We love only once (So deeply)

Приход зимы ощущался во всем: в дуновении ветра, который иногда продирал до костей, в первых, мгновенно тающих снежинках по утру, в тяжелом темном небе и в ночах, становившихся длиннее с каждым днём. Живя в России с рождения, я в принципе любила это время года, не считая ужасных пуховых курток, которые, к сожалению, были единственным, что спасало от холода. Подруга сказала, что в Москве во всю сугробы. А в Лондоне непонятно что: снег превращался в дождь, не успевая долететь до земли, а погода то ещё по-осеннему тёплая, то колюче холодная, никогда не подгадаешь. В понедельник утром было морозно, и я так испугалась замёрзнуть, что натянула джинсы, которые в последний раз надевала полгода назад, не помню, зачем. Мало того, на голове пришлось сделать высокий хвост, потому что волосы стали казаться отвратительно грязными. Вот такая «смена образа». Мама и сестра сказали, что мне идёт. Но не думаю, что это так, поэтому, завернувшись в светло-розовую водолазку, я тихонько пила свой чай за завтраком и клевала носом, ничего нового. Перед уходом Аня перебинтовала меня, не забыв протереть царапину и намазать. Майкл написал, что придёт ко второму, потому что не хочет идти на физику. Я бы тоже отказалась от своего испанского, но сестра была непреклонна: ей нравился этот предмет, а мне стыдно было её кинуть. Чувствуя себя крайне неловко в обтягивающих джинсах, которые, казалось, делали меня невероятно огромной в размерах, я осторожно плелась за Энн в класс. В кабинете уже было несколько человек, в том числе и Калум. Он поприветствовал нас и подошёл, потом посмотрел на меня сверху вниз и улыбнулся. Ну сейчас что-то не очень хорошее пошутит. Приготовившись к худшему, я опустила глаза вниз. — Мы вчера думали, что подарить Майклу на день рождения, и решили, что точно не прогадаем, если завяжем на тебе красивый бантик и отдадим ему, — парень подмигнул мне и рассмеялся при виде того, как мое лицо медленно зарделось. — Только не забудь эти джинсы надеть, ему понравится ещё больше. — Почему ты так уверен? — спросила я. — Ну, во-первых, я не первый год его знаю, а значит и его предпочтения тоже, и, во-вторых, кому ты можешь не понравиться? — Худ широко улыбнулся, а потом вдруг посмотрел предельно серьезно и добавил: — Только не говори Майклу, что я так думаю. А то он мне башку отвертит. Кивнув, я наконец-то села на своё место рядом с ржущей Аней. Мое смущение вылезало изо всех щелей, к счастью, горловину водолазки можно натянуть на половину лица, чем мне и удалось воспользоваться. Мистер Контеста меня не дергал, то ли потому что знал, что мне его предмет совершенно не нужен, то ли внешний вид человека, который явно хочет уснуть в своём свитере, намекнул ему, что лучше и не спрашивать, так что можно было посидеть спокойно весь урок. Плюс сейчас было немного неудобно писать из-за раны, правда, мы все равно что-то устно отвечали. Вдруг сзади меня в спину ручкой тыкнул Найл. Поморщившись из-за неприятного ощущения, я повернулась к нему и мотнула головой, как бы спрашивая, что ему надо. Блондин взглядом показал на сестру, будто я вечно могу решать их проблемы. Вздохнув, я позвала девушку и сказала, что Хоран чего-то хочет. Но она лишь сделала вид, что очень занята. Пожав плечами, я для вида немного посочувствовала Найлу и снова спрятала лицо в воротнике. Как не сопротивлялась, все равно задремала, поэтому когда урок наконец-то закончился я сонно поплелась к шкафчику, чтобы взять биологию. Аня пришла следом за мной, она разговаривала по телефону, и невольно мне пришлось стать свидетелем этого диалога. — О боже, это уморительно, — рассмеялась девушка над словами говорившего из трубки, голос был мужской и абсолютно мне не знакомый. — Ну может быть, Пейтон, но не сегодня. Пейтон? Кто это? Недоуменно подняв брови, я с удивлением глянула на синеволосую. Заметив мой взгляд, она приложила палец к губам и, поговорив несколько секунд, при этом накручивая локоны на палец и кокетливо хихикая, положила трубку. Девушка посмотрела на меня, всем видом говоря «а что тут такого?» Будучи девушкой ревнивой, я на месте Найла бы обиделась, ему, конечно, не расскажу, но: — А как же Найл? — А что с ним? — О’Брайн пыталась сделать вид, что не понимает, о чем я спросила. Это вызвало во мне жесткий триггер: я закатила глаза, отвернулась, делая вид, что ковыряюсь в локере. — Ну типа вы разве друг другу не нравитесь и все такое? Вроде