Безумцы!

На улице стояла пылающая жара, не смотря на то, что было ранее утро. В светлой просторной комнате лежала молодая женщина лет двадцати четырёх, её длинные рыжие волосы были разбросаны в хаотичном беспорядке на подушке, а некоторые пряди щекотали её фарфоровую кожу лица, из-за чего она изредка морщила нос. В комнате было настолько душно, что даже не помогало открытое настежь окно, чтобы впустить хоть маленький поток прохладного воздуха. Девушка спала без одеяла в одном нижнем белье, постоянно ворочаясь, сминая постельное бельё для удобной позы. Её будильник резко затарабанил, от чего девушка встала, как юный солдат в армии, и резко швырнула его в стену, который в дребезги разбился. — Бля, сраный будильник, опять новый покупать! — ругнулась девушка, вставая с кровати. Рыжая потянулась вверх руками, вставая на носочки, после чего прошагала в ванну. Проведя все водные процедуры, она надела свою ненавистную полицейскую форму, с которой сходило семь потов во время рабочего дня. Волосы были немного влажные, и поэтому спадали на её плечи, словно змеи медузы горгоны. Девушка взяла фен и начала расчесывать свои локоны под горячим потоком ветра. — Сестрёнка, ты уже проснулась? — в комнату влетел улыбающийся рыжий мужчина. — А что не видно?! Или ты в шары долбишься? — недовольно крикнула девушка и вышла из комнаты, дабы поскорей приготовить завтрак для себя и рыжего недорозумения, который приходился ей братом. — Ну-ну, ты чего опять такая кислая? Смотри, как на улице прекрасно! — не унимался брат. — А ты как думаешь? И почему я должна тухнуть в этой форме, на грёбанной жаре и в тухлом офисе, с кучей потных и вонючих мужиков? Я удивляюсь тебе, Камуи, как ты остаёшься таким спокойным? — недоумевала рыжая бестия. — Кагура, ты вечно всем недовольна, но тем не менее ты всё ещё не ушла из отдела. Я тебя знаю, поворчишь и перестанешь. И также знаю, как ты цепляешься за эту работу, хоть и бесишься. — констатировал факт Камуи, резко сменив гнев на милость, спросил, — Скоро завтрак? Мими, я кушать хочу, — простонал тот, мешая сестре готовить омлет. — Бля, и когда ты от меня съедешь? Найди себе бабу и еби ей мозги, а меня оставь в покое! — вскипела Кагура, тыча деревянной лопаточкой, которой только что она переворачивала омлет на сковороде, в щёку приставучему брату. — Эээ, нет сестрёнка, так дело не пойдет, тебя нельзя оставлять одну, это опасно для соседей, хотя мне на них насрать, но как-то не хочется потом выслушивать от них, что ты их чуть не потопила и не пришибла дверью, — настаивал на своём мужчина. — И с каких пор ты такой правильный? Что совесть проснулась? — не успокаивалась девушка, и громко поставила тарелку с омлетом перед носом брата, на что тот облизнулся и приступил к трапезе. — Нифего подобного. Как фе фкуфно. И фто мофет быть префкрафней еды моей любимой Кагуры-тян? — чавкая, говорил брат и кидал восхищённые взгляды на сестру. — Боже, ты не исправим, жуй быстрее, а то опоздаем и получим нагоняй от начальства, а я не хочу оправдываться, мол извините, мой тупой брат слишком долго шевелил своими недоразвитыми челюстями, — после чего встала и поставила свою тарелку в раковину. — Тише тише, не надо так сердиться, сестрёнка, может тебе валерьяночки налить, а то боюсь оторвёшь по дороге всё что мне так дорого и необходимо, — с ухмылкой проговорил рыжий мужчина и встал из-за стола, повторяя действия за своей младшей сестрой, оставляя пустую тарелку в раковине. — Хлебало завали, идиотина, а то я тебе оторву не только то, что тебе дорого и необходимо, но и ещё что-нибудь для развлечения, — угрожала Кагура, обуваясь. — Сестрёнка, на тебя всегда так жара действует, я тебе панамку куплю, чтобы головку не напекло, а то мозги совсем поджарила. Вот никакого уважения к старшим, ай-ай-ай, — с издёвкой пропел брат, после чего получил хороший пинок под свой шикарный зад. Пара вышла на улицу и села в душную машину, которая походила на адский котёл. Ехали они быстро, дабы впустить хоть маленький ветерок в салон, но толку было, как от козла молока.

