Пушистое несчастье

ПОВ Кирилла       — Да, я буду не один. Так что берите больше, я отдам. Все, давай, — я сбросил звонок и стал подниматься по лестнице в обычной многоэтжке.       Пошел уже второй день после моего приключения в поезде. И, если быть честным, я почему-то чувствовал себя виноватым. Не люблю это чувство, поэтому решил ублажить свою совесть, найти альфу и извиниться. Вы спросите, как в таком не маленьком городе как Москва можно найти человека, даже если знаешь его место работы? Не буду же я, маленький миленький омежка, караулить каждую электричку и заглядывать в окошко к машинисту! Нет, я не спорю, что могу! Но я же умнее! Еще вчера после работы я зашел к секретарям в депо и рассказал слезную историю, как машинист, красавец альфа медвежьей наружности, помог мне бедному несчастному слабому спустить огромный чемодан с платформы. Один пухленький омега лет 50 с сединой в коротких волосах так проникся моей историей, что слил про медвежонка всю информацию. И под словом всю я подразумеваю абсолютно ВСЮ инфу. В общем, судьба у медведя тяжелая. Омега-шлюшка долго ему изменял и в итоге кинул, альфа тяжело это пережил, потому что собирался делать предложение. Вся история в красках заняла около часа. А потом пошла более общая информация: альфе 26, он инженер-конструктор, занимается каким-то проектом, а кушать то хочется, поэтому и работает машинистом. Да и, кстати, зовут его Миша! Михаил Алексеевич Квак. Фамилия, конечно, забавная, но с именем то я угадал!       В общем, я добыл всю нужную мне информацию и довольный пошел домой. Ну, а сегодня, я намерен извиниться и потащить медведя на пьянку. И я уверен, что он не сможет мне отказать! Хомяку никто не отказывает!       Я поднялся на 12 этаж и прислонился к стене, пытаясь отдышаться. Нет, можно было и на лифте, но, если я не буду ходить по лестницам, то скоро превращусь в колобка (с моей то работой). Так что это еще малая плата за не очень большие бока. Я вздохнул и быстро нашел нужную мне квартиру. Поправив сумку на плече, позвонил, нацепив самую доброжелательную из моих улыбок.       Дверь открылась, и я уже был готов излить свою тираду, но прикусил язык, увидев совсем другого парня.       — Эм… я к медведю в гости. То есть к Мише Кваку, — я посмотрел на усмехающегося парня.       — Так ты тот омежка, который поцеловал нашего неприкасаемого? Зачем пожаловал? — Он с интересом оглядывал меня, явно изучая. Я тоже изучил его. Он был меньше, чем медведь по всем параметрам (разве только выше), но не менее симпатичный. Короткий ежик светлых волос, голубые глаза, жилистый, собранный, мышцы видны. Не крупные черты лица отлично гармонировали с общей комплекцией. Эх, хороший бы препарат по анатомии получился… Так, не туда меня понесло.       — О, так я уже звезда. Приятно, очень приятно! — я поклонился, изображая реверанс. — Я извиниться пришел и все дела. Зови его, а то я слова забуду. Давай, давай, — я подтолкнул парня в квартиру. — Шевели конечностями.       Парень прифигел, но от чего-то довольно заулыбался, что немного настораживало.       Ну, а потом… потом в коридоре появился альфа. Он был такой домашний, расслабленный, с голым торсом, от чего слюнки потек… Тааак… Не смотреть, ох не надо было смотреть! ПОВ Миши       Димка ржал, завалившись всем телом на мой старенький диван, прижимая к себе бутылку пива, и чуть не разливая.       — Так, погоди, погоди, — он кое-как вздохнул и откашлялся. — Ты отшлепал студента, заснувшего в вагоне и забывшего свои вещи. Отшлепал незнакомого омегу? А он потом тебя поцеловал? А до этого ударил в челюсть? Тебя ударил омега? — друг снова прыснул, смотря на меня.       Я лишь недовольно вздохнул.       — Он правда выглядел как школьник. Да и запаха не было совсем, вот я и подумал… — я потер глаза ладонью и откинулся на спинку дивана, из-за чего тот печально скрипнул.       — Да, подумал, что это очередная школота, захотевшая осквернить вагон, — друг положил мне ладонь на плечо. — Ну подумаешь, медвежонком тебя назвал. Я бы даже сказал, что он в яблочко попал, Миш. — Дима злорадно улыбнулся и отпил из бутылки. — Хотел бы я посмотреть на столь храброго омегу, решившегося поцеловать нашего грозного Михаила, который поставил крест на омегах из-за одного шлюшного экземпляра, — он снова улыбнулся, а я лишь хмуро посмотрел на него.       — О да, попробуй убить меня взглядом. Я тебе уже говорил, что пора нового омежку завести., а то сперматоксикоз, знаешь ли, такое дело… — он поиграл бровями и снова хмыкнул.       — Я не собираюсь снова тебя объяснять, что отношения с омегами не для меня. — огрызнулся я.       — Ой. Да, я помню, что они истерички и потаскухи и так далее и тому подобное. И что ты хочешь найти верного беточку и жить как в сказке. — Дима цокнул и допил пиво.       Я нахмурился лишь сильнее. Друг прекрасно знал, как я не люблю разговоры о своей личной жизни, и, как всегда, заводил их, в надежде побесить меня.       В дверь постучали, чему я сильно удивился, ведь гостей не ждал.       — Расслабься, я посмотрю, — Димка встал, потянулся и пошел к двери. Я устало прикрыл глаза и допил свое пиво.       — Мииииш! тут тебя хотят видеть! — вот клянусь, что эта падла улыбается. Кого же принесла нелегкая. Я поплелся к двери и буквально застыл, увидев пришедшего.       — Видишь, Медвежонок, как я угадал! — довольная щекастая мордашка парня, буквально освещала счастьем коридор. Димка ехидно щурился, смотря то на меня, то на это недоразумение в шортах.       — Как ты меня нашел? — устало спросил я.       — Ой, знаешь, у Вас там в депо такие милые омеги работают. Они так сильно заботятся о твоей личной жизни, что любезно слили мне всю инфу, — мне показалось или омега был очень, ну очень доволен собой? Это маленькое нечто, довольно щурило карие глаза и улыбалось во все 32.       — Убью, — недовольно прорычал я, уже понимая, кто оказался таким «добряком».       — Не, ты им лучше порку устрой! Им понравится. Ты прям мастер! — он хихикнул, а я дернулся в его сторону, желая схватить за рубашку и выкинуть в коридор. Ойкнув, парень залетел в квартиру, прячась за не очень крупного Димку.       — Медвежонок, в моих планах не было проникновения в твою берлогу! Честное, пречестное! Я на примирение пришел! — заверещал он, от чего у меня заложило уши, а Димка уже хрюкал от смеха.       — Я осознал, что не должен был проникать в вагон и рыскать там. Вот. Поэтому предлагаю примирительную пьянку, — он посмотрел на меня из-за Димкиного бока.       — А за хамство? — я сложил руки на груди.       — Нет, ну за хамство тоже. И даже за отвлекающий маневр в виде поцелуя и за точный удар по лицу. Но не за прозвище. Оно тебе идет, — он улыбнулся. — Ну так что?       — Ты меня кадришь что ли? — до меня дошла эта простая мысль, которая ужасно разозлила, из-за чего я почти рычал.       — Нет, что ты! Ты же меня сломать двумя пальцами можешь! А моя тушка мне дорога, — он пригнулся за моим другом и стал мямлить — я… просто… люблю друзьяшек заводить и все такое… Да и правда себя виноватым чувствую…       Я уже хотел сказать, что он свободен на все четыре стороны. Но мой друг, в чем я больше не уверен, резко развернулся и взял омегу за плечи.       — Мы конечно же пойдем! Иди на кухню, мы соберемся только, — он развернул омегу к кухне и подтолкнул туда, а меня потащил в комнату, схватив за руку.       — Ты че? С дуба рухнул? — я двинулся на него, но получил футболкой в лицо.       — Нет. Это ты рухнул, — строго заявил он. — Мальчик кается, хочет извиниться. А ты чурбан, давно не выходивший никуда. К тому же какая разница, где пить? — он уже засунул ветровку и шарф в рюкзак.       — Ну? Чего стоим, кого ждем?       — Я не пойду никуда, — безапелляционно заявил я.       — Хорошо. Тогда я позвоню Валентину Олеговичу и скажу, что у твоего омежки течка, а ты очень стесняешься взять отгулы. И тогда тебе дадут месячный отпуск на личную жизнь! — Димка победно улыбнулся, а я устало выдохнул. Вот зачем я рассказал ему, что муж моего начальника очень хочет наладить мою личную жизнь, из-за чего постоянно приводит знакомых молодых омег в депо. Вот человеку 50 лет, а заняться не чем.       В общем, это означало мою полную капитуляцию.       Я сделал невозмутимое лицо и надел футболку, пошел в коридор, недовольно бубня.       — Вот и молодец! — довольно сказал друг и пошел на кухню за Кириллом.       Мы собрались и вышли. Друг победно улыбался, болтая с омегой, а я уныло плелся за ними.