Salvation

      Улыбаюсь, скрывая от всех, что на душе. Улыбаюсь до боли в лице. Улыбаюсь, чтобы справится со всем, что навалилось. Но люди не железные, у людей есть душа. Нам бывает больно, но только подойдя близко к цели, мы падаем, не сумев до неё дотянутся. Я не могу заставить человека захотеть остаться там где его ничего не держит, не могу заставить людей не скрывать правду, не могу дать то что поможет ему. Захлопываю шкафчик иду рядом с Джесс и Лив, мы болтаем о наших занятиях в клубе, улыбаемся и думаем над нарядами к приближающему Хэллоуину. Удивительно как это ещё волнует их. Идем к выходу, потому что уроки кончились. Дверь открывается и в школу заходит Дилан. Я останавливаюсь. Мы оба замечаем друг друга. — Привет, — скажу без малейшего сожаления о своем решение. — Привет — так же кратко поздоровается Дилан, я обойду его медленно посмотрев как он пойдет вперед. Это странно. Тебя вроде бы многое связывает с человеком и каждый раз после расставания ты не можешь избегать его, но увидив снова как впервые, замечаешь всё до мельчайшей детали и это тоска внутри тебя просыпается давая о себе знать. Открываю губы медленно улыбнувшись, Джесс тащит меня вперед на выход из школы и я поддаюсь, отвернувшись. Я не должна давать Кайлу повода усомниться, что я оставила Дилана позади, словно он и не волнует меня. Всё это конечно жестоко, но я боюсь за него. Боюсь, что если потяну его за собой, пострадает он. Я не могу так. Джесс щелкает у меня перед носом. — Принстон, — громко закричит Адлер и я посмотрю на неё. — Что? — в тон её голоса, спрашиваю. — Что. Это. Только. Что. Было? — отделяя каждое слова, спросила Джесс. Пожимаю плечами. — Ничего, — опускаю глаза, спускаясь по ступенькам. — Просто случайная встреча, — замечаю как Джесс и Лив переглядываются между собой. — Хотите не верьте, — бросаю я им. Джесс хватает меня за руку и это остается неожиданностью. — Ты хочешь мне сказать, что ты не пойдешь на танцы? — Адлер злится, потому что очень старалась над приготовлениями. — Послушай, мне там делать нечего, — Лив улыбается подойдя ближе. — Даже, если у нас есть сюрприз? — хмурюсь, смотря на девушку. — Так, отпусти меня. И я уже приняла решения, — Джесс ослабляет хватку и протягивает записку. — Пойдешь, если хочешь прочитать это, — уверенным голосом сказала моя подруга. Это начало не много раздражать, но поймать сложенную бумагу так и не получилось. Поэтому сдувая челку, которую собственноручно подстригла, сдаюсь закатив глаза. — Хорошо, хорошо, я пойду на танцы, — Джесс радостно хлопает Лив по руке и я вытягиваю ладонь. — Записку, пожалуйста, — Лив засмеется, и положит мне записку на ладонь. Быстро отвернусь от подруг, открывая маленькое сокровище. «Тебе кто-нибудь говорил, что с этой чёлкой ты выглядишь ещё милее? Нам нужно поговорить, Эм. Я не могу так больше. Остается не так много времени и я могу уехать. И ты не оставляешь мне выбора, Принстон.» Улыбка меркнет, я повернусь замечая Дилана выходящего из школы. Сердце бьётся сильнее и я решительно делаю то, что вообще-то делать не должна. Почему я должна заставлять Кайла руководить своей жизнью? — Дилан, — преграждаю ему путь. О`Брайен смотрит на меня с радостью в глазах. — Эмрин, — подражает мне, но я улыбаюсь, смелее и проще. Не так широко, чтобы Кайл думал, что у меня всё хорошо. — Мы можем поговорить? — аккуратно показываю записку и вижу заметную смену настроения. — Да, конечно, — громко сказал Дилан. — Чего ты хочешь? — шепотом, добавляет парень. — Хочешь пойти на танцы, компанией? — спрошу повернувшись к девочкам. — Так будет веселее. — Это не ты написал? — шепчу, Дилан медленно мотает головой. Из угла выходят Зои в обнимку с Кайлом, словно