Слово демона

Дано. Было очень жарко. Нет, было неимоверно жарко. Я даже вспомнил рассказы об аде из своего далекого детства в монастыре. Но оказалось, что это Рогор обнял меня, прижимая к себе, даже в крылья закутал, а еще обвил хвостом вокруг правой ноги, то ли чтобы не сбежал, то ли еще для чего. Повозившись, я добился только того, что меня крепче сжали, так что я даже пискнул от боли. «А кстати, почему у меня болит все тело, словно меня долго и со вкусом били?» Напрягая память, я добился только головной боли, а потом воспоминания вдруг прорвали преграду и хлынули на меня нескончаемой лавиной, заставляя задохнуться от потрясения. Ранение Рогора, слова Владыки, ярость Кирика, гостиница, а потом провал. «Я же ушел от Рогора. Как он сумел меня отыскать?» Увы, ответы на мои вопросы дрыхли рядом самым бессовестным образом. Пришлось даже двинуть его кулаком в бок, чтобы демон отодвинулся, давая мне возможность спокойно вздохнуть. В следующее мгновение его зеленые с красными зрачками глаза открылись, чтобы наши взгляды могли встретиться. – Ты как? – спросил он немного хрипло со сна. – Рука болит? – Почти нормально, не болит, – прохрипел я в ответ. – Что произошло? И как ты меня отыскал? И он мне рассказал. Причем все, что мне оставалось – это потрясенно охать и слушать его, раскрыв рот. Рогор готов был ради меня отречься от наследства и титула? Невероятно. – Почему? – только и смог спросить я. – Потому что не хочу подобно отцу отдавать всю жизнь долгу перед другими, забыв о себе. Думаешь, почему отец одинок? Потому что демонесса, родившая меня, была ниже по рангу и оказалась недостойна занимать место на троне рядом с Владыкой. Отец признал ее своей официальной любовницей, признал меня как своего сына, но брак ей так и не предложил. В результате, прождав почти сто лет, она просто ушла от него, потеряв надежду, а вместе с ней и любовь. – А ты? – А я иногда вижусь с ней, но при отце об этом не упоминаю. Она просила не говорить ему ничего. Позже я вас обязательно познакомлю. – А если?.. – я почувствовал неуверенность и смущение от мысли, что увижу его маму. Интересно, какая она? – Никаких если. Ты непременно ей понравишься. А сейчас тебя ждут завтрак, ванна и лекарства. – Ванна – это хорошо, – я провел ладонью по собственной груди, казавшейся липкой от выступившего в жаре пота. – И желательно именно с нее начать. – Твое желание – закон для меня, – Рогор чмокнул меня в кончик носа, крикнул Биту, чтобы готовил ванну, а потом принес нам завтрак. – Ванна уже готова, – тут же доложил слуга и унесся за завтраком, а Рогор занялся доставкой меня в ванную комнату. Сначала я потребовал, чтобы он разрешил мне идти самостоятельно, но, попытавшись встать, тут же завалился обратно в кровать из-за сильной слабости, так что пришлось все-таки демону постараться и отнести меня на руках. В ванну мы влезли вдвоем, потому что Рогор меня так и не отпустил, предпочтя сесть в воду со мной на руках, благо размеры емкости для купания ему это позволяли. И мыл он меня очень нежно, без всякого подтекста, так что я чуть не задремал прямо в воде, наслаждаясь его ласковыми прикосновениями. Дальше – больше. За завтраком демон кормил меня буквально с рук, придирчиво выбирая каждый кусок, отчего я начал уже тихо посмеиваться. – Что ты со мной, как с маленьким? – Потому что боюсь, что ты опять исчезнешь из моей жизни, а я третьего раза просто не перенесу. Выходи за меня? – Что? – я даже подавился тем куском, что Рогор подсунул мне, делая предложение. – Выходи за меня, – повторил он. – Брачные браслеты у меня есть, заказал почти год назад, сейчас ты покушаешь, и я их принесу. Тебе подойдут, такие же красивые. От этих слов сердце в груди забилось пойманной птицей, но… – Ты хорошо подумал? Владыка… – Мне все равно, что скажет Владыка. В конце концов, он демон в самом расцвете сил, заведет