На грани

Внимание: возможно OCC

***

      Нега окутала бескрайний океан и баюкала экипаж Галки на слабых волнах.       По левую руку давно потухли последние лучи заходящего солнца, воздух пропитался приятной прохладой. Уставшие за дневную вахту матросы дружно храпели в трюме, а сменившие их товарищи лениво передвигались по кораблю. Где-то скрипела древесина, где-то стучал молоток, тихонько поскрипывали подвесные фонари. Казалось с наступлением темноты жизнь начинала течь медленно и плавно, без всяких проблем и забот. Однако в голове Адевале крутился вихрь беспокойных мыслей.       Мужчина вновь и вновь прогонял события прошедшего дня. То что он увидел в каюте капитана, заставляло усомниться в собственном рассудке. Но он не один стал свидетелем последних событий — даже корабельный врач ходил как пришибленный и с нездоровым огоньком во взгляде. Правда, огонийцу так и не довелось перекинуться с Джоном парочкой слов. Как ни как, а обязанности требовали их присутствия в деятельности команды.       Во время отсутствия капитана, на судне произошла парочка стычек между разношерстными морскими волками. Моряки еще не успели привыкнуть друг к другу, притереться так сказать, и это приводило к выяснению отношений между членами молодой команды. Однако конфликт удалось погасить квартеймейстеру своими силами, и прибегать к вмешательству капитана не пришлось.       Хотя при всем своем желании огониец не смог воспользоваться влиянием Эдварда — Кэнуей, после экстренного пробуждения, был плох. Рассматривая сонного и помятого пирата, складывалось впечатление, что мужчину объезжала толпа куртизанок этой ночью, от чего живой взгляд Эдварда — вопреки всему разумному — по угас. Выходить на мостик он не возжелал, приказы раздать забыл, и заперся в своей каюте. Периодически от туда доносились обрывки диалога, но слышен был только голос Кэнуея, так что Аде приходилось еще следить и за тем, что бы ни кто из матросов не ошивался слишком близко к дверям. Иначе могут возникнуть лишние вопросы…

***

      Вновь очнуться во мгле было неприятно. Это эфемерное место нагоняло тоску и буд-то вытягивал её собственные силы. «Знала бы, что все так обернется, — Арина затравленно оглянулась, — То ни за какие коврижки этого не сделала»       Однако, вопреки окружающей пустоте, девушка ощущала чужое присутствие: оно наводило тоску, воскрешало первобытный страх и, словно нарочно, вскользь касалось её тела. «Не вижу» — паника мощной волной захлестнула её сознание, — «я его не вижу»       Арина вздрагивала. От каждого прикосновения — по коже расстилался мерзкий холодок.       Волосы.       Предплечье.       Бедро.       Спина.       Щека…       Она пристально всматривалась в темноту. Там не было ничего. Совсем!       Нечто выдохнуло ей прямо в лицо. Мерзкий запах гниющей плоти заставил содрогнутся желудок, еще чу-чуть и её бы стошнило. Попытка отмахнуться не избавила от гадкого присутствия сущности. Она замерзала.       Оно играло.       Теперь к касаниям и мерзкому смраду дыхания прибавилось натруженное сипение со свистом, как у заядлого пятидесятипятилетнего курильщика.       Щипки, тычки, сиплые вдохи и выдохи девушка ощущала со всех сторон поочередно. Страх и отвращение переполняли её, но где-то в глубине души зарождалась отчаяние и злость. Нельзя защитится или закрыться, когда не видишь врага. — Хватит!       Крик потонул в пустоте, а сущность остановилась.       На секунду.       В ту же секунду за спиной Анины загорелся голубоватый свет. Она хотела обернуться, но её опередила сущность. Удар из-неоткуда по плечу был такой чудовищной силы, что девушку крутануло на пол-оборота. Левую руку словно огнем обожгли, а глаза ослепли от яркого света. Арина, словно слепой котенок, по пыталась уйти с того места, где её ударили. Придерживая здоровой рукой поврежденную, сжав зубы что бы не расплакаться, видя перед собой непонятные пятна — она по плелась в сторону.       Только Нечто имело совершенно иные виды на девушку, и не дав той далеко отойти, схватило её за волосы — толкнуло в источник света.       Испуганно взвизгнув девушка растаяла в белом свете, а сам источник медленно потух.

