А сердце жаждет большего

Кагами первым решил нарушить молчание, при этом внимательно следя за действиями Куроко. Тот по прежнему сидел у него на коленях, но от былой расслабленности ни осталось и следа. - Куроко? Парень завозился, медленно поворачиваясь в сторону своего Света. Стоило Тайге увидеть его выражение лица, как вся его храбрость в мгновение ока испарилась. «Вот дерьмо!» - Кагами-кун. Я НЕ ПРОЩУ ТЕБЯ! У Кагами от его взгляда холодок по коже пробежался. Ну сейчас ему достанется. Он давно не видел Куроко таким злым. А Куроко действительно разозлился. На Тайгу, за то, что тот так легко смог переступить черту, из-за чего их отношения в статусе «друзей» могли быть уничтожены. На себя, за то, что поддался моменту, позволил прикоснуться к себе, наслаждался этим. Замельтешили кулаки. Кагами пытался защищаться, но удары распасовщика были как всегда точны, поэтому голове Тайги досталось не слабо. Они барахтались на диване, имитируя драку, хотя это было больше похоже на избиение. Куроко был маленьким и щуплым, но невероятно сильным, поэтому Кагами всё никак не удавалось сбросить его с себя. Щёлкнул пульт, регулирующий приглушенность света, и комната погрузилась в полумрак, который рассеивался яркими отсветами фонарей с улицы. Куроко замер от неожиданности. Кагами видел выражение его лица, кажущееся смазанным в полутьме, но боялся нарушить минутное перемирие. Куроко молчал, тяжело дыша, и едва заметно дрожал, будто от холода. От его щёк тянуло жаром — он был несомненно смущен. Тайга не шевелился, боясь разозлить друга ещё больше. Он надеялся, что такая внезапная смена обстановки сможет сбить настрой друга на драку, и конфликт исчерпается сам собой. Но, как и всегда, Кагами недооценил ситуацию. Куроко резко выдохнул, поёрзал на коленях Кагами и потянулся к его шортам. Тайга оторопел, не понимая, что происходит, пока не почувствовал на напрягшемся из-за потасовке члене холодные пальцы. Он вздрогнул, а Куроко, воспользовавшись заминкой, взял в рот. Кагами дёрнулся, как ошпаренный. - Д...дурак! - Прохрипел он, приподнимаясь на локтях. Куроко лишь всхлипнул, на мгновение отрываясь от своего занятия, чтобы вздохнуть и сглотнуть излишек набежавшей слюны. Он сосал с остервенением и усердием, будто ничего не было важнее в эту минуту, облизывал сочащуюся головку, помогал себе рукой. Кагами не мог сдержать задушенных полустонов - ему определённо срывало крышу от происходящего - но он усердно пытался заставить Куроко отстраниться. - Эй! Перестань....Я серьёзно. Отпусти уже!... Кагами потянул парня за волосы, пытаясь отстранить его от своего паха. Тецуя не поддавался, усиливая нажим. С каждым движением языка вокруг напряженного ствола, Кагами всё сильнее ощущал приближающаяся разрядку. Такого он не представлял даже в своих полуночных фантазиях, в которых в последнее время всё чаще фигурировал 11 номер баскетбольного клуба Сейрин. Куроко тоненько застонал, издавая невероятно пошлое «Мх!». Этот звук пронзил Кагами насквозь, заставляя сжиматься в сладких судорогах и изливаться семенем прямо в рот парню, что сидел у него меж раздвинутых коленей. Отдышаться не получалось, будто он без перерыва сыграл несколько таймов матча. Куроко подрагивал, всё ещё сидел перед ним и зажимал рот рукой. Кагами смотрел на него с недоверием, а потом отмер: он резко повернулся к столу, схватил салфетку и приставил её ко рту парня. - На! Поторопись и выплюнь это! Куроко повиновался, открывая рот и сплёвывая сперму. От его кожи исходил жар, а Кагами не мог отвести взгляда от собственного семени, стекающему с губ и языка своего товарища по команде. Сердце отбивало дикий ритм в грудине, а пальцы ног сводило от будоражущих картинок, создаваемых сознанием. Куроко был невероятно эротичным. Кагами сглотнул, протяжно выдохнул в попытке успокоится и спрятал обмякший орган обратно в шорты. - Ты что, совсем дурак? - отчитывал он друга. - Кто бы говорил. Куроко смотрел мимо него, вытирая подбородок тыльной стороной ладони. Он чувствовал себя не в своей тарелке, будто то, что он вытворял только что, было мимолётным порывом, который он не смог сдержать, а теперь жалел. Что, если Кагами подумает, что он псих? Или извращенец? Или гей? Последнее не было проблемой, однако могло внести серьёзную напряженность в их отношения, чего совершенно не хотелось. Кагами потупился. Он не знал как быть теперь. Того, что произошло, уже не изменить. Он должен был раньше сказать «нет». Но не смог... не захотел. А теперь сложно будет притвориться, что ничего не случилось. Однако, Кагами был уверен: если бы этот момент повторился вновь, он не смог бы сдержаться. Парень внимательно смотрел на Куроко, пытаясь прийти к какому-то решению. И оно пришло. Возможно не самое правильное, но самое желанное уж точно. Кагами наклонился ближе и осторожно вытер с подбородка друга оставшиеся капли спермы. Парень вздрогнул и рискнул поднять глаза. Их взгляды встретились. У Куроко перехватило дыхание. Он ещё никогда не видел у Кагами такого выражения лица — растерянного, но вместе с тем заискивающего. Он будто просил не отстраняться. И Куроко послушался, позволяя их лицам приблизиться, а дыханию сбиться. Парень не смог бы противостоять, ведь теперь в глазах Кагами отражается только он. Их губы встретились. Жаждущие, мягкие и горячие. Кагами едва слышно стонет, прижимая Куроко к себе. Все мысли вылетают из головы. Уже невозможно сказать, что может произойти.