себе еще одного отпрыска, ему свой трон и оставит, а я не хочу получать власть такой ценой. Да и вообще я ее никогда не хотел. Это же вечное холодное одиночество. Только врагу такое и пожелаешь. – Как это верно сказано, сын. Приостановившийся в дверях Владыка прошел мимо нас и остановился у окна, устремив взгляд вдаль. Мы же притихли, сидя за столом. Вернее, это Рогор сидел за столом, а я устроился на его коленях, спиной к столу. Ему так удобнее было меня кормить. Помолчав немного, Владыка все так же не глядя на нас, заговорил: – Я встретил Ирдианитамирашиту, когда мне исполнилось всего сто восемнадцать лет. Молодой был, глупый, но уже три года как правил страной после гибели своего отца, и тут она. Я голову потерял от любви, но все мои советники твердили в один голос, что она мне не пара. Мне предлагали множество более подходящих кандидатур, но я никого не видел перед собой, кроме нее. Несколько раз порывался сделать ей брачное предложение, но каждый раз отступал, понимая, что родовитые семьи демонов терпят ее рядом, пока она лишь любовница. А потом появился ты, сын, и на вас начались покушения. Жена и наследник Владыки всегда находятся под ударом, так же, как и сам Владыка. Немного помолчав, Владыка вздохнул и продолжил рассказ: – После пятого или шестого покушения на тебя, сын, у нас с Ири состоялся разговор, тогда я ей и сказал о том, что, став моей женой, она будет причиной восстания, к тому же как моя любовница она не является основной мишенью, потому что не представляет такой угрозы, как жена. Я, пусть и неуклюже, пытался защитить ее, но получилось так, что я ее потерял. Оттолкнул собственными руками. Ири оставалась во дворце, пока в ней нуждался подрастающий сын, но со мной она больше не разговаривала и даже жить устроилась в детской, чтобы не видеть меня. А потом я сделал самую большую ошибку в своей жизни. Желая вызвать у Ири ревность и вернуть ее чувства к себе, я завел себе новую любовницу. Она ушла в ту же ночь. Несколько раз я пытался поговорить с ней, но меня не пускали дальше порога. Все мои письма возвращались нераспечатанными, а подарки – нераскрытыми. А потом было то злосчастное восстание мимикритов, и я словно обезумел. Я выместил на них свою злость, практически уничтожив все племя. Знаю, что меня это не оправдывает, что из-за сотни виновных я уничтожил тысячи, но… так получилось, и исправить содеянное никак нельзя. Нужно просто перешагнуть через это и идти дальше. – Куда идти? – спросил Рогор, едва Владыка замолчал. – Вперед. Главное не останавливаться. – По-моему, главное иногда оглядываться и смотреть на то, что ты оставил за спиной. Спасибо, конечно, за то, что защищал меня, пока я не научился делать это сам, но почему ты отказываешь другим в способности делать это же? Мама – не беспомощная девочка. Она сильная и умная демонесса, способная и постоять за себя, и настоять на своем. – Да, я слишком поздно понял это. И даже когда понял, не смог принять. – Потому что трон Владыки стал центром твоего мира. – Я делал… – Вот только не надо говорить, что делал все ради меня. Мне оно и даром не надо. Так что забудь и поживи хоть немного для себя. И дай жить нам. Слушая сына, Владыка стоял, понурившись. Плечи его опустились, голова виновато склонилась, даже уши поникли. И стало мне так жалко этого демона, потерявшего все и чуть не лишившегося последнего из-за стремления защитить и оградить, что… я влез в их разговор: – Цветы не пробовали? – Что? – в один голос спросили Рогор и его отец. Я сжал ладонь Рогора, молча прося его немного подождать с расспросами, и пояснил, глядя прямо в глаза Владыке: – Цветы. Нарвите букет, придите к ней и подарите. Просто молча подарите, ничего не говоря. Можно еще на колени встать, если, конечно, гордость позволит. Глаза Владыки на мгновение потрясенно расширились, а я продолжил: – Иногда букет