Не нужен...

Намджун скорее напоминал альфу, чем омегу, начиная внешностью и заканчивая повадками. Единственное, что его выдавало так это его природная неуклюжесть и запах. Со вторым, кстати, справиться было легче, чем с первым, стоило лишь выпить специальные таблетки, а во время течек просто не выходить из дома, но с ними он ещё не сталкивался. Это собственно и спасало его задницу от ополоумевших альф, которые ни во что не ставили связь с истинными. Намджуну было около 23. Он ещё не нашёл своего истинного. Хоть и с опаской, но всё же, поступил в университет. Родители тоже отпустили его в столицу не так-то и легко. Они готовы были опекать его и держать рядом, пока тот не выйдет замуж. Потому что безнравственных парней вокруг хватало, а их сын был и без того уязвим, с его врожденным даром разрушения. Мин Юнги почти 24 и он до сих пор девственник, потому что истинным рядом и не пахнет. И единственное, что он ещё уважает в этой жизни - это родителей и своего предназначенного. Не зря же, он родился альфой, а не бетой. Хотя иногда, это его положение, его изрядно подбешивает и он хочет послать всё к чертям, трахаться направо и налево, заводить одноразовые отношения и влюбляться в кого попало. Юнги альфа, но скорее напоминает омегу. У него нежные, хоть и четкие, черты лица, аппетитные бедра, тонкие ноги и бледная кожа. Его губы всегда поблёскивают. И другие альфы заприметив его издалека начинают сходить с ума. Юнги скорее похож на омегу и только его повадки и запах выдают в нём альфу. Это и останавливает других существ, одного с ним пола, и то не всех. От чего уважение к сородичам пропадает совсем и он готов их за милую душу втоптать, куда подальше, в грязь. Юнги должен был окончить университет в этом году, но он возвращается на третий курс потому, что был вынужден уйти в академический отпуск. Папа заболел и ему требовался уход, а отец не мог бросить работу, которая покрывала все расходы на лечение. Юнги был бы рад работать сам, чтоб отец проводил больше времени с папой, но он бы таких денег не заработал никогда в жизни. Поэтому терпеливо сидел дома и делал всё, что от него требовалось. Восемь месяцев тяжелой борьбы за жизнь папы были позади, и он мог вздохнуть полной грудью. Папе ничего не угрожало, отец наконец-то успокоился и больше не нервничал так сильно. Юнги со спокойной душой уехал на учебу. *** Как оказалось, справляться в чужом городе со стольким количеством дел очень нелегко. А когда ты омега ещё трудней. А когда ты ходячая катастрофа всё кажется непосильно трудным. Прошёл месяц вдали от дома, а Намджун уже готов взвыть и бросить мечту. Но он держится, потому что это не в его правилах. Он сильный и самостоятельный и со всем обязательно справится, только добежит до аудитории для начала. Юнги спокойно бредёт по коридору и ему плевать, что он опаздывает. Он считает все эти правила и порядки глупостью. У него отличная успеваемость, он лучший игрок сборной по баскетболу. Значит, он может опаздывать, спать на занятиях и общаться с преподавателями на равных. Так он решил сам. Чем изрядно раздражает всех, но никто не решается ему что-нибудь говорить. Связаться с Юнги подобно суициду. Сведёт в могилу и глазом не моргнёт. Нет, он почти никогда не распускает руки, но вот морально может задавить так, что весь белый свет будет не мил. Мин Юнги считают высокомерным лицемером. Но ему, в принципе, всё равно. Он просто идёт к своим целям и мечтам, и плевать ему, что там за его спиной говорят. Пусть подавятся. Вот когда он добьётся всего желанного, тогда он с ними и поговорит. А сейчас – это лишняя трата времени. Медленно брести по коридору, возможно, тоже пустая трата времени, но Юнги размышляет, а значит всё-таки это не в пустую. Юнги идёт размеренным шагом, полностью погрузившись в размышления. А Намджун мчится с такой скоростью, с какой