Урод не нужен...

Связист всхлипнул и снова судорожно изогнулся не в силах ни унять очередной приступ боли, ни вырваться из блокираторов. Он уже давно осознал всю свою глупость и тысячу раз проклял себя за совершенные ошибки. Да, он любил Мегатрона, но... Но каонец выбрал другого, а кассетикон не нашел ничего лучше, чем отомстить за это болью причиненной выбранному лидером Старскриму. Как глупо всё завершилось... Вот только осознанием своей глупости исправить хоть что-то теперь было невозможно... Сил похищенного квинтессонами кассетикона на то чтобы держаться и верить в избавление уже не осталось... Боль. Только боль. Заставляющая во время особо тяжелых приступов не дергаться даже уже, а дрожать еле заметно, хрипеть на грани оффлайна. Как сейчас. И оттого быть может не сразу получилось осознать, что больше его ничто не держит... Чужие манипуляторы аккуратно вскрыли оковы на запястьях, отбросив их в сторону, отсоединили кассетикона от терзающих его тело систем, стянули с ненавистной пыточной платформы. Чужой хрипловатый голос зазвучал близко... и ровно, спокойно. - Нашелся, ржа, наконец-то. Тихо, не дергайся, всё хорошо. Всё уже, всё, Саундвейв... С трудом заставив себя повернуть голову, связист неверяще уставился на возвышающегося над ним серого массивного меха с лиловой оптикой. Мегатрон... Кассетикон судорожно провентилировал ощущая на своем корпусе чужие манипуляторы помогающие ему приподняться. А ведь он столько раз мечтал об этом... Когда было особенно плохо Саундвейв представлял как его находит лидер, как мощные и надежные манипуляторы серого меха обнимают его вырывая из этого кошмара, как в оптике каонца он видит не ненависть, но поддержку... Не любовь даже, глупо было об этом мечтать, но хотя бы прежнюю дружескую поддержку. Тоже глупо, конечно. Мегатрон не придет. Даже просто как друг... Если бы не эта ошибка Саундвейва, каонец наверняка бы бросился искать своего верного связиста сразу же после исчезновения, обязательно нашел бы и вытащил из плена. Но Саундвейв предал... И чем дольше он находился в плену, тем больше осознавал одно: Мегатрон не станет его ни искать, ни спасать. Но... Мегатрон был здесь. Он не спешил добить кассетикона, не уходил, освобождал. Простил?.. Во взгляде каонца не было ненависти и презрения, лишь искреннее сочувствие, прежняя привязанность, забота и беспокойство за него, Саундвейва. Ворны боли, бессилия, одиночества... Неужели всё действительно закончилось? Кассетикон жалобно застонал и прижался сам к лидеру в беспомощном слабом порыве. Дрожащий и покорный, всхлипывающий от страха и боли... Нельзя бросить, нельзя добить... Зря что ли искали так долго? Забрать, спасти, уберечь. Да, Саундвейв был предателем. Он покушался на актив Старскрима. Но Мегатрон теперь знал причину этого безумного поступка и понимал, что связист всего лишь сорвался. Поддался своему отчаянию и сорвался... Наверное впервые за очень долгое время. Ему было больно, ему было плохо, он был слишком одинок... И совершил ошибку. И в этой ошибке был виноват и сам каонец... Не досмотрел, не заметил в старом друге этой застарелой боли, бросил его одного, отдав всего себя Старскриму. Да ведь кассетикон даже и отомстить то не смог как следует, не хватило сил и духа... Лишь блокировал часть памяти пленного истребителя, да попытался разорвать искренную связь авиакоммандера и лидера. И всё. А потом и сам попал в плен. Одинокий, не ждущий помощи ни от кого, морально разбитый и лишенный связи даже со своими кассетами, которых сам прогнал перед тем как похитить Старскрима. Измученный болью и страхом, ожидающий справедливой кары от Мегатрона, но так доверчиво прижимающийся к нему и неосознанно ищущий тепла и помощи... Быстро проведя диагностику систем кассетикона, Мегатрон тяжело провентилировал. Саундвейв был слишком слаб, чтобы трансформироваться и добраться своим ходом до Немезиды, критически низкий уровень энергона, тяжелые повреждения длинных рук-крыльев и сбои нервного ствола усугубляли всё еще больше. Не вытащить самому... Связавшись со Старскримом, описав ему ситуацию и сбросив координаты, серый мех удобней устроился на полу, придерживая Саундвейва. Первая Триада доберется сюда всё равно не раньше чем через несколько джооров, квинтессоны уже уничтожены, а значит можно чуть-чуть расслабиться, попытаться хоть немного облегчить страдания связиста и заправить его. Если позволит и не испугается еще больше... Бережно и ласково проведя кончиками мощных боевых когтей по изувеченной и почти целиком содраной маске Саундвейва, серый мех мягко шепнул: - Убери маску. Тебе необходим энергон. Спасательная группа прибудет только через несколько джооров, но энергон у меня с собой есть. - Невозможно... - хрипнул после недолгого молчания связист, - Поломка пазов. - Шлак... Тогда потерпи. Я постараюсь как можно осторожнее. Стоило