***

В Центральном управлении полиции, как всегда было оживлённо, все занимались своими делами; кто-то заваривал кофе, кто-то ковырялся в носу, а кто-то бегал и искал отчёты, которые не были предоставлены во время, выдирая на себе волосы. В отделе по борьбе с организованной преступностью, как обычно ничего не менялось. Начальник Кондо Исао, битый час сидел за своим рабочим столом, стуча пальцами по клавиатуре, изредка попивая остывший кофе. А двое его оболтусов опять выясняли отношения. — Хиджиката — сан, вы где учились, вашу ж мать? Вы видели сколько ошибок допустили в отчёте? — отчитывал своего недо-напарника Окита Сого. — Да мне особо похуй, я тут не учитель японского языка, я грёбанный полицейский, — цокнув, ответил Хиджиката Тоширо. — Пиздец, я эту галиматью переделывать не буду, сами своё произведение искусства переводите начальству, — эмоционально бубнил Окита. — Завались! Мне и так дел хватает и без твоих соплей! — отстаивал свою позицию Тоширо, повышая голос на напарника. — А я, блять, по-вашему, тут икебаной занимаюсь? — не унимался Сого. — Можешь приступать, глядишь и найдёшь своё призвание, — продолжал издеваться тот, попутно вытаскивая пачку сигарет. — Ребята, может прекратите тут заниматься ерундистикой, а займётесь грёбанными делами, от вас шуму больше чем от отдела по борьбе со взрывами! — в разговор встрял начальник. — Да срать на них, они вообще нихуя не делают, только в игрушки играют вместе с Кацура Катаро, в их отделе наверно самый адекватный это - Элизабет, — протараторил Хиджиката, выпуская изо рта облако дыма. — Так, мои сранные оболтусы, прикусили языки и за работу, живо! Окита отнеси эти отчёты к секретарю, — протягивая папку, сказал начальник, — а ты Тоши, иди сделай мне кофе. — Я, блять, здесь не официантка, твою мать, что за дебилы тут работают?! — не унимался Тоши. Бубня себе под нос, он всё же не стал перечить своему начальнику, и взяв кружку Кондо, брюнет вышел вместе с Сого из отдела. Окита тем самым, не теряя времени, пихнул своего напарника так, чтобы тот уебался блять об стену. Окита шёл по оживленному коридору, попутно здороваясь с коллегами. Повернув за угол, он встретил ту, которая выносила ему мозг каждый убогий будний день, а именно - Кагуру Ято из отдела по особо тяжким преступлениям. Та в свою очередь тоже его заметила и не теряя времени мысленно готовила идеальное убийство с его участием. — О, кого я вижу! Ты ещё жива? Как жаль, я думал ты сдохла в тёмном, богом забытом переулке, — начал с издёвкой говорить Окита, не забывая при этом язвительно улыбаться. — О боже, ещё один день в жопу! Представь себе, сукин сын, я живее всех живых, а тебе давно пора в отставку, а то смотрю морщинки появились. И вообще, отвали от меня, не мозоль глаза, от твоей рожи меня блевать так и тянет, — отстаивала свою честь Кагура, надменно смотря на мужчину. — О, а ты часом не беременна?! И кто этот жалкий самоубийца, что посеял семя в твоё прогнившее чрево? — продолжал ухмыляться Окита. — А у тебя часом хуй не лишний? Я мигом устрою тебе льготную кастрацию без наркоза, чтоб не повадно было, — подойдя в плотную к собеседнику, оставляя пару сантиметров между ними, сквозь зубы процедила Ято. — Вот не надо мне угрожать! Я твой язык оторву и собакам выкину,- сверкнув не добро глазами, ответил мужчина. - Хамло! — закипала Кагура, чувствуя как рассудок покидает её. — Я не хамлю людям, они просто обижаются на факты, твари, — с сарказмом сказал Окита, празднуя своё превосходство над девушкой. — Ками-сама, почему в этом гадюшнике работают одни имбицилы? — спрашивала Кагура у боженьки, подняв голову вверх, смотря своими голубыми глазами в потолок, словно искала там кого-то. — О, так ты признала своё существование? Похвально-похвально, ладно, покеда, поболтали на славу, а то ещё лишние пять минут с тобой и я пущу пулю в твой тухлый мозг, а сидеть из-за такого не особо хочется, — проходя мимо Кагуры, прыснул