Охотники на вампиров

      Ночная Вольтерра всегда завораживала людей, туристов или коренных жителей. Город, такой таинственный при свете луны, мог вдохновлять художников, поэтов, писателей. Но она привлекала внимание и других разумных существ нашего мира: вампиров, колдунов, фей. Всех. Разве что кроме оборотней.       Сейчас город был безлюден и тих. И только одно существо сейчас бродило по тихим улочкам, думая о чём-то своём. Вампир — а это, конечно, был именно вампир — принадлежал к одному из великих кланов — Вольтури, который считался главным. Вершители правосудия, они следили за порядком, наказывая нарушителей (или из-за скуки), восхваляли себя, затыкая рты несогласным.       Последнее время неясное чувство преследовало юношу (хотя по поводу "юноши" можно поспорить: выглядел он как молодой человек лет шестнадцати, но глаза таили в себе мудрость прошедших веков). Что-то необъяснимое не давало ему покоя. Что-то почти осязаемое…       — Алек, господин ждёт тебя, — прервал раздумья тихий голос за спиной — несомненно, он принадлежал Деметрию, напарнику и, в то же время, подчинённому хладного.       Не став отвечать вампиру, Алек буквально растворился в воздухе — настолько быстро он побежал в замок. Ведь Аро не любит ждать. И Деметрий последовал за ним.       Глава итальянского клана нервно мерил шагами тронный зал. Его подчинённые обеспокоенно на него озирались — всем было ясно, что случилось что-то катастрофическое. Аро явно из-за чего-то переживает. Что же произошло?       Наконец, Алек и Деметрий появились в зале — все ожидали только их.       — Друзья мои! — незамедлительно начал Аро, остановившись посередине. — Как вы все знаете, нарушители наших законов стали пропадать. — Несколько вампиров переглянулись на этих словах: именно они искали названных, и за провал их сурово наказали. — Но до меня дошли сведения, что пропадать стали не только они. Наши друзья, Роман, Игорь и Андрей, тоже пропали. Я и мои братья решили, что мы должны расследовать эти пропажи. Боюсь, наш мир может оказаться под угрозой.       Вампир замолчал, заглядывая каждому в глаза. Он ещё никогда не был так встревожен. Лицо его ничего не выражало, но глаза — в них была тревога. И каждый присутствующий её ощущал. Действительно, произошло что-то страшное, и это чувствовалось нутром.       И теперь Алек понимал, что его преследовала тревога, сильная и бесконтрольная.