Любовь,прощай...

Щелкнул замок входной двери. Я вернулся домой после очередного рабочего дня. Как обычно стою, замерев, не дыша, в тишине квартиры, в надежде, услышать хотя бы шорох, говорящий о том, что он сегодня дома. Может, стоит завести кота, чтобы хоть чуть-чуть ощущать себя нужным? Я уже знаю, как проведу сегодняшний вечер, впрочем, это будет такой же вечер, как и последние несколько лет: я налью горячего чая в кружку и выключу свет во всех комнатах, сяду напротив окна и буду смотреть на угасающие улицы, в надежде увидеть его возвращение домой. Я знаю, что он был сегодня здесь, об этом говорит его запах, вещи, которые лежат не на своих местах… *** Когда мне было десять, моих родителей у меня отняла автокатастрофа, поэтому я жил со старшим братом отца — альфой. Я омега, а у омег бывают течки, мой опекун считал это проблемой, с каждым днем ожидая, что я вернусь домой с огромным животом и оставлю своих бесчисленных детей на его воспитание. Он быстро решил свою проблему и справился со своими страхами: когда мне исполнилось четырнадцать, он отдал меня в первую попавшуюся школу — интернат, где до моего совершеннолетия можно было жить в общежитии, не возвращаясь домой. Я понял, что мне не повезло со школой, в тот день, когда заехал в общежитие. Зайдя, я увидел мальчишку, который читал за столом книгу. Я встал в пороге с вещами и представился: -Здравствуй, я — Арен Обнер, твой сосед по комнате, надеюсь, мы подружимся — воодушевленно и с улыбкой начал я. -Привет, Арен Обнер, я — Коди Келвин, твоя сторона — левая, все, что по правую — мои вещи, без спроса которые лучше не брать — он говорил это все однотонным голосом, а когда закончил, вернулся за чтение, а я застыл на месте — Нормально познакомились… Пока раскладывал вещи по полкам, мельком разглядывал его. Он старше меня, уверен, на пару лет, точно. Он, видимо заметив мои взгляды, закрыл книгу и повернулся в мою сторону. -Итак, Арен, так как ты новенький, думаю, мне стоит тебе рассказать о некоторых правилах школы. — я замер с вещами в руках — В этой школе учатся одни отбросы, поэтому, если ты не найдешь себе альфу — покровителя, придется туго. Альфы разбиты на группы, есть такие, которым подчиняются все остальные — «короли», у них есть омеги, которых они используют. К этим омегам нельзя подходить без разрешения, если ты «обычный». Пожив здесь немного времени, ты сразу поймешь, какие альфы смогут тебя защитить, а какие будут рады унизить. «Королям» отказать нельзя, будь-то принести чего, или отсосать. — от услышанного я выпучил глаза -О-от-сосать? — я хлопал глазами, надеясь, что он засмеется и скажет, что пошутил. -Тебе придется очень туго, если даже просто слово заставляет тебя залиться краской. Жаловаться учителям или директору — не вариант, им все равно, а тебя накажут, если узнают. В общем, правило простое: либо давать одному, заручившись его поддержкой, либо пойти по рукам всех, кто будет знать, что ты без «хозяина». Примерно, через час, придет «мой хозяин» и тебе же будет лучше, если он не учует твоего запаха. — Коди поднялся со стула и направился к полкам с книгами, а я сидел, не дыша и осмысливал услышанное. Корпуса общежитий альф и омег были в противоположных сторонах от учебного корпуса, как бы создавая видимость, со стороны директоров и управляющего состава о заботе учеников. Но на раздельных корпусах, все и заканчивалось, так как альфам никто не запрещал приходить в наше общежитие и пользоваться омегами. Я понял систему быстро, так как пару раз натыкался на мальчиков, которые не смогли найти поддержку «нормального» альфы, и которых в туалете имело по несколько человек. Всего паре омег посчастливилось жить с альфами в их корпусе, обычно, альфы просто приходили в наше общежитие и развлекались с омегами