16.10.03

POV. Чон Чонгук Теплый солнечный свет заливает кабинет. Яркие лучи переливами играют в свежевыкрашенных светлых волосах моего лучшего друга. Они блестят. До начала пары еще около тридцати минут, и я жалею, что пришел столь рано. Теперь мне приходится слушать неугомонного Ким Тэхена, но большая часть его слов затмевается моей частой спутницей жизни - головной болью, которая пульсирует в висках и эхом отдается в сознании, привлекая к себе все внимание. Подпираю голову рукой, лениво прикрывая глаза, когда Тэ не на долго замолкает, открывая фруктовый чупа-чупс. Он странный, ведь молчит в тот момент, когда распаковывает конфету. Мы с болью остаемся наедине, если не считать звуков шелестящей обертки на заднем фоне и тихого разговора нескольких одногруппников где-то позади. Кожу припекает, и неволей клонит в сон, но до моего слуха вновь доносится басистый голос, что означает победу Ким над упаковкой. Я почувствовал сладкий запах ананаса. - Мне кажется, что новенький явно положил на тебя глаз, - заявил Тэхен, вынимая конфету на палочке изо рта. Его губы были липкими. - У тебя вечно я кому-то нравлюсь. С чего тебя такие мысли посещают? - я попытался припомнить все разы, когда, по мнению друга, в меня влюблялись, но сбился со счёта. - Так что я сделаю, если ты ничего вокруг себя не замечаешь? Вот, обернись и взгляни на кого он смотрит и как, - светло-желтый леденец вновь пропал в чужом рте. Я совершил над собой усилие и обернулся на рыжего парня, который тут же стал что-то усердно черкать ручкой в тетради. Тэхен тихо хихикнул, словно двенадцатилетняя школьница, правда немного прокуренная, чем смутил новенького еще больше, и он уткнулся в тетрадь. Мне было как-то это безразлично, и я вернулся в свою исходную позицию. - Теперь-то ты мне веришь, Чон Чонгук? - Тэхен продолжал откровенно пялится на Чимина. Да, кажется, именно этим именем он представился несколько дней назад, а вот фамилии я не припомню. Как ни странно, но на них у меня плохая память, пускай они и простые. Может быть, по этой самой причине я их и не запоминаю - слишком обычные. Отчетливо слышалось, что штрихи ручкой становятся все более нервными, и мне даже стало жалко рыжего, но я так и не сказал Тэхену, чтобы он перестал смотреть в ту сторону. Ким и без просьб совсем скоро это сделает. Ему надоест. - Давай сменим тему, а? - у меня не бывает желания обсуждать кого-то. Никогда. - С сегодняшнего дня я хожу на дополнительные занятия по обществознанию, экономике и праву, - Тэ дважды просить не нужно, и это мне в нем нравится. - Но у тебя же не плохо по этим предметам, - уже начинающий раздражать меня звук прекратился. Тэхен смотрел на мои руки. - Не плохо, но я хочу лучшего, - блондин разгрыз карамель. - Как знаешь, - я пожал плечами. Головная боль продолжает давить на виски. - Вот, купи всё это после занятий, - я и заметить не успел, как в моих руках уже был список литературы. Мои попытки сказать слово против были умело заблокированы аргументами, что все эти книги нужны ему срочно, а самостоятельно Тэтэ пойти в магазин не может, потому что будет занят после занятий. Я быстро сдался, но в голове все еще была мысль, что он может пойти сам, как освободится. Озвучивать ее я не стал. Просто свернул полученную бумагу и убрал ее в сумку. Мне не трудно это сделать. Все равно по пути. Начали активно подтягиваться люди, и через несколько минут вся аудитория была равномерно заполнена. Стало в разы шумнее. Я еще раз обернулся на Минни. Парень уже был в компании, и внимание с моей стороны осталось незамеченным. Оно и лучше. Тэхен тоже на это никак не отреагировал. Раздался звонок. Звон эхом еще надолго задержался у меня в голове. Громкие разговоры, что окружали со всех сторон, превратились в редкие переговоры шепотом. Тэхен сел рядом и стал облизывать свои все еще липкие губы. Зашел седоволосый преподаватель и, положив на свой стол какие-то бумаги, поздоровался, приступая к лекции. Тэ зажал между