Борьба за территорию

После очередной ссоры Ваня забрал кое-что из своих вещей и ушел из дома, громко хлопнув дверью. Альфред никогда не любил ругаться с Иваном, особенно после стольких лет совместной жизни. Но как обходиться без ссор, если ни он, ни Ваня не могли никак договориться. Альфред считал, что Ваня просто был обязан уступить левую часть их новой двуспальной кровати, а этот урод отказывался, ибо ему там удобнее. Обе части кровати ничем, впрочем, не отличались, только одна была левой, другая – правой. Альфреду принципиально нужно было спать на левой половинке, почему Ване так сложно это понять? Ладно. Походит, успокоится, вернется и уступит. Альфред, решив на этом, сел на диван и включил телевизор. По одному из каналов крутили программу про призраков. Альфред не стал задерживаться на ней, переключив канал. Серийные убийства, похищение инопланетянами, пытки… Ни одной нормальной передачи! Даже по местным новостям передавали, что в районе цирка пропали дети. Один сплошной криминал. И Ваня вот уже долго не возвращался… Интересно, куда он ушел? Неужели он не вернется? Возможно, уже купил билет на поезд… Или летит на самолете в гости к Франциску. Альфред ещё предположил, что Ваню могли ограбить и даже убить, но он быстро прогнал такие мысли. Во-первых, никто не решиться. Во-вторых, хватит и во-первых. Иван сам может за себя постоять – так успокаивал себя Альфред. Прошло пять часов с тех пор, как ушел Ваня. Альфред нервно мерил шагами пол, время от времени глядя на часы. «Ну, где же его носит?» - спрашивал сам себя американец. Ваня так не вовремя ушел! В последний раз они занимались сексом две недели назад. Альфред уже привык к частым трахам, поэтому Ваня старался ублажать своего любовника несколько раз на неделе как минимум. В последнее время русский был занят так, что даже Альфред не мог найти в его графике пару минут свободного времени. От досады Джонс сломал свою старенькую кровать. Благодаря этому случаю, парни решили купить одну кровать на двоих. Таким образом, они могли спать рядом, словно настоящие молодожены. Установив кровать в собственном доме, Ваня и Альфред начали спор о левой и правой части кровати. Брагинский ушёл, оставив Джонса одного с их новым приобретением. Альфред решил, что теперь обойдется и без Вани; вся кровать в его полном распоряжении, да и ублажать самого себя не так уж и плохо. Американец лег на мягкую перину и запустил одну руку в штаны. Второй он провел по своему торсу, поглаживая слегка заметные кубики мышц и задевая время от времени уже затвердевшие соски. — Ваня! — невольно простонал имя любимого Альфред, когда вспомнил о его ласках. Как страстно русский терзал его губы, целовал шею, кусал ключицы и другие места на его теле. Дойдя то пика, Альфред вскрикнул и прикусил губу до крови. — Неужели это всё? — насмешливо спросил мужчина, стоящий на пороге комнаты. Тяжело дыша, Альфред сердито взглянул на вернувшегося домой Ваню. Тот в свою очередь лениво скинул с себя куртку и, зайдя в комнату, лег рядом с любимым. Американец жадно смотрел в эти фиолетовые глаза и, когда ему надоело бездействие со стороны Вани, притянул мужчину к себе за пепельные волосы и впился в губы грубым ненасытным поцелуем. Брагинский ответил не сразу, но зато с какой нежностью! Альфред застонал от пришедшего возбуждения, всем телом навалившись на Ваню. Американец избавился от своей одежды и начал раздевать русского. Ваня припустил штаны, вытаскивая свой уже давно вставший член. Альфред облизнулся, любуясь красивым телом своего любовника. Ещё тогда, когда он одиноко дрочил на этой кровати, Джонс подготовил себя. Поэтому практически без боли он оседлал возбужденный орган русского, слегка покачиваясь из стороны в сторону. — Ну же, давай, трахни меня — страстно прошептал Альфред, ожидая, что Ваня возьмет контроль в свои руки. Но он этого не сделал, продолжая с вызовом смотреть американцу прямо в глаза. — Ну и хрен с тобой! Альфред насаживался на член Вани снова и снова, иногда полностью вытаскивая его из себя. Прерывистое дыхание и стоны нарушали тишину в комнате. Брагинский, перестав притворяться, будто ему всё равно, повалил Джонса на спину и сам стал вколачиваться в него, делая толчки глубокими и быстрыми. Альфред кричал от боли и наслаждения, стонал и выкрикивал имя Вани так громко, что слышали, наверное, соседи и даже соседи соседей. Кончив одновременно, Ваня и Альфред слились в нежном поцелуе. Брагинский лег рядом с любимым, пытаясь восстановить дыхание. — Знаешь, — отдышавшись, сказал Альфред, — я сейчас лежу на левой части кровати. Ты ведь не против? Брагинский устало улыбнулся, любуясь красивым лицом американца. — Главное, что мы вместе, — прошептал Ваня, нежно проведя ладонью по щеке Альфреда. — Ты прав, — согласился американец, — и всё же, на левой половине будет моя территория!