только может. Намджун бежит и не замечает ничего вокруг. Да и перед собой тоже. Поэтому не понимает, во что он такое влетел, что повалился на пол. Намджун не слабо ударился головой и ему жутко больно. От этого он и вырубается. Юнги в раздумьях абсолютно отсутствует в этом мире, поэтому, когда в него что-то влетает, он еле удерживается на ногах, но мышцы работают быстрее головы, поэтому он лишь слегка пошатывается, но остаётся стоять. Ему требуется несколько секунд, чтоб сообразить, что только что произошло. Он опускает голову и видит, что перед ним растянулся парень. И судя по всему явно без сознания. От парня не исходит запах. «Значит бета» - делает ошибочный вывод Юнги. «Ну, мало тебе не покажется!» - злобно добавляет он. Юнги подходит ближе, присаживается на корточки и начинает похлопывать парня по щекам. Намджуна приводит в чувства легкий холод, который то и дело пробегает по щекам еле ощутимым покалыванием. Ким открывает глаза и видит, что над ним склонился блондин и он весь в белом. «Ох, стало быть, я всё же попал в рай, раз ко мне ангел пришёл» - проносится у него в сознании, которое ещё не совсем вернулось в норму. Намджун ещё несколько мгновений пытается понять, хорошо это или плохо, что он видит ангела. Но тут его возвращает в реальность низкий голос, с каким-то отголоском, Нам не сразу понимает, что блондин шепелявит: - Какого хера ты тут носишься и по сторонам не смотришь? Ты что, блять, один тут что-ли? А если б тебе кто-нибудь другой попался? Повезло тебе, что я спортсмен. Намджун приходит в шок от «ласковых» выражений блондина, и понимает, что тот вовсе не ангел. А потом он приходит ещё в больший шок, потому что сознание пришло в норму окончательно после услышанного, и ему в нос ударил запах. И в этот момент он жалеет, что таблетки блокируют его запах, но не блокирует чужих. Не думал он, что его истинным окажется какой-то хам. Да ещё который и на альфу-то не похож. - Чего вылупился? Ты отвечать будешь? Или язык проглотил? Намджун прикрывает лицо ладонями, и он готов кричать. - Блять. Ладно. Хочешь молчать – лежи молчи. Помощь для тебя я тогда звать тоже не буду. - Я опаздывал, - неохотно давит Намджун. У него голова кругом от запаха и так, а стоило вдохнуть поглубже или рот открыть, и вовсе всё внутри горело. Блондин был будто из молока, но пахло от него терпким горьким шоколадом. Самым любимым шоколадом Намджуна. - И обязательно так бежать? Тебя съедят что-ли? – Юнги понижает тон и сбавляет обороты, разглядывая форму парня. – Аааа, так ты ещё и первокурсник. Всё ясно с тобой. Есть, кому в медпункт отвести? - Нет… - Намджуну не по себе. За месяц он почти ни с кем не сдружился потому, что окружающие опасались за себя, в силу его разрушительности. - Да уж. Оно и понятно. Людей сшибать на ровном месте. Кто захочет с тобой дело иметь. – Юнги, сам того не зная, давит на самое больное. Намджун не выдерживает. Ему тошно от запаха. Ему тошно от разочарования в его истинном. Ему тошно от того, что его пытаются морально задавить. Намджуну хочется кричать. Всё кажется плохой шуткой. Он начинает смеяться. Нам смеётся. Юнги пугается – парень перед ним выглядит безумно. Но ещё безумней то, что Юнги подмечает милые ямочки на щеках незнакомца, которые сейчас вовсе не вяжутся с отчаянием в глазах. - Эй! – Юнги трясёт Кима за плечи, - с тобой всё в порядке? - О нет! Кажется, я попал в ад, - трясёт головой Намджун. - Тише, тише. Пойдём-ка в медпункт. Пусть тебя осмотрят. Я смотрю, не слабо ты головой повредился. Юнги доводит Намджуна до медпункта и оставляет там, уходя на пару. О том, что он собирается уходить, он естественно не сообщает, просто молча, удаляется. Оно и к лучшему. Потому что он не слышит, что Намджун вопит медбрату о том, что тот его истинный, и он не хочет связываться с таким ужасным парнем, и просит его вылечить.