указательным и средним пальцем ручку, покачивая ее. Приготовился записывать важную информацию. Могу поспорить, что большинство людей находящихся в этом помещении поступили точно также. Голос учителя приятен для слуха и не раздражает, но монотонен, и его речь скучная. Трудновато выделить главное, потому что все на один лад. Головная боль растворяется. Начали действовать таблетки, что я принял перед выходом. Мир постепенно приобретает краски. Занятия проходят как и всегда. Ничего нового. Хоть бы кто голым по коридору побегал, с паническим криком о том, что наш разум скоро захватят марсиане, а все ради того, чтобы сорвать занятия. В нашем университете учатся отчаянные. И не такое вытворяли, чтобы не сдавать экзамены. Припомнить даже тот случай, когда кто-то распылил на третьем этаже перцовый баллончик. Мы не учились два дня. Виновника так и не обнаружили. Кажется, это Тэхен был. Мы тогда с ним еще не общались. Через несколько дней начали после этого случая, а вот сейчас лучшими друзьями стали. Для этого понадобился всего лишь год. Да и навряд ли мы бы с ним даже заговорили, если бы соседа Тэ по комнате не отчислили (и это, между прочим, после двух недель-то от начала года), а меня бы так удачно не подселили к нему. Когда вы вынуждены находиться с человеком в одном помещении почти сутками, то волей не волей будете контактировать, даже если вам он чем-то не нравится. Я ничего против Тэхена не имею. Да, он странный, но так даже веселей. С обычными не интересно. Сегодня пары как-то тянутся. Вторая сопровождалась запахом кока-колы. Думаю, Тэтэ стоит сходить к стоматологу. Мы освободились раньше. Не сказать, что я этому несказанно рад в отличии от остальных, но и каких-то расстройств не испытываю. Единственное, я думал, что теперь мне не нужно идти в книжный для Тэхена, так как у нас появилось лишнее свободное время, но нет. Тэ в прямом смысле сбежал, когда я только заикнулся об этом, сунув мне в руку чупа-чупс. На этот раз зеленое яблоко. Не люблю конфеты. И зубных врачей. Солнце светит в глаза. Они слезятся. Я иду прищурившись, а, в конечном итоге, просто перестаю смотреть вперед, опустив взгляд под ноги. Считаю плитку под ногами. Где-то в районе сорока сбиваюсь и начинаю заново. Это просто от скуки, потому что оставил дома наушники. Совсем скоро мне надоедает, и я бросаю это занятие. Думаю о чем-то отстраненном и почти пропускаю магазин, которой является моей целью, но вовремя одумываюсь и в последний момент сворачиваю. А ведь еще бы несколько шагов и я прошел бы мимо. Магазин небольшой, но вполне себе уютный и выбор тоже, думаю, не плохой. Я тут впервые. Посетителей только двое, если не считать меня: мужчина лет пятидесяти, выбирающий себе детектив, и молодая девушка моего возраста, беседующая с продавцом. Явно хочет ему понравиться. Это видно сразу и невооруженным взглядом. Прохожу вовнутрь, по пути извлекая из сумки список, который свернул в несколько раз. Никто не обращает на меня внимания, кроме парня рядом с покупательницей. Он обернулся, еще когда я только открыл дверь, принося с собой запах осени. Ну, он тут работает. Он должен обращать внимание на тех, кто появился в помещении. Читаю первое название книги и ее автора из списка. Осталось только найти стеллаж, где она может находиться. Можно, конечно, поступить проще и попросить о помощи, чтобы быстрее с этим закончить, но нет. Я решаю самостоятельно отыскать нужную мне литературу, а если быть точнее, то Ким Тэхену. Осматриваюсь и вижу надпись "экономика". Направляюсь в ту сторону под пристальный взгляд дяденьки, который, видимо, уже выбрал свой детектив. И вообще, чего он смотрит? Хотя, мне до этого нет дела. Первую книгу обнаруживаю без затруднений. Популярный автор и издание. Ради интереса перелистываю белоснежные страницы. Книга новая и переплет твердый, поэтому, когда я открыл ее, то услышал характерный хруст. Пробегаю взглядом по ровным черным строкам, цепляясь за случайные