из не откуда. Я повернусь переглянувшись к Диланом. — Вы плохо скрываетесь, — Кайл улыбнувшись подойдет ко мне, и я посмотрю ему в глаза. — Чего тебе надо? — вмешается Дилан. — Ух ты надо же, — Кайл ухмыльнется стрельнув в него ненавистным взглядом. — Тебе есть что сказать, Дилан? Например то, как ты был за рулем машины где погибла твоя сестра? — я с потрясением посмотрю на лицо Дилана. — Это правда? — спрашиваю, но Дилан молчит смотря на Кайла. — Почему бы тебе не помолчать, Кайл? — Дилан делает шаг вперед. — С радостью, как только испорчу тебе жизнь, — Кайл отойдет переведя внимания на меня. — Эмрин, не составишь компанию на танцах через два дня? — Конечно, — отвечу кратко и Кайл с улыбкой победителя скроется с наших глаз. Молчание появившиеся от него ещё будет парить вокруг, как и напряжение. Дилан посмотрит на меня с удивлением. — Зачем ты это делаешь? — закричит он. — Я хочу закончить всё это, — киваю в сторону куда ушел Кайл. — Я не собираюсь играть под его дудку, и хочу закончить весь этот фарс. И не важно как к этому ты отнесешься. — Не понимаю, — О`Брайен заглядывает в мои глаза. — Уезжай, Дилан. Ты же так хотел этого, вот она твоя свобода, — бросаю записку на ступеньки и развернувшись ухожу, даже не повернувшись обратно. Мне надоели эти игры, мне надоело разгадывать его. Я не хочу держать Дилана, не хочу заставлять его выбирать между мной и тем о чем он мечтает. Эмрин Принстон его прошлое, не его настоящие. Завернув за угол, касаясь стены, чувствуя дорожки слез. Холодный воздух пробуждает все воспоминания и мою не уверенность в том, хочу ли отпустить Дилана. Нет, вернее смирилась ли я с этим? Определенно нет и вряд ли смирюсь. Но иногда приходится отпустить. И я отпускаю, пускай дорога к нему обратно заняла так много времени. Две нити, что соединились слишком поздно.       Закрываю рот ладонью, отстраняюсь от холодной стены и закрываю глаза так сильно, что побоюсь, потом их открыть. Кусаю губу, бью руками по холодной стены, ощущая мелкую дрожь. Неужели тебе не казалось, что кого-то не хватает в твоей жизни? В такие моменты, когда кто-то очень сильно нужен, когда тебя тянет кому-то, кто не оттолкнет и скажет слова успокоения или просто обнимет. Неужели ты не знала, что где-то есть человек, которого тебя связывает нитью запутывавшейся длинной дорогой, и когда-то ваши жизни пересекутся. Я надеюсь, что, тогда ты поймешь это. Поймешь, что рядом будет тот, кто нужен тебе. Ударяюсь спиной об кирпичные стены, чувствуя не приятную боль в спине. И открываю глаза, переставая всхлипывать и стараясь дышать. Руки перестают держать стену, ноги слабеют, и я сажусь, смотря вперед. Как они могли жить с этим? Как они могли скрывать? Телефон оживает, напоминая о себе. « Хочешь узнать всю правду? » Встаю, отряхиваю джинсы и выхожу из угла, вытирая лицо после слез. Ненавижу себя за эту привязанность, ненавижу за то, что если увижу Дилана, сердце ёкнет и я не смогу даже оттолкнуть его, особенно, если посмотрю в его глаза. О, его глаза. Как два туннеля, с притягивающей силой, имеющие власть надо мной. « Да. » Пишу и поднимая лицо, сразу же торможу. Я вижу его. Стоит облокотившись на свою машину и опустив голову потирает аккуратно стекло. Если я сейчас уйду, то смогу убежать. Неужели ты хочешь поехать туда, где можешь увидеть ЕГО? Дилан оживает замечая меня, а я даже не успеваю выбрать правильный план побега. Уже поздно. Вздыхаю воздуха, чувствуя растерянность и сразу стараясь не смотреть в его глаза. — Эмрин, — кратко осмотрю его, словно не видела несколько дней, а не всего несколько минут. — Чего тебе? — спрашиваю резко, скорее всего удивляя Дилана. — Мне придется украсть тебя отсюда, — от его