цветов и искреннее раскаяние могут сделать больше, чем все драгоценности мира. Тут Рогор прижал меня к себе, целуя в шею, а когда я вновь взглянул на окно, Владыки там уже не было. – Как думаешь, подарит? – спросил я демона, поворачивая лицо, чтобы поцелуи легли не на шею, заставляя ежиться от щекотки, а на губы. – Вечером узнаем, – ответил он и поцеловал меня так, что все остальные мысли у меня были только о нем, моем демоне. Рогор отнес меня в постель и продолжил целовать, а я был не против, отвечая тем же. До чего-то большего мы в тот раз не дошли, слабость после болезни все еще давала о себе знать, но уснули мы с ним вместе, тесно прижавшись. Когда под утро я поменял тело на демоническое, почувствовав себя намного лучше, Рогор переплел свой хвост с моим, а я накрыл нас обоих крыльями, так же, как накануне сделал он. Оказалось, это довольно приятно – вот так укрывать кого-то собой и слышать, как рядом спокойно стучит его сердце. Следующее пробуждение было неимоверно приятным. А кому было бы неприятно, если бы его разбудили минетом? Рогор старательно вылизывал меня, умудряясь одновременно дразнить языком напряженный член и поджавшиеся в ожидании разрядки яички. В результате его стараний кончил я быстро. Сделать ответный минет он мне не позволил, отстранившись, а когда я попробовал настоять, покачал своей рогатой головой: – Хочу кончить в тебя. Эти простые слова вновь завели меня, а пальцы, поглаживающие мой хвост, только добавили масла в огонь. Ни о какой слабости я даже не вспомнил. Перевернулся на живот, вставая на колени и подставляясь под его ласки. Когда терпеть я уже не мог и только тихо скулил, нервно подергивая хвостом, Рогор наконец-то вошел в меня, заставляя закричать от удовольствия. Демон действовал немного грубо, но я не протестовал, а подавался назад, встречая так каждый толчок. Долго так продолжаться просто не могло. Перед глазами замелькали звезды, и я кончил, чувствуя, как душа отделяется от тела, устремляясь к ним. – Это всегда будет так хорошо? – еле ворочая языком, спросил я, едва способность говорить вернулась, и Рогор угукнул, прижавшись ко мне со спины, выцеловывая узоры на шее. – Щекотно, – пожаловался я, поеживаясь, но Рогор даже не подумал останавливаться, только фыркнул, обдавая кожу горячим дыханием. – Это новый вид пытки, – наконец сообразил я, заставив демона рассмеяться и оставить мою шею в покое. – Это новый вид удовольствия, – опроверг он мою догадку, отсмеявшись. – Что хочешь получить на завтрак? – Сначала ванну, потом блинчики, потом прогулку. Устал я что-то сидеть в четырех стенах, да и чувствую себя нормально. Странно, что вообще свалился из-за какой-то царапины. – Ничего странного, – Рогор так крепко прижал меня к себе, что я понял, он за меня действительно испугался. Неужели правда любит? В это так хотелось поверить, потому что я его все-таки люблю. И если для его спасения мне пришлось бы встретиться с разъяренным Кириком, я бы это сделал, не раздумывая. – …рану надо было обработать, убирая заразу, тогда она бы быстро зажила и ничего такого не случилось бы. Я настолько увлекся своими размышлениями о любви, что немного потерял нить разговора, но упоминание о ране вернуло меня с небес на землю. – Да я про нее вообще забыл, вот и… получилось так. А вообще-то, я неплохо умею обращаться с ранами. Пришлось, знаешь ли, научиться. – Что-о?! – демон буквально взвился на кровати. – Они посмели причинить тебе вред? Убью! Не знаю, кого он там собрался убивать, но допустить этого я никак не мог, а потому просто оплел Рогора руками, ногами, крыльями и хвостом, чтобы точно не вырвался. – Куда собрался? А мой завтрак? Только сначала в душ и спинку мне потереть. Пыхтящий от злости демон попытался меня оторвать от себя, но я держался крепко, так что минут через пять Рогор капитулировал. – Отпусти, я никуда не денусь, – попросил