phobia

Юнги до дрожи в коленках боялся закрытых помещений. Даже покупая квартиру, выбирал этажем пониже, просторную и главное, что бы поближе к земле. Лифты — это зло. Приходилось доплачивать, за комнаты на первом этаже. Зато не нужно было подниматься пешком наверх и отключение света не мешало спокойно дойти до комнаты. На работе он поднимался пешком и очень быстро, мало ли что могло случиться… Пожарная лестница узенькая и стены давят, хотя это самое малое, что пугало. Но этот путь по-приятнее будет, чем поездка в душном лифте. На этом список фобий не заканчивается. В свои полные двадцать четыре года, парень работает и днем и ночью, изнуряя свой организм, высасывая последние остатки жизни, но так его голова не забита ничем, кроме работы. Удобно! Коллеги с издевкой наблюдают за его каждодневными походами по пожарной лестнице. Зато парень был худым. Он не особо обращал внимание на этих высокомерных тварей, которые ниже своего живота не видят. Юнги их не презирал. Ну, может совсем чуть-чуть. Но так делает каждый второй.Демофобия (охлофобия) — боязнь скопления людей, толпы Акустикофобия (лигирофобия, фонофобия) — боязнь громких звуковКак бы Мин ни любил тишину и спокойствие, на работе он этого не получает. Недавно к ним на работу устроился парень — Пак Чимин. Красноволосое чудо, в обтягивающих штанах и белой, идеально выглаженной рубашке с двумя расстегнутыми верхними пуговицами. Почему Юнги запомнил такие детали? Потому что этот мелкий всё время влезал в личное пространство старшего. Хочешь не хочешь, а замечать приходится. То ему нужен степлер, то просто скучно, а страдает Мин. После рабочего дня он спускался по знакомой лестнице и, как всегда, молился Богам, что бы не было землетрясений или других мировых бедствий. Фобии, как никак. На этаже двенадцатом выключается свет и загораются красные пожарные лампы. Бледная кожа Юнги приобрела ярко красный оттенок и в голове у парня пронеслось, что ему не повезло сегодня. Переборов страх замкнутого пространства (шутка вышла смешная), просто на время попытавшись забыть о своей маааленькой проблемке, Мин, со скоростью гепарда бежал по лестнице, перепрыгивая через 2-3 ступеньки, надеясь побыстрее оказаться на улице и вздохнуть полной грудью. На этаже восьмом кто-то пытался открыть дверь на лестницу, Юнги решил помочь, если умрет, то о нём хотя бы расскажут. Дверь долго не хотела поддаваться, но не без усилий открылась, представляя взору — Пак Чимина. Красноволосый смущенно улыбнулся, хотя доля страха всё же присутствовала. — Хёёён, спасибо большое. Я так испугался, думал, что сгорю там заживо! — состроил грустную моську младший, параллельно облокачиваясь на уставшего и находящегося в состоянии инфаркта Мин Юнги. — Угу, а теперь пора идти. Пока мы еще живы… — проговорил Юнги. Осталось каких-то несчастных семь этажей, два поворота и свобода. Немного опустив галстук, Мин побежал по лестнице, правда, немного медленнее, так как дым был везде и дышать было трудно. В глазах резко потемнело и осев на ступеньки парень боялся пошевелиться. Пирофобия — боязнь огня, пожаров, гибели от огня Резкая паника и полное отключения мозга. Мин думал, что это конец для него. Чимин быстро подбежал к старшему пытаясь того поднять, но тушку в 56 килограмм трудно тащить на себе, особенно в таких условиях. Кое-как повалив блондина себе на спину, Пак начал медленно спускаться по лестнице. Тело начало трястись и вцепилось в младшего мертвой хваткой. Честно, Чим до конца не понимал, что с его хеном не так. Вроде обычный человек, только лифты и большое скопление людей обходит стороной. А теперь еще и пожар, так старший вообще дезориентирован. Ничего другого, как продолжить спускаться вниз у парня не было. Между шестым и пятым этажами обвалилась лестница, чудом не задев сидящего Пака. Слишком трудна была его ноша. Блондин сидел тихо, боясь открыть глаза. Да, пошевелиться