Энотера

      Мрак ночи все гуще и гуще опускался на широкие просторы этого мира, лишь луна с маленькими звездочками вокруг помогала разглядеть что-то.       Уже далеко за полночь, а Шираюки все еще работает. Она усердно трудится каждый день, чтобы больше узнать о растениях этой страны. Девушка всегда готова придти на помощь, ведь ее лекарства, настои, мази от болезни или раны — безусловно помогали и помогут еще немало раз!       Она с малых лет любила растения, выращивать их, наблюдать, ухаживать. Ведь они не только красивы, но и целебны. Шираюки хотела помочь всем, поэтому усердно трудилась, чтобы стать только лучше, чтобы ее лекарства помогали еще больше — и еще большему количеству людей! Она хотела этого не для славы — исключительно для людей.       Ее смена давно закончилась, а она все еще в саду, все еще трудится… И так почти каждый день.       Усталая девушка сидела на коленях перед раскопанной ямкой, в ее ладонях лежали несколько небольших семян, размером с грецкий орех. Она бережно положила семена в ямку и засыпала их землей.       Шираюки встала, отряхивая запачканное землей платье. Взяв лейку, оставшиеся семена и лопатку, она неспешно побрела на склад, чтобы положить садовые принадлежности, иногда заглядываясь на звездное небо и полную, желтую, как сыр, луну.       Шираюки открыла деревянную жутко скрипевшую дверь склада и зашла внутрь. Темнота побудила открыть дверь пошире, чтобы лунный свет осветил помещение. Открывая дверь, она случайно задела шкаф, стоящий рядом. Покачнувшись, шкаф вновь уснул, а с него на деревянные доски упала маленькая разноцветная коробочка, на которой красиво было выведено: «Ночные свечи». Девушка с нетерпением убрали садовые принадлежности на полки и подняла маленькую коробочку. Она открыла коробку и заглянула внутрь: в коробке лежал маленький прозрачный мешочек с семенами внутри. «Что это за семена?» — подумала девушка, кладя мешочек себе в карман, чтобы завтрашним утром спросить про них у главной травницы или Рю. Шираюки в задумчивости зашагала в свои покои, удивляясь количеству существующих растений — и что не про все она знает!

***

      На следующее утро девушка проснулась немного позже, тем самым опоздав на ее новую постоянную работу.       — Простите за опоздание! — крикнула она, вбегая в кабинет и кланяясь чуть ли не в пол.       — Ничего, проходи, — ответила женщина, сидевшая за столом и рассматривавшая бумаги, вероятнее всего, отчеты.       — Главная травница, — подошла к ее столу Шираюки, — не могли бы вы сказать, что это за семена? — девушка протянула прозрачный мешочек, который вчера отыскала на складе.       — Они неплохо сохранились, но заметно отсырели, — рассматривая маленькие горошинки, сказала травница. — Это, наверное, «Ночные свечи» — цветы, распускающиеся ночью, — очень красивы. Можешь их посадить, заодно проверив на стойкость семян: вырастут или нет: в уходе они не особо привередливы,  — протянула она мешочек с семенами обратно, улыбнувшись.       — Да, на коробке было написано «Ночные свечи». Спасибо! — сказала девушка, забирая мешочек и кладя его в карман.       Шираюки побежала в сад: она твердо решила немедля испытать семена. В теплице она встретила Рю и поздоровалась с ним, вскоре позабыв о его присутствии: настроение Шираюки было прекрасным, но столь мечтательным, что она заметила прозрачные двери теплицы только тогда, когда чуть не встретилась с ними лбом.       Подойдя к еще нетронутой земле девушка посмотрела на семена, следом — опять на землю. «Если они «ночные», то, может, их ночью сажать?» — задумалась девушка, переводя свой взгляд на утреннее небо. Она все же решилась посадить их днем, так как дел было много, а отоспаться ей тоже хотелось. Завтра ведь, как никак, ее единственный выходной. Она проделала все обычные действия при посадке семян: семена «отпустили» ее, больше не оттягивая карман, но теперь перед глазами Шираюки вставали образы будущих цветов, и она никак не могла сосредоточиться на работе.       Девушка быстро справилась с поливкой растений, после побежав в свой кабинет— записывать результаты позавчерашнего исследования. «Кстати, нужно посмотреть, через сколько же вырастет этот цветок…» — подумала девушка, доставая старый фолиант с полки. Книга была большой и пыльной, с красивым кожаным переплетом: в ней хранились тысячи наименований семян, и Шираюки отчаянно верила, что знает их все. От книги пахло вложенными, уже засохшими, травами. Стряхивая пыль, девушка открыла содержание и стала искать название только что посаженных семян.       — Вот он! — воскликнула девушка. — Значит, через несколько месяцев… — она закрыла книгу, кладя ее на место. — А сегодня у нас… — посмотрела девушка на календарь, который висел на соседней стене, — ага, четырнадцатое июня… — промямлила Шираюки, переводя свой взгляд на пробирки с жидкостью.       Шираюки принялась писать свой доклад. Она, как обычно, просидела так до позднего вечера, но сегодня ей не хотелось задерживаться. Так что девушка отложила бумаги, списав все на то, что допишет в выходной: осталось немного… Она пошла в свою комнату. Добравшись до комнаты, Шираюки зашла в нее и сразу же плюхнулась на кровать.       — Как же я устала… — пробормотала девушка в подушку.       Она так и заснула. Видимо, вправду очень утомилась.