слова. "Проблемы". "Взлет". "Мы". "Расстояние". "Правда". Захлопываю книгу в тот момент, когда один из покупателей покидает магазин. Наверняка это мужчина. Поднимаю голову и сквозь прозрачные стекла вижу удаляющуюся девушку. Я оказываюсь не прав. - Добрый день, Вам чем-нибудь помочь? - я обернулся на звуки голоса. Это был продавец, что общался с покупательницей. Он улыбался. Ярко. Солнечно. Тепло. И совсем немного смущенно. - Да, - я утвердительно кивнул, хотя изначально хотел отказаться. Все вышло как-то машинально. - Мне нужно все из этого списка. Я протянул продавцу бумагу и, пока он внимательно вчитывался в ее содержимое, подумал о том, что у него красивые пальцы. Тонкие и изящные. Мне захотелось взглянуть на его запястья, но они были прикрыты длинными рукавами кардигана. - Некоторые книги на складе. Подождите минуту. Я сейчас принесу, - сказал парень примерно после тридцати секунд тишины. И он растворился за дверью, которая, видимо, вела на склад, так же стремительно, как и появился рядом со мной. Мне ничего не оставалось, кроме как ждать. Почему-то в голове всплыло слово "близко", которое я вычитал недавно, как и остальные. Мне отчетливо виделись буквы на белом фоне. Минута. Две. Три. Четыре. Пять. Я ждал, присев на небольшой диванчик, наблюдая за тем, как дядечка до сих пор вытаскивает книгу за книгой, читая содержание. И как так долго можно выбирать? Мне не понять. Задумавшись об этом, я вновь не замечаю, как появляется продавец. В его руках внушительная стопка книг, и я забираю большую часть, добавляя туда ту, что отыскал самостоятельно. Мы молча направляемся к кассе. Стоим по разные стороны. Он пробивает литературу, периодически заглядывая в список, чтобы удостовериться, что ничего не пропустил, а я смотрю на его руки. Все же они красивые. - Тут несколько книг от других авторов, но с похожим содержанием. Если что-то не подойдет, то вы можете их вернуть, - пиликающей звук прекращается. Я мысленно молюсь, чтобы он не заметил моего внимания. - Хорошо. Спасибо, - киваю, спокойно отвечая. Расплачиваюсь и убираю часть книг в сумку, а остальное, что не уместилось, приходится нести в руках. Мне даже кажется, что Тэхен специально такой большой список составил. Просто так. Чтобы я страдал. Зная его, то он может. Даже не удивлюсь, если вдруг окажется, что они ему вовсе не нужны. Нужны - не нужны, но деньги потраченные все равно вернет. Прощаюсь с продавцом, а он отвечает, улыбаясь. Улыбка у него тоже красивая. Собираюсь уходить, но перед самым выходом торможу и возвращаюсь назад. Кладу книги на прилавок, придерживая их, а парень интересуется, забыл ли я что-то, но я просто извлекаю из кармана чупа-чупс и вручаю его брюнету. Тот самый. Со вкусом зеленого яблока. После чего, наконец, ухожу, разминувшись в проеме с новыми покупателями: две девушки. На этот раз старше меня. Видимо, противоположный пол часто сюда заглядывает, и я даже знаю причину. Эта самая причина сейчас стоит в легкой растерянности, смотря на закрывшуюся дверь. Надеюсь, что он ест сладкое. Сейчас на моем пути встречается куда больше прохожих, хотя и прошло не много времени, минут тридцать от силы, но улицы оживились. Мне осталось пара остановок, и я буду дома. Совсем скоро солнце начинает светить не так ярко, как прежде. Возвращается головная боль. Она начинает скапливаться в затылке, готовясь ударить по вискам. Заканчивается действие таблеток. Но от улыбки парня из магазина тепло до сих пор разливается по телу. Когда дохожу до общежития, то мир уже окончательно теряет свои краски. Я думаю лишь о том, как поскорей добраться до комнаты, а еще совсем немного ненавижу Тэхена. Последний пункт бывает у меня часто. Дверь открываю быстро и без затруднений, хотя казалось, что обязательно ключи выпадут из рук с ужасным грохотом. Оставляю сумку и книги прям в проходе. Пусть Тэтэ споткнется, когда придет. Ладно, намеренно я об этом не думаю. Мне не до подобного. Сейчас мою голову словно сжимают между двух