боялся, не то, что бы дышать. Чимин смотрел сочувственно, но долго сидеть на лестницы было не безопасно и вздохнув полной грудью, набрав остаток сил, парень взял Юнги за руку и повел на пятый этаж. Дыма становилось всё больше и больше. Можно было ножом резать. Звуков не было слышно. Найдя на этаже ведро уборщицы, в котором была вода, Пак намочил галстук старшего и свой платок. Прикладывая к дыхательным путям, воздух был слишком тяжелый. Тот без сопротивления принял помощь. — Думаю, что лестницы внизу горят и выбраться мы вряд ли сможем. Нужно дойти до четвёртого этажа, а там сесть в лифт, спуститься в подвал. Через черный вход мы и сможем выбраться. Только действовать придется быстро, иначе сгорим и земля нам будет пухом. — пытался отшутится Пак, как-то разряжая напряженную атмосферу. Юнги только обреченно кивнул. Они ведь не будут долго ехать в лифте, значит всё нормально. Он справится. На пятом этаже Чим долго не мог открыть дверь, так как она заела и помощь старшего ему бы не помешала. Но тот, кажется, даже не дышал. Сидел с закрытыми глазами и молился всем, кому мог. Вид у него был не самый лучший. Весь трясется и губы предательски дрожат. Он был похож на маленького котенка, которого так и хотелось обнять и взять домой. — Хен, знаю, что не вовремя, но не мог бы ты мне помочь? — попытался беззаботно спросить младший. Мин уставился на него и долго прожигал дыру во лбу. — Нужно открыть двери, но сам я не могу справиться. Помоги, иначе не выбраться нам. Юнги смотрел то на Чима, то на двери, как баран на новые ворота и не понимал, что от него хотят. В ушах дико гудело и сердечко отбивало последние часы, если не минуты жизни самого Мина. Он хотел провести этот день, как обычно: прийти домой после работы, порадоваться, что он живет на первом этаже и посочувствовать всем тем, кто без лифта не сможет попасть домой. Затем поесть что-то и лечь спать, стараясь не думать о том, что находится в своей комнате один. Никтофобия — боязнь темноты, ночи. Закрыть глаза и провалиться в бездну, где нет снов. Где есть маленький Юнги, который боится всего и никто не может ему помочь, совершенно никто. Наоборот, его закрывают подальше от мира нормальных людей, совершенно не заботясь о том, что теперь у ребенка появятся новые фобии, из-за которых он перестанет нормально жить. Скорее это не бездна, это прошлые кошмары, из-за которых он такой. Гипнофобия — боязнь заснуть. Сомнифобия — боязнь спать. Поэтому он не привык дружить, все от него отворачивались и он вычеркнул слово «дружба» из своего лексикона. Топофобия — боязнь остаться одному в помещении. Наверное он рад тому, что Пак вместе с ним и хоть не так страшно, но он по-прежнему не догоняет, что тот от него требует. В голове шумит. Слышно только, как горит здание и страх отключает мозг. Он перестает казаться, когда рядом с Мином падает горящая балка. Чимин быстро хватает его с нагретого места и тянет к себе, смотря на всё пугливыми глазами. Старший слышит, как боится тонсен и ощущает то же самое, только становится еще страшнее. Юнги поразмыслив пару секунд, направился к двери, где схватив её за ручку, попытался открыть. Пак, увидев это, тоже присоединился и с трудом они всё-таки смогли её открыть. В помещении было не так много дыма, но платок Чим так и не убрал, наоборот завязал его, как ковбои. Видя, как Мин осторожно и медленно идет, красноволосый схватил того за руку и побежал в сторону лифта. Офис был пуст. Рабочие места пустовали, кроме цветов ничего живого не наблюдалось. По памяти, Чимин поворачивал в сторону предполагаемого лифта, но того нигде не было. — Чёрт, он же тут должен быть! — ругнулся Пак останавливаясь возле окна. Мин стал бледнее стенки и руку сжимал как-то слишком болезненно. — И где теперь лифт искать? Блин, надо было сфотографировать план этажей. Вот идиот… — проговорил младший и стукнул себя по голове. Юнги явно не