Нарисуй меня лучом солнца

      Проблем с переездом не возникло. У недавно перебравшейся в Нью-Йорк Ланы вещей было мало, и она смогла всё перевезти, воспользовавшись услугами такси. Стол и шкаф в кабинет она заказала ещё днём ранее и ей обещали привезти их до конца недели.       На этот раз Джен встретила брюнетку более одетой, на ней были светло-голубые линялые джинсы с дырками на коленях и просторная футболка с застиранными пятнами краски. Волосы были собраны в непонятный пучок, а за ухом торчал карандаш.       ‒ Привет! Деньги дошли, всё отлично, ‒ с порога констатировала блондинка, хватая сумки Ланы и помогая втащить их в дом.       ‒ Замечательно, ‒ Паррия занесла последнюю сумку и смахнула пот со лба.       День стоял на удивление душный, и даже льняные брюки и хлопчатобумажная рубашка, в которые была одета Лана, не спасали от жары. Художница так же помогла брюнетке перетаскать сумки на второй этаж, а затем махнула рукой:       ‒ Потом разложишься, пойдём, я угощу тебя кофе.       Лана колебалась всего секунду, а потом последовала за белокурой хозяйкой квартиры. Кухня была просторной и светлой, удивительно чистой, казалось, что в ней действительно, ничего не готовят кроме кофе. Джен закинула пригоршню зёрен в кофемолку, быстро смолола их, затем пересыпала порошок в медную турку и поставила на плиту. Всё это время Лана молча наблюдала за ней, сидя за столом, за тем, как легко и непринуждённо двигается блондинка, как балерина в танце. Яркое солнце светило через окно и играло золотом в белокурых волосах.       ‒ Так значит, ты начинающая актриса? ‒ чашка с ароматным напитком возникла перед Ланой.       ‒ Да, я играла в одном малобюджетном сериале в Лос-Анджелесе, но меня там заметил Джемс Хитрок. Он и позвал меня попробоваться в театре на Бродвее, а контракт с сериалом, как раз заканчивался. Ну и я подумала, почему бы и нет. В итоге, мне дали роль, хоть и не главную, но мне и этого пока вполне достаточно, завтра у меня первая репетиция.       ‒ Звучит чертовски круто! В тебе, несомненно, есть талант, на Бродвей так просто не попасть, но у Хитрока глаз наметан. Я немного знакома с ним и знаю, что кого попало он не приглашает.       ‒ Да? И как вы с ним познакомились? ‒ Лане стало действительно интересно.       ‒ Он был на одной из моих выставок, ‒ просто бросила девушка.       Вот теперь брюнетке стало стыдно. Сама-то она ещё вчера, при подписании договора, успела рассказать кем работает, но при этом совершенно забыла, кто её квартирная хозяйка. Ведь, наверняка она была довольно известна в мире изобразительного искусства.       ‒ Ой, и часто у тебя проходят выставки? ‒ Вопрос звучал глупо и по-детски, Лана обругала себя за это, но стоило поддержать разговор.       ‒ По-разному, зависит от моей музы, но я стараюсь, много работать в последнее время.       ‒ Обязательно пригласи меня на свою новую выставку.       ‒ Только если ты дашь билет на премьеру своего спектакля.       Девушки рассмеялись и неловкость исчезла. Поблагодарив за кофе, Лана поднялась к себе и начала медленный, но скрупулёзный разбор своих вещей. Опомнилась она только поздним вечером, когда солнце уже давно исчезло за крышей соседнего дома. Джен её не тревожила весь день. Паррия ощутила зверский голод, а так как она очень устала, то решила просто заказать пиццу на дом. Девушка спустилась на первый этаж, чтобы спросить у блондинки, не хочет ли она чего-нибудь и обнаружила, что последней нет дома. Лана даже не слышала, как художница ускользнула. Пожав плечами, брюнетка заказала себе пиццу и салат на завтрак. В ожидания заказа, она полезла в интернет и вбила в поиск «Дженнифер Моррисон». Поисковик выдал ей информацию, о том, что Дженнифер Моррисон родилась и выросла в Нью-Йорке, окончила факультет живописи в Академии художеств Нью-Йорка. Получила известность еще, будучи студенткой, когда начала проводить свои первые персональные выставки. В статье не было сказано, каким образом Дженнифер удалось пробиться среди сотен других студентов, но Лана искренне полагала, что исключительно своим талантом, так как это было в её собственной карьере. На другом сайте было сказано, что работы Джен отличаются новаторским стилем и смелым подходом к пониманию понятия искусства.       Лана так углубилась в чтение, что чуть было, не пропустила звонок в дверь. Это принесли пиццу. Неся заказ в свою комнату, Лана помедлила и затем свернула в мастерскую. Там на мольберте стояла недописанная картина. Её освещал только свет полной луны, падающий из окна, но этого было достаточно. На картине был изображен скалистый берег, море разбивалось о скалы, а где-то вдалеке корабль искал пристанище среди непогоды. Казалось, что ничего особенного, сюжет давно не нов, но чем больше Лана смотрела на картину, тем сильнее у неё возникал эффект присутствия. Казалось, ветер треплет одежду, а солёные брызги летят прямо в лицо. Когда девушка невольно провела по щеке ладонью, стирая несуществующую каплю, ей стало даже не по себе, и она поспешно покинула мастерскую. Теперь она на собственном опыте поняла, о чём писали в интернете. Брюнетка понятия не имела, каким способом Дженнифер добивалась подобного эффекта, но это было по-настоящему сильно и талантливо.       Уже лежа в новой постели Лана подумала, что ей повезло с квартирной хозяйкой. Мало того, что она тоже человек творческий, так ещё и невероятно талантливый. О красоте блондинки Паррия старалась не думать. «Может быть, если мне повезёт, я даже подружусь с ней», ‒ думала девушка, засыпая.