Старших нужно уважать...

Самый обычный, ничем не примечательный летний день. Разогретый до нереальной температуры асфальт, кажется, вот-вот расплавится и утечет из-под ног вечно спешащих прохожих и из-под колес многочисленных машин. Толпы людей двигаются каждая в своем, непонятном никому, направлении, создавая тем самым банальную толкучку. Машины, отдельными потоками, тоже спешили, тоже образовывали пробки. Если смотреть сверху и издалека, то все это безобразие было похоже на гигантский сумасшедший муравейник. День близится к вечеру, лето близится к осени... Так утверждают часы и календарь. А вот природа, кажется, решила доказать обратное. И у нее это очень даже неплохо получилось. Вся компания ошивалась на заброшенной скотобойне. Это здание, с покосившемся от времени фасадом, обшарпанными полуразрушенными стенами, с уродливыми дырами окон, как зубастые акульи рты, потому, что обломки стекол еще торчали из гнилых рам, использовалось по назначению более пятидесяти лет. В те времена здесь вечно стоял жуткий запах смерти. А когда здание забросили, стало вонять еще и мусором, трупами крыс, кошек, собак...и прочим дерьмом (во всех смыслах этого слова). Аномальная жара усугубляла положение дел. Из-за высокой температуры процессы гниения и разложения ускорялись. А еще шайка дико потела. Попробуй тут не вспотеть, когда ты одет во все черное и кожаное (тем более, из дешевого кожзама), на улице +30 и такое адское солнце. Парни сидели на полу, кто где, привалившись спинами к грязным стенам, протянув длинные ножищи вперед, и вдыхали пары смрада. Уныло пялились мутными глазами на то, что раньше было дверным проходом... Собственно, это и сейчас можно назвать им... Но с большой натяжкой. Двери не было уже давно, косяки тоже были выворочены вместе с n-ным количеством кирпичей. Все было обожжено. Марк, вожак стаи, лениво потянулся своей толстой волосатой ручищей за булыжником, лежащим неподалеку от его туши. Когда ему удалось-таки завладеть им, он, не напрягаясь, но с немалой силой, швырнул несчастный камень в потолок. Он пролетел в опасной близости от голов двух парней, сбил с потолка оставшуюся штукатурку, пыльным облаком осевшую на всех, кто сидел в зоне опасности (а в ней сидели все, кроме главаря и Эдуардо, чистоплюя до отвращения), и шлепнулся ровно между Тони и Диком. Эти двое даже не удосужились нормально среагировать на летящий им на головы булыжник. Может, им было так лень, а может, просто привыкли. Такое было не в первый раз. Это обычный ритуал их стаи. Вожак таким образом, очень даже честным, между прочим, выбирал, кому на этот раз исполнять его поручения (читай - прихоти). Что-то вроде жеребьевки. Только через пару минут, когда до их недоразвитого мозга дошло, что что-то произошло, они синхронно повернули башки друг к другу. Смачно рыгнув, Тони гаркнул: - Че надо? После почесывания собственной патлатой тыквы, Марк удостоил его ответом: - Сгоняй за бухлом, а... А то я сейчас сдохну нахуй от этой гребанной жажды! На пару секунд на лице Тони показалась тень работы мысли… Но, только показалась. - Конни, крысеныш мелкий, метнись за пивом. Для всех. Так ведь, народ? - пробасил он. Все сразу оживились, только заслышав волшебное слово "выпивка". - Так он же не дотащит... - вяло попытался встрять Стив, двоюродный брат Конни. - Дотащит, куда денется. Пусть учится. Зря, что ли, мы его к себе взяли. - заявил Дик. - Ну, вали уже. Пулей давай. Нехотя Конни поднял свой тощий зад со стопки газет, на которой сидел. Отряхнул черные брюки, вильнув задницей. Пошатываясь, как длинная тонкая травинка на ветру, вышел из помещения. "Вот так всегда, - думал парень, - они меня уже заебали. Подай, принеси... Мелкий... Да мне вообще скоро 17! Нихуя я не мелкий уже." Конни возмущенно тряхнул грязной и спутавшейся гривой. Пыль штукатурки, невесть откуда взявшиеся деревянные щепки, прочий мусор, - все намертво запуталось в русых кудряшках, доходивших парню до лопаток. Хотя, их обладателя это волновало меньше всего. Пусть себе болтаются, а грязные, не грязные - уже дело десятое. *** Пока