ожидал такого. Было странно наблюдать за парнем, который сжимал твою руку, потом говорил сам с собой и затем стукнул себя по голове. Это напрягало. Конечно, он не был примером психически уравновешенного человека, но хотя бы вел себя более менее адекватно. — Ты забыл повернуть налево, вон там. — указал блондин на дверь впереди. — Там должен быть лифт. — и взяв Чимову руку покрепче, направился в ту сторону. За дверью действительно был коридор с лифтом. Пак радостно визгнул и побежал вперед, обгоняя старшего, но по-прежнему крепко держа его за руку. — Будем надеяться, что он работает. — произнес младший и нажал на кнопку лифта. Спустя несколько минут двери раскрылись и парни залетели во внутрь, нажимая на нулевой этаж. Юнги трясло еще больше, но он же пообещал, что справится. Чим ему сочувствовал. Он не отпускал руку старшего, наоборот, еще крепче её держал. Им осталось проехать два этажа и свобода, но лифт резко останавливается и свет в кабине гаснет. Вот теперь паника не только у Шуги. Чимин также растерян и у него нет никаких идей по этому поводу. Попытавшись открыть дверь, он понял, что это бесполезно. Они в западне и неизвестно, сколько они тут проторчат. И доберется ли до них огонь… От безысходности, Чим осел на пол, Мин растеряно хлопал глазами, до конца не понимая, что его самый большой страх сбылся. Всю жизнь не ездил и счастлив был, а сегодня только зашел в лифт, как тот умудрился застрять. Шикарно. Юнги осел на пол вслед за красноволосым. Их руки по-прежнему были переплетены. Сердце вылетало из груди и кроме падающих балок, как думал Юнги, можно было услышать их дыхание. Одно на двоих. — Что дальше? — спросил старший смотря куда-то вперед. Пак лишь тряхнул головой, совершенно не зная, что ответить. Он был уверен, что придумал отличный план и, смог бы спастись и спасти хена. Но теперь, он не был уверен ни в чем. Где произошла оплошность? Мыслей было слишком много, а ответов слишком мало. Дым медленно пролезал во все щели, подбираясь, будто хищник, к своим жертвам. — Не знаю, но знаю точно, что воздуха нам хватит максимум на три часа. Если мы не придумаем, что делать дальше — мы умрем. — обреченно вздохнул Чимин. Явно не такой конец он ожидал. Юнги медленно закрыл глаза, стараясь не думать о плохом, но выходило не очень хорошо. Мин отпустил руку младшего и отодвинулся в другой конец лифта, напротив Пака. Никто ни с кем не говорил и даже не пытался завести разговор. Так они просидели около получаса, но тишину прервал красноволосый. — А я так хотел увидеть Хоупа. — обреченно произнес парень. Мин же вопросительно глянул на него. — Это твой парень? — спросил старший, но Пак прыснул в кулак и отрицательно помахал головой. — Это моя кошка, правда похожа она больше на лошадь, чем на кого-то из семейства кошачих. А парня у меня нет. — промолвил Чим. — А девушка есть? — решил поддержать разговор Юнги. — И девушки нет. Я живу только с Хоупом. Семья в Пусане, а я закончил университет и переехал в Сеул. Свою судьбу искать. Доискался, называется. А ведь, всё так хорошо начиналось. — вздохнул парень и опустил голову на колени, Мин последовал его примеру и подобрал ноги под себя. Спустя несколько минут, младший опять продолжил разговор. — А у тебя есть кто-то? — задал Пак давно интересующий его вопрос. — Просто ты ни с кем не общаешься и ни с кем не говоришь по телефону. — продолжил приводить свои доводы Чимин. Юнги лишь обреченно вздохнул, он ждал подобных вопросов. Но, всё равно не знал, что нужно отвечать. Поэтому парень завис на добрые минут пять и продолжил бы самокопание, если бы не почувствовал рядом копошение, а затем кто-то еще и руки грел. Опустив взгляд вниз, Мин увидел Чимина рядом с собой и он нежно держал руки хена, не давая им замерзнуть. Юнги опешил. Сегодня было слишком много тактильных прикосновений, вообще прикосновений. Чимин медленно и нежно гладил руки Юнги, будто