Научи меня любить

Он стоял напротив ее двери, прислонившись к ней головой. Драко медлил и выжидал непонято чего, просто тянул время, боясь зайти внутрь и увидеть ее. Его малышку, которую так побила судьба с помощью Драко. Он не знал, что сделает: накинется расцеловывать ее, просить прощения, валяться в ногах или просто уйдет. Он не мог совладать с тем фонтаном чувств внутри. Он так сильно любил ее, что начинал сходить с ума, его колотило только от представления, что за этой дверью находиться она. А в предвкушение их встречи, у него уходило сердце в пятки и билось с неимоверной скоростью. Она стала его наркотиком, а он конченным наркоманом, который начинал медленно умирать без нее. Но в этот раз все будет по-другому. По дороге в больницу он все решил для себя: он всего лишь проведает ее самочувствие, извиниться и попрощается. В этот раз навсегда. Слова Гойла подтвердили, что ему не стоит больше вмешиваться в ее жизнь. Сейчас, он в последний раз защитит ее от недоброжелателей, которые еще могут нагрянуть, и с миром уйдет. Он хотел семью, мечтал о ребенке, похожем на Гермионе, что у него были такие же теплые глаза и доброе мамино сердце и его платиновые волосы. Но никогда не посмел бы признаться в этом Гермионе, а так оказывается, что по его вине погибло его чудо, не успев родиться. Он будет долго корить себя за это , но поделать уже ничего не может и уж точно исправить. Драко приоткрыл дверь и вошел внутрь, тихо закрывая дверь. Она спала, так мирно и спокойно. Он присел на край кровати и стал за ней наблюдать, он хотел прикоснуться к ней, но это было бы уже роскошью. Ее лицо, такое светлое и невинное, она была по-прежнему своеобразно красива и жива, но так худа. Сейчас она казалась совсем маленькой, что можно было одной рукой убить. Только подумать такое беззащитное и хрупкое существо пережило столько всего, как же сильно она настрадалась от него. Но ни раз она не попрекнула его в этом, ни разу не подметила, хотя прекрасно понимала, она, не смотря ни на что, продолжала подкидывать дрова в их семейный очаг, а Драко продолжал его тушить да так стремительно и быстро, что доставалось еще и Грейнджер. А сейчас только одна она огребает за его поступки. Какой же он сволочь, что поступал с ней так. Жаль, что осознание приходит слишком поздно. Его стало гложить чувство вины, и Драко стал сомневаться в адекватности своей идеи - навестить Гермиону. Он встал, подошел ближе к ней, наклонился и слегка поцеловал в лоб. - Прощай, - еле слышно прошептал он. Драко развернулся и направился к двери, он уже практически открыл ее, но в последний раз обернулся и посмотрел на предмет своей страсти. - Малфой, - грубо сказала Гермиона, сидя на кровати. Все это время она не спала, лишь ждала его действий, может слов или монолога. Ее сердце билось как ненормальное, она хотела наброситься на него, но только не понимала с какой целью, чтобы придушить или расцеловать. Столько противоречий и желаний одновременно. Одно она могла сказать точно - она скучала и до сих пор любила. Но простить она его вряд ли когда сможет. В это же время она и ненавидела его, ненавидела так крепко, как и любила. К глазам подступали слезы. - Грйенджер, - сухо выдавил Драко. Он закрыл дверь и повернулся к ней. Какой бы букет нежности внутри он не чувствовал, но к сожалению говорить по-другому не мог. - Зачем ты вернулся? - Ей было больно снова видеть его, весь его облик напоминал о тяжелом прошлом: о собаке, об изнасиловании, о ребенке... Его ребенке. Она зарыдала, хотя сильно старалась сдержать слезы. Она видела его так давно, она просто не могла без него жить, но этому чувству противоречил инстинкт самосохранения . Драко хотел подойти к ней и обнять. И вот снова он стал причиной ее слез, как собственно и всегда. - Не подходи больше ко