Сого, от чего рыжая вскипела как рак, но вырубить грёбанного садиста ей не дал крик её начальника. — Кагура, зайди в кабинет! — серьёзно выкрикнул мужчина с серебристыми волосами. — Иду, иду Гин- сан, — выкрикнула рыжая и поплелась в кабинет. — Что за срочность, босс? Не дал даже пончик съесть, знаешь же, что после Ямадзаки ничего не остаётся, — жаловалась Кагура, присаживаясь на свой стул и делая оборот вокруг на 360 градусов. — У нас вызов! Трупы по твоей части, — ковыряясь в носу, сказал Саката Гинтоки. — Да ты кэп, Гин- сан, у нас каждый день трупы, и такой срочности не наблюдалось! — лениво проговорила Кагура. — Думаю, ты сама должна съездить и посмотреть на это, мне объяснил всё в подробностях эксперт с места преступления, после чего я полчаса в туалете просидел, пока весь мой завтрак не вышел из заднего выхода! — возмущался Гинтоки, изредка подавляя приступы рвоты. — Ой, да что я там не видела, это ты у нас неженка, босс. Ты от капли крови в обморок чуть ли не падаешь, — язвила Кагура, приподнимаясь с насиженного места, разминая затёкшие плечи. — Не бурчи, потом спасибо скажешь, что дал такое интересное дело, тебе же всегда мало. Разве ты не хочешь позлить Соичиро-куна, по самым безумным преступлениям?! — подловил девушку начальник, из-за чего та встрепенулась от резкого упоминания этого похабного садиста. Всё отделение от этих двоих ходуном ходило, кто из них больше раскроет преступлений и чем сложнее дело, тем лучше для них. - Да я в два счёта разберусь с этим делом, этот придурок будет локти кусать! — сжимая зубы, процедила рыжая и поспешила отправится на место преступления. Кагура приехала на удивление быстро. Место было не из приятных, всюду были огромные кучи мусора, от которого было не выносимо дышать, а из-за жары, казалось, тут умерло целое полчище вонючих скунсов. Кагура прошла за желтую ленту и поздоровалась с экспертами криминалистами, одновременно натягивая синие перчатки. — Ну, что там у нас? Пулевое ранение, колотые раны или на худой конец расчленёнка? — скучно вздохнула Кагура, подходя ближе к чёрному мешку, от которого пахло явно не лавандой. — Госпожа Кагура, надеюсь вас не сильно шокирует данное зрелище, но на всякий случай возьмите бумажный мешок, вдруг вы почувствуете рвотные позывы, - сказал сотрудник из криминалистической бригады, на что она махнула рукой и потребовала поскорей показать тело. Мужчина, с опаской и осторожностью, отстегнул молнию на мешке и отошёл в сторону. Кагура некоторое время стояла неподвижно, сказать, что она была в шоке, значит ничего не сказать. За три года службы, её ничего не пугало в жизни. Она всегда находила решения проблем и, иногда, даже сама их создавала, но такого зверского издевательства над телом, она даже не представляла будучи злой на садиста. Опускаясь на корточки, девушка присматривалась в черты лица потерпевшего. А именно, жертвой оказался мужчина, лет сорока пяти, возможно старше, из-за лёгкой щетины и морщин, без полной диагностики точный возраст определить было не возможно. Взгляд рыжей, остановился на веках, которые были зашиты, а на самом лице имелись глубокие царапины. Также, на убитом не было и клочка одежды. Кто-то мог подумать, что мужчина был при жизни эксгибиционистом. Не задерживая долго свой взгляд на одном месте, она продолжила изучать тело мужчины, которое было в ссадинах, синяках и разрезах. Зрелище напоминало некое подобие экспериментов доктора Франкенштейна. Всё тело было покрыто глубокими ранами, на которые были наложены швы. На шее был вырван кадык, его как-будто оторвали голодные волки, нежели это было сделано руками человека. Изувеченное тело жертвы было в запекшей крови, что мешало рассмотреть детали. — Переверните! — приказала Кагура, и эксперт перевернул тело, всё также с опаской поглядывая на женщину, как бы ей самой не пришлось оказывать первую медицинскую помощь. Кагура всматривалась в каждый сантиметр тела