Мой любимый розововолосый вервольф

Нацу, громко шагая и пылая глухой яростью, беспутно шел по коридорам больницы. На лице сосредоточилась мрачная, рассерженная, негодующая гримаса, которая сейчас прекрасно показывала его нынешнее настроение. Наклонив голову и непривычно сутулясь, он глубоко и надолго погрузился в свои нелегкие раздумья. Руки засунул в карманы, замедлил шаг, однако от этого неприятные мысли не перестали крутиться с меньшей скоростью. Проходящие мимо него больные и медработники обеспокоено озирались, хотели подойти и справиться о его самочувствии, но увидев страшный, жуткий взгляд, сверкающий исподлобья парня, тут же откидывали эту затею и просто проходили мимо, даже в спешке пытались подальше от него удалиться. И это неудивительно: весь его внешний вид говорил о неутихающем, сильном, пугающем и диком порыве, пусть и не направленный специально на них. Гнев, ярость, злоба... одно чувство за другим накатывало словно снежный ком, нарастая и переплетаясь, затем вспыхивая с новой силой. Драгнил остановился посреди длинного прохода и сжал кулаки. Черт, как же до жути хотелось начистить кому-нибудь морду! Ему срочно необходимо хоть как-то материализовать свой негатив в действия! Но руки дрожат, и дрожат не от гнева, не от желания дать волю кулакам, и даже не от тупого бессилия перед трудностями... он взглянул на свою ладонь и мысленно перенаправил поток своего пламени, постепенно гася люто бушующий внутренний огонь, однако… да, руки до сих пор дрожат, и Нацу понимал почему... вновь крепко сжав кулаки и содрогаясь в немой холодной злости на самого себя, он раздраженно цыкнул... руки дрожат от страха... настоящего… страха. И как же ему ненавистно это чувство! Как же бесит оно!!! Все его существо противится, пытается сжечь этот внезапно возникший омерзительный холод!!! Вервольф сильнее сжал кулаки... Страх... давно он не испытывал это чувство. Драгнил с трудом признал, что действительно сейчас боится. Это чувство он ненавидел больше всего. Именно это чувство когда-то заставило его почувствовать себя никчемным и жалким... и слабым. Самым слабым на свете! Поэтому после смерти деда он тренировался, не покладая рук, становясь все сильнее, чтобы больше не испытывать его и защищать родных. Но сейчас все по-другому, и этот страх намного страшнее прежнего: вервольф боялся потерять столь дорогого для себя человека... Нацу боялся потерять дорогую, прекрасную Люси. Чистое безумие. Но это правда. Безумие. Он это только недавно осознал. Пару часов назад в спешке возвращаясь в город после неудачной долгой погони, парень тут же направился в больницу, следуя за тонким ароматом девичьих нот, что неустанно звал его, а когда увидел любимую девушку без сознания, мертвенно-бледную, еле живую, всю как можно забинтованную, одиноко лежащую на больничной кровати, то он не до шуток перепугался. Нет, не просто перепугался, его сердце чуть не остановилось. В первые секунды шока юноша перестал соображать, все его внимание сконцентрировалось на ней, и лишь тихое слабое, почти легкое дыхание, дошедшее до его слуха, вывело беднягу из мертвенного оцепенения. Это было всего несколько секунд, но какой же страх он тогда познал... всего несколько секунд... впервые в его душе воцарился ужасающий холод на этот краткий миг. После окончательно придя в себя, Драгнил сел напротив возлюбленной и взял ее руку, дабы поделиться своим огнем, своей жизненной энергией. За это время он не смел отходить от нее, в его голове летал лишь один мучающий его вопрос: «До какой степени надо было влюбиться, чтобы я уже не смог представить жизнь без тебя? Скажи мне... Люси...» Но это был риторический вопрос, и парень прекрасно