Мой любимый розововолосый вервольф

Люси находилась в бодром настроении и бегло шла в сторону дальнего дома, который в отличие от других пригородных жилых зданий расположился ближе к лесу чем к самому городу, и через некоторое время на горизонте появилось искомое небольшое двухэтажное сооружение ничем непримечательного вида с серовато-белой старой обветшалой штукатуркой и с довольно-таки потрепанным видом, отчего кажется сам дом нуждается в ремонте и заботе хозяйских рук, которые смогли бы сделать его более уютным и приветливым. Сразу видно, что Нацу здесь один живет и не парится о таких пустяках, как о необходимости быть добросовестным хозяином. Наверно, этот дом для него все-равно что перевалочный пункт, где он спокойно может поспать, а после забыть об этом месте, пока сонливость снова не возьмет над ним вверх. Что ж, не ей обсуждать его: дом-то его, а не ее. Подходя все ближе, Люси по привычке все больше волновалась. Может просто от того, что ей не хватало смелости, но тогда весь этот путь как она сумела проделать? Только благодаря смелости. А еще своим бурным искренним чувствам. Полюбила она его, и похоже, что он тоже к ней неровно дышит, или это ей показалось? Вчера между ними летало напряжение, скрытность и недомолвки, которые не давали ей ясно понять ситуацию. Однако ей известно одно: она не отступит от своего до тех пор, пока не угаснет последняя надежда. Теперь, уняв дрожь, златовласка шагнула к крыльцу дома и не успела она постучаться в дверь, как внезапно навстречу к ней вышла Лисанна, которая, завидев девушку, радостно улыбнулась. - Привет, Люси! Как хорошо, что ты сюда пришла, иначе я бы замучилась тебя искать по городу. – жизнелюбиво поприветствовала она недавнюю знакомую и чуть более серьезно добавила. – Ты не против, если я попрошу тебя со мной прогуляться? - Привет... – растерялась Хартфилия, не зная, как теперь поступить. Она пришла в гости к Нацу, а не с ней гулять, но как отказать? – ... я хотела бы с Нацу увидеться... - Увидишься, еще успеешь, никуда этот дурачок не денется! - не удержала свой смех Штраусс, умилившись откуда ни возьмись смущенной реакции златовласки. – Пойдем, я поговорить с тобой хочу. Это не займет много времени, обещаю. - А... ладно. – послушно двинулась за ней Люси. Девушка почувствовала отчего-то себя немного некомфортно с малознакомой блондинкой, пусть та и дружелюбна, и мила. Если честно, Хартфилия, находясь наедине с кем-нибудь из жителей города, тоже ощущала дискомфорт, словно от любого можно ожидать неприятности. Она в любом лице видела оборотня и даже забыла, насколько может быть умен тот белый волк. Забыла, что в глубине души уже прониклась к нему некой симпатией, не осознавая, кем же он на самом деле является. Страх быть мучительно убитой медленно травил ей душу, заставляя быть как на иголках и бояться каждого неизвестного. И, пройдя пару метров, карие глаза оглянулись назад, чтобы еще раз осмотреть несчастный внешний вид дома, и остановились на окне, где стоял Нацу, скрестив руки на груди и встав в бок. Он смотрел ей вслед холодно и отчужденно, хмуро и недовольно, словно сомневался в том, стоит ли Люсе идти с его подругой детства. Парень над чем-то глубоко размышлял и, продолжая тонуть и теряться в своих мыслях, без стеснения взглянул в теплый взор возлюбленной, и только когда девушка ему ласково улыбнулась, понял свою нерасторопность и глупость, слегка смутился, отвернулся и отошел от окна. Лично ей показалось это даже очень милым с его стороны. - Люси? – обернулась к ней Лисанна, чтобы выяснить, почему та остановилась. Златовласка продолжала тепло улыбаться. Почему-то