Восьмой грех

Блум, не моргая, еще добрых пять минут смотрела на дверь, за которой исчез Валтор. Изумленный вздох застрял где-то в горле, пока сердце отбивало чечетку в ушах. Какого художника?! Фея едва не рванула следом за демоном, и только боязнь потеряться в незнакомом месте, в одном полотенце на голое тело, остановила девушку. «Жениться… То есть, как это жениться? Так я что же, его… Мы с ним, получается…» Точное определение сияло на подкорке неоновыми буквами, но сознание Блум наотрез отказывалось его воспроизводить. Почему? Да потому, что это совершенно и абсолютно неправильно — быть обрученной с темным магом, который виновен в исчезновении родного королевства. «Так же неправильно, как спать с ним?» — ехидно поинтересовалась совесть. Туше. Принцесса Домино вновь и вновь прокручивала в голове то немногое, что успела узнать о ритуале Асмодея. Кажется, Валтор действительно говорил о соединении душ или сущностей. Но брак… Зачем ему на ней жениться, если все равно собирается убить? Вскочив с кровати, фея огня заметалась по комнате. Вся сонливость исчезла, прихватив с собой желание пожалеть себя и поплакать. Новые вопросы накладывались друг на друга, заставляя природное любопытство скрестись коготками изнутри. — Так, спокойно, — Блум заставила себя остановиться и выдохнуть. Эх, жаль, что у нее больше нет доступа к библиотекам Магикса — там наверняка этот обряд описан в мельчайших подробностях, вместе с побочными эффектами, вроде рубцов и преждевременной гибели. «Узор!» — фея не верящим взглядом уставилась на неровные линии, исполосовавшие ее левую руку. Девушка покрутила кистью, потерла кожу, даже ущипнула себя — ничего. Никакой боли или просто неприятных ощущений, словно это и не рубцы вовсе, а чей-то неуклюжий рисунок. Раньше без обезболивающего масла Флоры отметины ныли, словно свежие ожоги, так что изменилось? В голове тут же вспыхнуло воспоминание о первой встрече с Валтором на Андросе. Тогда боль в руке прошла, едва маг коснулся ее. Интересно, это его магия или свойство самой печати? Хотя теперь, наверное, уже не важно. Говоря словами Стеллы: «Не все ли равно, если тебе оранжево, а остальным — фиолетово?» Если, выросшая среди дворцовых интриг и лицемерия, фея Солнца в любой ситуации находила что-то хорошее, то что мешает Блум поступить так же? Тем более, что сейчас, действительно, все равно. Все равно, обманывали огненную фею подруги или нет, баз разницы, что и почему скрывала Фарагонда и совершенно наплевать на итоговую оценку по магической философии Занудона в этом семестре. Хотя с такими рассуждениями на пороге собственной смерти, принцесса Домино запросто могла бы рассчитывать на «отлично». Осознание конца — странная штука. Блум не раз приходилось рисковать собой, но удача, друзья, и собственные силы в последний момент выручали принцессу Домино. Сейчас чудесного спасения не предвиделось, ведь ее жизнь была ключом к возрождению целой планеты. Вернутся родители, Дафна станет человеком из плоти и крови, бабушка Шанталь снова нарядится в мини и будет шокировать королевский двор, а в Алфею хлынет поток новеньких студенток. Вот Гризельда обрадуется! «Просто моя сказка закончилась». Винкс, пикси, Скай — все, кем фея огня дорожила, затерялись где-то на страницах ее почти трехлетней волшебной истории. Пришла пора убрать книгу на полку, а напоследок пролистать коротенький роман весьма неприличного содержания. Валтор был прав в одном — именно от Блум зависит, как пройдут ее последние дни. Она могла забиться в какой-нибудь угол и заливаться слезами, скуля о несправедливости судьбы (фея усмехнулась, представив себе это) или, отбросив условности, насладиться тем, в чем раньше себе отказывала. И, да, Валтор превосходен в постели! Не то, чтобы у принцессы была возможность сравнить, но, как говорилось ранее, не все ли равно? *** Валтор мерил шагами обновленный кабинет, молча проклиная огненную фею. Каждый раз, оказываясь рядом, девчонка путала все его планы и вот опять. Маг не планировал оставлять ее в живых аж до