***

… Парни сами не заметили, как избавились от мешающей одежды. Никаких мыслей, а тем более слов — лишь страстные порывы, инстинкты и срывающиеся с губ стоны. Куроко оказался невероятно податливым и чувствительным. Кагами уложил его на диван, нависая сверху, устраиваясь между ног, но не торопился идти дальше. Он оглаживал тело своего партнёра, обводя выпирающие косточки ключиц, рёбра и кубики пресса. Натренированное, немного жилистое, оно возбуждало, заставляя Кагами краснеть от вспыхивающих перед глазами картинок. А Куроко таял от этих прикосновений, приподнимаясь им навстречу, ища лучшие точки соприкосновения. Он давно хотел этого, но и представить не мог, что всё же получит желаемое. Кагами действительно был большим, во всех смыслах, но парня это никогда не пугало, даже теперь, когда это могло принести серьёзные проблемы его заду. - Если ты не хочешь, то я остановлюсь. Скажи мне, пока я ещё в состоянии остановиться. Куроко покраснел, но не сказал ни слова. Поцелуи становились всё более глубокими. Тайга действовал аккуратно - чтобы не навредить сокоманднику перед игрой - растягивал его для себя. Никакой смазки под рукой не оказалось, да и откуда же ей взяться? Никто из них ведь не планировал подобного времяпрепровождения. Единственным, что смог предложить расплавленный, как медуза на солнце, мозг стала вода, услужливо принесённая самим Кагами для гостя. - Куроко, возможно, для тебя это слишком, но прости, я уже не смогу остановиться. - Это не честно, Кагами-кун. Я ведь и не прошу тебя об этом! - Тогда не жалуйся потом. - прохрипел Тайга, разводя ноги своей Тени сильнее. Проникновение было болезненным для обоих. Куроко сжимался, не позволяя протолкнуться вглубь дальше, но Кагами не спешил, давая возможность привыкнуть к своему члену. Мимолётные и нежные прикосновения, призванные расслабить и успокоить партнёра, сделали своё дело — постепенно двигаться стало легче, и Кагами сразу же задал нужный темп. Куроко вжимался лбом ему в плечо, крепко обнимая руками за плечи и раскачивался в такт толчкам. Ему было хорошо, даже слишком. Сравнить эти ощущения с игрой в баскетбол было бы кощунством - они слишком разные - однако, эйфория от внезапно нахлынувшего оргазма была чем-то похожа на радость победы... лишь слегка, но всё же... Когда всё закончилось не понял ни один из них. После очередного толчка, Куроко будто ударило разрядом тока: всё тело сжалось, как пружина, а затем резко расслабилось, изливаясь новой порцией горячего семени. Кагами от неожиданности прокусил губу. Куроко до боли сжимал его в себе, тем самым доводя до пика, а затем отпустил, позволяя излиться. Кагами глубоко вздохнул и распластался на своей Тени, подбирая его под себя, не желая терять телесный контакт. Обоих охватила сонливость, но терять момент не хотелось. Куроко неуверенно завозился, постепенно усиливая нажим на плечи