мужчины, он наверняка был красив при жизни. Его тело было спортивным, скорее всего занимался борьбой или тягал штанги. На спине было множество порезов от острого предмета, а синие полоски сменялись на кроваво-красные, предполагая, что мужчину били хлыстом. Рыжая женщина старалась как можно меньше прикасаться к телу, словно боялась причинить ему больший вред. Ей было жаль, что он стал жертвой настолько кровожадного безумца, от которого даже не смог отбиться такой сильный мужчина, а у него наверняка была семья, которых он любил и которые любили его. Да уж, все мы безумные, с безумными именами и безумными идеями, безумным взглядом на жизнь, но как бы то ни было, нам приходится жить со своими пороками. И порой приходится за всё платить, даже ценой собственной жизни. Какая ирония. Кагура встала в полный рост, сняла перчатки и дала знак закрыть тело, на что эксперт быстро отреагировал и выполнил приказ. После чего девушка обратилась к нему: — Улики нашли? — серьёзно спросила Кагура. — Нет, ничего не нашли, — расстроенно ответил эксперт и ждал ответной реакции от собеседницы. — Странно всё это, конечно! Фотоотчёт и тело жертвы отправить в участок немедленно, это дело не из лёгких. Чую нутром мы с ним провозимся, — высказала своё мнение Кагура и вышла из огороженной территории. Она шагала быстро, изредка покусывая ребро указательного пальца, прокручивая в голове все возможные дальнейшие действия. Сев в машину и заведя мотор, она поспешила вернуться в отдел, мысленно продумывая речь для своего начальника. Этот день её в край вымотал, она чувствовала лёгкую слабость, и вспомнила, что после завтрака и маковой росинки во рту не держала, но после увиденного тела, аппетит куда-то пропал. Кагура решила не останавливаться в придорожном кафе и фурией влетела в участок, при этом создавая за собой не слабый ветерок, от которого у коллег посыпалась вся бумажная отчетность на пол. Не обращая внимания на недовольные возгласы, она направилась к начальнику. — Гин- сан, ты был прав на счёт дела! — Кагура резко подошла к столу босса, опираясь на него руками, она внимательно вглядывалась в его скучающее лицо. — Я и не сомневался, что окажусь прав! — более оживленно отчеканил Саката. — И? Что скажешь? — вопросительно посмотрел на неё начальник. — Улик нет, личность не установлена, единственное, что мне не нравится, как преступник оторвал кадык у жертвы, и зачем? Я, конечно, теряюсь в догадках, но боюсь, что это не единственный труп. Таким жестоким образом издеваться над жертвами могут лишь самые изощрённые психи и безумцы, а не нравится в этих тварях то, что они наслаждаются этим и ждут следующего хода. И им пофиг на моральные принципы. Я думаю, что этого человека подвергли пыткам и скорее всего преступник не один, такое чисто-слаженное преступление нельзя провернуть в одиночку. Гин- сан ты меня слушаешь? — Кагура резко ударила по столу, заметив, что её босс отвлекся на новый номер его любимого журнала. — Да-да, я прекрасно слышу тебя, Кагура. Думаю, что в скором времени мы узнаем полную отчетность патологоанатома, в следствии чего будем делать выводы, — ответил Гинтоки не отрываясь от журнала. — Ну и что мне прикажешь делать? Мне нужно с чего-то начать! — требовала своё Кагура. - Начни с того, чтобы убрать за своим блохастым псом, он уже весь вольер обгадил, ступить некуда! — недовольно и как-то лениво произнёс Гинтоки, не отрываясь от чтения манги. — У Садахару стресс, нечего к нему приставать, и вообще не переводи тему, мне сейчас не до шуток! — начала потихоньку сходить с ума Кагура. — А я что похож на клоуна, шутки шутить, твой пёс ты и убирай, а то от него никакой пользы, лишь геморрой, — стоял на своём босс. — Да ну тебя, не отвянешь же, — сказала Кагура и вышла из кабинета, громко хлопая дверью. На что начальник с облегчением вздохнул и подумал, что Кагуре лучше подышать свежим воздухом, пока совсем не зачахла старушка в новом деле.