в их комнатах. Меня не трогали, наверное, потому что течки у меня еще не было, да и запаха особого от меня не исходило. Меня как будто не замечали. С моим соседом, в итоге, мы нашли общий язык, даже можно сказать стали друзьями. Он встречался с альфой не из «королей», но который имел весомое уважение в своей «кучке». Может быть, еще и это помогало мне казаться невидимкой. Видимо, мой плащ — невидимка перестал работать, и в один прекрасный день, направляясь по коридору в аудиторию, где должны были начаться занятия, чья-то большая ладонь зажала мне рот и уволокла в подсобку. Я оказался в комнате с двумя альфами. От испуга я не мог произнести ни слова. -Будешь орать или дергаться, будет хуже — его угроза была реальной, я видел, что их кучка делала с омегами. Я забился в ближайший угол, сел, обхватив руками колени и спрятав голову. «Помогите, кто-нибудь, умоляю. Коди, прошу, приди…». Меня пнули, заставляя раскрыться. Один сел на колени, распрямляя мне ноги, другой задрал руки над головой, крепко сжимая их. Слезы лились из глаз, я стиснул зубы и скулил. Альфа начал рвать на мне одежду, и когда он содрал с меня штаны с бельем, я начал дергаться. Освободиться не хватало сил, он развел мои ноги в стороны, одной рукой расстегнул свою ширинку: -Ой, а у нас тут девственник! — хищная усмешка — Ничего себе, подарок! Он достал свой возбужденный член, и надвинулся на меня, скользнув мокрой головкой по моим ягодицам. Почувствовав его прикосновение, я закричал. Уверен, он не ожидал, ведь каждый омега в этой школе знает, чем грозит непослушание. Кричать — бессмысленно, если у тебя нет альфы, никто не придет на помощь. Но я орал что было сил, даже после того, как по лицу прилетел удар, второй. В голове поплыло, в глазах темнело, я отключился. «Боже мой, как жарко — мысли сквозь сон, и я медленно открываю глаза. Тело болит, не могу повернуть голову. Где я? — смотрю на потолок и понимаю, что люстра не та, что в нашей комнате. Пытаюсь подскочить, получается, но от жуткой боли громко зашипел. От увиденного, отлетаю в дальний угол большой кровати: я спал рядом с альфой, но он не из тех, кто издевался вчера надо мной. Видимо услышав меня или же почувствовав мои барахтанья, он открыл глаза и громко выдохнул, как будто зная, что сейчас предстоят нудные разъяснения. -П-прос-ти-те — я заикался, мямлил что-то непонятное. -Давай без истерик. Начну с начала, чтобы без вопросов: Вчера, во время уроков, вся школа услышала дикие крики о помощи. Все выбежали из аудиторий, столпились у подсобки и ждали зрелищ. Я НЕ ЗНАЮ ПОЧЕМУ, — он выделил эти слова — видимо надоело слышать твой противный вой, я зашел туда и забрал тебя. Ты был без сознания, я не знал, где твоя комната, поэтому принес к себе. Ты был весь в крови, я вытер тебя, не марать же мою кровать. -С-спа-сибо — вспомнив вчерашнее, я начал дрожать и не смог сдержать слезы. -Ну просил же, без истерик — он привстал и протянул мне руку. Немного погодя, я неуверенно положил в его ладонь свою, и он притянул меня к себе. Я оказался у него на груди. -А… почему мы голые? — я спросил тихо, когда успокоился. -Твою одежду порвали, а я всегда сплю голый. — он говорил, не открывая глаз. -Еще раз, спасибо вам, что спасли меня. У меня сейчас нет много денег, чтобы заплатить вам, но в конце месяца мне должны перевести чуть-чуть, и я вам все отдам — я аккуратно поднялся. Он открыл глаза и приподнялся на локтях: — А это правда, что ты девственник? Просто вчера, когда я тебя забрал у тех малолеток, один что-то сказал про это. -Да…наверное…Мне четырнадцать и у меня еще не было течки, если только вчера… — я натянул на себя одеяло, как бы пытаясь защититься. Все тело болело, и я не мог понять, успели ли меня вчера поиметь, или же это от того, что меня били. -Как ты