же все нормально было? Ауч, — последнее было вызвано тем, что одна из книг своим острым углом зацепила руку. Честно говоря, всего за пару часов в школе это произошло столько раз, что мне уже страшно хотелось, чтобы все прошло. — В субботу у Деми я слышала, как он говорил с Мими, и мне показалось, что они если не встречаются, то что-то между ними есть. Стоило сестре это сказать, как моя голова тут же долбанулась о металлическую дверцу и я издала раздосадованный стон. — Да что ты так реагируешь? Я что не имею права с другим парнем поговорить? Все, Энн начинает злиться. Решив, что настроения с ней ругаться нет, я сказала, что среагировала не на неё, а на то, что потеряла тетрадку из-за своей вечной забывчивости; и добавила, что она, естественно, в праве делать то, что ей заблагорассудится. Но что-то подсказывает, что девушка не особо мне поверила. Тем не менее мы спокойно попрощались и разошлись по своим урокам. В класс я пришла за пять минут до звонка. Майкла ещё не было, не удивлюсь, если он опоздает, но Люк уже находился на месте. Сев сзади него на своё место, я поздоровалась с ним и приложила руки к щекам, пытаясь скрыть красноту, появившуюся оттого, что запыхалась, идя по лестнице. Блондин как-то странно на меня глянул, потом закусил губу и, покраснев, промямлил: — Как твоя рука? Я честно призналась ему, что иногда она доставляет определенные неудобства. Парень снова начал извиняться, но вскоре перестал, наконец услышав мои слова о том, что он не виноват. Со звонком Клиффорд залетел в класс так стремительно, что я не успела сообразить, а он уже сел рядом за парту. Он тряхнул головой и вытащил из рюкзака тетрадь, которая была ещё для химии, зарубежной литературы и истории, и ручку, затем наконец-то поздоровался со мной и Люком, пожав руку второму. — Мистер Клиффорд, я в очередной раз сделаю вид, что вы не опоздали, — важно заходя в кабинет и закрывая дверь, сказала Миссис Брайор. Она прошла к своему столу и разложила учебники, тетради, табель и ещё какие-то вещи. — Итак, класс, записываем тему. Генетика. Закатив глаза в сотый раз за день, я вспомнила, как часто мы занимались этой темой в России. Эти тупые задачи мне настолько пресытились, что складывалось впечатление, что некоторые ответы известны буквально наизусть. Женщина долго и нудно рассказывала основы, историю и прочую фигню, мы много записывали в конспект, к сожалению. Когда учительница начала вызывать к доске, чтобы рассчитать цвет гороха и прочее дерьмо, я молилась, чтобы меня пропустили, но нет. Когда в цепочке подошла моя очередь, пришлось выходить и решать что-то про породы кошек. Правда, как назло на доске место оставалось только наверху, поэтому пришлось вставать на носочки и с трудом дотягиваться кончиком мелка, слушая смешки за спиной. Закончив, я отряхнула руки от мела и вернулась на место. — Спасибо, Дарси. Продолжим. Генетика человека интересна ещё больше, — начала Миссис Брайор, — с помощью таких простых задач можно запросто рассчитать цвет глаз или волос будущего ребёнка. Например, хм, — она оглядела класс и задумалась, — Если бы мистер Хеммингс и мисс О’Брайн завели общих детей, то они бы скорее всего были кареглазыми, так как карий цвет определяется доминантным геном. В то время как волосы тоже были бы более темного оттенка, как у Дарси, по той же самой причине. Понятно? Класс загудел, и препод проложила лекцию. До конца урока оставалось ещё десять минут, но никто уже особо не напрягался. Майкл успел мне сообщить, что с дети с ним были бы куда лучше, чем с Люком, тем самым он заставил меня покраснеть и спросить что-то типа «с чего ты вообще взял, что у меня будут дети с кем-то из вас». В ответ я получила ухмылку и пожатие плечами. Потом парень, слегка ворча на тему того, как можно так хлипко затягивать, перевязал мне бантик на ладошке, который сделала сестра с утра. Я заступилась за неё, сказав, что все нормально было и вообще не надо на неё злиться. Стоило звонку прозвенеть, как все начали собираться. Пихнув все в портфель, я догнала Майки, который уже говорил с Люком, и взяла брюнета под руку. Мы пошли по коридору по направлению в музыкальный класс, непонятно зачем, но перемена, к счастью, большая, поэтому можно и посидеть спокойно, не торопясь. В кабинете все было таким красивым и чистым, я не особо часто тут бывала, лишь пару раз, да и трогать все тут было стремно, зная мою ловкость и грацию. Клиффорд подлетел к акустической