***

Камуи вышел на улицу вдохнуть свежего воздуха приближающегося вечера и увидел свою сестру, гуляющую со своим верным псом. Недолго думая, он кинул пару монет в автомат стоящий подле него, и вытащил от туда две баночки с содовой. — Сестрёнка, привет. Как день прошёл? — подбежал рыжий к ней и вручил баночку содовой, на что та немного сглотнула, но отказываться не стала. Взболтав баночку, она резко открыла пышущую газом воду, и принялась жадно пить. — Лучше не спрашивай! Я тут просто такой жесткач сегодня видела, и врагу такого не пожелаешь, — вытерла рукавом губы, произнесла Кагура. — Ооо, наслышан, уже всё управление об этом на каждом углу трещит. Слушай, ты смотри не лезь в самое пекло, я не в восторге от того, что это дело будешь вести ты, — серьёзно проговорил Камуи. — Да не боись, не впервой же дерьмо разгребаю. Хватит меня опекать, задрал уже, ей богу! — успокоила его сестра, хлопнув по плечу. - А у тебя как обстоят дела с синюшными наркошами? — пыталась перевести тему Кагура. — Да ништячок, поймали ещё троих, толкали дурь малолеткам за кинотеатром, спалились смачно, я б сказал, — с улыбкой сказал Камуи, сделав последний глоток содовой, он кинул пустую банку в мусорный бак, делая отличный выпад для броска, как при баскетболе.- И насчёт того, что я тебе сказал по поводу дела, я говорил на полном серьёзе, не пытайся обвести меня я тебя знаю, как облупленную, — настаивал на своём, рыжий мужчина. — Ну, зашибись, до чего надо же быть такими идиотами? Я удивляюсь, они уже идут на крайние меры и не боятся быть пойманными, чертовы выродки. Да поняла я, поняла. Завались уже! — ругнулась Кагура и выкрикнула кличку пса, дабы сообщить ему о том, что они закончили прогулку. Камуи пропустил сестру в офис и пошёл разгребать работу своего распиздяйского подчиненного Абуты, всё-таки Камуи начальник как никак в отделе по борьбе с наркотиками, а это не хухры мухры. Кагура сидела в своём отделе и нервно постукивая пальцами правой руки по столу, а левой рукой она подпирала голову, ожидая заключения патологоанатома. Ей хотелось поскорей начать расследование, дабы поймать ублюдка творившего такое безумство над человеческой жизнью. Недолго думая, девушка решила отвлечься и пошла на выход, предупредив начальника, что она ушла разминать свои плечи в спорт зале, на что тот ответил, мол как принесут заключение он её позовёт. Девушка любила проводить время с пользой для себя и, соответственно, для хорошего выполнения работы, поддерживая своё тело в прекрасной физической форме. Она забрала волосы в высокий хвост, чтобы они не мешали усердной тренировке и обеспечив себя повязками на руках, с разбегу налетела на висящую грушу, стала наносить удары руками и ногами меняя их очередность. Сила удара была настолько сильной, что казалось вот-вот этот злополучный мешок с песком развалится, но её это ни чуть не волновало. Даже не волновали покрасневшие, костяшки на руках. Здесь в какой-то мере она чувствовала, что всё напряжение за рабочий день куда-то уходило, для неё это некий релакс, и здесь она могла ни о чём не думать, стараясь полностью отдаться тренировке. За действиями девушки наблюдали мужчины, кидая в её сторону восхищённые взгляды. Её грациозные движения, будто бы гипнотизировали зрителей, на что она только недовольно фыркала, и продолжала тренировку. Но всему когда-то приходит конец. Эту идиллию нарушил голос Окиты Сого. — Эй, рыжее недоразумение, что тебе груша сделала, что ты её так колошматишь? — с ухмылкой проговорил Окита, снимая попутно, пиджак своей формы и отстёгивая две верхние пуговицы на рубашке. — Ну вот приехали, какого чёрта ты тут