кота. А Мин плавился от ощущений, хоть это и пугало. Но руки убирать не спешил. А зачем? Всё равно они умрут, так пусть же, напоследок, ощутит, давно забытое, человеческое тепло. — Нет у меня никого. И телефонная книга пуста, как и вся моя жизнь. Пустая. — выдавил из себя блондин и решил, что хватит на сегодня Пак Чимина, и выдернул ладони из теплого плена Чиминовых рук. Красноволосый особо не удивился, подождав, подумав несколько минут, он схватил Юнги за пиджак и немного подергав его, достал из правого кармана телефон и начал что-то писать. Мин нахмурился, совершенно не понимая, что делает младший, а остановить его не было ни сил, ни желания. — Хён! — радостно вскрикнул младший. — Теперь ты сможешь звонить мне, если что-то случится или просто поговорить. — весело проговорил парень и отдал телефон его законному владельцу. Юнги с горькой усмешкой взглянул на экран, где в телефонной книжке был записан всего один номер, который подписан, как «Чиминушка». Парень улыбнулся от такого ласкательного прозвища. — Теперь, позвони мне. Ну же, хён! Звони! — сказал Чим и даже умудрился сделать пуинь-пуинь. Старший нажал на зеленую кнопку вызова и приложил телефон к уху. Спустя несколько секунд, тишину в лифте взорвала музыка известной женской группы, которую когда-то слушал и Юнги. Когда еще был нормальным. Давно же это было. Чимин радостно нажал на красную кнопку и сказал, что подпишет сейчас, хена, как интересно. — Будешь Шугой. Ты на сахар похож просто. — ласково и нежно проговорил парень, улыбаясь добродушно. Юнги улыбнулся в ответ. Всё-таки удалось хоть на несколько минут забыть о проблеме, которая серым занавесом поднимается в тесной кабинке лифта. Мин впервые подумал о том, что никто не будет по нему скучать. Улыбка сразу же пропала, а мысль об одиночестве билась в черепной коробке долго и нудно, показывая мимолетные фрагменты будущего парня. Вот могила, пустая и одинокая, вокруг нет ничего, даже могил. Будто нарочно его закопали так далеко от остальных, тонко намекая на то, что нечего после смерти обретать друзей. На земле нужно было их заводить. Не выдержав, парень стукнул побелевшими костяшками по стенке лифта и тот неприятно заскрипел. Чимин встревожено посмотрел на хена, который сильно закусывал губу и быстро отрицательно мотал головой, будто его допрашивают. — Хен, всё будет хорошо. Не стоит переживать. — Пак уже самому не верил, но нужно быть сильным, иначе они умрут раньше положенного. Юнги по-прежнему сжимал кулаки и вертел головой, как заведенный. Он не верил, не слышал, не надеялся. Гребанный реалист с фобиями. Психушка по таким плачет. Постепенно воздуха в кабинке становилось всё меньше и меньше. Чимин, как мог, пытался поддержать старшего, хотя получалось не очень. Хотелось раздеться из-за этой жары, но выглядело бы это не очень правильно. — Что с нами будет через полтора часа? — подал голос Юнги. Чим вздохнул, как-то обреченно и, запустив руку в волосы, прикинул, соврать ему или сказать правду. — Ложь или правду? — спросил зачем-то красноволосый, а Мин улыбнулся, показывая скорее оскал, чем улыбку. — Правду. — От силы час, воздуха с каждой минутой всё меньше и меньше. Мы уже дышим углеродом и вряд ли долго продержимся. — Юнги хмыкнул, поднимая глаза на парня. — А ложь? — Мы выживем и нас спасут. Может и сами выберемся, какой вариант тебя больше устраивает? — поинтересовался Чим, демонстрируя горькую усмешку. — Мне по нраву больше тот вариант, где нас спасут. — проговорил старший, медленно выпрямляя свои затекшие конечности. Дышать было тяжело и парни старались дышать через раз, а то и через три раза, но времени оставалось критически мало. И они это понимали. Юнги больше не паниковал. Он смирился, а это было страшней любых фобий. Человек смирился со своей смертью. Пак молча смотрел на свои руки, иногда поглядывая в сторону старшего. Мин же смотрел на потолок