***

      Лучи утреннего солнца освещали весь замок и его красочный цветущий двор. Вот только они не могли попасть в комнату к девушке, чтобы разбудить ее — шторы специально были плотно задернуты. Флаги, на которых был выведен герб королевства, нежно развевал теплый летний ветер. А девушка все еще спала…       Лишь через несколько часов она проснулась и побежала в лабораторию — дописывать свой доклад. Ей еще многое предстояло написать, больше, чем она думала вчерашним вечером. Шираюки даже в свой выходной стала работать и просидела допоздна, впрочем, как обычно, заснув на рабочем месте. Хорошо, что доклад был благополучно закончен…       В лабораторию незаметно проскользнул принц с подносом в руках. Он тихо поставил его на стол рядом с девушкой и легонько похлопал ее по плечу. Девушка нехотя приоткрыла один глаз, осматриваясь вокруг.       — Привет, Шираюки, — улыбнулся ей Зен.       — А, чего… — еще не отойдя ото сна, промямлила девушка. — Чего? — воскликнула она, похоже, пробудившись и глядя на закат, освещающий через тюль помещение. — Да… Привет, — она посмотрела на принца.       — Ты же, наверное, сегодня не ела; я принес тебе ужин, — указал он на поднос.       — Спасибо большое, — сказала Шираюки и взяла кружку ароматного чая. — Кстати, ты разве не занят? — Шираюки перевела свой взгляд с законченного доклада на парня, стоящего рядом.       — Да нет… — присаживаясь рядом, сказал он. — Делать перерывы бывает полезно, — подсказал принц, намекая на занятость Шираюки.        — Это точно, — кивнула она, улыбаясь.       — У тебя, похоже, много дел, раз ты даже в свой выходной так трудишься. — Зен положил свою руку на голову девушке, подцепив пальцами шелковистые пряди.       — Ну… — Она ощутила жар на щеках и опустила взгляд. — Я все давно закончила, просто заснула.       — Тогда, думаю, переживать мне не стоит…       А девушка лишь смотрела в его голубые, глубокие, как море глаза, и тонула в них. От его нежных прикосновений всю усталость как рукой снимало, а от улыбки и мягкого взгляда на сердце, да и в душе, так тепло… А он любил в ней все. Неважно, плохие это качества иль хорошие. Просто с ней ему было хорошо — так, что можно было вмиг забыть про все невзгоды… Они и вправду любили друг друга.       Девушка улыбнулась, вставая и забирая с собой поднос. Напоследок, Шираюки посмотрела на заснувшего принца. Похоже, он тоже трудится не покладая рук — у него выходных и вовсе нет.       — Приятных сновидений, — уходя, прошептала улыбающаяся девушка.