делаешь? не видишь я стресс снимаю? Или ты хочешь побыть вместо груши? — прыснула Кагура, не спуская глаз с груши, продолжая набивать руку. — Как по мне у тебя пожизненные ПМС, а не стресс. И как ты живёшь с этим, бедненькая?! - продолжал издеваться над ней мужчина. Засучив рукава рубашки, он ступил босыми ногами на мягкий матрац, и медленно пошёл в сторону рыжей особы. — Завались идиот, мне сейчас не до твоих приколов! - грубо выкрикнула Кагура, не поворачиваясь лицом к оппоненту. — Ооо, так не интересно, ты такая скучная, а я думал повеселиться и надрать твою тощую задницу, чтоб не повадно было, - с хитрой улыбкой на лице, ответил Окита и резким движением руки, развернул девушку к себе лицом. — Ну всё, ты меня выбесил, тупое поганое отродье, - сказала девушка и встала в стойку для драки. - Почему, всегда, когда я тренируюсь, ты мне мешаешь? Ты что сталкер? Так я мигом тебе глаза повыковыриваю и скормлю бешеным енотам! - грубо и с вызовом сказала рыжая, идя в наступление. - Это судьба, детка, у тебя такая! — съязвил Окита, отражая удар девушки в сторону. — Смотрите, мужики, спаринг! Спаринг! Кагура и Окита опять за своё! — крикнул мужчина из угла спорт зала, от чего вокруг начали собираться зрители, поглазеть на это представление. Они уже начали делать ставки, кто победит, как они в принципе и делают, каждый раз, когда Окита и Ято сталкиваются лицом к лицу. Это походило на некое подобие секты. Под шумные возгласы болельщиков, Кагура и Сого оживились, их это забавляло. Всё же такие спаринги, давали возможность одному из них отпиздохать другого. Прям подарок судьбы какой-то. Кагура резко остановилась и опустила корпус ниже для захвата, мгновенье, и Окита ударяется головой о матрац. Пока девушка ликовала, парень не переставал ехидно улыбаться, быстро встав, он зашёл со спины к девушке, и резко дернул её за хвост на себя, согнув коленом спину так, что она прогнулась и почти лежала на его ноге. Он держал её крепко, чтобы та не свалилась и не ударилась об бетонный пол, который был за пределами мягкой дорожки. Хоть идея была не плохой, но всё же это не то, чем стоит гордиться, тем более девушка не сопротивлялась, а вцепилась за его руку, чтобы совсем не упасть. — Отпусти меня, чёртов садист, ты мне уже все волосы вырвал!— возмущённо простонала Кагура, пытаясь ослабить хватку соперника. — Эээ, я не понял, где твои манеры, милочка, или тебя не учили благодарить своих спасителей от смачного столкновения твоей бошки с полом?! — опустив голову ниже, смотря в её голубые глаза, прошептал Сого в её губы, опаляя их горячим дыханием. От этих действий послышались возгласы мужчин: «Оооо, сейчас будет кульминация!!!». — Я не просила меня спасать! И не прикидывайся героем, тебе чуждо сострадание. Ты дебил с рождения, и это не лечится, - фыркнула в лицо рыжая, делая резкий толчок от чего часть её волос оказалась в руке садиста. Она распустила хвост и встряхнула головой, что бы вернуть прическе нормальный вид. — А я смотрю ты любишь боль, даже не поморщилась от выдернутых паклей! Когда-нибудь это тебе боком выйдет, - резко сменив ехидный тон, на более серьезный, сказал Сого. — Не нуждаюсь в твоих советах, можешь быть свободен, и рвать волосы на своей мошонке, — колко ответила Кагура и поспешила уйти из поля зрения садиста-идиота. Схватив полотенце и бутылку с водой, она бросила кроткий взгляд в сторону мужчины, который стянул с себя мокрую от пота рабочую рубашку, кидая её на пол и русоволосый начал яростно бить кулаками по груше. Фыркнув, она вышла из дурного, пропахшего потом зала и направилась в душ, смывать с себя прикосновения грязного подобия человека.