он со вздохом. – Это хорошо. А куда ты вообще-то собирался? – медленно расцепляю ноги и складываю крылья, а вот руки с его шеи не убираю и хвост не спешу отводить в сторону, наоборот, поглаживаю им его хвост. Чтобы наверняка. – Они обижали тебя. – Кто? – Мимикриты твои. Вот теперь я разжимаю руки и с хохотом валюсь на постель, а Рогор обиженно сопит рядом. – Ой, Рогор, да не обижали они меня, а учили. Всему учили, что сами умели и как умели. Да ты себя вспомни, часто ты поначалу из учебного поединка с мастером без шишек и синяков уходил? А магия как отдачей била при малейшей ошибке? А тут еще и обращение, в котором можно было застрять. В общем, я к своим учителям только благодарность испытываю. Они буквально вбили в мою голову все, что я знаю и умею, так что прости, но обижать их не позволю. – Ну если так, – Рогор немного сник, отвернувшись, но я смог вернуть ему хорошее расположение духа с помощью все того же хвоста. В общем, завтракать мы спустились только через два часа. *** Прогулка получилась знатная, хотя для этого мне и пришлось поработать крыльями. Оказалось, что у Рогора была любимая долина с горячими источниками, затерянная среди горных хребтов. А еще эту долину облюбовали дикие козы, так что мы совместили приятное с очень приятным, устроив себе небольшой пикник на свежем воздухе с жареным мясом и купанием в горячем серном озере. Красота! А еще он любил меня со всей своей страстью, заставляя увидеть звезды при ярком свете дня. И я любил его. По-настоящему. Именно тут Рогор сделал официальное предложение, надев мне на правую руку удивительно красивый браслет из серебра с дымчатыми топазами под цвет моих глаз – по крайней мере, так сказал Рогор, и я склонен ему поверить. - Да, - ответил я, прикоснувшись кончиками пальцев к его губам. Кажется, именно в этот момент я был самым счастливым за всю свою жизнь. Вернувшись, мы застали в доме Рогора его отца. Владыка задумчиво мерил шагами гостиную, а на наши расспросы ответил, что Ири цветы приняла, а вот самого дарителя по-прежнему отказывалась пускать на порог. И теперь он хотел получить очередной совет в плане налаживания контакта с возлюбленной. – Ну, то, что она приняла цветы – уже хорошо. Просто продолжайте в том же духе. Что ей нравилось? И тут Владыка завис, растерянно хлопая глазами. Поняв, чем вызвано затруднение, я посочувствовал пока незнакомой мне демонессе. – Вы прожили рядом столько лет и не знаете, что ей нравится? Владыка под нашими взглядами покраснел, побледнел, потом снова покраснел, нервно дергая хвостом. В результате Рогор сжалился над отцом: – Мама любит первые зеленые яблоки, кислые такие, медовые леденцы и цветы всевозможных форм и размеров. В общем, когда Рогор повел меня знакомить со своей мамой, ее маленький домик буквально утопал в цветах, а позади дома раскинулся настоящий яблоневый сад. Сама же черноволосая и синеглазая демонесса, встретившая меня с распростертыми объятьями, щеголяла брачным браслетом, похожим на мой, только с сапфирами и черными агатами в обрамлении серебра. Оказалось, что это традиция – дарить жениху или невесте именно серебряный браслет, а вот во время заключения брака оба супруга надевают точно такие же браслеты, но уже золотые. Надо ли говорить, что два бракосочетания – наше с Рогором и Владыки с Ири – прошли в один день. Причем кроме собственно демонов на нашем торжестве присутствовали шестеро людей и четверо мимикритов в образе высших демонов, чтобы «не смущать общественность». Кирик отказался приходить, но я не теряю надежды однажды помириться с ним. Ведь бывают же в нашем мире чудеса. Например, неизвестный благодетель пожертвовал круглую сумму на восстановление стены в одном из монастырей. Мне осталось только проследить, чтобы Рогор пару лет туда не наведывался и дал людям пожить спокойно за новой стеной, а там… Taм видно будет.