фразы и теплой руки на моей руке почти около плеча, хочется закричать. Кажется от его прикосновений всё внутри кричит и я не собираясь убирать его руку, смотрю на него с подозрением. — Чего, чего, прошу прощение? — слышу шаги позади нас и к нашей странной «компании» подойдет Джесс. — Привет, ребят, вы готовы? — я с не понимаем смотрю на Адлер и одергиваю руку Дилана, отойдя от него. — Может, когда-нибудь, скажет, куда это вы собрались? — почти что ль не крича, спрашиваю. Дилан и Джесс переглянутся и Адлер без прежней улыбки посмотрела на меня. — Наша рыбка на крючке, — Джесс показывает свой телефон и я вижу такое же сообщение, что пришло мне. Хмурюсь сильнее чем раньше и дойдя до Дилана киваю ему отойти в сторону и сразу же сажусь в машину. Этот идиот не будет играть со мной. Никто больше не будет решать за меня, как мне жить. Даже если люди ошиблись это не дает права винить их во всем, что произошло когда-то. Я даже не знала своей родной матери, я даже не помню её. Я не чувствую себя обманутой, я просто поражена, тем, что от меня скрывали такую важную правду. Но я не могу судить их. Они стали моей семьей, они были дороже мне родного брата, человека, который живет местью и злостью. * * *       Шумные улицы сменились тишиной. Мы опять были у заброшенной больницы. Небо было под моё настроение, тучи скрывали солнце, прятали его и не давали пролить тепло на всё окружавшие нас, деревья с яркими листами, холодную землю, мрачное здание с тяжелым воздухом. Обстановка не пугала и я первая вышла из машины, захлопнув дверь и даже несмотря на ребят. Глаза смотрели прямо на больницу, словно прямо сейчас, я увижу все ответы на свои вопросы. Но так ли это? Нет, я не верю. Я здесь, чтобы собрать историю из обрезков и понять своего родного брата. Касаюсь, забора и улыбнувшись захочу пойти туда одна, чтобы никого не было рядом. — Всё хорошо? — голос Дилана, пропитанный какой-то знакомой заботой заставляет меня переживать. — Я не знаю, — поднимаю плечи и развожу руки. — Не знаю. Все перемешивается в голове и я начинаю забывать, — кусаю губу смотря на забор. Не хочу смотреть на Дилана. — Я бы хотела соврать, но не могу. Вокруг слишком много вранья, — улыбаюсь, чувствуя, что сейчас опять заплачу. — Знай, что я с тобой даже если тебе кажется, что всё очень и очень плохо, — эта фраза вызывает смех и я вижу родную улыбку. Улыбку, что греет меня изнутри. — Я слышала, — вижу, что Дилан загустеет. — Нет, — положу руку ему на щеку. — Не надо. Ничего не говори. Это нормально хотеть уехать отсюда, хотеть жить нормально, но знаешь, — смотрю прямо на его лицо, давая самой себя толчок к тому о чем буду сожалеть. — Воспоминания всё равно с нами где бы мы не были, — не думаю убирать руку, а Дилан касается её. — Хочешь я пойду с тобой? — внимательно посмотрев на меня, спросит. Улыбнусь, наклоняя голову. — Конечно, — пойду впереди, стирая улыбку с лица. Всему приходит конец. Люди уходят, исчезают, умирают, забывают оставляя о себе что-то ценное, оставляя дыру в сердце и унося его собой, словно выиграли что-то значительное. Забыть трудно, но труднее жить с этим, пока время не залечит рану, пока она не станет такой видной и может быть на поверхности воспоминаний очертания человека сотрется, пока не заметишь в толпе кого-то похожего, снова оживая внутри ту пустоту, те мысли и чувства. Пройдя здание мы заходим через ту же дверь, куда заходили ранее. Я закрываю нос, чувствуя как здесь ужасно пахнет. Дилан касается рукой моей спины подталкивая. Мне хочется обойти все места, хочется найти ответы. Мне хочется знать, что мой брат не Кайл. Я хочу раскопать всё до конца и больше не забывать. Мне не хочется забыть всё, что было. Иду