здесь оказался? — альфа сел, облокачиваясь на спинку кровати — здесь тебе не выжить, уезжай домой, как можно скорее. -Я не могу домой, меня не примут назад — я опустил лицо в одеяло — мне некуда возвращаться. После долгого молчания, я поднял голову. По щекам катились слезы, но я, натянув улыбку, сказал ему, смотря прямо в глаза: — Умоляю вас, можно я вернусь в свою комнату — я так боялся, что он на меня нападет, а у меня не было сил чтобы сопротивляться. -Давай, сначала ты сходишь в душ, обработаем ссадины, и найдем во что тебя одеть, а потом я провожу тебя до твоего корпуса. -Корпуса? — я удивленно потянулся в сторону окна, чтобы понять точнее, где я. -Ты в общежитии для альф — он поднялся с постели, и ни капли не смущаясь своей полной наготы направился в сторону одной из дверей — я быстро в душ, а потом займемся тобой. И для твоего же блага — не сбегай. Я укутался посильнее в одеяло и ждал его возвращения. Когда он вышел из ванны с полотенцем на бедрах, я разглядел его с головы до ног: Он в прекрасной физической форме, мокрые темно-русые волосы сейчас казались темнее, чем с утра, красивое лицо, светлые глаза, тонкие губы — настоящий альфа. Я потряс головой, прогоняя мысли о нем из головы. Обмотавшись одеялом, я отправился в ванную. Стоя перед зеркалом, я разглядывал свое лицо: Сейчас оно было похоже на один сплошной синяк. И чего я переживал, да на такое чучело даже у самого ущербного не встанет. После, он одолжил мне свою майку с шортами, которые оказались мне просто огромными, а затем, помог с царапинами. Я сказал ему номер моей комнаты, и он проводил меня до дверей. Пока мы шли, всю дорогу все косились на нас. Он шел впереди, а я шел за ним хвостиком, неуверенно держась за низ его футболки и опустив голову. -Ну пока — он потрепал меня по волосам — кстати, я не спросил как тебя зовут. -А-арен Обнер – я, наконец-то, поднял на него глаза. -Рад был познакомиться, Арен, меня зовут Николас. Будь аккуратным в следующий раз. — он хотел сказать что-то еще, но его перебил Коди, который выйдя из нашей комнаты и увидев нас, подбежал, кивнул альфе и уволок меня в нашу комнату с расспросами. От своего соседа я узнал, что Николас Марвин — один из «королей» и у него нет омеги, которого бы он опекал. Он не сторонник моногамии и предпочитает омег «на один раз». Он был на два года старше меня. Я, собственно, ни на что с его стороны не рассчитывал, поэтому, его личная жизнь меня не волновала. Я был уверен, что мы больше не встретимся. Когда синяки сошли, я вернулся к занятиям, и теперь был более осторожным, постоянно оглядываясь по сторонам и вздрагивая от каждого шороха. Я стал замечать, что на меня странно смотрят. Я не понимал причину, пока Коди не влетел в комнату, и подбегая ко мне, схватив меня за плечи, заорал: -Арен! Николас! Арен! — он тряс меня, крича в лицо. -Что, что?! — я испугался. -Арен, Николас объявил, что ты принадлежишь ему! Я сегодня разговаривал со своим альфой. Все «короли» в шоке! Николас пришел к нам с Коди в комнату тем же вечером. Мы сидели на своих кроватях, читая книги, когда в дверь постучали. Коди открыл дверь и альфа вошел. Кивнув головой в сторону двери, Николас дал понять Коди, что он должен покинуть комнату. Мы с ним остались наедине. -Здравствуй, Арен — он закрыл дверь и пошел в мою сторону. -Николас, — я напрягся, здравствуй. -Уверен, ты уже слышал о моем решении в отношении тебя. — он сел на край моей кровати. -Слышал, но я думал это шутка — я закрыл книгу и отложил ее в сторону. -Не шутка. Ты сегодня переезжаешь в мою комнату. Я пришел помочь собрать твои вещи. Я не верил своим ушам. Что делать? Знаю, что не имею права ему отказать, и я лишь аккуратно кивнул, выражая согласие и благодарность. Попрощавшись с Коди, мы с альфой отправились к его