совершеннолетия. Предполагалось, что эта ночь станет последней в жизни принцессы Домино. Горячей, страстной, но последней. Однако все снова пошло не так. Причины? «Самому хотелось бы знать». Обычно Валтор не выпускал партнершу из постели по нескольку часов, страстно удовлетворяя собственные желания. Многие начинали молить о пощаде задолго до того, как темный маг в полной мере получал свое удовольствие. Да, в сексе он был ненасытен и требователен, что обуславливало его выбор в пользу опытных женщин. А тут какая-то девственница, едва распрощавшись с целомудрием, умудрилась за пару часов затрахать самого Валтора. Не то, чтоб он жаловался — ощущения были поистине райскими, но наступали как-то слишком уж быстро. «Последствия Омеги, не иначе. Семнадцать лет без секса кого угодно доконают». Раздраженно опустившись в кресло, маг вновь прокрутил в голове мысль о тайной магии огненной феи. Это волшебство буквально витало в воздухе, делая принцессу Домино невыносимо очаровательной и до боли желанной. Девчонка, наверняка, сама не подозревала о столь необычном свойстве, иначе крутила бы мужиками, как цирковой жонглер. Две недели. Многовато для всего одной женщины, но ведь никто не мешает Валтору сократить этот срок. В конце концов, не будет же его вечно тянуть к рыжеволосой дикарке. *** — Да он издевается, — Блум стояла перед шкафом, столь «заботливо» выделенным для нее Валтором и ошарашенно смотрела на подобранную им же «одежду». Сорочки, пеньюары, платья — все сплошь прозрачное, короткое и разрезанное в самых «нужных» местах. А количество нарядов наводило на мысли о том, что не все они предназначались огненной фее. — Тридцать шесть, тридцать семь. А это еще что? — Блум вытащила на слабый утренний свет тонкую сорочку из сиреневого кружева. Узор сплетался во что-то наподобие маленьких смерчей и по размеру идеально подошел бы кому-то вроде Сторми. Гадость! Обернувшись к огромной кровати, принцесса поморщилась, невольно представляя, со сколькими женщинами Валтор на ней кувыркался. Пожалуй, следующую ночь лучше провести на кушетке. Швырнув «ведьминскую» сорочку на дно шкафа, Блум принялась отбирать вещи, на которых еще остались бирки. Но не успела пересмотреть и половины, как за дверью раздался отчаянный крик, до боли напоминающий детский. Подхватив края тонкой простыни, скрывавшей ее наготу, девушка бросилась в коридор. Да, навредить Валтору ей не под силу, но подпалить его «дворец» Блум могла запросто, тем более, что браслетов на ней больше не было. — Что за… — фея огня так и замерла, раскрыв рот. За дверью не было ни темного мага, ни ребенка, только истошно вопящий птенец грифона и три уродливых лопоухих карлика, которые куда-то тащили упирающегося зверька. — Отпустите его! — принцесса потянулась к несчастному малышу, намереваясь забрать его. Уродцы тут же оскалились и зашипели. — Назад, — под сводом коридора прокатился голос хозяина замка, и карлики мгновенно пали ниц. Птенца, впрочем, так и не отпустили. — Предпочитаешь завтракать в этом, принцесса? — Валтор словно вырос из-под земли. — Не то, чтоб я был против… — Кто или что это такое? — перебила Блум. — И зачем им детеныш грифона? — Твои соседи по камере, — рыкнул маг, — если не прекратишь мне дерзить! Фее еще никогда так не хотелось послать кого-то очень далеко и надолго, но яростный блеск в глазах Валтора заставил ее прикусить язычок. — Прости, — кое-как выдавила девушка. — Что они сделают с птенцом? — Съедят, — маг равнодушно пожал плечами. — Для гоблинов грифоны — деликатес. Блум в ужасе посмотрела на несчастного зверька, который упирался в пол крошечными лапками, словно понимая, для чего понадобился этим тварям. Маленький грифон невольно напомнил принцессе Домино своего большого каменного собрата. Того самого, на спине которого любила сидеть девушка, когда прилетала на родную планету. — Можно мне забрать его? — фея сама не знала, на что надеется, но не попытаться просто не могла. — Грифона? — Обещаю, он не доставит тебе никаких хлопот, — тут же затараторила Блум. — Я