Тайги. - Кагами-кун, ты тяжелый. Тайга нехотя поднялся, оседая на пятках, и внимательно смотрел в лицо Куроко. Он боялся, что мог причинить тому вред, а завтра игра. Если бы Тецуя выбыл - Кагами себе этого не простил. - Ты как? - В порядке, - их взгляды встретились, отчего Куроко вновь почувствовал себя неловко. - Прости за диван. Надеюсь, мы его не испортили? Кагами непонимающе огляделся, пока не заметил пятна спермы, которыми были измазаны кожаные сидения злополучного дивана. - Не переживай. Я вымою его завтра. Куроко слегка кивнул. - А вот нам следует снова пойти в душ. - Да, думаю, ты прав. Парень поднялся на ноги резким движением и тут же схватился за спинку дивана, морщась от боли. Кагами заволновался. - Ты в порядке? Ноги его явно не держали, но Куроко отчаянно сопротивлялся этому неудобству. Его лицо при этом как и всегда ничего не выражало. - Да, всё нормально. - Сам дойдёшь до ванной? Куроко болезненно ухмыльнулся, отмахиваясь от столь назойливой заботы. Решения пойти вместе никто не принимал. Так сложились обстоятельства. Куроко, стиснув зубы, медленно брёл в ванную, а Кагами внимательно следил за ним, опасаясь, что тот теперь не сможет нормально двигаться. Решение пойти на второй круг принял сам Тецуя. Кагами был рядом с ним под струями воды, которые медленно стекали по его лицу, обнаженному торсу, идеальным брюшным мышцам к заветному месту. Очень эротично. И несмотря на неприятные ощущения в анусе, Куроко захотел продолжения. Одно прикосновение — это случайность. Парень как бы невзначай касается кожи партнёра. Второе прикосновение — уже предупреждение. Куроко медленно приближается, помогая Кагами оттирать засохшие потёки семени на животе. Третье — настоящая провокация. И Кагами ведётся на это. Стоит только руке Куроко приблизиться к паховой дорожке, Тайга схватил его за руку и резко дёрнул на себя. В душе катастрофически тесно, но сейчас это только на руку им обоим. Лицо Кагами очень близко, раскрасневшееся от смущения, но глаза горят желанием. Куроко облизывает губы и подаётся ближе. Ему отчаянно нужен поцелуй. - Ты что творишь, придурок? Завтра же игра! - При чём здесь это? - Да при том, что ты и так еле ходишь, а сам ещё и провоцируешь. - Не понимаю о чём ты, Кагами-кун. - Курокооо, - угрожающе протянул Тайга. - Я не хочу, чтобы ты завтра пропустил игру. - Этого и не будет. Успокойся, Кагами-кун, я в порядке. Тайга всё ещё отстранёно держал Тецую в своей хватке, с серьёзным выражением лица рассматривая сокомандника. Ему было неспокойно от того, что он мог нанести серьёзный вред лишь тем, что мог увлечься процессом. Но Куроко был непреклонен. Стоило ему вновь потереться о Кагами, как тот сдался под напором новой вспышки возбуждения. И всё повторилось вновь. Разве что теперь обоим было легче. Никаких болезненных гримас и неуверенности. Лишь задушенные стоны удовольствия и жажда новой близости.