общежитию. Мы начали жить вместе. Комнаты альф отличались от наших: они были как полноценные квартиры, или может это только у «королей» так. Слова Коди о его любвеобильности казались мне неправдой, так как Николас ни разу не приводил в комнату омег, хотя, что ему мешало ходить в нашу общагу и получать желаемое. Уверен, ему даже приказывать не нужно было, любой бы отдался ему без уговоров. Он идеальный альфа по всем параметрам, как настоящий король. Я готовил, убирался, мы спали в одной кровати, но он ни разу не приставал ко мне, даже намеков не давал. Я влюбился в него, в его запах, в его голос, в его жесты, он был добрым, но наши отношения больше походили на дружеские, чем на отношения любовников. А кто мне сказал, что он брал меня в качестве любовника? Но он ведь объявил, что я принадлежу ему, может, он имел в виду, как домашнее животное или вещь? Время летело, мне исполнилось шестнадцать. Николас перешел в выпускной класс, поэтому последнее время стал чаще задерживаться. Единственным местом, где мы могли провести время вместе, была наша комната. В школе видеться мы не могли, так как наши классы находились на разных этажах. Учебный корпус был просто огромен, чтобы успеть найти его за перемену, поэтому, я несся в нашу комнату, как только слышал звонок, говорящий об окончании уроков. Сегодня все было как обычно: я вернулся с занятий в нашу комнату и принялся готовить обед, зная, что скоро должен вернуться Николас. Я стоял у плиты, как вдруг почувствовал, что голова начала кружиться, внизу живота собирались непонятные ощущения, тело обдавало жаром. Я присел на корточки, крепко зажмурясь, и пытаясь привести себя в чувства. По коже прошлась волна мурашек, после которых меня начала бить мелкая дрожь, между ног стало влажно. Выключив плиту дрожащими пальцами, я поплелся в ванную, не понимая, что со мной происходит. Снимая одежду, каждый раз касаясь оголенной кожи руками, меня словно прошибало разрядом тока, выбивая из моих губ стоны. Ощущения усиливались, ноги дрожали. Я сумел полностью раздеться и сесть в ванную, включив воду, в надежде, что она сможет успокоить бурю, которая разрывала мое тело. Едва успокоившись, я расслабился, как вдруг в нос ударил запах Николаса. Он влетел в ванную, как ошпаренный. Я сидел в воде, широко раскрыв глаза, и боялся пошевелиться. Он застыл в проходе, быстро и глубоко дыша. — Ник… — слишком тихо, чтобы услышать, но он, прочитав свое имя у меня по губам, кинулся ко мне, стягивая за ворот свою футболку. -Арен, мой мальчик — он залез ко мне прямо в штанах, я вжался в ванную. -Ник, мне плохо, я наверное заболел. — дрожа и испуганно глядя на него, чувствуя как его запах пропитывается сквозь мою кожу и гуляет по моим венам, словно раскаленное железо. -Не бойся, иди ко мне, я помогу — он приблизился ко мне, и притянув меня к себе за шею, прижал мои губы к своим губам. Я застонал. -Арен, развернись и обопрись о край ванны — он оторвался от поцелуя и смотрел в мои затуманенные глаза. Мой мир вертелся сейчас с бешеной силой, я не понимал что происходит. Я послушался и встал, как требовалось, выпятив попу. Всплеск воды, он встал и стянул с себя мокрые штаны с бельем. Встав на колени позади меня, он взял в свои ладони мои ягодицы и большим пальцем нажал на колечко мышц. Почувствовав его прикосновения, я выгнулся и заскулил. Приставив свой член между моих бедер, он скользил им, мягко прижимая меня к себе. Его палец неожиданно проник внутрь, ощущения вышибали все мысли, оставляя только инстинкты. Терпеть не было сил, и я впился зубами в свою руку, которой до этого крепко сжимал край ванны. После того, как он понял, что я достаточно расслаблен, он приставил ко входу свой член и надавил, крепко сжимая свои пальцы на моей коже, не давая возможности