тисков, и она вот-вот не выдержит и расколется. Я спешу к тумбочке, в которой у меня хранятся таблетки. Пузырек оказывается в моих руках, и я высыпаю горсть таблеток, а после лишние убираю, оставляя только две. Обычно я пью только одну, но редко, когда совсем невыносимо, увеличиваю их количество. Сейчас такой случай. Проглатываю лекарство и запиваю водой, что не допил с утра, оставив стакан около кровати. Жидкость за это время нагрелась. Мерзко. Несколько минут сижу на кровати. Жду, когда препарат начнет действовать. На голодный желудок должен быть более быстрый эффект. Скидываю с себя одежду и направляюсь в душ. И хорошо, что у нас в общежитии в каждой комнате ванная, а не одна на этаж. Подобного я бы не пережил и оставил бы учебу, вернувшись в родной город. И нет, я не шучу. Просто для меня это очень важно. Открываю воду, и помещение тут же заполняет тихий шелестящий звук. Прохладно, но скоро от испарений будет душно. Нужно только немного подождать. Встаю на холодную керамику, под горячую воду. Контраст. Мои волосы моментально намокают, а челка прилипает ко лбу и лезет в глаза. Провожу по волосам ладонью, чтобы убрать ее. Сажусь на дно ванной, которая уже согрелась. Струи воды разбиваются о мое тело, разлетаясь в разные стороны. Головная боль вновь постепенно затихает. От повышающейся температуры воздуха и влажности, становится трудней дышать. Пытаюсь припомнить имя на бейджике парня из книжного, но ничего не выходит. У него его не было. Становится слишком жарко, и я выхожу из душа. Кажется, у меня поднялась температура. Наскоро обтираю тело от влаги и ложусь в кровать, даже не одевшись. Накрывшись одеялом до подбородка, начинаю проваливаться в сон на влажной подушке, которая намокла, потому что я плохо высушил волосы. Когда я открываю глаза, то на улице уже темно. Я думал, что заболел, но ничего подобного. Проснувшись, чувствую только легкую слабость, да и та от голода. В моем рту не было и крошки со вчерашнего дня, а если быть точнее, то уже с позавчерашнего. На часах двенадцать минут первого. Я проспал около десяти часов. Тэхена дома нет, и он даже не появлялся тут, иначе разбудил бы, но не специально, а матами, после того, как запнулся бы около двери. С усилием поднимаюсь с кровати, включаю свет и надеваю спортивные штаны. Долго ищу телефон, а, когда нахожу его, то он находится на последнем издыхании. Но, думаю, чтобы позвонить, этих трех процентов будет достаточно. Набираю Ким Тэхена, женский голос тут же меня оповещает о том, что абонент недоступен, и тут же телефон громким сигналом прям в ухо напоминает, что ему нужна зарядка. Я ещё раз убеждаюсь, что от Тэ у меня одни неприятности, а еще надеюсь, что с ним все в порядке. Обычно он ночует дома, хотя, видимо, остался у кого-то. Вроде, у него кто-то появился. Он мне этого не рассказывает, но по нему видно. Уж больно счастливый ходит в последние дни. Бросаю телефон на кровати тихо умирать в одиночестве, а сам направляюсь к холодильнику, в поисках пропитания. Выбор не велик, а если начистоту, то его вообще нет. Осталась только запеканка трехдневной давности, которую готовил старший брат Тэхена, когда в последний раз навещал нас. Если бы не он, то, скорей всего, мы бы уже давно с Тэтэ умерли с голода или бы траванулись тем, что попытались бы приготовить. Еще есть вариант того, что посадили бы желудки на еде быстрого приготовления и фастфуде. Так что мне грех сейчас жаловаться. В добавок к еде выпиваю кружку кофе и выкуриваю сигарету, выпуская клубы дыма в широко открытое окно. Белое облако растворяется в ночной темноте, словно она его поглощает, и дым становится частью нее. На руках остается едкий запах табака. Нам нельзя курить в комнатах, но никого это не останавливает. Спать не хочется, но заняться особо нечем. Я выкурил еще несколько сигарет подряд, стоя около окна и слушая тишину. От никотина начало тошнить. На улице прохладно, и я замерз. У меня были холодные кончики пальцев. По этой