Судьбы. Бизон

Гипотетически сложные отношения командиров оперативного отдела и группы "Смерч" если бы даже и возникли, то вряд ли отразились бы на эффективности работы КТЦ. Ведь и взаимодействовать этим двоим обычно не приходится. Увы, сейчас был не тот случай, между Ольгой и Борисом просто искрило, так что это замечали все. Причем Багира недоумённо поднимала брови, а Дакар ощутимо злился. Бизон хамил дорогому ему человеку, хамил виртуозно, но Ольга запрещала Илье вмешиваться в ситуацию, как-то скучающе отражая все нападки. И можно бы не беспокоиться из-за таких мелочей, но дома ведь она расстраивалась. Об этом прекрасно знала и Ума, часто у Ильи бывавшая. Правда выступать открыто на чьей-либо стороне Леся не торопилась, ей всё казалось, что просто произошло чудовищное недоразумение, что этим двоим всего лишь нужно поговорить. Ведь если бы Бизону была неприятна новая начальница оперативного отдела, то он бы не заходил в этот отдел по двадцать раз за рабочий день. И со спины на Ольгу Тарасов смотрел отнюдь не с ненавистью. Поводы зайти Тарасов каждый раз находил новые, оперативники в работе косячили довольно часто. Впрочем, Ольге следует отдать должное - личное и работу она разделяла. И прекрасно понимала когда Тарасов прав, донося всю важную информацию до сотрудников. Мягко, тактично, но безжалостно. Большинство агентов прекрасно понимали, что подобное отношение начальства продлевает жизнь, хотя был и кружок недовольных. Интуиция подсказывала Бизону, что за этими недовольными надо бы присмотреть, хотя всё же недовольство начальником - это ещё не повод для предательства. Тарасов же Пригова не убивает. Бизону может был и не повод, но вот другие желающие нашлись, особенно когда предательство подрепили ещё и солидной суммой денег. Подвело барышню только одно, она вела переписку с рабочего компьютера, не догадываясь о привычке Ильи Петровича отслеживать почту сотрудников. Точнее, это была даже не привычка, а должностная обязанность. Информацию о засаде Дакар передать не смог, группа "Смерч" находилась в пяти минутах езды от места перестрелки, они успели за две. Почти... Первым Тарасова посетило острое чувство дежавю, Ольга схлопотала пулю в спину, прикрывала свою напарницу. Кристина явно родилась в рубашке, опять отделалась царапиной, на этот раз на бедре. Которое Физик сейчас подозрительно долго перевязывал. Впрочем, это была зависть. Когда человек на твоих руках истекает кровью ценность его осознаешь окончательно. Ольга стоила дорого. Намного дороже, чем его смешные обиды. Нужно было просто спросить... Прогнозы врачей звучали неутешительно, но шансы были. Ольга могла выжить, могла снова встать, Тарасов готов был ради этого на всё. Хотя нет, не ради этого. Ради того, чтобы с ней поговорить. Тарасова к Ольге врачи не пустили, а вот Дакара уже не смогли. И именно он часами сидел возле женщины, держа ее за руку и что-то рассказывая. У них явно было много общего, но Бизон не мог заставить себя просто Илью расспросить. - Она была моей няней, - Дакару уже просто надоело слышать за спиной дыхание Тарасова, - её нашел отец, мне года три тогда было. Ей пятнадцать, родители опеку оформили. - Почему? - Её родители погибли в пожаре, случайное возгорание проводки в старом доме, они оба были пьяны. Некоторое время подозревали Ольгу, но отец доказательств не нашёл. - Не нашёл или не искал? - За несколько дней до этого эти так сказать "родители" напоили водкой младшего ребёнка, он умер по пути в больницу. Знаешь, я бы не искал. - Я бы тоже. Но почему тогда... Два с половиной года назад она сказала, что уезжает на похороны родителей. - Два с половиной? - Дакар устало вздохнул, - мы хоронили родителей. Моих. - Понятно. Илья, иди отдохни. Я с ней посижу. Нам тоже поговорить надо. Ольга не перебивала, была до сих пор без сознания, но почему-то Бизон уверен был, что слышала. Слышала его признания, обьяснения, просто рассказы про жизнь. И самое главное - его обещание. Борис обещал Ольге, что она снова встанет. Снова будет ходить. Нет, ему и на руках носить женщину не трудно, но всё же это лучше делать для удовольствия, а не по обязанности.