***

      Пробуждение Эдварда было просто чудовищным. Мало того, что голова раскалывалась на две части, словно переспевший кокос, а в груди бесновал рой диких ос. Так его голова тряслась как игральные кости в стакане… Вывернутся из захвата квартирмейстера было сложно, но огониец быстро понял, что капитан очухался и сам отпустил мужчину обратно. На заднем фоне гудел, причитая, корабельный врач.       Возможно Эдвард, и нашел бы в себе терпение с силами для ответов на вопросы Адевале и Джона, но когда низкорослый очкарик полез к нему со своими склянками и заумными словами, пират решил что терять нечего: спровадил всех к чертям морским.       Теперь же каюту наполняла тишина и мужчина мог расслабится, окунуться в собственные размышления, дождаться призрака наконец… Ему не давали покоя разные мысли, доводы, предположения. А больше всего он надеялся, что Арина своим призрачным состоянием сможет принести много пользы — ведь девчонку ни кто не видит. Значит, её как минимум, можно будет засылать на разведку. Максимум — шпионаж. «Или я просто спятил» — усмехнулся мужчина рассматривая дощатый потолок, — «Вот и видятся полупрозрачные девушки».       Его сознание зацепилось на слове «полупрозрачность», а память услужливо выдала образ хорошенькой шлюшки с Тартуги. Она была в тонкой, невесомой, переливающейся полупрозрачной ткани — шелке. Незамысловатый наряд девчонки плохо прикрывал все прелести женского тела и превосходно дополнял наряд какой-то морской богини, от чего у большинства сидящих в публичном доме пиратов начисто отключался мозг. Однако Эдвард, приходил тогда не за плотскими утехами, а за информацией. Но ни что не мешало ему отметить необычайную красоту такого наряда. Зарекся тогда Кенуэй, что у Кэролайн будет такой. «Ей бы понравилось» — пират попытался представить свою жену в таком образе, только… Перед мысленным взором представала не его Кэролайн, а та химера с клювом, ушами, хвостом, когтями… — Черт. — Ассассин резко сел, морщась от накатившей боли. — Всё из-за этой девчонки. «Зря прогнал Джона, до того как попросил обезболивающее» — посетовал Эдвард вставая и двигаясь к своему столу.       Мужчина начал поиски чего-нибудь, что поможет унять боль. Всё таки лежать и строить из себя раненую птицу он не планировал. Разбирая первый ящик, Кенуэй отметил как сквозь стену, меж двух дверей ведущих в его каюту, и разбитое зеркало медленно просачивается прозрачная фигурка. Вновь на темном фоне выделяются зеленые глаза. — Доброе утро, Вьетнам! — немного нескладно пропела девушка, притворно задорным голоском.