причине пришлось закрыть окно, тем самым, так сказать, прерывая свою связь с внешним миром, и найти другое занятие. Мне вдруг стало интересно, что там за книги я купил для Тэхена. Они, наконец, от двери переехали к моей кровати. Без особого интереса я быстро просмотрел каждую книгу, но они меня ни чем не заинтересовали. Не стал бы подобное читать. Мне достаточно и того, что я связал свою дальнейшую жизнь с маркетингом по настоянию родителей. Не спорю, я в этом не плох, но все же мне это не интересно. Отучусь, а уж после займусь тем, что мне действительно нравится. Мне только недавно исполнилось девятнадцать. Вся жизнь еще впереди, и эти несколько лет ничего не изменят. Собираясь уже все переложить к Тэхену, я понял, что приобрел две одинаковые книги. Та, что была первой в списке, была в двух экземплярах. Ну, всё правильно. Я попросил у того парня все из списка, а после положил и ту, что нашел сам. Придется завтра после занятий, вернуть ее. Я вернул одну книгу в сумку, а вторую решил почему-то почитать. Да, я сам себе противоречу, но она меня вдруг заинтересовала. Я прилег на кровать, потушив свет, вместо него включил ночник. В комнате свежо и витает слабый запах сигарет. Подушка еще влажная. Я приступил к чтению, но через семь страниц меня начало клонить в сон, а еще через три я вовсе уснул. Из прочтенного я не запомнил ни слова. Книга все же оказалась не интересной, но не плохим снотворным. Неужели Тэхену подобное интересно? По нему и не скажешь. Я заснул, так и не поставив телефон на зарядку. Это стало последствием того, что я проспал на первую пару. А на остальные мне просто не захотелось идти, поэтому у меня выдалось вполне себе спокойное утро. Первым делом я выпил таблетку. Принял душ, потому что ночью вспотел, да и волосы торчали в разные стороны. Если бы я их не помыл, то им бы ничего не помогло, и весь день походил бы на пугало. Выкурил последнюю сигарету с неким наслаждением. Теперь осталось прожить как-то полдня, пока родители не переведут деньги. У меня не осталось ни копейки. Ладно, что хоть еще в книжном хватило. Кстати, о магазине. Нужно сегодня зайти туда и вернуть книгу. Я убеждал себя в том, что это не является обычным поводом, чтобы вновь увидеть брюнета. Хочется взглянуть на его руки. В первом часу я вышел из общежития и направился прямиком к магазину. Сегодня пасмурно в отличии от вчерашнего солнечного дня. Чувство, что с серого неба вот-вот начнет капать дождь, но подобного не происходит. Пожелтевшая листва идеально гармонирует с природой. Теперь в полной мере чувствуется присутствие осени. Пока иду, набираю еще раз Тэхена. Гудки идут, но трубку он не берет. Занят или спит, но точно не на парах. Я знаю его. Если не ночевал дома, то на следующий день в универе точно не появится. Ну, и фиг с ним. Сам позвонит. Я ему не мамочка, чтобы волноваться. Даже не старший. Захожу в книжный и почему-то ожидаю увидеть того мужчину, что выбирал столь тщательно свою книгу, но его нет, точно так же как и того, ради кого я сюда пришел. Тут вообще нет посетителей. За прилавком стоит невысокая женщина в возрасте и что-то увлеченно читает. Настолько увлеченно, что только через несколько секунд обращает на меня внимание. Отступать уже поздно, и я подхожу к ней. - Извините, а где парень, что работал вчера? - логично, что сегодня у него выходной, но я должен спросить. Вдруг он взял и резко уволился. Всякое бывает. - Ты о Хосоке что ли, милый? - женщина мягко улыбнулась, и мне показалось, что где-то я уже видел эту улыбку. - Да, - я согласился с ней. Значит, вот как его зовут. Имя тоже красивое. - Подожди, сейчас позову его, - продавщица мелкими шагами скрылась в помещении, которое находилось за ее спиной. Меня охватила легкая паника и волнение, которые заставили сделать несколько глубоких вздохов. Чтобы вернуть книгу, не обязательно искать того же продавца. Я это понимал, поэтому нужно срочно что-то придумать. Можно сказать правду, но какую? Я просто