***

День уже давно подошёл к своему завершению, сменяя голубое небо на темно синее, рисуя на нём маленькие светлые огоньки. Большинство отделов, свалили домой к своим семьям. Остались лишь самые стойкие, кому нехер делать дома. Казалось, что тут можно разбить лагерь и жить, как туземцы или на худой конец аборигены, благо есть всё необходимое, хотя, нет, всё же, единственного чего не было это большой просторной кровати, на которой можно было распластаться, как морская звезда на пляже и уснуть крепким сном младенца. — Кагура, проснись, отчёты принесли! — тыкая пальцем в рыжую, вяло пробубнил Гинтоки. -Неужели! Ну и тормоз же эта бабка Отосэ, мы скорее сами состаримся, чем она вскрытие проведёт! - ворчала Кагура, попутно открывая папку. Она вчитывалась в строчки, изредка приподнимая брови от удивления. Эмоции менялись на её лице с каждым прочитанным абзацем, после прочтения, она громко захлопнула папку и кинула её на стол, обращаясь к боссу: — Гин- сан, личность была установлена, этого мужчину звали Акира Фуджимото, ему сорок шесть лет, и он был агентом по недвижимости. Занимался отстройкой нового офиса на другом конце города. Женат и двое детей.- эти слова она произнесла с грустью, опустив взгляд в пол, как буд-то провинилась в чем-то. Недолго сделав паузу, она продолжила, - В крови убитого было найдено множество психотропных веществ, среди которых мескалин и Lsd. Швы наложены не профессионально. Кадык по своей видимости вырвали не руками, а чем-то очень тяжелым и резким, в ране были обнаружены следы машинного масла. На спине многочисленные полосы от жесткого кожаного хлыста. На руках следы от верёвок, а под ногтями частички кожи самой жертвы, — почти на одном дыхании говорила девушка, изредка набирая воздух в легкие. — Мда уж, не хило он постарался и зачем столько возни ради одного человека? - с сарказмом спросил Гинтоки, и закинул ноги на стол. — Гин-сан, мы должны немедленно найти его, иначе слухи дойдут до журналистов и начнётся всеобщая паника, и почему именно в такой момент я одна разгребаю это дерьмо? Почему Шинпачи свалил отдыхать на горячие источники, заваливая своей работой? - возмущалась Кагура. — Терпение Кагура, пацуан заслужил, ты же сама отказалась от ежегодного отпуска, мотивируя тем, что отдых для слабаков, а гавриков ловить надо, ибо воняет в Токио, хуже чем носки твоего брата-идиота. Я ничего не пропустил? -спародировав голос Ято, спросил Гинтоки, при этом лениво приподнимая бровь вверх. — Нет, но я не могу сейчас делать работу за двоих, я же не ломовая лошадь в конце концов. Ты как хочешь, но я буду расследовать это дело, а остальное подождёт, - подняв носик вверх гордо произнесла рыжая. — Не загнись конёк горбунок ты мой! — лениво ответил Гинтоки, и встал из-за стола. Проходя мимо Кагуры он взял папку и вышел из отдела, прыснув, что скоро вернётся. Гинтоки шёл мимо пустых столов, лениво шаркая тяжёлыми ботинками по полу. Повернув за угол, он медленно открыл дверь и поздоровался с коллегами по несчастью. — Йо, братва, как поживаете? — лениво пробубнил Гинтоки, пробега взглядом по табличке, где четко выгравированные имя и фамилия Кондо Исао, садясь напротив него. — Привет-привет, да вот сидим дурью маемся, отчёты доделываем, - зевая ответил Исао. - А ты какими судьбами? Или Кагура- чан опять ворчит? — продолжая разговор, спросил шатен. — Да, ворчит она постоянно, язык у неё без костей. Тут такое дело! - Гинтоки пододвинулся ближе к Исао и продолжил, - Нам дело грязное попалось, наверняка наслышан уже, Кагура мне всю плешь проела с ним, так вот, я бы не хотел, чтобы она лезла туда одна, а так как её зад вечно тянет на приключения, нужно как-то её сексуальный тыл прикрывать. Понимаешь, о чём я говорю? —  спросил Саката. — Мдаа, интересненько. Но, думаю, я смогу тебе помочь, - как-то ехидно улыбнулся Исао, обращаясь к своему подчинённому и с улыбкой спросил, - Эй, Сого, хочешь взяться за то дело, которое ведёт Кагура-тян? — А что для рыжей это слишком сложное задание? -спросил Окита, снимая с одного глаза повязку для сна. — Нет, это личная просьба Гинтоки и моя, как твоего начальника,- добавил каплю серьёзности, сказал Исао. — Ну раз так, то мне нужно