ей казалось, что оборотня ей не стоит бояться, он не так опасен, как она себе накручивала. Также казалось, что Нацу ни за что не даст ее в обиду, не даст пострадать. Все ее страхи будто испарились. Да, хочется прижаться к любимому мужчине, чтобы он скрыл ее от всех невзгод. - Мм... ничего, просто замечталась. – через долгое мгновение ответила Люси, и они возобновили путь. Это пока мечты. Только пока мечты... Вместо предложения Люси пойти в кафе, которое Лисанна не приняла и за это извинилась, они решили просто прогуляться по аллее городского парка, где высокие деревья закрывали своими лохматыми большими «ручищами» все небо, и лишь редкие лучики солнца могли просочиться сквозь зеленый густой барьер. Хартфилии было с ней весело, беседа «обо всем» протекала дружно, плавно и без какого-либо напряжения, и Штраусс совсем забыла, для чего пригласила Люси на прогулку. - ... так значит тебе не нравится сладкое? И овощи? – озадачилась златовласка. – Ты никогда пирожное не пробовала? - Ну... пробовала, оно вкусное. – соврала девушка, натянуто улыбаясь. – Но я больше предпочитаю мясо. Наверно, это из-за привычек моей семьи: мясо, можно сказать, является у нас основным пропитанием. Нацу тоже шибко мясо любит, особенно печень... - Да? – взяла Люси эту интересную новость на заметку, не понимая, что печень должна быть в сыром виде. – А что ему еще нравится? Может какие-нибудь блюда? - Хм... – задумалась Лисанна. Блюда? И как назвать блюда, которые у них только по органам сортируется? Блюдо «Сердце»? «Легкие»? «Печень»? Нет, она не поймет. Нужно переходить на другую тему. – Слушай, я знаю, как ты познакомилась с Нацу, но не понимаю, почему ты здесь. Он тебе угрожал? Заставил что-нибудь сделать? - Нет! Что ты? – замахала руками девушка в знак отрицания, окончательно разбивая понимание у знакомки, и опасливо пояснила, думая, что ее сейчас могут поднять на смех. – Он тогда нас спас от... оборотня... я тебе рассказывала, что приехала не одна, а с Леви и Джувией. - А... ты... – не поверила своим ушам Штраусс. Грей сказал же, что эта девушка ничего не поняла. - ... откуда про оборотней знаешь? Никто в них не верит. Люси к удивлению блондинки в буквальном смысле загорелась глазами и припала к ее руке, отчаянно хватаясь. Что на нее нашло? А вот что: раз Лисанна тоже знакома с этими существами, то возможно... - Лисанна, пожалуйста, помоги мне, я не знаю, как мне защищаться от огромного белого волка! От оборотня! Нацу сказал, что мне не стоило приезжать, раз на меня могут начать охоту, но по-другому я не могла... – решительно настаивала девушка. - Теперь ясно... – усекла она ход событий, думая над тем, что Нацу прям уж сильно запугал бедняжку, но это оправданно... - ... тогда почему его не послушалась? Он прав: если тот оборотень поблизости, то мало не покажется. - Потому что... я приехала сюда, чтобы попытать свою удачу. – одновременно робко и уверенно ответила Люси. – Я люблю Нацу, поэтому... И после этих слов в голове Лисанны что-то перевернулось, а в груди сердце пустило едкий удар, распространяя душную пыль. Она не дыша стояла с полуоткрытым ртом и оторопело глядела на златовласую девушку, которая только что призналась ей в любви к тому, кого она сама любит. Сказать, что взыграла ревность, нельзя, хотя да, так оно и есть: это – ревность. Чистой воды ревность. Однако блондинка сама пока этого не осознала. Она стояла и не могла уловить остатки улетученных слов, которые выговаривали губы Люси. - Вы... вы были вместе... между вами что-нибудь было? – внезапно спросила Лисанна, отчего Хартфилия покраснела, не находя нужных слов. - Эм, было... был