Соседи

POV Дэсон Конец января и начало февраля для меня прошли успешно, я нашёл отличного и идеального друга, и пускай он старше меня, мне с ним было интересно и весело, благодаря ему я забывал о том, что со мной происходило до этого. Тэян – он тот, кто смог сделать так, чтобы я забыл обо всём плохом, он стал для меня идеальным человеком. Иногда я замечал странный взгляд с его стороны, такой нежный и заботливый, но не такой, каким обычно смотрят на друзей, а каким-то совсем другим, а когда он обнаруживал, что я тоже смотрю на него, он начинал смеяться, а причину этого он мне не объяснял. Учёба у меня наладилась и я перестал бояться чего-либо, а то есть, что меня снова затащат в машину и заставят делать ужасные вещи. С каждым разом я всё больше и больше привязывался к Тэяну, он всегда давал мне советы и всегда поддерживал меня, он единственный, кого я мог назвать настоящим и верным другом. Но затем мои чувства стали перерастать в нечто большее, и я не понимал во что именно. Но затем я понял во что, когда я впервые поцеловал его в тот момент, когда он уснул за игровой приставкой. Тогда по моему телу пробежали мурашки, а сердце набрало бешеный ритм. Я понял, что влюбился в своего друга, соседа. Но из колеи меня выбил тот момент, когда я проснулся полуголый у Тэ в квартире на полу, укрытый тёплым пледом и обнимающий ЁнБэ. Тогда я очень сильно испугался, вскочил, собрал свои вещи и убежал к себе. Мне было очень стыдно, я помнил, что произошло, хоть и не всё. Лишь тогда, когда я оказался у себя дома, я обратил внимание на головную боль. Я боялся встретить своего соседа, с которым явно переспал, каждый раз я избегал его, выходил из дома после него, возвращался очень поздно, лишь бы не встретить его, на телефонные звонки не отвечал, я боялся, что меня осудят и очень строго. Но затем я пожалел об этом, лучше бы меня осудил Тэян, чем сейчас я находился в таком положении. Примерно семнадцатого февраля, когда я возвращался домой, меня затащили в тёмную машину, а там, хорошенечко дав по голове, погрузили в темноту. Проснулся я в огромной комнате, где висели дорогие картины, а из света горел лишь камин, который освещал только половину комнаты. Тогда я понял, что мой кошмар ещё не окончен. Я лежал на кровати, привязанный к ней по рукам и ногам. Кровать была огромной и мягкой, на потолке, по центру, висела огромная люстра, скорее всего, сделанная из хрусталя, неподалёку стоял небольшой столик, а где-то в конце комнаты находился шкаф с огромным зеркалом. Когда дверь открылась и в комнату вошёл человек, я понял, что попал не на шутку. Это снова был он, тот иностранец, который вытворял со мною ужасные вещи и играл так, как хотел. - Ну, привет, Дэсон. Ты очнулся - это хорошо. Давненько мы с тобою не виделись, – мужчина подошёл и сел на кровать. – Я рад, что с тобою всё хорошо. – Он наклонился и попытался поцеловать меня, но я увернулся. Видимо, это взбесило мужчину, он как дикий залез на кровать и, разорвав на мне майку, стал целовать. Мне некуда было деваться, я был привязан. Меня бесила, злила и огорчала эта безысходность. А его эта ситуация веселила. Затем он крепко схватил меня за подбородок и, не давая повернуть голову ни влево, ни вправо, поцеловал в губы. Отстранившись, он расслабил хватку и злобно посмотрел мне в глаза. - Знаешь, Дэсон, мне тебя не хватало, я скучал по тебе, до такой степени, что злился очень сильно и из-за тебя убил двух своих охранников, всадив каждому по три пули в сердце. Я хотел тебя, но знал, что тебе нужно восстановиться после последней нашей встречи, и я думаю, что прошло достаточно много времени, – сказав это, мой ненавистник стал развязывать веревки, которые были привязаны к моим ногам и удерживали меня, затем оставил меня полностью голым, перед этим окончательно разорвав мою майку на мелкие кусочки. Я провёл у него достаточно долгое время, практически каждый день я становился жертвой насилия, и с каждым разом я всё больше и больше жалел о том, что избегал Тэяна, скорее всего, он забыл меня. Я не мог никуда выбраться, хоть и пытался сбежать через окно, когда был развязан, но ничего не удавалось, вокруг стояло огромное количество охраны и камер. Меня кормили и одевали, но это была временная одежда, ведь в этот же вечер майка или рубашка жестоко рвались на половые тряпки, джинсам и брюкам тоже не приходилось оставаться на мне более одного–двух дней. Мне казалось, что прошла целая вечность, он [мой ненавистник] держал меня у себя дома как какую-то дорогую игрушку, никуда не выпускал за пределы своего особняка, я мог гулять только в саду и то с его охранником. Часто я вспоминал Тэяна и то, что, возможно, между нами произошло, я пытался вспомнить, но у меня не получалось. Я думал о том, что ЁнБэ уже забыл обо мне. Я мог целый день проваляться на кровати и думать, просто уходить в себя. Когда шёл снег, в такие дни