буду присматривать за ним и следить, чтобы он не путался у тебя под ногами. Это ведь меньше, чем на две недели, потом он улетит и ты больше никогда о нем не услышишь. Пожалуйста, Валтор! Отчаянно упрашивая мужчину, Блум даже не заметила, что впервые назвала его по имени. Но маг заметил. Что-то было в этом сочетании — умоляющем голосе и собственном имени, слетающем с таких манящих розовых губ. — И что же я получу взамен? — от низкого шепота фею бросило в жар. Она прекрасно знала, чего хочет демон, но была совершенно не против ему это дать. — Меня, — ответила девушка, заглядывая в сверкающие льдистые глаза. — В любом из тех развратных нарядов. — Там, где пожелаю? — маг наклонился в лицу Блум. — И так, как пожелаешь, — принцесса подалась навстречу. Валтор не ответил, но крошечная ухмылка тронула его губы. Резко развернувшись к перепуганным гоблинам, мужчина схватил за шкирку дрожащего птенца и, уклонившись от его попытки лизнуть «спасителя», передал в заботливо протянутые руки феи. Счастливая Блум тут же зарылась носом в покрывающий голову зверька пух. — Спасибо. — Надень голубое, — маг вытер ладонь выдернутой из воздуха салфеткой. — И не заставляй меня ждать. Вернувшись в комнату, принцесса Домино разложила на кровати то немногое, что могло бы сойти за одежду. Хм, голубое. Вещей нужного цвета оказалось целых две: обтягивающее, словно вторая кожа, ультракороткое платье без бретелей и длинный полупрозрачный пеньюар. — Что думаешь? — Блум по очереди приложила к себе оба наряда. — Да, ты прав, оба ужасны, хотя… В голову феи вдруг забралась шальная мысль, позволяющая сдержать обещание, данное Валтору, при этом не разгуливая по замку с голой попой. Победно улыбнувшись, девушка потянулась за ножницами. *** — Чертовка, — усмехнулся маг, глядя на вошедшую в столовую принцессу. Стройную фигурку от груди до бедер обхватывал тонкий голубой шелк, а по ногам прозрачный дымкой струился шифон того же небесного оттенка. Мягкие волосы были переброшены через левое плечо и спускались к талии огненной волной. Волшебное видение не портил даже мелкий звереныш, семенивший следом за новой хозяйкой. Валтор не мог сказать, что именно, но что-то определенно изменилось и в самой Блум. Сегодня ее глаза блестели явно не от сдерживаемых слез, а с губ не сходила пусть робкая, но улыбка. Было похоже, что девушка, наконец, поняла правила игры и приняла их. Довольная собой и тем эффектом, который произвела на мужчину, фея двинулась к столу, негромко стуча каблучками. Как ни странно, но столовую она нашла без проблем, просто идя на вкусный запах, доносившийся из дальней части коридора. К счастью, в огромный зал вела не дверь, а высокая каменная арка, за которой — все тот же роскошный интерьер, но в более светлых тонах, чем спальня. Что действительно поразило Блум, так это витражи — одна из стен почти полностью состояла из высоких окон, словно вросших в пространство между величественными колоннами. Вид на горящие оранжевым небеса завораживал. — Необычный выбор, — в голосе мага, продолжавшего разглядывать девушку, звучало одобрение. — Ты не уточнял фасон, — Блум села на приготовленное для нее место, справа от Валтора. — Меня вполне устраивает, — мужчина очертил кончиками пальцев обнаженную ключицу феи, — что на тебе нет нижнего белья, красавица. Приятного аппетита. Проклиная свои горящие щеки, Блум осмотрела расставленные на столе блюда, пытаясь найти хоть что-то знакомое. Увы, из представленного разнообразия девушка не знала ничего, кроме зеленого винограда. А спрашивать Валтора, который точно не упустит возможности снова засмущать ее, не хотелось. Наколотый на вилку, сочный фрукт исчез в ротике принцессы, но вместо сладкого сока языка коснулось что-то соленое и острое. От неожиданности Блум так и замерла с вытянутым лицом и распахнутыми в шоке глазами. Валтор, все это время честно державший себя в руках, откровенно расхохотался. — Ты, ахаха… С какой планеты, красавица? — С Земли, — огрызнулась Блум, наконец проглотив необычную ягоду. — На