ознакомиться по подробнее с делом, — потягиваясь на стуле пробубнил парень. — Вот материалы дела и заключение экспертов, можешь взять домой, разрешаю, только не потеряй, иначе Кагура с меня три шкуры сдерет, да и я добавлю, - ответил Гинтоки, отдав в руки садиста папку. - Завтра жду тебя в нашем кабинете с утра и старайся не подкалывать Кагуру, и да кстати, чуть не забыл, твоя задача в том, чтобы приглядеть за этим рыжим недоразумением. С таким азартом, она может натворить дел, - вставая со стула лениво протянул Гинтоки и направился к выходу. — Эй, босс, подождите-ка минутку, я не подписывался быть нянькой, что за подстава, Кондо- сан? — Окита резко встал с насиженного места и глядел то на Кондо, то на Гинтоки. — Не нуди, ты единственный кто дает ей отпор, другие шарахаются от неё, как от полчища тараканов, - перебив Сого, сказал Гинтоки. - Заодно, повеселишься! Ладно, пошёл я, надо ещё Кагуру подготовить к вашему незапланированному свиданию. Завтра жду у себя, - почесывая затылок, пробубнил Гинтоки. — Ну вот попадос, Хиджиката —сан, какого хрена вы спите, в такой момент?- Окита пихнул своего напарника, но тот спал как убитый и на все махинации своего тела никак не реагировал. — Да не переживай ты Сого, что первый раз что ли? Каждый день видитесь с Кагурой- тян и так мило беседуете, что аж дух захватывает, — улыбаясь прокурлыкал Исао. — Да неужели! Я бы это милой беседой не назвал! Эта рыжая чертовка, так и мечтает откусить мой член, что в этом захватывающего? —  выходил из себя Сого. — Ой, да не драматизируй так! Всё не так уж плохо! Ладно, хватит трепаться, пора и честь знать, валить домой в кроватку,- заявил начальник и вышел из-за стола. — Да уж, ну и ёбанный же сегодня денёк, прям обосраться можно,- нервно прыснул в спину начальника Окита и поплёлся к выходу.

***

Темнота уже во всю погрузила в свои объятия ночной город. Изредка прохладный ветерок взбивал рыжие волосы девушки, от чего те ударялись об её гладкую кожу лица. Брат, как истинный джентльмен открыл дверцу своей машины, впуская на пассажирское сидение сестру. К вечеру она всегда была более покладистей, так как очень уставала за весь день. Ещё бы, столько энергии в одном хрупком теле, неудивительно, что она не брала отпуск. Брат сел за руль, не забыв, при это пристегнуться, повернув ключ, мотор заревел. Машина тронулась, оставляя на асфальте протектор от шин и густое облако пыли. Ехали они в молчании, и никто не смел нарушить эту тишину. Кагура почувствовала как начали слипаться глаза, и её медленно клонило в сон, погружая сознание в пучину темной бездны. Брат внимательно смотрел за дорогой, изредка поглядывая на то, как сестра тихо и мирно посапывает на его плече, и бурчит себе что — то под нос. Камуи припарковал машину и попытался разбудить сестру, но та не хотела покидать теплого салона, и продолжала пускать слюни на обивку сиденья. На что он не долго думая, взял её на руки и аккуратно, чтобы не ударить, вытащил из машины, прихлопывая дверь ногой. Он был единственным родным человеком для неё, как и она для него. И всю свою заботу, он хотел отдать полностью ей, отгородить от всего и всех, что причиняют ей боль и страдания, что заставляют лить горькие слёзы. Он поднялся в её комнату и положил на кровать, снимая пиджак её формы и вешая на стул. Не смотря на то, что в квартире было довольно душно, он накрыл рыжую одеялом и чмокнул в лоб, желая, приятных снов, после чего тихим шагом, покинул её обитель. Все мы думаем, что же будет, когда случится непоправимое событие, но не думаем, как это исправить. Все мы мечтаем, но не даём мечтать другим. Наши желания не совпадают с нашими возможностями. Парадокс жизни, не более. Всё может измениться в любой момент, даже когда ты этого не ожидаешь, это как загнать жертву в свою смертельную ловушку, из которой нет выхода, и тебе остается только плакать от безысходности и беспомощности, от своей грёбанной слабости, захлебываясь и заикаясь. Но эту часть жизни, мы должны нести на собственных плечах. Должны тянуть эту лямку всю жизнь, полагаясь, только на свои идеалы, и отвергая помощь на стороне. Так ли это хорошо на самом деле?! Вопрос, который мучает миллионы людей на планете.