Яд

Земфира тяжело дышала, пытаясь ухватить мышцами побольше воздуха. Скулы свело от боли, но она не собиралась плакать, только крепче сжала зубы и кулаки. — Ты меня потеряла, — ее колотило, но глаза все еще сохраняли холодное спокойствие. — И не смей говорить, что тебе что-то важно в этой жизни, кроме себя. — Ты же знаешь, Зе, что это не так, — Рената подошла в упор. — Уходи, — прошипела певица. — Разучись сначала посвящать мне песни, — Литвинова улыбнулась, — и только потом выбрасывай. — Это я тебя выбрасываю?! — брюнетка перешла на крик. — Ты вытерла ноги во все, что я делала для тебя. Как они все верят тому, что ты говоришь? Это же фарс. Простой актерский фарс. — Они верят только в то, во что сами хотят. И слышат то, что хотят слышать, — одним движением руки Рената усадила ее на стоящий рядом диван и села на колени. — Даже не пытайся. Тебе надо успокоиться. — Может, хватит искать себе оправдания? — Земфира откинулась на мягкую спинку. — Так ведь проще, да? — Не понимаю о чем ты, — демонстративно закатила глаза актриса, немного приблизившись. — Да неужели… — Рамазанова запрокинула голову и рассмеялась. — Настоящую Литвинову в студию, хотя нет, я же забыла — такой нет. Зачем тебе сердце, о котором ты так много философствуешь, если оно неспособно любить? — Это я неспособна любить? — она поднялась. — Да как ты можешь такое говорить, зная все, что со мной было? Ты что, нарочно бьешь по больному?! — А я тебе кто, — Земфира поджала губы, — временное лекарство? — Скорее яд, — Рената прищурилась. — Самого высокого качества. — Тогда почему ты все еще жива? — певица подошла в упор и улыбнулась, наслаждаясь этим моментом. — Ты забыла, — Литвинова всегда оставляла последнее слово за собой. — На каждый яд есть свое противоядие. Она слегка прикоснулась к ее губам, потом развернулась и подошла к двери. — Все такие же сладкие, — актриса покачала головой, и гордо приподняв ее, поспешила исчезнуть. Кулак Рамазановой мгновенно врезался в стену, после чего она прислонилась к ней лбом, закрыв почерневшие от злости глаза. — Рената, что с тобой сегодня такое? — Али отложил камеру в сторону и подошел к ней. — Тебя здесь нет. — Все хорошо, — Литвинова прислонила ладонь ко лбу. — Дай мне пару минут. — Ты мне врешь или себе? — мужчина обреченно выдохнул. — Поссорились? — Мне нужно выпить, — актриса сделала шаг вперед, но фотограф ее остановил. — Не будем скатываться до пошлости, — он протянул ей руку. — Позволь угостить тебя хорошим французским вином. — С удовольствием, — блондинка с благодарностью улыбнулась. В дверь истошно звонили. Рамазанова только сильнее прижала подушку к ушам. Минут через пять она не выдержала этой пытки и со злостью выскочила в коридор, встречать нежданных гостей. — Какого черта?! — Земфира смотрела на Литвинову, которая висела на шее у Али. — Я хотел спросить тоже самое, — он сильнее прижал актрису к себе, чтоб она не упала. — Извини, но она меня не слушает, говорит, что не поедет домой пока не заберет от тебя свое любимое платье. — Считай, приехала уже, — певица попыталась взять актрису за руку, но та только недовольно хмыкнула и крепче прижалась к фотографу. Тогда Рамазанова сделала ход конем. — Рената, я, конечно, понимаю, что ты сегодня в роли осьминога, но посмотри на себя, — она повысила тон, — волосы растрепались, помада размазалась, платье задралось. Кстати, видела чужую машину во дворе, наверно журналюги караулят, считай у них джек-пот. Литвинова словно очнулась. Она отпустила мужчину, развернулась к зеркалу, сделала к нему шаг, и наверно упала бы, если б ее не поймали уже другие руки. — Все, Али, — Земфира рассмеялась, — доставка выполнена успешно. — Дальше сами, — он положил ее сумочку на кресло и улыбнулся. — Провожать не надо. — Я приехала только за ожерельем… — За платьем, Рената, за платьем, — Рамазанова дотащила ее до дивана и аккуратно уложила. — Какая разница…- актриса собрала силы и с трудом села. — Сейчас заберу и уйду. — Только боюсь недалеко, — Земфира скрестила руки на груди. — Максимум до двери. — Не надо меня недооценивать… — Это я еще переоценила. — Ты всегда делаешь мне плохо… — Еще недавно ты обзывала меня ядом, — певица села возле нее. — Вот только с противоядием переборщила. — Я не алкоголичка! — Я этого не сказала. — И вообще я ухожу! — она сделала попытку встать, но тут же оказалась в родных объятьях. — Ну и куда ты собралась? — шепнула на ухо Земфира, после чего нежно поцеловала в шею, вдыхая любимый аромат. — Ты врешь мне даже о моем виде, — актриса возмущенно прищурилась. — Я? Вру? Да никогда в жизни, — она притянула ее к себе и жадно поцеловала в красные губы. — Вот помада размазалась… — потом легким движение вытащила заколку с волос и запустила руку под платье, — волосы растрепались, платье задралось… — Я тебя ненавижу… — Я тебя тоже люблю.