поцелуй. – краснея, опустила она свой взгляд, словно это был не поцелуй, а ночь страстной любви со всеми непристойностями. Однако для Люси все ново. И еще одни слова пустили отравленную стрелу в грудь Штраусс. Был поцелуй, и нетрудно догадаться, что это значит. Это равносильно женитьбе у людей. У вервольфов одна любовь, одна жизнь, одна судьба. Она полагала, что Нацу к ней ласково относится не потому, что она его близкая подруга, а потому, что она для него стала больше, с кем он захотел разделить свою любовь. И, получается, она ошибалась? В голове каша, нужно все обдумать, расставить по полочкам и решить, что дальше делать. - Лисанна, так насчет оборотней... – вернулась девушка к нужной теме, однако лицо блондинки выражало недоумение. – Лисанна? - Люси, я пожалуй, пойду. Я вспомнила, что у меня есть одно незаконченное дело. – бегло сообщила Лисанна, тут же начав соображать, и поспешно стала убегать. – Потом поговорим, ладно? - ... ладно, до встречи... – монотонно попрощалась с ней Люси, удивленно смотря вслед убегающей девушке. С чего вдруг? Беседа только начиналась, девушка много чего хотела узнать, но, похоже, не судьба. Хартфилия взглянула на небо, однако его не видно, поэтому глазами она ловила длинные лучики солнца, словно ловила не их, а надежду, шанс, возможность на свое счастье. Оборотни... оборотни... оборотни... ну почему это происходит именно с ней?! Почему не как у обычных людей?! Когда она пытается узнать хотя бы маленькую крупицу правды, то сразу от нее уходят ответы, и еще: Лисанна, по ее мнению, странно отреагировала нее последние фразы. Что она скрывает? Что скрывает Нацу? Люси не знала и понимала, чем глубже она опустится в пучину этой запутанной истории, тем сложнее ей будет выбраться из ее липких нитей. Что ж, поворачивать назад не в ее духе, она пойдет до конца. И, решившись, что делать дальше, она отправилась назад, к дому Нацу. Два часа назад, когда Люси хотела заявить о своем приходе, позвонив в дверь, Нацу, почуяв сладкий аромат любимой девушки, который долетел до него с улицы через открытое нараспашку окно, весь напрягся, насторожился, и прикрыл нос, будто от ее запаха нигде и никогда не будет ему покоя и отдыха. К его счастью, ну и, конечно же, удивлению, Лисанна решила поближе познакомиться с человеком, который являлся ей первым знакомым, так сказать, из представителей внешнего мира. Для нее это будет полезным опытном, но вот, что-то внутри нервно шелохнулось, словно не стоит Люси отпускать с оборотнем, который мало знаком с человеческими эталонами. Мало ли что, вдруг его подруга не то ляпнет, и потом сам ходи и вертись в закрученном круге лжи и отмазок. Ладно, теперь они ушли, сегодня у него есть работа. Драгнил, быстро и халатно одевшись, не парясь о своем внешнем виде, взглянул в пакет с чешуйчатым шарфом. Может надеть? Парень достает подарок Хартфилии и улавливает носом низкие нотки пряного одурманивающего желанного запаха, отчего приходит к нему подступающее возбуждение. Не стоит, не хватало ему еще с ума сойти, да и не нужен он: холод вервольфу нипочем. Отложив теплую вещь, юноша еще раз взглянул в окно, вспоминая уходящий силуэт златовласки. Нарастающее неугомонное раздражение, возникшее из-за беспокойства небезопасности любимой, появилось не только из-за неопытности Лисанны, не разбирающаяся в тонкостях человеческих привычек, но и из-за вчерашней ночи, когда он решил встретиться со Стальным. Да уж, черт возьми, ночка та еще выдалась, да и утро тоже было не ахти. Как только Люси вновь объявилась в его жизни, сама его жизнь начала ехать в тартарары. Однако это не совсем не правильное