***

      Прошло два месяца. Шираюки все так же работала травницей, отдавая свою помощь всем и каждому. Зен целыми днями работал с бумагами, иногда выбирался из замка, сваливая работу на друзей, чтобы погулять с Шираюки, — они, к счастью, против не были. Такие моменты выдавались редко, а потому каждый раз — как новый, и до жути счастливый.       Одним летним вечером, когда уже похолодало, а солнце ушло за горизонт, Зен и Шираюки гуляли за пределами замка. Они любили вот так прогуливаться вместе, о чем-то болтать, улыбаться друг другу, держась за руки, но потом было печально расставаться и не видеться днями и даже неделями, — но, по крайней мере, последнего еще не случалось…       Они сидели на невысоком холме и смотрели на темное небо. На нем только-только появлялись сверкающие звезды и луна. Легкий ветерок ворошил красные волосы девушки, в ее глазах отражался почти недосягаемый, но такой красивый млечный путь… Зен смотрел в эти глаза и был ими зачарован. Это сияние в ее глазах такое же загадочное, как и звездное небо, блестящее — как ни поднимешь голову вверх — день за днем. Посмотрев на белую луну, девушка вспомнила, что сегодня должны распуститься цветы, которые она посадила два месяца назад.       — Зен, — девушка перевела свой взгляд на него, — не хочешь посмотреть, как распустится один цветок? — сказала девушка и — в предвкушении ответа — улыбнулась — и улыбка ее была столь мила, что он, конечно, отказать права не имел.       — А что за цветок? — ляпнул он, покраснев и утыкая свой взгляд в небо, будто за спасательную стену, — хотя перед глазами светилась улыбка Шираюки, — подальше от этой улыбки, которую он так любит, но которая тогда его так смущала…       — Ночные свечи, — спокойно сказала девушка, глядя на высокие морские волны. — Название говорит само за себя, правда? — сказала девушка, болтая ногами над бушующим морем.       — Думаю, они очень красивы, — улыбнулся ей Зен.       — Тогда пойдем! — воскликнула девушка, вставая и отряхивая подол юбки от земли и засохшей травы.       Они не спеша пошли через рощу к замку. Сегодня было полнолуние, поэтому девушка надеялась, что цветок все же расцветет несмотря на то, что семена отсырели за много лет в темной каморке…       Небо было чистое и безоблачное. Луна светила ярко, чисто и красиво… Зен и Шираюки незаметно пробрались через забор, стараясь тихо пройти через стражу, которая, судя по всему, дремала. Они почти на цыпочках прокрались в преддворцовый сад. Шираюки взяла фонарик и моментально нашла ту клумбу, в которую посадила эти семена. На клумбе уже красовались ярко-зеленые стебли, на верхушках которых раскрывались желтые бутоны.       Сад находился под открытым небом, поэтому яркая луна прекрасно его освещала. Шираюки позвала Зена, махнув ему рукой. Он быстро подбежал и сел рядом с девушкой. Они посмотрели на цветок, который только-только начал расцветать.       — Смотри! — восторженно прошептала девушка, чтобы не привлечь внимание стражи, которая ходила неподалеку, видимо, проснувшись, а Зен лишь улыбнулся.       Они посидели так еще немного. «Ночные свечи» наконец-то распустились. Они смотрели на них, как будто на младенца, который только что родился; как будто на чудо, появившаяся из ниоткуда… Шираюки достала из кармана маленькую записную книжечку и отыскала в ней информацию про эти цветы, которую сама пару месяцев назад и записала — беречь и нести через реку времени воспоминания, дорогие ее сердцу.       — Они еще долго будут цвести… — улыбнувшись, сказала девушка.       Было заметно, как плечи Шираюки задрожали: «А это значит, что она замерзла…» — размышлял Зен. Он крепко прижал девушку к себе. Маленькая книжечка выпала из рук девушки, а по телу пробежали мурашки. Но дона была рада. Была рада, что распустились такие красивые цветы, хотя, возможно, они просто бы умерли, так и не дожив до своего «рассвета». Но пуще всего Шираюки была рада, что они с Зеном, хоть и ненадолго, но вместе. Рада, что осталась тут, в этом королевстве… Что осталась здесь работать… Что все так же с ним…       — Правда красивые? — шепнула девушка и обняла парня в ответ.       — Да, очень… Но ты еще красивее…       — Спасибо… — задумалась девушка: причем же тут это?       Принц, будто прочитав ее мысли, ответил:       — Самый главный и самый красивый цветок для меня — это ты!       Зен наклонился и поцеловал Шираюки, передавая ей все эмоции, которые испытывал в этот момент. Он хотел сказать этим всем, показать словами и поступками, как он любит ее… Шираюки ощутила себя в океане эмоций, и все они — неминуемо положительны, вгоняющие в краску, но такие отрадные — лучше всего на свете: Шираюки была счастлива.       Она всегда хотела быть лишь с ним, теперь же… Теперь она его никуда не отпустит и каждый день будет с ним. У них, конечно, много работы и прочего, но хотя бы чуть-чуть, хоть мгновение. Если бы они еще хоть секунду провели в объятиях друг друга, было бы прекрасно… Зен, кстати говоря, действовал слажено: он просто напросто никуда не отпустил и не отпустит ее — никогда! — а разве нужно это?       И этой ночью принц никуда ее не отпустил: они так и заснули в этом саду, под открытым небом, под сиянием млечного пути, около только что распустившихся «Ночных свечей»… Пожалуй, ярко-утреннее солнце, сменяющее полную луну, не разбудит их, нет. Сейчас у них есть время побыть вместе — и они его не упустят.

***

      — Травница! — воскликнула девушка. — Они все же распустились! — радостно сказала девушка, улыбаясь своей лучезарной улыбкой, которая заменяет младшему принцу все на свете, а если и есть другой свет, другая вселенная, то там тоже — ничто для него не сравнится с любимой улыбкой Шираюки…

— the end —