только когтям каонца подцепить один из шатающихся элементов расколотой глухой пластины выполняющей роль маски и потянуть из паза как Саундвейв дернулся и тихо заскулил от боли. Но другого выхода не было. Можно было бы заправить беспилотника через топливный шланг посредством подключения, но слишком большая разница в конструкции мехов могла сказаться крайне негативно при стыковке с Саундвейвом на его приемных системах. Серый мех успокаивающе заурчал мотором, со Старскримом такое обычно срабатывало. Кассетикон тоже постепенно притих, лишь изредка дергаясь и тут же снова замирая... Через несколько бриймов всё было закончено. Извлеченные из пазов искореженные обломки лицевой пластины валялись в стороне, а каонец медленно успокаивающе поглаживал дрожащего Саундвейва по голове. Он никогда не понимал зачем кассетикон так старательно скрывает свой фейсплет ото всех под глухой маской-визором. Не понимал, но никогда не требовал снять ее, хотя помнил те довоенные времена, когда связист ходил без маски. Такой красивый. Даже сейчас... Хрупкий, поломаный, испуганный, но всё равно шлаково красивый... Почти как Старскрим. И почти настолько же родной и близкий искре насколько вздорный ало-белый истребитель. Дождавшись, когда в искристо-золотой оптике кассетикона исчезнет болезненное напряжение, Мегатрон достал из субкармана куб энергона, помог Саундвейву приподняться и опереться на мощное серое плечо, поднес к губам куб. И еле слышно скрипнул дентапластинами наблюдая за тем как жадно пьет энергон чуточку оживившийся связист. Хорошо хоть, что догадался влить в энергон немного дезактиватора - боль полностью не снимет, но позволит бывшему пленнику квинтессонов хоть немного расслабиться. Уничтожив щелчком пальцев опустошенный куб, каонец бережно уложил Саундвейва обратно, принявшись предельно аккуратно исследовать поврежденные руки-крылья. Безрадостно... Судя по всему длинные тонкие манипуляторы были искалечены еще при захвате в плен, а бьющийся в приступах паники от боли и страха связист доломал их окончательно. Плохо... Каонец помнил как реагировал на возможность потери полетов его обожаемый сикер. А ведь, несмотря на своеобразность альтформы, Саундвейв тоже был летуном... Какие же у него тонкие запястья, какой он сам тонкий и изящный и эта притягивающая золотистая оптика контрастом к изящному черно-фиолетовому корпусу... Красивый и несчастный... Осторожно прижав беспилотника к себе поближе, каонец принялся ласково поглаживать его самыми кончиками когтей по фейсплету. - Зачем Скримку похищал, глупый? Зачем молчал всё это время? Мог бы сказать, что любишь меня... Я бы ведь не отправил в дезактив за это. Мы же с тобой столько орн вместе прошли еще со времен Арены. Поддерживали друг друга, всегда доверяли. Думал, я не пойму, оттолкну? - Утвердительно... - еле слышно прошептал связист, - Урод не нужен... - Ты не урод, Саундвейв, а очень красивый грациозный меха. Верный, умный и добрый. Ты не бойся, я тебя не оставлю больше одного, Вэй. Да, я люблю Скримку, но и ты мне не чужая искра, запомни. И Скрима не опасайся. Он тоже всё понял... Знаешь, мы ведь тебя несколько ворн искали. Думали, ты уже дезактив, а я тут чудом на эту станцию на старом рубеже наткнулся, решил проверить. И не зря... - каонец едва ощутимо дотронулся до искалеченного манипулятора, - И крылья мы твои обязательно починим, не бойся. Если потребуется, я Рэтчета у Прайма выпрошу, он Скриму крылья вообще с нуля восстановил. Ты будешь летать, Вэй. А пока не восстановишься, я рядом с тобой буду. Саундвейв молча слушал. Слушал не пытаясь что-то ответить, сказать, перебить. Слушал... А потом резко дернулся и панически вжался в корпус меха царапая серую броню почти не слушающимися его искалеченными манипуляторами в попытках вцепиться покрепче, обнять. Зримо испуганный, скулящий жалобно и словно бы окончательно переставший воспринимать всё вокруг происходящее. Слишком было страшно, ведь вдруг всё это на самом деле лишь видения - последствия возможного сбоя главного процессора? Вдруг нет ничего этого? Нет рядом такого заботливого большого меха, нет его мощных манипуляторов, что столь ласково и осторожно умудряются поглаживать в попытке успокоить, нет этого умиротворяющего урчания мотора, нет... Вдруг ничего этого нет и он, беспомощный пленник квинтессонов, по прежнему подключен к системам пытающим его не первый ворн, а впереди лишь бесконечные мучения и дезактив, если очень повезет?.. Хотелось не скулить, а выть от безнадежности, снова и снова ломать себя в судорожных попытках если не вырваться, так хотя бы нанести себе самому достаточные для дезактива увечья. Что-то не позволяло. И только несколько кликов спустя Саундвейв понял... Его действительно держали. Но не массивные блокираторы, а серые ладони каонца. Держали бережно и надежно, чтобы связист не навредил себе снова.