впереди Дилана по длинному коридору, мы прошли ресепшен и заходим в коридор где были с Джесс. Приоткрытая дверь так манит меня, что я срываюсь вперед, не смотря где Дилан и войдя, вижу свет, он опять мигает. Тут ничего нет. Тут ни черта нет. Когда освещение снова приходит в не мигающие состояние, я подхожу ближе к стене. Вижу красные буквы по всюду. — Какого хрена? — Дилан остановится позади меня, освещая стену телефоном. — Ещё не время, Эмрин. Ты же ни хочешь чтобы кто-то пострадал? — делаю шаг назад, замечая фотографии родных и прошлого дня в доме Дилана. Звук сообщения выводит из появившейся паники. « Ты же не хочешь потерять его? » Поднимаю глаза видя взгляд Дилана. — Хей, всё в порядке? — мотаю головой, но затем киваю. — Давай уберемся от сюда, — слышится шум в коридоре. Звук машины. Дилан посмотрит на меня и мы тут же срываемся с места. Скользкий пол дает о себе знать, не приятный запах напоминает, будут тут кто-то сдох и мы почти оказываемся около выхода, замечая впереди себя кого-то. — Джесс, — выкрикиваю имя подруги, что-то падает прямо на пол, я бегу вперед. — Джесс, — зову Адлер, ничего. Звук шин доносится до ушей и я чувствую, как хочется спать. Начинаю оседать на пол и вижу Дилана — Я не хочу снова всё забыть, — шепчу про себя, пока пытаюсь ещё бороться с тем, что хочу закрыть глаза. Я поддаюсь, проваливаясь внезапный сон и не чувствуя как голова соскользнув с руки касается холодного пола, и глаза видят свет исходящий с улицы и размытые очертания кого-то. Кажется всё пропало. * * * Глаза открылись, и я сразу же резко села, о чем пожалела, чувствуя, как болела моя голова. Вспоминания были так свежи, что оглядевшись, я поняла, что нахожусь, не там, где была, не в больнице, не дома. Оранжевый яркий диван сразу показался мне лучшим вариантом, а посмотрев на пол, я заметила Дилана. Он спал на полу, где было не очень удобно, но видя его расслабленным, я замечала милые черты во всем и всех движениях, словно он освободился от проблем, от страха, от боли. Он выглядел как обычный парень, как человек незнающий горе. Я улыбаюсь от этой мысли. — Ты опять на меня смотришь, — скажет О`Брайен не открывая глаз. — Может, мне это нравится, — Дилан ухмыльнется. — Я знал, — его голос отразится на моей больной голове, и я сморщусь, касаясь лба. Горячий. Супер. — Что ты знал? — шепчу, потому что хочу пить. — Всё просто, Эмрин, — О`Брайен сядет, с сонным лицом, что выглядело ещё милее. Широкой улыбкой, смотрю прямо на него. Дилан, ещё не проснувшись садится рядом и толкает меня спиной на диван, он с силой прижимает меня к нему, не сводя глаз. — Мы оба не хотим потерять то, что у нас есть сейчас, — будет шептать, касаясь губами моей шеи. Завожу руки за его шею, его соблазнительный шепот запутывает мысли, и я улыбаюсь. — Если ты хочешь соблазнить меня, сейчас не лучшее время, О`Брайен, — Дилан засмеётся, и я нахмурь от звука, что ударяет мне прямо в голову. — Ты такой громкий, — отталкиваю парня, он продолжит смеяться, и я почувствую не приятную обиду, пока не замечу, как на нас смотрит моя тетя Салли. Момента не ловче, чем этот я представить себе не могла. Щеки стали, розовые и я это почувствовала, и пихнув Дилана, отвела глаза. — Вы уже проснулись, — констатирует факт тетя Салли. Я поднимаюсь, открывая рот. — Но как? Почему мы тут? Где Джесс? — вопросы пошли градом, и я не могла остановиться. По лестнице спустится кто-то ещё. Я не сразу, увижу знакомые рыжие волосы, и то, как она опускает глаза. — Джесс, — я хочу подойти к ней, но Адлер отойдет. — Эй, всё хорошо? — Джесс мотает головой. — Джесс, что произошло? — ко мне присоединится Дилан. — Здание хотели поджечь, — Адлер поднимает красные глаза, замечая