сбежать. Я громко застонал. -Вот так, мой мальчик, дыши, расслабься — он легко шлепнул меня по ягодице, а затем погладил место удара. Поначалу движения были плавные, он размеренно покачивался, вводя в меня член до середины. Когда же я сам начал двигаться ему на встречу, глубже насаживаясь на его ствол, он резко вошел в меня до конца. Ванная обдавалась звуками его движений. После пары минут его темпа я кончил, он же продолжал в меня вбиваться. Достигнув пика, он вытащил из меня свой член и мои колени, не выдержав, подкосились, я плюхнулся в воду. -Узел нам не к чему — поглаживая свой ствол, он смотрел на меня. Он омыл меня водой, так как сил у меня не было. Завернув в полотенце, на руках отнес меня на кровать, где мы продолжили. От бесчисленных оргазмов я вымотался до такой степени, что тело онемело. После очередного раунда, сняв презерватив и бросив его на пол, рядом с кроватью, он лег рядом со мной. Помню, что повернув голову в его сторону, я посмотрел на его удовлетворенное лицо, прикрыл глаза и заснул. Проснувшись в его объятьях, я улыбнулся и носом втянул его запах. Странно, в нем столько примесей, как будто он участвовал в оргии. Глупости все это, мне просто кажется. С этим альфой я был сейчас самым счастливым, хоть тело и ломило от предыдущей ночи. После того, как он лишил меня девственности, наши отношения изменились: он целовал меня по утрам, мы часто занимались любовью, он начал раньше возвращаться с занятий. Не было комплиментов или признаний, но я был полностью уверен, что любовь у нас настоящая, что теперь я полностью принадлежу только ему, а он только мой. Этим утром, он разбудил меня нежными объятиями и мягко терся своим утренним стояком между моих ягодиц. После того как мы стали жить вместе, он не изменил своим привычкам и спал полностью обнаженным. Я всегда спал в просторной пижаме, но зная его любовь к утренним приставаниям, белье никогда не надевал, что позволяло ему с легкостью спустить мои штаны, и смочив слюной свой член, войти в меня сонного, помогая тем самым мне проснуться. Я особенно любил наш секс по утрам, потому что только в это время он не надевал презерватив, и я мог чувствовать его кожу. Утренний секс был всегда долгим, но ему хватало одного захода. Одного акта было для меня достаточно, чтобы потом с трудом передвигать ноги до ванной. Он закончил, снова успев вытащить до образования сцепки, поднялся с кровати и направился в ванную. Я же продолжал лежать, восстанавливая силы и слыша его шорохи, прикрыв глаза, наслаждался всем происходящим. Я настолько счастлив сейчас, что готов умереть. Проводив его на занятия, я сам пошел в душ. Времени у меня было достаточно, так как занятия начинались позже обычного. Я знал, что сегодня он задержится, поэтому предупредил его, что хочу увидеться с Коди, поэтому домой вернусь вечером. Занятия закончились раньше, я встретился с Коди и мы пошли в нашу, когда-то общую комнату. Соседа он себе не завел, поэтому там все оставалось на своих местах. Мы разговаривали о «наших» альфах, я хвастал нашей с Ником комнатой в общежитии. Омегам посторонних приводить в комнату запрещалось, но Коди уломал меня посмотреть «хоть одним глазком». Я согласился, будучи уверенным, что Николас задержится на занятиях. Мы прошли без проблем до нужного этажа и вошли. Зайдя на порог мы застыли, так как услышали стоны наслаждения. Я повернулся и посмотрел на лицо Коди, которое сейчас застыло в изумлении. Я снял обувь и направился к шуму. Войдя в комнату, где была наша спальня, я увидел Николаса, который трахал мальчишку на тех простынях, на которых еще сегодня утром обнимал меня. У омеги были завязаны руки и рот, но это не мешало ему получать удовольствие. Он, повернув голову в мою сторону и увидев меня, застонал еще громче, и мне