утверждение... мимолетно глянув на часы, Нацу отправился к конюшне, чтобы выполнить свою работу... И в процессе своей рутины Драгнил невольно вспоминал недавние события, которые не давали ему спокойствия и заставляли его думать над решением возникшей проблемой... Ночь. Глубокая ночь. Именно в это время суток ночные хищные жители приоткрывают занавесу в свой мир. Мир оборотней. Нацу, несильно напрягаясь, двигался в сторону автомастерской, где через маленькие узкие окна просачивался тусклый свет. Парень знал, что свет лишь для отвода глаз: обычно Редфокс ночью любит застревать среди своего металлолома и всякого другого барахла, и было бы странно для людей, что механик работает без света в абсолютной темноте. Не объяснишь же простому смертному человеку об особенностях острого зрения оборотня, разительно отличающийся от его возможностей зрения. Юноша, подходя все ближе, перестал слышать металлический лязг и кричащие взвизги, которые неприятно режут слух оборотней. И как Гажил умудряется работать в таких условиях? Наверно, его Стальным не только потому прозвали, что обожает свое дело. - Че у двери встал?! Особого приглашения ждешь?! – басисто рявкнул мужчина на незваного гостя, который только-только подошел к двери. Драгнил ухмыльнулся, понимая, что разговор будет не из легких, и вошел в просторную мастерскую, обуздав свой властный и вспыльчивый характер. Здесь он давно не был и поэтому отметил, что черноволосый брюнет неплохо постарался, превратив некогда захолустелое неприметное место, где только табуретки можно было чинить, в отличную мастерскую, где теперь нередко увидишь дорогостоящие иномарки чиновников города и приезжих туристов. Вот так вот Стальной прижился к этому внешнему миру. Миру людей. - Хахах, не ожидал тебя увидеть, щенок! - криво усмехнулся мужчина, встал с пола, складывая инструменты в сторону, и сложил руки по бокам. Щенок – это прозвище он дал Нацу, когда тот еще был совсем мальчиком, ничего не смысливший о жизни, и продолжал так звать его при каждом удобном случае. Естественно, самому парню это не по нраву, очень не по нраву, однако он слышал и более обидные прозвища. Перед Драгнилом предстал мужчина лет тридцати с жесткой щетиной на лице и все такими же длинными волосами, напоминавшие черные драконьи гребни, расстилавшиеся по широкой мускулистой спине. Как были у него пирстинги, так и остались. Нацу захотелось обозвать его фриком или неформалом, но промолчал, дабы не драконить потенциального союзника. - Выглядишь ужасно. – решил Нацу обойтись без приветствия, глядя в неизменившийся злобный алый взгляд. И как его клиенты не пугаются? Нет, они определенно пугаются. – За шесть лет ты не изменился, хотя правда постарел. - И это все, что ты хотел сказать? Я срать хотел на твое мнение! – высокомерно вел себя Редфокс. – Свали, если не по делу. - Я по делу. – уперто настоял парень на своем. – И мне нужна твоя помощь. Алые глаза сверкнули кровью и устремились в противоположный взор, который пылал решимостью. Его улыбка медленно расплылась в кровожадной ухмылке, а лицо исказилось безумием. Брюнет медленно подошел к парню, разминая на ходу суставы кистей и пальцев рук, а потом его улыбка сползла, оставляя на своем месте хищный недовольный оскал. - Слышь, пацан, дело твое я знаю, и сразу скажу: дохлое оно, выгорит. Мар Де Гир не просто так стал волчьим вожаком, черт, я даже не понимаю, как он вообще сумел стать вашим вожаком, но знаю одно точно: ты виноват в этом. Макарова убил твой огонь, который ты не сумел овладеть в тот день. Помнишь, как горели деревья? Как защищал тебя твой дед от того черношерстного урода? Если ты его внук, это не значит, что ты заслуживаешь такого же уважения, как твой дед. Так что, молокосос ты мелкий, свали нахер отсюда, пока я добрый. – грозно и уверенно прорычал Гажил ему в упор. – Слабаки есть слабаки, и ты один из них, и насрать, что тебя считают альфой! Не...