Духовная метаболия

Сонливое утро никак не хотело выпускать из оков постели. Серое небо кутало своей пеленой улицы спальных районов, куда ещё не доносился звук шумного центра Петербурга. Тихо просачивались несмелые лучи солнца, понемногу освещая полупустую комнату. Город просыпался. Василиса щедро зевнула, оглядела прищуром будильник на прикроватном столике и неспешно начала выбираться из кровати. Лениво дошла до кухни, включила кофе-машину, закинула в рот остатки хрустящего печенья, — так и проходило её Доброе Утро. Искоса наблюдая за украинским шоу по телевизору, она с наслаждением потягивала ароматный напиток. Доходило только десять утра, а идти по делам уже совершенно не хотелось. Ленивое воскресенье. Помедлив ещё кое-какое время, она все-таки пошла в сторону холодильника на зов своего сердитого желудка. Пока грелась пища, залезла в планировщик дел на айфоне и вычеркнула все содержимое на сегодняшний день. К черту! Блондинка вымученно листала каналы один за другим, периодически переводя своё внимание на ленту социальных сетей. Иногда в надежде проверяла смс. Они не общались уже пару недель. Разлука протекала спокойно, но очень грустно. С неохотой, но Василиса все же признала собственную тоску по вредному светловолосому созданию, который умудрялся трепетать её душу даже на расстоянии почти тысячи километров. Но, наверное, не может долго продолжаться то, чего никогда не было. Из печальных раздумий её вырвал звук пришедшего сообщения. Лениво ткнув по уведомлению, она лицезрела месседж Ефима с вложенным видео. «Угадай, кому посвящена песня? :)». Василиса заинтересованно перешла на видео, улавливая еле видимый силуэт Фараона и его тихое волнительное пение. Я найду тебя там, где цветет туман. Чтоб почти как раньше вместе засыпать. Я избавлюсь от мучений до утра. Мир не рухнет, просто меньше на торчка. Детка, ты же знаешь, я не мог тебе врать. Детка, я молю, не уходи без меня. Когда нашу кровь в себя впитает простыня, Сырой землей я буду тебя обнимать. Прошло уже двадцать минут. Девушка ещё несколько раз пересмотрела видео, после чего снова впала в раздумья. Затем, недолго медлив, последовала в комнату, покидала несколько вещей в спортивную сумку и поспешила на выход. Можно наблюдать людскую глупость, можно смеяться над ней или чувствовать к ней сострадание, но не надо мешать людям идти своей дорогой. * Путь длился нещадно долго, но вот он, наконец-то, перрон Московского вокзала. Как долгожданный рассвет после долгой томной ночи. Такси с невероятно разговорчивым грузином, несколько уже любимых улочек, пройденных пешком. И долгожданный дом. Шажок по ступеньке, второй, третий. Лифт, в зеркале которого Василиса лицезрела свои блестящие глаза. Лестничная площадка. Нелепый стук в дверь. Белобрысый, как всегда, нараспашку открыл дверь, после чего изумленно застыл. Всё как раньше. Небрежно разбросанные по лицу светлые волосы. Звериный прищур. Добрая ухмылка. Сигарета в руках. Будто и не прощались. — Привет, — как ни в чем не бывало, улыбнулась во всю Василиса, пристально смотря Голубину в глаза. — Ну привет, — он бессовестно потянул за руку её в свои объятия, жадно поцеловав. — Я уже заждался.