***

      И всё-таки её проигнорировали. Белобрысый даже ухом не повел, продолжая копаться в куче хлама на пиратском столе: ворох карт, стопка томов бортовых журналов, инструменты для расчета маршрутов, да прочая канцелярская дребедень бородатого века извлекалась из недр здоровенных ящиков.       Пират, который старательно игнорировал её присутствие, довольно улыбнулся доставая крупную коричневую бутылку. То, что там ром — догадается любой. И зачем она Эдварду — тоже не тайна мироздания. — Так, Снежок, — подскочила девушка к мужчине в попытке пресечь его действия с откупориванием стекляшки. — Погоди. — Но призрачная ладонь прошла сквозь пиратской руки, и прошлый фокус с плечом не прокатил.       Кенуэй лишь насмешливо хмыкнул, вцепился зубами в пробку, резким движением выдернул её, выплюнул в сторону и сделал большой глоток. Арина наблюдала все действия с мрачным выражением лица, ей совсем не хотелось устраивать новые рандеву в пьяных снах пирата. — Уходи, — коротко бросил Эдвард устраиваясь обратно на свою софу. — Завтра поговорим. — Нет, — Девушка в плотную встала к лежанке пирата, уперев руки в боки. — Надо сегодня поговорить. — Нам не о чем говорить, — процедил сквозь зубы пират и вновь сделал демонстративно большой глоток, — Завтра будешь рассказывать кто такая, зачем пришла и что умеешь, а сейчас убирайся в преисподнюю. — под конец в словах пирата проскакивали явные нотки раздражения. — О, девица красная, рафинированная тут разлеглась, — Арина пропустила мимо ушей посыл, но вот так просто отставать от корсара она не собиралась. — Говорить ему не о чем!       Мрачным взглядом Эдвард порекомендовал девчонке заткнуться, иначе ей не поздоровится, но видимо собеседница оказалась либо тупой, либо слишком самоуверенной — оставлять его одного она не торопилась. Новый глоток она попыталась пресечь, однако, исход был таким же как и за пару минут до этого: все прошло сквозь пальцы. — Да хватит пить эту дрянь! — взвилась призрачная. — Снова на приключения в царстве Морфея потянуло? — Царстве кого? — Пират начал рассматривать бутылку, словно на ней есть что-то интересное, — а не важно. Важно-то, что я напьюсь и быстро отключусь не помня ничего до самого утра. — Мечтать не вредно, — пожала плечами девушка.       Ассассин вновь прилип к горлышку делая, на этот раз, серию глотков. А Арине же эта чертова показушность надоела: «Хренов пират, захлебнись уже своим пойлом!» — и рука девушки вновь резво потянулась к бутылке, схватила и дернула вверх.       Сказано — сделано.       Неожидавший такого подвоха мужчина, действительно чуть не захлебнулся ромом. Янтарная жидкость полилась в рот слишком большим объемом, и чуть не попала в не то горло. В итоге Кенуэей не просто отплевывался горячительным напитком, так и залил свою рубашку вместе с софой. Арина же ойкнув попятилась назад: — Прости, я не нарочно! — залепетала девушка с ужасом наблюдая как уставшее и раздраженное лицо ассассина принимает острые хищные черты. Один взгляд был настолько многообещающим, что призрачная действительно задумалась о временном переселении в преисподнюю. «Поздно пить боржоми, когда почки отказали» — вспомнился наставительный тон бабушки. — И в правду поздно, — пролепетала Арина уставившись в дуло пистолета. Взбешенный ассассин всегда двигается стремительно быстро — испуганная девушка проворонила все его действия. Она не могла отвести взгляда от черной опасной точки и не обращала внимания на того, кто держит пистолет. — А теперь назови мне причину, почему я не должен в тебя стрелять, — ледяная интонация Эдварда совершенно не радовала девушку, но тот факт, что пират решил «поболтать» её очень даже обнадеживал. Ведь правильным диалогом можно все исправить… — Потому что нормальные люди не стреляют по привидениям…       Брякнула, а потом сообразила что брякнула. Арина шумно вдохнула, понимая что пират получил отличную причину.       Но Кенуэй продолжил тем же тоном: — Нормальны люди не видят призраков, а я — вижу.       Ассассин потянулся большим пальцем к курку, что и увидела периферийным зрением девушка.       Раздался щелчок. «Господи, я не хочу туда!» — Арина зажмурилась и спрятала лицо в ладонях, не решаясь дернуться в сторону, все равно попадет. Страх вновь оказаться с тем существом наедине ввергал её в ужас. Она еще не успела отойти от предыдущего «замораживания», как тут намечается новое… Вот-вот он нажмет спусковой крючок.       Но выстрел не последовал. — Да не трясись ты так, — мужчина отложил оружие на стол. — Не буду стрелять… пока что. — Ага. — кивнула девчонка и развернулась собираясь уйти. «Что-то она присмирела» — прищурился ассассин рассматривая испуганного признака, — «Только агакнула, даже взгляд не подняла…» — Почему испугалась?       Арина вздрогнула от вопроса, обернулась. Взгляд был у неё такой, буд-то вот-вот расплачется. — Потому что, — девчонка замялась подбирая слова, — это очень больно. «Да неужели» — хмыкнул Эдвард. — А еще меня выкидывает в непонятное место, — призрак вновь замолчал обдумывая стоит ли продолжать, глубоко вдохнула, — Там словно ничего нет, но во тьме кроется нечто. Оно холодное и голодное. Похоже что питается чужой энергией… Когда оно меня касалось, казалось что я вот-вот умру.       Девушка замолчала и на этот раз всматривалась в лицо пирата, ожидая от него комментариев. Но кроме усталости и задумчивости там ничего не отображалось. «Думаю, лучше уйти» — девушка вновь развернулась к выходу — «Изначально нужно было дать ему все осмыслить, а не давить еще больше» — И куда собралась? — от вопроса Кенуэя она остановилась. — Ты что, просто так пролила мой ром? Садись и рассказывай, что знаешь. — Последнее было сказано хоть и без угрожающих ноток, но и не сочилось явным дружелюбием.       Арина послушалась и села за один стол с пиратом.