понимал, что Люси не может на него ответить. Неожиданно от воспоминаний и размышлений вервольфа отвлек стук приближающихся шагов, преодолевающие длинный коридор. Кончики ушей молодого альфы невольно передернулись, прислушиваясь к неприятному, напрягающему для него звуку. - Хватить людей пугать, а нас заставлять за тебя беспокоиться. - подходит Грей и отводит взгляд в сторону, выжидая момент. – Знаю, что ты как чокнутый сохнешь по этой блондинке, но право быть придурком тебе никто не давал. Он бросил другу саркастичную ухмылку и ничего не ответил. Право быть придурком? Ну надо даже... его еще и заслужить надо... - Ты понял, о чем я? – вновь обратился к нему брюнет, напрямую ставя свое требование. - Твое недоверие меня раздражает. Не мог раньше мне все рассказать, пока я сам не догадался? Если Лис и Джувия вчера не рассказали бы о произошедшем, я до сих пор терялся бы в догадках. Нацу в ответ медленно перевел свой тяжелый равнодушный взгляд на брюнета, продолжая молчать, и вновь уставился на пространство перед собой. Однако он все же понимал, что негодование старого товарища вполне обосновано: ничего не рассказал о причине внезапного взрыва в городе, о необъяснимых намерениях Гажила, о том, что трем девушкам угрожает опасность. Он бы и сам бесился, будь на его месте. А главное мог ведь рассказать еще в то утро, когда Грей пришел к нему с непредвиденной неприятной новостью, только вот ступил и понадеялся на себя и на свою силу. Действительно мог. А в то утро он еще не предполагал, чем же на самом деле все закончится, к чему же приведет. Точно идиот... И всему этому предшествовали события, возникшие в последние дни одна за другой и сделав их неспокойными: неожиданно приехала Люси; также неожиданно объявился необычный охотник, и наверняка опасный; Редфокс взбесил, жестоко подействовав на нервы; а теперь еще невинные люди пострадали. К тому же, не стоит забывать про зрелище, устроенное этим гадом. Обычным людям не понять произошедшее, но новому врагу это даст повод начать действовать всерьез. Кто, по-вашему, может с легкостью перепрыгнуть пропасть между зданиями, чье расстояние не меньше сорока пяти метров? Тут ответ сам на язык просится и, к сожалению, правильный. - Только новых охотников нам не хватало. Еще я понятие не имею, где сейчас Гажил. – сильнее нахмурился Драгнил, раздраженно цыкая и думая вслух. – Куда он зарылся? Чертова крыса! Почти двое суток он неустанно искал его и Леви, но потерял единственный ориентир - запах девушки, и с тех пор не смог выйти на след, даже после обыскав каждый край родной тайги. Они словно сквозь землю провалились. Нацу не верил, что на этом острове есть такие места, о которых он не знал, ведь еще с детства он любил исследовать неизведанные новые местности. Но неужели Стальной знает больше? Неужели этот хитрый оборотень знает больше о Хоккайдо, нежели чем он сам? В таком случае ему больше ничего не остается, кроме как найти его укромное убежище и спасти подругу Люси... Грей стоял рядом, наблюдая за Нацу, и видел, как тот пытается обуздать свой мыслительный штурм, найти ответы на нелегкие вопросы, но у него тоже есть мысли по этому поводу, которые необходимо сейчас обсудить. - Какого хера ты меня не слушаешь?! – дал он тому крепкий подзатыльник. – Я тебя спрашиваю: почему меня не предупредил об этой «крысе»? - Грей, - на его удивление Нацу не разозлился. - извини. - Непривычно такое слышать от тебя... – еле усмехнулся парень. - И спасибо. – добавил розововолосый юноша. – Спасибо за то, что прикрыл мою спину, пока меня здесь не было. - Хах? Я сплю? Нет, точно сплю. – констатировал как факт тот, удивляясь другу и ехидничая, не переставая ухмыляться. – Ты