ты не альфа, ты жалкое его пародия! Нацу впервые услышал такое откровение от старого знакомого. Гажил глубоко уважал деда Макарова, и пусть он не был принят в семью из-за своего происхождения, все равно для старика считался родным. И несмотря на то, что Нацу тоже когда-то считал его своим братом, сейчас это не так: Драгнил отвернулся от него, когда увидел его погрязшего в море крови и наслаждающегося убийствами. Не только он, но и другие вервольфы, которые тоже считали его родным, отвернулись от него и забыли. Понятное дело, почему Редфокс перестал кому-либо доверять. Его дикая сущность оборотня, чья судьба нести страх, боль и отчаяние, моментами могла овладеть им. Это поистине настоящее проклятье. Проклятье оборотней росомах. Нацу только потом начал догадываться о том, что, убивая других, он таким образом пытался убить собственную душевную боль. - Я – альфа. Ты сам однажды убедишься в этом. – холодно и без сомнений ответил парень, уже сожалея о своем решении обратиться к Гажилу за помощью. - Еще однажды ты увидишь, как я убью Мар Де Гира и стану вожаком. Но мне нужна твоя помощь, ты со смой? Я даже приму твой вызов! Брюнет саркастично состроил ухмылку и плюнул в сторону. По его мнению, Нацу даже не представляет во что ввязывается: он слишком зеленый, хоть и сильный оборотень. Единственная проблема, которое будет ему мешать, – это его доброе сердце, которое еще не очерствелость. - Ты такой жалкий, что мне аж тошно! – бесовски хохотнул мужчина. – У тебя мизерные шансы победить меня в честном бою, уверен? Если захочу, то просто убью тебя, если интереснее станет... - Ты не сможешь. – хитро усмехнулся юноша. И кто сказал, что будет честный бой? Ему против опытного и сильного оборотня, который обожает свежевыпущенную кровь, особенно если перед тобой Гажил Редфокс, трудно выстоять, несмотря на всю свою огненную мощь. - Самоуверен, как и всегда. Это бесит... – начал гневаться брюнет, параллельно над чем-то думая, и коварно заскрежетал. – Ладно, я помогу тебе, но взамен я хочу кое-что... нет, кое-кого... Драгнилу это уже не понравилось. Что еще придумал этот садист? Не зря внутри все нервно вздрогнуло, потому что следующие слова повергли его в шок и ... страх. Настоящий страх за любимого человека. - ... я хочу твою симпатичную блондинку. Как там ее зовут... Люси? Да, вроде так... – продолжил коварно плестись его язык. – Она будет в моем распоряжении, пока не надоест, понял? - Откуда ты ее знаешь... зачем она тебе?! – гневаясь, утробно прорычал Драгнил, начиная постепенно обрастать белоснежной шерстью. Это слишком. Чересчур жестоко. Черт, и одной фразой он спустил крючок последующих мрачных событий. – Черта с два! Не будет она твоей подстилкой, ублюдок озабоченный!!! - А чьей?! Твоей?!!! – наслаждался его реакцией Гажил. – Так и знал... ты в человека втюрился, хахахаха!!! Ты умора, черт! В человека?! Я до сих пор не верю! Хахахах... И тут до Нацу дошло, что Редфокс не отступит от своего... Люси в опасности, и если он позволит этой бездушной скотине тронуть его любимую, то никогда он себя за это не простит. - Гажил, я заставлю тебя подавиться собственными словами! – запылал Драгнил и зарычал матерым волчьим басом, скидывая с себя верхнюю одежду и прожигая того самым злобным, ненавистным, уничтожающим и огненным взглядом. – Ты будешь драться со мной!!!