мне, - сквозь слезы говорила она, эти слова были словно клинки по его сердцу. Это было правильно, после всего того, что он сделал, он не имеет право даже говорить с ней, не то что трогать. - Я хотел извинится и попрощаться, - честно сказал Драко. - Не ври, - прошипела она, утирая слезы рукой. - Малфой, ты лишь пришел утешить свое самолюбие. Тебя грызет совесть, ты винишь себя в случившимся и не можешь нормально спать. И поэтому ты приехал, чтобы убедиться, что со мной все в порядке, - она как всегда била в десятку, она слишком хорошо его знала, даже лучше, чем Драко знал самого себя. - Тебе не стоило возвращаться, я давно простилась с тобой. Оказывается, еще три года назад. Так покойся в земле, Драко Малфой, - ее обуревал гнев и недосказанность, сейчас она расставит все точки и перечеркнет их жизнь. - Гермиона, - он пытался говорить спокойно, хотя это давалось это трудно, - давай поговорим спокойно, ты хочешь, чтобы нашими последними словами был скандал? - Жилка на его висках начала дергаться, кровь вскипать. Как у нее получалось взрывать его изнутри. - А ты хочешь снова бросить меня, да? Снова скажешь, что это для моей защиты?! А вот ничего подобного Малфой, ты лишь трус, который сбежал, оставив меня одну. Знаешь что? Мое изнасилование будет вечно лежать на твоих руках. А самое противное, что я почти уверена, что тебе все равно? Ведь зачем тебе такая требовательная дура, как я, когда есть Астория? Так и вали к ней. Оставь меня доживать мои последние дни жизни, может я даже проживу их с твоим другом Гойлом, - она выплюнула этот накипевший фонтан прям в него, ударяя по самому больному. У Драко затряслись руки, а когда он услышал про Гойла, то у него снова сорвало крышу, он ударил ее. Не сильно, но чтобы привести в чувство хватило. Она прижала руку к покрасневшей щеке. - Какая же ты скотина, Драко Малфой, - прошипела она. - Может ты дашь сказать мне хотя бы слово! - он злился. - А кто тебе его давал? Ты потерял эту возможность! - Я хотел нормально попрощаться, а ты переворачиваешь все и хамишь мне, - он знал, что нужно говорить, чтобы подогреть ее чувства и заставить накинуться на него. Именно этого он и добивался, как больной ей и ему не было, но он должен был ее обезопасить. - Если ты хотел бы сделать что-нибудь нормально, то не приезжал бы! И уж точно не стал бить меня, что ты пытаешься доказать! Для всего уже поздно! - Она орала, ревя. - Я хочу достойно попрощаться, - тихо сказал он, беря ее за руки. Девушка начала вырываться. - Не трогай! Не трогай меня! - Кричала она, брыкаясь. - Я люблю тебя, - всего лишь тремя словами у него получается загнать ее в бешеную истерику. - Поздно. Ненужно, это уже не имеет значения, это всего лишь пустые слова из твоего поганого рта, - он снова рушил ее хрупкую психику, только в этот раз делал это намеренно. - Я ненавижу тебя, лучше бы ты не возвращался,- вон она крайняя точка накала страстей. Она начала сильней брыкаться, вырываться при этом крича. - Отпусти меня! Мне больно, - и только ему стояло отпустит ее, как она сразу ударила его. - Пошел вон! - Рявкнула она, накидываясь на него. Именно этого он и ожидал. - Сестра, - крикнул он. И тут же прибежала медсестра. - Она набросила на меня, а я всего лишь пришел ее проверить, - наивно говорил Драко. - Как ты смеешь урод, - огрызнулась Гермиона, пытаясь ударит его, но медсестра схватила ее и вколола шприц успокоительного. - Она говорит околесицу, мне кажется, ее нужно проверить. Видимо ее рассудок потупился после произошедшего, бедняшка не смогла пережить потерю ребенка, - он говорил спокойным и умеренным голосом, хотя сам страдал от этой лжи. Но так будет лучше. - Мерзавец! Я ненавижу тебя Драко, - уже смиренным и тихим голосом говорила Гермиона, повиснув на руках медсестры, - ты умер для меня три года