когда успел выучить эти слова? Ты же их не знал, или я что-то путаю? - Завались, Грей! Я серьезен! – рассердился Драгнил. – Я благодарен тебе, ведь сам не смог бы придумать эту ложь и тем более тут же соврать. Особенно Люси... из-за этого я не знаю, как теперь мне следует поступить. Чем дольше молчу и скрываюсь, тем хуже. Она уже не в безопасности. Крылатый оборотень понимал его, очень хорошо понимал, поэтому всей душой хотел поддержать давнего приятеля. Но начались проблемы, которые следует сейчас же решить, и он вернулся к теме: - Честно говоря, я был сильно удивлен, когда услышал от Джувии о случившемся. Не думал, что целью Стального станет Люси. – задумался Фуллбастер и вопросительно уставился на друга. – Что об этом думаешь? - Когда я пришел к нему со своим предложением пойти против Мар Де Гира, он уже знал о Люси. А вот откуда, хер пойму. – этот вопрос тоже не давал тому покоя. - Уже знал? То есть он до этого планировал забрать Люси? – интуитивно предположил чернокрылый собрат. – Зачем ему это? - Я думал над этим, но не нашел ответа. – подтвердил вервольф. – О Люси никто не знал и не должен был узнать. - Нацу, - обратился к нему брюнет, ища цепочку давно минувших событий. – год назад когда ты гулял с Люси, ничего не заметил? За тобой вечно "присматривают" приспешники Мар Де Гира. - Нет, тогда их не было. – не понял его Нацу. – К чему ты клонишь? - Я предполагаю, что Редфокс с Мар Де Гиром заодно и, наверно, уже давно. – тихо и напряженно ответил Фуллбастер. – Это единственное логичное объяснение. Другого я не вижу. Молодой альфа замолк на пару секунд и ошарашено взглянул на Грея. Гажил симпатизирует интересам Мар Де Гира? Этого лживого и фальшивого вожака? Тому, кого тоже презирал? Не верится, однако закономерность в рассуждении друга он нашел: если Стальному удалось бы похитить Люси, то это дало бы шанс другому заполучить преимущество перед Драгнилом, провоцируя того на отчаянные шаги и манипулируя как заблагорассудится. Этот черношерстный урод с манерой высокомерного пижона, что возомнил себя невесть кем, давно пытается убрать главного соперника за титул главы клана всех вервольфов – Нацу Драгнила. Идеально, конечно, идеально... но парень видел, что кое-что не сходится. - Редфокс ни за что не простит того, кто убил моего деда, как и я. Он прекрасно знает, что не я убил своего старика. – отрицательно мотнул головой вервольф. – Это был Мар Де Гир. - Точно, я и забыл, что в ту роковую ночь с вами был еще и Стальной... – брюнет вновь задумался. - ... хотя сам пораскинь мозгами: он утверждает, что на тебе лежит смерть господина Дреяра. Пусть и неспециально... - Грей, замолкни. – не повышая голоса, резко оборвал его тот, раздраженно вздыхая. – Я тебе уже много раз говорил, что он все видел. Я тогда не настолько был ослабен, чтобы не заметить его. Честно, не понимаю, почему он притворяется, будто было все иначе, будто закрыл на все глаза и не хочет открывать, будто не хочет признавать правду! Я уверен – он определенно что-то скрывает! Это-то и бесит! - Нацу, сам знаешь, я верю тебе. – с искренней улыбкой сказал чернокрылый друг, морально поддерживая Драгнила, чья судьба была окутана мрачными моментами, окрашивая его жизнь в негативный цвет, но это не мешает несчастному юноше улыбнулся товарищу в ответ. В этот момент Нацу был по-настоящему рад этим словам. Чернокрылому другу не нужно было это напоминать. События той ужасной ночи знает каждый оборотень, как трагично погиб великий Макаров, пав от неконтролируемого сильного пламени внука, который не мог его сразу обуздать, как также пострадал Мар Де Гир от его пламени. Все знают, что Гажил пытался спасти господина Дреяра