становилось особенно тяжело, давила погода, память о ЁнБэ и мой насильник, вскоре мне стало казаться, что умереть не такая уж и плохая задумка, и даже пытался воплотить это в жизнь. Начало марта было ужасным, последняя ночь с моим насильником подписала договор о том, что я действительно уйду из этой жизни. Во время секса я произнёс имя Тэяна, я подумал о нём, чтобы не было так больно, но за это я получил кучу ссадин, ушибов и ударов. В эту же ночь, когда я остался один, еле как добравшись до ванны, я взял в руки лезвие, я всё-таки решился. Никогда бы не подумал, что я, с детства жизнерадостный человек, тот, который считался оптимистом, так ужасно, униженно и неприятно закончит свою жизнь, даже не закончит, а резко оборвёт. Пока я додумывал свой план пребывания в аду, я сжимал лезвия в руках и лишь потом почувствовал, что ладони начинают побаливать. Я посмотрел на себя в зеркало: жалкий, даже не улыбаюсь. И что со мною стало? Растрёпанные жёлтые волосы в корнях уже тёмные, синяки под глазами, бледные губы и кожа, потухший взгляд, множество ссадин и синяков на теле и капающая кровь со сжатых в кулаки рук. Последнее, что я помню, это то, как я сел у ванны на холодный кафель и полоснул себе вены. Проваливаюсь во тьму. И вот он, конец. Значит так происходит с самоубийцами. Я медленно открываю глаза и по ним бьёт свет, от этого я жмурюсь, снова закрываю глаза и снова их открываю, пытаясь привыкнуть к ощущениям. «Я что, умер?» - первое, что проносится у меня в голове. Я переворачиваюсь на правый бок и снова стараюсь открыть глаза, сначала я вижу всё расплывчато, но, моргнув несколько раз, картинка перед глазами стала намного чётче. Начинаю осматривать комнату, тут всё такое знакомое, чувство дежавю. Знакомый запах, такое чувство, родной. Наверное, это рай, раз нахожусь там, где хотел находиться. Смотрю на свои руки, они перевязаны, в белых бинтах. Я встаю с кровати и осматриваю квартиру, да, вот она, я действительно у ЁнБэ. Но как? В квартире было пусто и грязно. Я посмотрел на часы: на них уже было семь вечера, а за окном всё ещё было светло, весна настала очень рано, теперь темнеет поздно. Зайдя в зал, я заметил на столе пустые коробки от пиццы, банки от кофе и кучу журналов про компьютеры. Сначала я сел на диван, но затем лёг под каким-то напрягом. Лежал я на боку и всё ещё осматривал комнату. Вот тут, рядом с диваном, насколько я помню, я проснулся полуголым, укрытый лишь одеялом, а рядом лежал Тэян. И всё, я больше ничего не помню. Вздох. Слышу, что входная дверь открывается и в квартиру кто-то заходит, затем слышу быстрые и беспокойные шаги, видимо, идёт в комнату, и, не обнаружив там меня, я слышу голос. - Дэсон? – этот голос настолько знакомый и близкий, не пугающий и не вызывающий дрожи от страха. Я встаю с дивана, принимая на нём сидячее положение, и устремляю свой взгляд в дверной проём. Там стоит он, ЁнБэ, который взволнованно дышит и смотрит на меня. Затем улыбается, мягко и нежно. Я тоже улыбаюсь ему своей типичной улыбкой и машу рукой в знак приветствия. Он подходит ко мне, садится рядом и, притягивая к себе, обнимает. - Ты очнулся. Слава Богу. Я волновался, – ЁнБэ зарывает свою ладонь в мои волосы и прижимает к себе ещё сильнее, я утыкаюсь в его шею и чувствую его запах. Такой родной, если бы он знал, что я соскучился по нему и волновался, мне было стыдно и приятно, ведь он меня не забыл. Я отстраняюсь от него и смотрю на его взволнованное и полное нежности лицо, он действительно волновался. Я просто улыбаюсь. - Всё нормально, я в порядке, – стараюсь выговорить это как-нибудь порадостней, но лицо Тэяна искажается в гримасу боли. Он берёт меня за запястья, осторожно, боясь повредить порезы, и говорит достаточно серьёзно, злобно и жестоко. - Дэсон, так не может продолжаться, я тебе обещаю, что я разберусь с тем человеком, который вытворяет всё это с тобой, но мне нужно, чтобы ты рассказал мне всё в мельчайших подробностях. Пожалуйста, я хочу тебе помочь, – Тэян проводит рукой по моей щеке, но это совершенно не пугает меня, его руки нежнее, чем у моего насильника. - Хо..хорошо, – мне будет тяжело рассказать ему всё с самого начала. Я даже не знаю, как быть, но мне надо выговориться, рассказать всё, что лежит у меня в душе серым, пепельным остатком. Тэян улыбнулся и, узнав, что я чувствую себя хорошо, предложил поесть. Оказывается, что пролежал я в отключке ровно неделю с того момента, как, оказывается, меня привезли на чёрной тонированной машине. Тэян встал и сказал, что оставит меня на несколько минут, он сбегает в магазин за продуктами и обратно, ведь есть всё же что-то нужно. Затем ушёл в магазин. Я снова остался один. Но один ли? Ведь я снова с Тэяном. Сможет ли он помочь мне? На краю дивана лежала белая рубашка, я взял её, она определённо принадлежала ЁнБэ, она пахла, как и он, притягивающим, приводящим в возбуждение запахом.