бежевой гитаре, которая стояла на стойке. Он взял её так бережно и осторожно, словно уже на ней женат. Достав медиатор (иногда мне казалось, что они у него по абсолютно всем карманам засунуты), брюнет мгновенно ударил по струнам. — Мы вчера поняли, что давно не выкладывали ничего на канал Люка, — рассказывал Майкл, параллельно наигрывая что-то. Его пальцы ловко зажимали струны на грифе, хотя он даже не смотрел на гитару, видимо, настолько хорошо запомнил нужную последовательность. Красивее Майкла может быть только Майкл, занимающийся музыкой. В такие моменты его лицо сосредоточивалось, иногда немного хмурилось, но в тоже время на нем застывало такое одухотворенное выражение, было видно, что парень действительно получает удовольствие от того, что делает. Сейчас он даже особо не старался, но было в этом что-то завораживающее, и мне пришла в голову идея его сфотографировать. Потом к нему подсел Люк, и они стали похожи на какую-то парочку малолетних геев, ещё лучше. — То чувство, когда твой парень изменяет тебе с другим парнем на твоих глазах, — хихикая, прокомментировала я, наблюдая такое пидорское поведение. Хеммингс посмотрел на меня глазами оленёнка Бэмби, явно не поняв стеба, а Майки отложил гитару и начал медленно подходить ко мне, гаденько ухмыляясь. Пришлось от него убежать, но у меня не очень-то получилось, так что меня быстро поймали и, обхватив за талию, немного приподняли, возвращая на ручках обратно. Я пыталась вырываться с криками, что тяжелая и все такое, но меня только пощекотали, отчего я буквально запищала. — Сама-то маленькая лесбиянка, — смеясь, проговорил брюнет, опустив меня на землю и поправив мой свитер, — Мутишь со своей сестрой, пока я не вижу. — Инцест — дело семейное, котик, — поцеловав его в щеку, я улыбнулась и потрепала парня по голове. — У кого-то уже корни отрастают. Погоди, ты что блондин? Парень кивнул, мгновенно начав рассматривать свою челку на предмет волос натурального цвета. Люк подошёл ко мне и показал фотку с выпускного альбома из средней школы, где у Майкла действительно блондинистые волосы. Мои умиления на тему того, какие они очаровательные, маленькие и хорошенькие, вызвали смущение у обоих мальчиков: они немного покраснели и отвернулись. Правда, потом Клиффорд отобрал у меня гаджет и вернул другу со словами «ты иногда такая раздражающе эмоциональная, кошмар, лучше помолчи уже». Зная, что через некоторое время прозвенит звонок на урок, пришлось взять рюкзак и пойти по своим классам, но на выходе мы столкнулись с Найлом прямо в дверях. Улыбнувшись, мы с Майклом одновременно поздоровались с ним, а потом рассмеялись из-за нашей синхронности. Но Хоран как-то не особо это оценил: он скрестил руки на груди, задрал голову и, смотря на меня сверху вниз, сказал: — Не мог подумать, что ты способна плести такие интриги, причём против родной сестры. — Что ты имеешь в виду? — настороженно спросила я, сделав шаг назад поближе к Майклу и Люку, которые тоже не могли понять, что происходит. — Можешь не притворяться, я теперь наконец понял, почему мы с Энн так часто ссорились, — он сделал шаг ко мне и закончил, — это все ты. Сам-то понял, что сказал? Видимо, мой вид оставался таким же офигевшим, поэтому ирландец счёл нужным немного пояснить. — Ты всегда ей про меня что-то наговаривала, ведь вы вместе почти 24/7. Просто единственное, в чем ты преуспела, это отношения, и тебе трудно признать, что даже здесь твоя сестра лучше тебя, и ты решила нас разлучить таким подлым способом, чтобы казаться хоть чуточку лучше на её фоне. Ты просто отвратительна. Меня настолько шокировали эти унижения от человека, которого я считала хорошим другом, что мне было трудно что-либо сказать. Поэтому я сделала ещё шаг назад, уже облокачиваясь спиной на Клиффорда, который явно разозлился или что-то подобное, потому что он, в отличие от меня, решил немедленно поставить Хорана на место: — У тебя все с головой нормально? Единственная причина, по которой у тебя проблемы с Энн, это то, что ты ебаный трус, который тупо боится выйти с ней на разговор один на один. Мне надоело смотреть на то, как ты постоянно заставляешь Дарси решать ваши тупые проблемы, которые её вообще не касаются. А теперь ты ещё и оскорбляешь её, причём непонятно за что. Откуда ты вообще взял эту ерунду? — Ты просто ещё не знаешь, какая она, — блондин, видимо, хотел сказать «стерва», «сука» или что-то такое, но был перебит Люком, который предупредил, что