мелкий таскался до магазина (какого черта он так долго?!), температура немного спала. Солнце потихоньку начало уходить за горизонт. Жаркий день сдавал позиции, уступая пальму главенства вечеру. Конни приволок ящик (!!!) пива. И как он умудрился в одиночку это сделать? Как бы то ни было, мальчишка показал себя молодцом. Правда, ему об этом говорить не стоит... Но, судя по его просто-таки излучающую самодовольство морду, он сам и так все прекрасно знает. Весь вечер стая самозабвенно лакала выпивку. Когда солнце уже село, и на город опустились сумерки, они решили, что можно и прогуляться. Значит, берегись, случайный прохожий и не попадись на пути их... Стая состояла из двенадцати человек. Не считая худых Конни и красавца-Эдуардо, десять здоровенных бугаев. Причем, пьяных. Которым скучно... *** На улице зажглись фонари. Наконец-то этот жуткий день закончился. Очень уставший, уже немолодой человек возвращался домой. Голиаф Терракот, опираясь на свою трость, не спеша, прогуливаясь, шел по тихой улочке, где почти не ходили люди. Машины ездили где-то вдалеке. Ему оставалось всего лишь свернуть за угол, в подворотню, пройти через двор - и он дома. Уже скоро... Он так устал на этих занятиях. Голиаф уже прошел во двор, как вдруг, в свете фонаря возникли множество фигур, огромных, плечистых парней. Целая шайка. От них разило алкоголем и скукой. Их намерения не были ясны только полному идиоту, коим Голиаф, конечно, не являлся. Они окружили его, вертя огромными головами, похрустывая суставами. Предупреждая, что не только их разминаемые суставы скоро могут захрустеть... Голиаф сосредоточился. Один из бугаев вышел вперед, попытался отобрать трость... Но не тут-то было. На него тотчас же обрушилась серия ударов этой самой вожделенной тростью. И очень неслабых. Он отскочил назад. На его место вышел другой, но и его постигла неудача. Потом еще, еще и еще... Уже несколько человек безрезультатно пытались хоть как-то навредить этому пожилому человеку. И откуда только в нем столько силы? Стая, явно озадаченная, единогласно, причем, не сговариваясь, приняла решение... бежать! В полумраке и суете они толкались, оставляя друг другу на память синяки, спотыкались... А воинственный старичок не хотел так просто все закончить, Голиаф разозлился на этих придурков, они отняли у него время. Очень много времени. По телевизору уже началась передача, которую он не пропускал уже много месяцев! «Топ Гир» по Дискавери. Такое нельзя пропустить! Тем более, из-за эдаких подонков... Да, он очень разозлился. И со всей силы ударил по ногам последнему убегающему, когда они уже успели забежать в подворотню. Тот, конечно же, упал. Носом об асфальт. Голиаф мог поклясться, что слышал всхлипы этого гада. Когда он подошел к своему «трофею» и перевернул разбитой мордой к себе, то на деле это оказался обычный, даже очень тощий парень, правда, с длинными волосами и в байкерском прикиде. Сосунок поднял на Голиафа свои огромные недоуменные глазищи. "Что, не ожидал, да, тварь мелкая? А я еще и не такое могу..."- с этими мыслями он, прижимая одной ногой и тростью парня к земле, рукой добрался до ремня паршивца (кстати, хороший такой ремень, широкий, из настоящей кожи, с большой и тяжелой пряжкой), расстегнул, и рванул его брюки вниз. Почти до костлявых коленок. Мелкий всхлипнул и удивленно замер, напрягшись всем телом, готовясь вырваться, если что-то произойдет. "Сволочь... " - подумал Голиаф, глядя на картину перед собой, и усмехнулся. Проведя холодной рукой по тощей ляжке, одним движением перевернул парня на живот, вынуждая встать сначала на четвереньки. А потом и вовсе, лечь мордой в асфальт, выпятив зад. Парень попытался вырваться. Находиться в такой позе, со спущенными штанами, прижатым к земле разбитым лицом... Тихо и жалобно всхлипнул... Понимает, крысеныш, что к чему... Что достанется ему сейчас за всех и за все. Вон, сжался весь. Голиаф безжалостно стянул с него боксеры... И занес трость... *** Мораль сей сказки такова... Пожилые люди, ходите на курсы по самообороне! И да будет вам приятно… жить.