назад. - Видите, - обратился Драко к медсестре, - как я могу быть мертвым, если я жив, - он взял медсестру за локоть и чуть слышно прошептал, - она не безопасна для общества, я думаю, вы знаете, что нужно делать, моя жена совсем тронулась рассудком. - Хорошо, я обязательно донесу эту информацию до доктора, и мы определим мисс Грейнджер в психиатрическую больницу, - сказала медсестра после того, как Малфой вложил крупную купюру ей в карман, - как вас зовут? - Пусть это останется нашей тайной, никто не должен знать о моем приходе, - прошептал Драко, вкладывая очередную купюру. - Оставьте нас вдвоем, - после его слов сестра удалилась, закрывая за собой дверь. Малфой подхватил Гермиона на руки и положил ее на кровать. Она смотрела на него жалким и несчастным взглядом, а с ее глаз капали слез. Под действием сильного успокоительного у нее не было сил что-либо сказать, она лишь могла наблюдать. - Ты можешь винить меня сколько угодно. Но я это сделал для тебя, поверь хотя бы раз мне, что это обезопасит тебя. Они еще могут вернуться, там им тебя не достать. И ..., - он помедлил. Драко сел рядом с ней, накрывая девушку одеялом, -... и все что ты знаешь, не безопасно. Теперь тебе никто не поверит, ведь будут считать тебя сумасшедшей, а значит ты в безопасности. Я и сам не рад такому раскладу, но выбора нет. Знаю, ты бы сейчас сказала, что выбор всегда есть. Может и так, но я его не вижу. Это единственное правильное решение, - он погладил ее по волосам и вытер с ее глаз наступающие слезы. - Мы так хорошо говорим, когда ты молчишь. Я воспользуюсь этим и скажу, что хотел. Для начала, я люблю тебя, до беспамятства люблю, Гермиона. И никогда и никого не смогу больше так сильно полюбить. Ты была причиной моей жизни, ты единственный дорогой человек для меня. Я не хотел возвращаться, я хотел дать тебе возможность нормально зажить. Но когда узнал о случившимся, не смог не приехать. И ты должна еще знать кое что, я хотел детей от тебя и только. Я хотел жениться на тебе, я мечтал об этом, но не мог...из-за работы. Жаль, что я слишком поздно предпринял методы и продал свой бизнес. Я слишком поздно понял, как дорожу тобой. Я хочу извиниться за все, и не ожидаю, что ты простишь меня, ты и не должна, - Драко встал и поцеловал Гермиону в губы. Он знал, она будет против, но не воспользоваться такой возможностью не мог. И вдруг его захлестнуло дикое желание. - Грейнджер, даже под транквилизатором ты сводишь меня с ума. И знаешь, я не могу с этим совладать, - он никогда не простит себя за этот поступок, - в последний раз, ты разрешишь? - Он не мог не спросить, иначе это бы было настоящее изнасилование. Гермиона моргнула в знак согласия, ей было все равно. Теперь ее ждет мучительная жизнь в психиатрической больнице до конца своей жизни. Терять ей уж точно больше нечего. Это был их последний, прощальный секс.

***

Драко сидел у входа в больницу, он запрокинул голову и бессмысленно смотрел в потолок. Что он только что сделал? Он уничтожил ее психику, разрушил ее мир и испортил ее будущее. Возможно, остаток своей жизни она проведет в одной палате с психами, где сама скоро сойдет с ума, проклиная его до конца своей жизни. Он снова поступил лишь в своих интересах, теперь она никому не достанется: ни ему, ни Гойлу. И так будет лучше, она будет в безопасности. Еще долгие года в своей жизни он будет вспоминать ее прекрасное лицо, ее мягкую и здоровую улыбку, доброе сердце и нежный голос. И столько же он будет винить себя и пытаться забыть ее. Но каждый раз все попытки будут тщетными. Она слишком глубоко въелась в его сердце, оставила отпечаток, она стала его наркотиком и смыслом существования. Он жил только благодаря воспоминаниям о ней. Но кажется, когда-нибудь он не сможет больше терпеть, он больше не сможет жить без нее...