мой вопрос застывший в глазах. — Кайл не даст тебе нормально жить, Дилан, — её голос становится тихим и она вздыхает больше воздуха. — Он больше не верит, что ты доверяешь ему. Он не остановится ни перед чем, — Джесс расплачется, и я сразу обниму её, поглаживая по волосам и встречая выражения лица Дилана. Оно изменилось. Стало жёстче и злее. И видимо эта, ненависть взаимная и вряд ли мы разойдемся миром. * * *       Вздыхаю, ощущая брызги воды на ногах. Но мне всё равно. Всё так быстро меняется, как картинки в калейдоскопе и это выводит из равновесия. Я словно скора упаду, как будто с каждым днем воспоминания будут удаляться, оставляя лишь отголоски. Я боюсь этого. Боюсь разом потерять всё, лишившись чего-то большего, что было. Нет, чего-то значимого. Мы живем лишь раз, сами строя свою жизнь, находя людей, что остаются с нами, влюбляясь в кого-то, мы приобретаем кое-что важное, мы находим свой путь или теряемся по дороге вперед. А я не хочу потеряться. — Я вернусь, — обещал ты, Дилан. А я опустила глаза, чувствуя, что снова лишаюсь чего-то большего, важного. Я лишаюсь тебя. — Я знаю, — прошептала я в ответ. Дверь дома хлопнет, привлекая моё внимания и я повернусь, замечая его. Наблюдая как в первый раз увидела его у себя дома, как в первый раз смотрела как он бегает здесь поэтому пляжу. Нас связывает слишком много плохого. Дилан улыбается, и я машу ему рукой. Я отпускаю его, зная, что он вернется. — Эмрин, — моё имя возвращает меня из воспоминаний о чём-то горьком, о чём-то страшном. Я бы хотела ничего не чувствовать, больше не чувствовать страдания и отдаться темноте внутри, но это немного пугает. Делаю шаг, чувствуя холод и только громко стучавшие сердце. Я молчу. А что мне сказать? Удачи? Не уезжай? Я не могу. — Ты как? — его глаза изучают моё лицо. Я знаю, что он поймет, что я вру. — В норме, — опускаю лицо, смотря на песок. Куда угодно, не на него. — Ты уверен? — смотрю на дом, откуда выходит его отец и мать. Кусаю до боли внутреннюю сторону щеки, не подавая вида. Я морально истощена. Вот, она я, забирай, Кайл. Хочешь сделать ещё больно? Давай. Я устала. Очень устала. — Ты уверен, что ты можешь уехать? — сжимаю край платье, и только договорив и проглотив горькое послевкусия от слов, смотрю на него. — Это всего на день, — объясняет Дилан, и я киваю, понимая, что это важно. Мы не можем бояться Кайла, всё время. — Ничего не произойдёт, ты же веришь мне? — его теплая рука, распространяет тепло, как солнце, касаясь меня. — Конечно, — выдавливаю из себя улыбку. — Всего один день, — повторяю слова, как заклинания, чтобы день поскорее прошел. — Хей, не волнуйся, Рин, — смотрю в его притягивающие глаза. Дилан обнимает меня, а я не закрывая глаза, вздыхаю родной запах в нос. — Всё наладится, — только после этих слов, закрываю глаза и чувствую, что он тоже врет. Ничего не наладится, не сразу, только время залечит всё это. Горячая слеза скатывается по щеке, и я ненавижу её, ненавижу себя за слабость. — Позвони мне, — оставляю краткий поцелуй, отходя от Дилана, и последний раз улыбаюсь ему. Дилан идет к машине, забирая рюкзак и перед тем как сесть в машину, он обернулся на меня. Волна беспокойства окатила меня как вода из кастрюли, и я улыбаюсь через силу и смотрю в след его машине. Я хочу закончить эту бессмыслицу, я хочу, чтобы Кайл остановился, я хочу, чтобы всё закончилось навсегда. Машина Дилана удалялась по дороге всё дальше и дальше. « Ты же не хочешь потерять его? » « Не хочу. » « Тогда до встречи на танцах, сестренка. » Опускаю руку, в животе завязывается узел. Я чувствую себя виноватой во всей твоей боли, Дилан. И я не дам ему сделать тебе больно. Может, это мой конец? Конец всему.