не следует говорить, то, что он хотел, иначе это будет иметь последствия. Найла это ещё больше взбесило. — Обвела вас вокруг пальца, а вы и введетесь, защищаете её. К счастью, нашлись люди, которые открыли мне глаза. Я, до сих пор находясь в прострации, смотрела то на Майкла, то на Хорана, оба злые: первый из-за того, что меня обидели ни за что, а второй на меня, но непонятно почему. Брюнет поинтересовался, кто же рассказал ирландцу столь «правдивую» информацию обо мне. — Мими и Мелисса, они мои подруги. Они сказали мне, что Энн говорила им, как Дарси распускает обо мне слухи, поэтому Энни и думает, что я не хочу с ней быть. У меня нет повода ставить это под сомнения, и вам, в частности тебе, Майкл, бы я советовал держаться подальше от этой завистливой, ревнивой, — фраза была снова не закончена, на этот раз потому что Клиффорд уже дёрнулся в сторону парня, но я взяла его за запястье, а Хеммингс удержал за плечо. Мелисса? Неудивительно. В голове всплыл наш с ней разговор. «Он скоро тебя бросит», — вот что она сказала. Неужели она действительно хочет мне так отомстить? Или я слишком много на себя беру? В конечном итоге это нужно было прекращать, и мне пришлось выдавить из себя хоть слово: — Ну раз ты такого мнения обо мне, то я не знаю, что тебе сказать. Я действительно желаю и Энн, и тебе счастья и много раз пыталась вам помочь. Но раз так, то я не вижу смысла продолжать этот разговор и слушать эти лживые грубые слова, которых я не заслужила, — посмотрев в глаза блондину, проговорила я, чувствуя, как голос предательски дрожит от напряжения. — Самое классное для тебя, что я даже не расскажу ей об этом; а если бы она узнала, то твои шансы уменьшились ещё больше. С губ Найла слетело короткое, едва уловимое «стерва», и он тут же поспешил ретироваться, оставляя нас снова втроём. Когда его шаги стихли, Люк отпустил Майкла, который убрал волосы с лица и посмотрел на меня. — Я блять знал, что Мелисса что-то выкинет, но не ожидал такого. Типа он реально тупой, раз в это поверил, или что? У меня руки так и хотели, эх, жаль, что вы меня удержали, — активно жестикулируя, возмущался он. Парень тоже понял, кто стоит за этим, впрочем как и все мы, кроме Найла, конечно. — Нет, я, конечно, понимаю, что от гормонов мозги набекрень и прочий даунизм, но это уже переходит все границы. И он думает, что я это так оставлю? Майкл красивый, когда злится, никогда бы не подумала, что скажу это в такой ситуации. Но, честно, его поддержка и защита придавали уверенности, уже слова Хорана казались ничего не значащими, да и вообще все это походило на абсурд. — Это не стоит того, Майки, — обнимая его за талию и кладя голову на грудь, прошептала я. — Спасибо вам, мальчики. Люк улыбнулся и кивнул, а Клиффорд обнял меня в ответ и поцеловал в макушку. После его прикосновений меня отпустило, и стало понятно, насколько я была напугана: тело немного задрожало, ком встал в горле, появилось стойкое желание спрятаться и заплакать, но, укусив себя за губу, я смогла сдержаться, хотя в глазах стояли слезы. — Как это не стоит? Никто не имеет права обижать моего котёнка, я его обижу сам, — парень успокаивающе перебирал мои волосы, пока не взглянул на часы, висевшие на стене. Он убрал руки и посмотрел на меня, — Скоро звонок, так что беги и набей свою умную головку знаниями. Брюнет щелкнул меня по носу и со словами «давай, давай, а то опоздаешь» проводил до двери. Послав ему и Люку воздушный поцелуй, я растерянно вышла из музыкального класса, смотря вокруг в надежде не встретить Найла. У меня была общая история с Аней, главное, чтобы она не догадалась, что что-то случилось, иначе Хорану действительно не поздоровится, как бы там ни было за друг друга мы всегда стоим горой. В коридоре было полно учеников, так что слиться с толпой было несложно. Поменяв книжки, я, продолжая испуганно озираться по сторонам, пошла в нужный класс. О’Брайн уже была там, забив для нас обеих место. Она улыбнулась мне и подвинулась. Почему-то в голове была мысль о том, что её «парень мечты» обидел меня, а она об этом никогда не узнает, и мне становилось немного обидно, что девушка не сможет меня защитить, но потом я вспомнила, как Майкл почти подрался с ирландцем и мне стало намного лучше, так как точно есть два человека, которые меня поддержат, не считая мамы, конечно. Сестра рассказывала мне про черлидинг и грядущую тренировку вплоть до звонка, объявлявшего о начале занятия.