Лёгкая рука

Тяжелые лопасти вертолета разрезали воздух, создавая шум, из-за которого суетящимся вокруг агентам приходилось надрывать горло. Когда транспорт приземлился на посадочную площадку, Заря приоткрыла глаза, чтобы осмотреться. Было довольно темно, а это значило, что их полет занял приличное количество времени. «Похоже, что нас сразу доставили на основную базу. Ну и правильно», — подумала русская, оглядывая пятна крови на одежде, — «Наши раны не настолько серьезны, чтобы везти на ближайший форпост». — Проснулась, дорогуша? Крепко же ты спишь! Прям русский медведь, — услышав девчачий голос с сильно выраженным британским акцентом, Александра закатила глаза. Снова шутки про медведей. — Да-да. Я уже это слышала, Трейсер, — девушка дождалась, когда пилот даст разрешение на высадку и, открыв дверцу, вышла на площадку, — Как ты себя чувствуешь? — Нормально. Это ведь не я закрыла товарища собой, особенно когда руки и голова ничем не защищены, а от барьера остались одни воспоминания, — Лена Окстон отстегнула ремни безопасности и вслед за товарищем вышла из вертолета, — Я не любительница стереотипов, но, похоже русские и вправду с горячей головой на плечах. — А ты бы предпочла, чтобы в тебя попали осколки от взрыва? — Зарянова улыбнулась девушке. Из всех немногих оперативных агентов организации, она больше всего поладила именно с этой батарейкой на ножках. Ну, такой она кажется на первый взгляд. Несмотря на то, что англичанка была самой юной среди всех оперативников, её послужной список был одним из самых длинных. Если нет задания, Трейсер сама его найдет. Заря не понимала, что именно заставляло её товарища так с головой окунаться в задания и битвы, но та явно не собиралась кому-то объяснять эти неведомые причины. Александре нравилась эта смесь несерьезности и зрелости в Окстон. К тому же, они были примерно одного возраста, что тоже положительно повлияло на их взаимоотношения. — Ты же знаешь, что нет. И я рада, что мой тыл надежно прикрыт, — мягко улыбнувшись, Лена похлопала партнера по спине. — Ауч, — русская поморщилась, — Аккуратнее. Прошу… — Так, get your ass in gear (Грубый синоним к русскому выражению «Ноги в руки») и бегом к нашему чудо-доктору. Иначе попрошу её заблокировать твой доступ к тренажерному залу, — хихикнув, Лена с привычной уже всем сверхзвуковой скоростью скрылась в здании. «А вот это было глупо, странно и по-детски. Даже для Трейсер, » — оглянувшись по сторонам, девушка вздохнула, — «Иногда я совсем не понимаю, почему она себя так ведет…» Сдав свое обмундирование на проверку, Заря зашла в комнату, выделенную ей «Overwatch». Она относительно недавно вступила в их ряды, но располагала почти таким же доступом ко всему, как и остальные агенты. Тоже самое касается и личных апартаментов на нижних этажах базы. Организация старается не отправлять основных агентов на задания, с которыми могли бы справится и рядовые солдаты. Также существует некое ограничение на свободу боевых действий вне миссий. И чтобы оперативники не изнывали со скуки, в ожидании большого задания, и, что самое главное, не пытались сами неорганизованно спасать мир, им было предоставлено множество возможностей для саморазвития и снятия напряжения. Также они могли помогать на других базах организации по всему миру. Торбьорн, низкорослый швед и талантливый изобретатель, часто мотался по соседним базам, помогая со стройкой и разработкой новых орудий и сооружений. Райнхардт, полная противоположность шведа как в росте, так и в роде занятий, занимался мелкими расследованиями в трущобах по всему миру, защищая нуждающихся и отлавливая всякую шваль, сдавая её в правоохранительные органы, повышая репутацию собственной организации. Трейсер очень часто выбирается на секретные вылазки, которые возможно не всегда были одобрены высшими инстанциями. Уинстон, с кем Заря обмолвилась лишь парой слов за все время, проводил почти все время в лаборатории. Лишь Трейсер могла свободно бродить по личному мирку разумной гориллы. Циглер раньше часто выезжала на гуманитарные миссии, но сейчас больше проводила времени у себя в медицинской лаборатории, захваченная неким вдохновением. Сама же Александра редко куда выбиралась, хотя её кредит доверия был довольно крупным, но пока ей не было разрешено планировать свои собственные операции без разрешения хотя бы того же Уинстона. С другой стороны, её боевая мощь была часто нужна на поле боя и она выезжала на горячие точки куда чаще, чем остальные её товарищи. «Но нас еще ни разу не отправляли всех вместе на одну точку. Даже когда мы осаждали крупную базу террористов „Когтя“ в Египте», — пробурчала себе под нос Зарянова, снимая комбинезон, который она обычно носила под броней, — «Так, сначала осмотрим себя сами и уже будем думать, стоит ли наведываться в медпункт.» Кинув комбинезон, который был весь покрыт грязью, потом и нередкими пятнами крови на пол, девушка вошла в личную душевую, которая была немного не рассчитана на солдата её габаритов. «Как тяжко Райнхардту приходится», — подумала она, представляя, как этот великан пытается развернуться в подобной комнате. Быстро осмотрев себя с помощью зеркала и личного устройства для медицинского анализа, который есть, похоже, у каждого оперативника в душе, Заре пришлось согласится с голосом разума, так как многие ранения явно требовали медицинского обследования. Когда она отправляется на задания с Ангелой, ей не приходится думать об этом из-за постоянной поддержки медика, но к хорошему быстро привыкаешь, как говорится. А из-за встроенных в её броню автоматически-вводимых