и юного черноволосого вервольфа. Все знают, что ему удалось спасти лишь одного. Все знают, какая истинная огненная сила тогда пробудилась и какова ее мощь, с который не справился даже сильнейший вервольф. С тех пор прошел слух, что сделало Драгнила одного из самых грозных и опасных оборотней из всех вервольфов. Поэтому его многие побаиваются, а точнее боятся его настоящей силы, его страшного всепоглощающего огня, пожирающее все живое. И это вполне оправданно: после огненного взрыва и последующего пожара от леса остались лишь угольки. Сгорела одна седьмая часть всей тайги! Это же почти тридцать километров! Пожар продолжался до тех пор, пока силы совсем не покинули Нацу, и длился он всю ночь до раннего рассвета. Когда его нашли, новообращенный вервольф находился между жизнью и смертью. И это история, которую придумал Редфокс. Он рассказал ее всем, и все поверили. Все видели этот пожар. Все представили эту ужасную картину. Одни осуждали прежнего вожака за опрометчивость. Другие наоборот, восхищались, мол, любящий дед пытался помочь единственному своему внуку, единственному своему преемнику на титул главы клана, пытался научить его как правильно обращаться со своим огнем, чтобы из него вырос самый сильный оборотень из всех, кого видали на свете. Все это говорят. Все в это верят. Ну и пусть. Никто не знает правды. Никто не хочет ее слышать. Никто не хочет ее признавать. Все знают лишь одну ложь. Одну ложь. А Нацу знал правду. Знал. Знал настоящую правду об этом событии. Знал о том, что же на самом деле произошло. И никто ему не поверил, кроме Грея. Даже Лисанна сомневалась в его словах. Правда... и в чем же заключалась эта правда? Даже сам молодой альфа не знал. Много было не понятно ему. Почему Мар Де Гир сражался с его дедом? Как он мог погибнуть от клыков такого слабака? Почему Гажил не остановил их? Не успел? Не мог? Почему? Почему, почему и почему... снова одни вопросы, и снова нет на них ответов. Вервольф глубоко вздохнул, приводя мысли в порядок, и в конечном счете рассудил: - Нет, Редфокс уважал старика. Он бы не стал возиться с Мар Де Гиром. Это не в его характере. - Что ж, однако это не решает нашего вопроса: почему его целью оказалась Люси? – Грей понял, что они пришли к тупику. Нацу сделал глубокий вдох и выдох, закрыл глаза и встал прямо, продолжая дышать полной грудью. Фуллбастеру показалось, будто тот только что пришел к своему решению и построил дальнейший ход своих действий. Драгнил начал собираться уходить: - Когда я встречу Стального, то обязательно его об этом спрошу, даже если придется силой выбивать из него правду! – пообещал он крылатому оборотню. - Этот лживый отшельник мне за все ответит! - Завтра ближе к ночи будь тут. – напомнил другой. - Знаю. Думаешь, о таком я забуду? – оскалился вервольф, запрыгивая на окно и готовясь вот-вот прыгнуть. - Нам теперь не до веселья. – лишь ответил брюнет без веселого энтузиазма. Несмотря на его ответ, веселый огонек в ярких больших глазах не угас, не сошла и задорная улыбка с лица. Странно, только около пятнадцати минут назад Нацу был мрачнее демона, а сейчас улыбается так, словно ему все по плечу, будто только что принятое им решение окрылила его надежды. «Что же решил Нацу?» - не понял его настроения черноволосый юноша. Вервольф спрыгнул с этажа и скрылся. Решение, что принял Драгнил, заключалось вот в чем: если наступит день, когда он признается в своих чувствах Люси, то это будет его последним днем как представителя оборотня, как члена семьи кланов вервольфов, как жителя темного мира, и его новым днем, когда он станет человеком... Тогда он бросит все ради одной цели – сделать самой счастливой девушку, которую любит.