно было бы практически вблизи видеть все эти кусты, деревья и тёмные тропинки, ведущие прямо в чащу. Нехорошее предчувствие не покидало обоих, а свидетельствовавшее тому молчание мистера Лавгуда только усиливало ситуацию. Газетная статья Пророка справила на них небывалое впечатление. — Я не верю, — прошептала Джинни дрогнувшим голосом, — Нет, я просто отказываюсь верить, что с ней могло это случиться. — Успокойся, — Невилл подошёл к Джинни и обнял её, — С ней всё будет хорошо и было хорошо. Не удивлюсь, если это только очередной отвлекающий манёвр Скитер. — Весьма жестоко, — подметила гриффиндорка, — Ты писал письма домой? — Бабушка отказывается передавать информацию в таком виде, — ответил он, — А я не знаю, как её переубедить. Сама понимаешь, письмо могут перехватить и тогда… Джинни закрыла глаза руками. Как же ей хотелось перестать быть сильной. Перестать вздрагивать от каждого выпуска Ежедневного пророка. Всё это время живучи в слепом неведении, ей как никогда не хватало поддержки родной семьи, с которой на связь тоже выйти времени и безопасности не было. Всякие посылки с дома стали вскрывать прямо при получении в большом зале. Должно быть, пожиратели боялись, что там может оказаться что-то, способное причинить хотя бы малейший вред их действиям и планам. А подвергать родных ещё большей опасности, чем та, что нависла сейчас, она даже и представлять не хотела. Что тогда будет? Лучше не высовываться, а следить за первокурсниками, чтобы хотя бы ни в чём неповинных малышей не трогали. Однако сердце девушки каждый раз грозилось разорваться, стоило наткнуться на список погибших. «Только бы их ни было, только бы живы» — вот и вся единственная мысль, что была в голове. Новостей от Гарри и вовсе не было. Но, несмотря на все испытания и новый режим, в сердце Джинни Уизли продолжала теплиться надежда на то, что Гарри сумеет их всех спасти. Не один, конечно, ему помогут все они и, в первую очередь, если потребуется, она. Рыжеволосая девушка, которая ещё маленькой девочкой позволила себе влюбиться в героя. Настоящего Мальчика-Который-Выжил. И сейчас для неё самым главным было то, чтобы он выжил. Чтобы выжили дорогие её сердцу люди. — Сэр Долгопупс, сэр! — Добби быстро подбежал к ним, размахивая поварским колпаком. Джинни обернулась одновременно с другом. — Да? — Мистер Дамблдор вышел на связь, сэр Долгопупс и мисс Уизли. Он просит передать вам, что будет рад помочь в случае чего. — Аберфорт? — переспросила Джинни. — Да, мисс, мистер Аберфорт! — кивнул Добби, смешно шевельнув большими ушами. — Я, конечно, понимаю, но как он сможет нам помочь? Эвакуирует всех школьников? — скептически поинтересовался Невилл. — Нет, сэр, мистер Дамблдор сказал, что у него важная информация по поводу местонахождения сэра Гарри Поттера. У Джинни подкосились ноги, она едва удержалась, чтобы не упасть. — Веди нас немедленно к нему, Добби! — сказала она и, схватив руку Невилла, поспешила вслед за эльфом.