обезболивающих средств, она может всегда неправильно оценить масштаб и серьезность повреждений. «Надо избавляться от этих обезболивающих…» — она внимательно осмотрела крохотный след от иглы на бедре, — «Это полезная разработка русской армии, но слишком опасная, если я буду так часто выходить на задания. Развитие зависимости и притупление моей нервной системы совсем не исключены. Надо будет поговорить с Ангелой об этом…» Решив не принимать душ до обследования и надев на себя чистую одежду, девушка покинула свою комнату и направилась на другой конец жилого отсека, где находилась большая медицинская лаборатория Циглер. По пути она снова задумалась о военных разработках своей родины. Если бы технологии, которыми располагала их полевой врач, были бы доступны военным силам, подобные средства, как эти опасные обезболивающие и прочие, загоняющие человеческий организм на край пропасти, были бы просто не нужны. Но с другой стороны, что доступно военным, то доступно и врагам, и преступникам, и террористам. А это сделало бы жизнь еще сложнее. «Как я люблю эти каверзные этические вопросы…» — нахмурилась розоволосая, подходя к двери медотсека, — «Надо будет спросить Ангела об этом.» Приложив ладонь к биометрическому замку, она подождала, пока тот считает её данные и, как только дверь открылась, вошла внутрь. Помещение медотсека было огромным. И светлым. Длинные столы, чистые кушетки и странное медицинское оборудование заполняли лишь половину комнаты. У одной из кушеток стояла Циглер и обследовала Трейсер каким-то странным устройством. Окстон заметила вошедшего товарища и широко ей улыбнулась: — Хэй, солнце! Ты зашла в гости. Подожди немного. Наш добрый доктор скоро закончит со мной и все её внимание будет твоим. — Трейсер, сиди спокойно. Твой хроноускоритель реагирует на твою мозговую деятельность и путает считываемые данные, — строго попросила Ангела, не отрывая взгляда от устройства, — Привет, Заря. — День добрый, — кивнув, девушка аккуратно присела на одну из кушеток, наблюдая за происходящим перед ней. Хотя Заря довольно часто видит Лену без своей кожаной куртки и очков, все равно ту было немного странно наблюдать в одном комбинезоне и этим странным устройством на груди и спине. Она слышала, что произошло с её товарищем и понимала, что без него англичанка просто не может находиться в материальной форме. Лишь бы Уинстон смог сделать этот гаджет менее громоздким. Думаю, это облегчило бы жизнь его подруге. А стоявшая рядом с пациентом Циглер была одета в гражданское и лабораторный халат, накинутый сверху. Это тоже было немного непривычно для русской, которая в основном контактировала с полевым врачом на миссиях, когда та была одета в свой особый костюм, давший ей позывной «Ангел». Также она носила очки, которые, похоже, были ей немного велики и та постоянно поправляла их, когда они сползали с носа. «А это довольно мило…», — усмехнувшись, подумала Александра, когда врач в очередной раз поправила очки. Через пять минут обследование было окончено. Окстон соскочила с койки и, размяв спину после длительного пребывания в одном положении, подошла к русской. — Хэй, солнце, — тихо обратилась она, — Ты чего? — О чем ты? — подобный вопрос застал девушку немного врасплох. — Ты за всё время не отвела взгляда от Ангела. Тебя что-то тревожит? В плане ран, разумеется. — Нет, ничего такого. Они даже не болят особо. — Странно. Просто редко увидишь тебя настолько сфокусированной на чём-то, — пожав плечами, бывший пилот выпрямилась и направилась к выходу, — Встретимся позже в тренажёрке? — Конечно, — махнув девушке рукой, Заря встала с кушетки и подошла к Ангеле. Та что-то задумчиво рассматривала на экране прибора, которым обследовала Лену до этого. — Ангел? — аккуратно обратилась она к женщине. — Минуточку, Заря. Я быстро скину некоторые данные в базу и сразу займусь тобой. Можешь пока рассказать, что тебя беспокоит, — протараторила светловолосая, отходя к компьютеру, чтобы подсоединить прибор к нему. — Да ничего особенного. Просто надо подлатать солдата после задания, — сказала она чуть поморщившись. Действие обезболивающих заканчивалось. — Да, Лена упоминала о том, как ты прикрыла её, — доктор подняла взгляд на товарища, — Хорошая работа. Но будь аккуратнее. Лишние травмы нам ни к чему. — Знаю, Док, — улыбнулась девушка, — Буду осмотрительнее в следующий раз. — Хорошо, — оторвавшись от экрана компьютера, Ангела осмотрела пациента, — Раздевайся. — Угу, — стянув с себя белую майку и спортивные штаны, она сложила их на краю кушетки, на которую уселась, оставшись в одних трусах. Прихватив пару приборов со стола, Ангел подошла к девушке и начала её осматривать. — Эм… — немного растерялась та, — Тебе больно? — Немного, а почему ты спрашиваешь? — У тебя в спине застрял небольшой кусок метала… Сиди спокойно, я его вытащу сейчас, — вооружившись инструментами, Циглер начала колдовать над ранами. — Оу… Я не почувствовала ничего такого, да и тот медицинский прибор тоже не заметил. — Ладно прибор, но ты же должна чувствовать боль. Ты же вроде не с парализованной нервными… — широко раскрыв глаза, она заделала рану на спине, наложив гель сверху и начала судорожно осматривать девушку. Сначала ощупала шею, потом руки и после занялась ногами. — Ага! — воскликнула она, схватившись руками за бёдра Зари. — Что? — глядя на женщину у неё между ног, девушка немного смутилась. — Александра Зарянова. Ответь мне пожалуйста, но только честно. Ты пользуешься боевыми обезболивающими стимуляторами? — она поднялась, чтобы посмотреть девушке в глаза, но руки оставила на бедрах.