лифта, не моргая. — Как думаешь, сверху есть люк? — прервал тишину хен и Чимин заинтересовано перевел взгляд на потолок. — Думаю, что да. Должен быть. Ты же…не думаешь о том же, о чем и я? — серьезно спросил младший, на что старший хмыкнул. Пак резко встал и попытался дотянутся до якобы «люка». Но выходило, как-то плохо. А точнее, вообще не выходило. Юнги решил помочь и подсадил младшего, а тот со всей силы толкнул рукой крышу лифта и люк открылся. Мин блаженно выдохнул. Всё таки вариант о том, что их спасут оказался верным. Только их спасли мозг Юнги и немного сила Чимина, но в основном заслуга Мина. — Что дальше? — спросил красноволосый, на что блондин просто поднял того выше, заставляя ухватится за выступы и вылезти из «коробки». Парень осторожно вылез из лифта и осмотрелся, Юнги стоял внизу и надеялся, что они застряли между этажей, ну или на этаже. — Хен, мы на втором этаже. Думаю, мы сможем открыть двери, а если нет, то тут есть вытяжка, по ней поползем. — предложил Чимин, протягивая руку Мину, дабы и его вытащить. Спустя несколько минут оба парня стояли на лифте и выбирали лучший вариант по своему спасению. — Давай двери открывать. Так быстрее мы сможем выбраться. — раздраженно произнес Юнги, Пак кивнул на его замечание и начал раздвигать двери. Получалось никак. Даже с помощью старшего, ничего не выходило. Хотелось всё бросить и просто смирится, но из-под полов лифта стал проходить дым. — Чимин, тогда нужно лезть по вентиляции, ибо времени у нас почти не осталось. — проговорил Юнги, взяв себя в руки и забыв на несколько минут о том, что он человек-фобия. Чим кивнул и наклонился, чтобы хен смогу залезть в трубу, а затем и ему помочь. Юнги, ухватившись на выступы, быстренько залез и подал руку младшему. Тот тоже быстро залез и они поползли в сторону предполагаемого выхода. Дыма становилось всё больше, а Мин матерился и ругался всё громче. Кроме гребанных лифтов и замкнутых помещений, Пак услышал парочку слов и про себя, и про строителей этого офиса. Было обидно, но справедливо. Кое-как они долезли до восточной лестницы и вылезая из трубы, быстренько побежали к подвалу. Юнги вроде как отпустило и он спокойно смог бежать, забив на все фобии, а вот Чимина начало трясти. В подвале было и темно и страшно. Фонариков не было и желания оставаться тут тоже не было. Наобум парни дошли до двери и потянули её на себя, та отворилась, но наполовину. Мин не задумываясь пролез, а вот Пак застрял со своей задницей и даже плакать начал из-за стрессовой ситуации. Юнги заметил пожарных и полицейских возле главного входа и стал кричать, Что бы освободили красноволосого. Сразу же прибежали люди в форме и стали вырезать дверь с петель. Чимина достали и облокотившись на Юнги, провели в безопасное место. Парни долго просидели в тишине, не желая её нарушать. Юнги явно задумался над тем, что сегодня он стал героем для самого себя. Слишком многое выпало на его судьбу, в один день. Надеется, что и спать сможет нормально. Но это уже такое. Главное отойти от шока. Пак же сидел молча и уже не плакал, только о чём-то думал. Полицейские подошли к старшему и забрали его на допрос. Отпустили его через минут двадцать и он направился к тонсену. Ему стало жаль младшего, что он пережил такое, слишком уж он добрый и нежный. Нужно его как-нибудь отблагодарить и поднять настроение. Но подойдя к нему, все слова забылись и он погрузился в тишину. Уже сидя в машине скорой помощи и попивая чай, Чимин подсел поближе к хену и посмотрев на него произнес: — Знаешь, хен, я ведь хочу пригласить тебя в гости. Но вот незадача, я живу на 25 этаже. А с этих пор, ты лифты точно будешь обходить стороной. — хмыкнул Пак, а Юнги залился смехом. Наверное впервые они услышали его. Причем оба. Скорее всего, Чиму придется переехать, а Мину свыкнуться с мыслью, что младший будет находится в его жизни 24/7. Он видимо не очень-то и против.