захотел его увидеть и все. Пока я судорожно соображал что делать, женщина вернулась. Следом за ней, с задержкой в секунду, вышел Хосок. Он был в очках, а в руках держал книгу открытую почти ровно посередине. При взгляде на меня в его глазах прочиталось легкое удивление. Парень улыбнулся и попытался это скрыть, но ему не удалось. Улыбка была искренней, но немного усталой. - Ладно, сынок. Не буду вам мешать. Как закончите, то позовешь меня, а пока присмотри тут за всем, - теперь все ясно. Эта женщина - его мама. Видимо, это магазин их семьи. - Привет, - сказал я, когда мы остались наедине. Брюнет кивнул и снял очки, зацепив их одной душкой за горлышко кофты. На его переносице остался красный след. С ним он выглядел забавно. - Чон Чонгук, - я не нашел ничего лучше кроме, как представиться, и протянул руку. - Чон Хосок, - он повторил мои действия и пожал руку. Его ладошка была теплой и мягкой. Я отпустил руку Хо, но прежде взглянул на его запястье, что выглянуло из под рукава кофты. Оно было синим. Синяки. Я забыл, что хотел сказать. В голову не шло ни одно слово, словно я их вовсе не знал. - Ты чего-то хотел? - парень спокойно отдернул рукав. - Ты сегодня свободен? - я немного подумал, а после добавил "хен", ведь Хосок явно старше меня, причем на несколько лет. - На свидание зовешь? - прозвучало, как насмешка. Или мне так показалось. - Можно считать и так, - телефон оповестил меня о том, что пришло смс. Я подумал о том, что от Тэхена, но это родители перевели деньги на карточку. - Я согласен. После четырех освобожусь. Зайдешь за мной? - Чон обратно надел очки. Они ему идут. - Хорошо. До вечера, - я напрочь забыл о книге в своей сумке. Как-то совсем быстро я вышел из магазина. Во-первых, какое нафиг свидание? Я же даже подготовиться не смогу. Если подумать, то странно, что он вообще согласился. Мы толком-то даже не знакомы. Я младше него и вообще парень. Честно, то я думал, что он натурал. Во-вторых, почему на его запястьях синяки? Неужели кто-то причиняет Хосоку боль? Но вроде как он не особо спешил их скрыть. Что тогда? Бессмысленно строить какие-то доводы. Нужно узнать все наверняка. Для себя я решил, что вечером выясню причины, и свернул в ближайший супермаркет, чтобы купить сигарет. У меня осталось чуть больше трех часов, чтобы устроить свидание, и это очень-очень мало. В голову пришла дебильная идея, пока я шел по улице и раскуривал первую сигарету из новой пачки. Она, конечно, сомнительная, но другой не наблюдалось, поэтому я приступил к ее выполнению, убив большую часть денег, что мне перевели сегодня родители. О том, как я буду жить это месяц, не стал задумываться. Что-нибудь придумаю. Арендовал машину и купил бутылку дорого виски. Не зря на права сдавал, а ведь не хотел. В итоге пригодилось же. В оставшееся время заехал в общежитие за пледом и стаканами. Также выпил таблетку, хотя боли и не чувствовал. На всякий случай. Тэхена до сих пор не наблюдалось. Стоя посреди комнаты, я набрал друга, но все по-старому. Он мне не ответил. Тогда я набрал ему смс, быстро пробегая пальцами по экранной клавиатуре, которая гласила, что он мудло, а я переживаю. Несомненно, это ложь, ну, что может с ним случиться? От любых неприятностей Тэ уходит в последний момент. Или они от него. Смотря с какой стороны посмотреть. К книжному я приехал раньше на пятнадцать минут, чем был почему-то очень горд. На заднем сиденье покоился плед и бутылка алкоголя. Я заглушил мотор и стал внимательно смотреть на дверь магазина. За это время зашло трое покупателей, а вышел только один. В тишине я вновь начал размышлять о синяках и причинах, по которым они могли появиться, а без пятнадцати четыре заволновался. Вдруг Хосок не пьет? Что тогда? Нужно было хотя бы что-то послабей взять. Равно в четыре я вылез из машины. В эту же секунду Хо вышел из книжного. Мы сделали это синхронно. На нем белая футболка, а поверх темный кардиган. Опять прикрывает запястья. Нужно как-то расспросить