***

… Когда парни, наконец, добрались до футонов, было далеко за полночь. Кагами ворчал что-то о том, что выспаться теперь не удастся, но Куроко не придавал этому значения. Стоило улечься по-удобнее и отвернуться к стене, как мысли, не тревожившие его в этот странный вечер, начали постепенно возвращаться. С Кагами происходило тоже самое. В головах резко прояснилось. «Что вообще случилось?...Что? Что мы?» Оба лежали в темноте, не смыкая глаз. Сон не шёл, хотя физическая усталость никуда не делась. Оба парня были ошарашены своими же действиями, но изменить что-то уже было нельзя. Теперь в сердце каждого зарождался страх, что их отношения как друзей, а тем более как сокомандников - Света и Тени - разрушены... Куроко стал первым, кто решился заговорить. Он слышал тяжелое прерывистое дыхание Кагами, поэтому знал, что он не спит. Парень был уверен наверняка, что его друг сейчас тоже в красках вспоминает хронологию этого вечера, при этом отчаянно краснея и кусая губы. Таков был Кагами Тайга, и его не хотелось терять. - О сегодняшнем... всё в порядке, если ты захочешь забыть. Кагами медленно развернулся, уставившись в затылок Куроко. Он всегда считал себя дерзким и сильным, готовым идти до конца, но настоящие отношения его всё же немного пугали. Однако, перед ним был Куроко Тецуя, его друг, его Тень - человек, без которого Кагами уже было сложно представить свою жизнь... Парень знал, что в этот момент решается что-то важное и не мог упустить его. - Знаешь, я не собираюсь забывать. Кагами резко встал с кровати, отдёрнул лёгкое одеяло, в который Куроко завернулся словно в кокон, и лёг рядом с ним, осторожно прижимаясь грудью к напряженной спине. - Подожди, Кагами-кун... - Не волнуйся. Я не буду ничего делать. Я просто хочу побыть с тобой вот так. Куроко постепенно расслаблялся. Ощущать тепло друга так близко немного пугало, но вместе с тем доставляло удовольствие. Хотелось прижать ближе и уснуть, убаюканным чужим сердцебиением. - Я на самом деле и не особо волновался. Темнота и тишина накрыли их с головой, укутывая и погружая в сладкий сон. Они рядом. Сердцебиение, жар, сожаление, сладкие воспоминания. Всё это они разделяют. Перед тем, как окончательно отключиться, Кагами подумал: «И как мы будем смотреть друг на друга завтра?»

***

Будильник разорвал приятную дрёму, заставив Кагами подскочить. Он ненавидел будильники за их раздражающий писк, но понимал их вынужденную необходимость. Куроко завозился совсем рядом, выползая из одеяла, в которое во сне завернулся почти с головой. - Доброе утро. - Доброе. У Куроко было помятое, невероятно заспанное лицо, а волосы на голове торчали в разные стороны, будто он залил их лаком, а потом попал под вентилятор, работавший в режиме турбо. Это выглядело забавно. - Эй. Куроко обернулся. Кагами ухмыльнулся в ответ на его взгляд, вытянул руку вперёд и потрепал его по голове. Куроко поморщился. - У тебя с утра настоящий бардак на голове. - Знаешь, Кагами-кун, у тебя не лучше. - А вот и нет! - А вот и да! - Заткнись уже! - С тобой всегда приятно вести беседу, Кагами-кун. Кагами поморщился, но решил оставить эту подколку без ответа. - Иди в ванную, а я пока займусь завтраком. Скоро соревнования по стритболу. Нам лучше не опаздывать. - Что же, давай выложимся на полную. Парень улыбнулся. - Несомненно.