которой, кстати, растет нормальный виноград. Кому вообще пришло в голову солить фрукты? — Это не виноград, — маг продолжал посмеиваться. — Это икра морского кратериса. — Ого, — фея покосилась на разложенные в тарелке икринки. Какого же размера должна быть отложившая их рыбка? Кстати, на вкус было не так уж и плохо. Похоже на что-то из японской кухни. — Если так хотелось фруктов, могла бы просто спросить, — Валтор пододвинул к своей гостье блюдо с какими-то странными ярко-синими палочками, отдаленно напоминающими корнишоны. — Ну же, открой ротик, — маг взял один из фруктов двумя пальцами и поднес к губам феи. Девушка чуть надкусила сладкий плод и розовая капелька сока скользнула с уголка губ к подбородку, а потом на шею. Чуть наклонившись, мужчина поймал сладкий нектар губами. — Полагаю, это стоит оставить на десерт. — Определенно, — выдохнула девушка, тщетно пытаясь совладать с участившимся дыханием. С трудом, но Блум все же удалось разобраться с местной едой: тут было три видя мяса, странное желеобразною пюре, напоминающее тыквенное, какие-то фрукты и нарезанный кубиками сливочный сыр. Последний очень понравился маленькому грифону, которого фея, недолго думая, назвала Бри. Все время завтрака Валтор не сводил с девушки глаз, в которых предельно точно отражались его желания. Принцесса старательно отводила взгляд, но пылающий румянец выдавал ее с головой. Да, она ждала «десерта» не меньше, чем сам хозяин замка. Хотя одна мысль с самого утра не давала девушке покоя. Наконец, отодвинув почти пустую тарелку, Блум решилась. — Надеюсь, пока я здесь, мне не придется встречаться с бывшими обитательницами твоей «дамской» спальни. — Не уверен, что понял тебя, красавица, — ровно отозвался маг, промакивая губы салфеткой. — Прекрати меня так назвать! — тут же ощетинилась Блум. Ее начинали всерьез раздражать все эти «нежненькие» прозвища. Он ко всем своим девицам так обращается? А, без разницы. — Тебе не помешает хороший кляп, — голос Валтора оставался спокойным, но во взгляде уже плясали недобрые огоньки. — А тебе — записная книжка, раз не можешь запомнить имя девушки, с которой спишь, — выпалила фея и тут же прикрыла свой не в меру болтливый рот. Однако вместо того, чтобы разозлиться, Валтор… Рассмеялся! — Ты случайно не подавился, дорогой? — от осознания того, что смеются над ней, хотелось язвить и ёрничать. — Ты очаровательна, — мужчина поднялся со своего места и навис над хмурой принцессой Домино. — Красивая страстная и, как выясняется, ревнивая. — Не говори ерунды! — Блум подскочила так резко, что едва не ударилась головой о подбородок темного мага. — Я просто не хочу быть третьей или пятой в ваших постельных играх с Трикс. — С чего это вдруг ты о них вспомнила? — Нашла запасную шкурку Сторми в твоем шкафу. Мне она великовата. — Неужели я не угадал с размером? — Валтора действительно забавляла эта ситуация — его невеста на самом деле устраивала ему семейную сцену! — Э… То есть, «не угадал»? — То и есть, моя милая Блум, что до недавнего времени я мог только предполагать, какие наряды будут тебе в пору, — длинные пальцы очертили обнаженное девичье плечико. — И выбирал то, в чем хотел видеть это прелестное тело. — Подожди, — фея огня совсем растерялась. — Хочешь сказать, все эти вещи в твоей «дамской» спальне… — Это моя спальня, — поправил маг. — В замке гостевые комнаты не предусмотрены. — Но… — быть не может! — А зеркала и расчески? Вместо ответа мужчина просто склонил голову набок, позволив своим длинным пшеничным волосам развеять сомнения девушки. — Оу, — лучше и не скажешь! Блум почувствовала себя круглой дурой. Она действительно не ревновала, но, успев узнать Валтора с очень интимной стороны, немного побаивалась его извращенной фантазии. Но ему этого, конечно, уже не объяснить. «Теперь его самомнение разрастется до небес». — Если ты закончила с вопросами, — руки мужчины скользнули на тонкую девичью талию, — я бы хотел перейти к десерту. «Я тоже», — подумала девушка, запрокидывая голову и позволяя жадным губам впиться в ее шею.