его по этому поводу, только осторожно. Нельзя спрашивать напрямую. Мы даже не знакомы нормально. Сегодня я намерен узнать его ближе. Не понимаю, откуда такие порывы, но Хосок кажется мне интересным. Чон спешит ко мне, а когда садится в машину, то приносит с собой запах зеленого яблока. Из его рта торчит яркая палочка от чупа-чупса, которая крутится, когда брюнет перекатывает карамель языком. На переносице красный след от очков. Я завел мотор и сдал назад. - Тебя же не укачивает от длительных поездок? - я первый нарушаю повисшее молчание, когда мы выезжаем на главную дорогу. - А мы далеко едем? - он отвечает вопросом на вопрос. - За город, - я не стал уточнять точное место. - Глупо спрашивать, если мы уже в пути. Раньше думать нужно было, - звучит как упрек и заявление о том, что Хосок не переносит дальнего пути, но после он добавил, что у него с этим проблем нет. Дальше разговор не продвигается. Мы оба замолчали. И не потому, что нет тем для разговора, а потому что нужно собраться с духом и мыслями. Все случилось как-то быстро, и сейчас в этой тишине не витает напряжение или неловкость, будто мы знакомы, по меньшей мере, несколько лет. Комфортно и это хорошо. Хо смотрит в окно, двумя пальцами прокручивая палочку в своем рту. Он уже давно съел конфету, и я подметил для себя, что, в отличии от Тэхена, на его губах не осталось липких следов. Периодически, я засматривался на его руки и тут же вспоминал синяки, что таятся под рукавами. Меня охватывали странные чувства, которые темным облаком сгущались на душе и постепенно выпадали в осадок. За время поездки мы перекидываемся лишь редкими фразами о погоде, а именно о том, что в этом году выдалась теплая осень, в отличии от прошлого. Да, помню, что мой переезд к Тэхену охарактеризовался холодным проливным дождем и ветром, пробирающим до костей. Я тогда заболел и слег с температурой под тридцать девять на целых восемь дней. Думаю, что столь херово мне не было еще никогда. От одних только воспоминаний во рту появляется привкус горечи медикаментов, которыми меня пичкал Тэ по настоянию врача. На дорогу мы тратим больше часа. Можно было доехать быстрей, но у меня не столь великий водительский опыт, поэтому я не превышал скорость и слушался всех указателей, что встречались мне на пути. Моя увлечённость дорогой не дала мне заметить волнение Хосока. Я обратил на это внимание только тогда, когда мы уже свернули. Обрыв, а дальше бескрайнее море и небо, которые сходятся где-то на горизонте. Метров за шестьдесят до пропасти я заглушил мотор и перевел взгляд на Хосока. Он до сих пор нервно грыз палочку и пальцами выстукивал нервную трель по обивке сиденья. Получается, что только мне было комфортно. Резко стало как-то неудобно. Нужно это исправлять. - А я уже было подумал, что ты меня в лес везешь, чтобы изнасиловать, убить, а после закопать под деревом, - Хо говорит первым, прекращая свои нервные действия. Он явно доволен. - Ты настолько плохого обо мне мнения? - я улыбаюсь и открываю дверь машины, выходя на улицу. Дует морской ветер, принося с собой капли влаги. Слышно, как волны разбиваются о неподвижные скалы, окутывая их белой пеной. Хочется подойти к самому краю и взглянуть вниз, чтобы самолично взглянуть на эту картину, но я этого не делаю. Стою закрыв глаза, положив одну руку на крышу машины, а вторую на открытую дверь. Из легкого забвения меня выводит голос Хосока. - А тут красиво, - он тоже вылез из машины. Его голос примешивается к шуму волн. - Ага, - достаю с заднего сиденья бутылку виски и два стакана. - Как ты относишься к тому, чтобы выпить? - Если только, чтобы согреться, - брюнет захлопывает дверь машины и мягко улыбается. Мы присаживаемся на капот, и я разливаю золотой напиток в стаканы. Мы одновременно отпиваем. Во рту остается горько-сладковатое послевкусие. - Ты учишься где-то? - я приступаю к расспросу. - Да. Исторический факультет. Последний курс. Книжный магазин моей семьи, а я просто помогаю матери, - Чон предвидит мой следующий вопрос и сразу отвечает. - Будешь распрашивать меня о подобном сегодня? - Хотел, - честно признаюсь. - Но теперь не буду, - делаю еще несколько глотков и допиваю остатки. Первый стакан действительно уходит на то, чтобы согреться. Тепло вместе со спиртным начинает проникать в каждую клеточку организма. Уверенным движением вновь наполняю свой стакан, а Хосоку просто доливаю. Ветер усиливается, но его холода не ощущается. - Когда долго смотришь на море, начинаешь скучать по людям, а когда долго смотришь на людей - по морю, - прозвучало печально, хотя и я с яркой улыбкой на лице. - Красиво сказано, - я поднял стакан перед собой и взглянул через него. Мир окрасился в золотой. - Цитата, - он неуверенно придвинулся ближе. Теперь между нами расстояние в две ладони. - Кстати, спасибо, - его губы припали к краю прозрачного стекла. - За что? - подумал, что, скорей всего, за приглашение. - За чупа-чупс, - он повернулся ко мне и улыбнулся. На мгновение мне показалось, что выглянуло солнце. Стало теплее. Несколько стаканов виски не только согрели нас, но и подняли настроение, а так же развязали языки. Мы говорили много и о разном. Начиная с каких-то подробностей о нашей личной жизни и заканчивая телерекламой. Я слушал рассказы Хосока и пытался наткнуться на что-то подозрительное. Он мог проговориться, и я бы выяснил причину синяков, но ничего подобного не происходило. Его смех искренний и чистый. За ним ничего не таится. Спросить на прямую не могу. По крайней мере, не сейчас. Интересуюсь у Хо, не замерз ли он, на что он отрицательно машет головой, продолжая увлеченно повествовать о какой-то там революции. Мне это не интересно, но нравится слушать его голос. Пусть рассказывает, а я буду делать вид, что вникаю в суть слов, пока наблюдаю за его жестикуляцией. Они красивые, а я к ним до сих пор не притронулся. Несколько капель разбиваются о капот машины. Начинается дождь. Мы не заметили, как воздух накалился, предвещая бурю. С неба обрушивается ливень, но мы успеваем забраться на заднее сиденье машины, пока основательно не промокли. Поток воды стекает по стеклам, застилая весь обзор. Во всем мире остались только мы двое и недопитое виски. Накрываю нас пледом. Хосок жмется ко мне ближе. Он наврал, что не замерз. Он холодный. Приобнимаю его за плечи, и на моем пути не возникает отпора. Брюнет спокойно реагирует на прикосновения и кладет голову на мое плечо. Мы молчим, слушая звуки дождя. Совсем скоро к этому добавляется ровное дыхание Чона. Он пригрелся, и его быстро сморил сон. "Главное, чтобы не заболел", - первое, что думаю я. Спать не хочу, поэтому мне придется насладиться одиночеством. Пока мне компанию составят мои мысли, которые в данный момент напоминают разбежавшихся из клеток зоопарка зверей, а я работающие зоопарка, которые должны вернуть их на место. Машину освещает грязно-желтый свет. Вполне себе нормально, ведь более яркий будет резать глаза. Ливень сбавил свою силу и превратился в обычный дождь. Хосок зашевелился у меня под боком и что-то пробубнил во сне, достав руки из-под пледа. Я резко вспомнил о синяках, которые выкинул из головы, отвлеченный разговорами. Первая мысль вернулась на свое место. Я аккуратно, чтобы не разбудить, перекладываю руку Хо в свою ладонь. Она у него горячая. Внутри что-то сжимается, но я хочу взглянуть. Если я увижу это полностью, то потом уже точно разузнаю все напрямую. Мне нужно убедиться, что мне не показалось. Подобную мысль я тоже допускаю. А еще лучше, если второй вариант окажется верным. Для чего-то глубоко вздыхаю, словно морально готовлюсь, а после чего задираю рукав его кардигана. Белая кожа. Никаких синяков, только на запястье синей ручкой красуется сегодняшняя дата "16.10.03", а ниже мое имя, явно обведенное несколько раз и немного смазанное. Становится как-то смешно. Я слегка сжимаю чужую ладонь и прикрываю глаза, в попытке вздремнуть. Я, наконец, прикоснулся к его рукам.