показалось, что даже улыбнулся. Он обхватил шею Николаса завязанными руками и прижался к нему. От увиденного, из моих глаз потекли слезы, а дыхание сперло. В голове только «за что» и «почему», но я молча стоял, и не моргая смотрел на них. Николас кончил, привстал, отлепляя от себя омежку, и стянул с члена презерватив. Выбрасывая его на пол, он краем глаза увидел меня и резко повернулся. Я смотрел на него мертвым взглядом, и когда наши глаза встретились, я не увидел у него испуга. -Арен, ты рано сегодня, ты же сказал, что будешь поздно — как ни в чем не бывало, он встал и подошел в тумбе, где стоял стакан с водой. Я переводил взгляд с него на омегу, который сейчас в экстазе лежал на нашей кровати. Я ничего не смог ответить, в голове была полная каша, я не мог принять происходящее. -Ники, помоги развязать — меня как кипятком ошпарил голос того мальчишки. Николас подошел к нему и развязал руки. Ткань, которая была завязана в области рта, уже болталась на шее, словно ошейник. Я заметил следы на руках и щеках, видимо он любит связывание. Я молча развернулся и пошел на выход, даже не обуваясь, прошел мимо Коди, топал по коридору общежития неведомо куда. Я шел вперед, не слыша звуков. «Вот почему я постоянно чувствовал чужие запахи на нем. Но домой он привел впервые, я уверен, потому что я бы заметил. Неужели это кто-то особенный для него?» — Все размышления помогали мне отстраниться от этого мира, но в настоящее меня вернули руки и голос Коди. -Арен! Арен! — он кричал и тряс меня за плечи — вот твоя обувь, пошли в нашу комнату, успокойся, прошу. Я смотрел на него, словно не узнавая, молча опустил голову, посмотрел на свои кроссовки и снова поднял взгляд на друга -Мне это не нужно, Коди, мне уже ничего не нужно — я развернулся, но пойти мне не дал друг, вцепившись в меня мертвой хваткой. -Арен, не смей делать что-нибудь с собой! Я тебя не прощу, слышишь! Давай пойдем в нашу комнату и ты отдохнешь. Приди в себя! — он потянул меня за собой. Мы дошли до нашей маленькой комнатки. Уложив меня на кровать, он сел на стул рядом со мной. -Арен, это нормально для «королей». Он всегда таким был, помнишь, я говорил тебе. Не стоит так переживать. Здесь, почти не реально встретить что-то серьезное, тем более у него последний год, он скоро уедет из общежития, начнет взрослую жизнь. Эти альфы забудут про нас, как только покинут здание школы. Я лежал, смотрел в потолок, и чувствовал, как слезы текут, впитываясь в подушку. Иллюзия счастья разбилась, сильно порезав мою душу своими осколками. Перед глазами стояло его лицо, когда он заметил меня: нет, он меня не любит. Он никогда меня не любил. -Что мне делать, Коди? Как сделать, чтобы было не больно дышать? — нос заложило, говорить было трудно. -Жить, Арен, мы — омеги, здесь ничего не можем сделать. Нас всех выбросили сюда родители, как ненужный мусор, поэтому выбора у нас не много — Он лег ко мне на кровать и обнял меня. Я уткнулся к нему в грудь, и мы уснули. Нас разбудил громкий стук в дверь. Коди подпрыгнул. В комнате темно, значит ночь на дворе. Он подошел к двери и открыл. В комнату зашел Николас. -Арен! Кто разрешал тебе ночевать здесь! — он был злой. Я поднялся на кровати. Видимо от того, что долго ревел и хорошо отдохнул, голова сейчас казалась легкой. Говорить мне не хотелось. Коди испуганно стоял в углу комнаты. -Поднимайся! Живо! И домой! — он развернулся и направился к выходу. -Тебя уже есть кому ждать, — я сказал, и заставил его остановиться — я останусь здесь. Он развернулся и подошел ко мне. Схватив меня за волосы, он дернул мою голову, развернув ее к своему лицу и посмотрев в мои глаза, зарядил мне пощечину. В глазах замелькали звезды. -Еще раз ослушаешься, пощечиной не отделаешься — он отпустил мои волосы и толкнул меня. -Я не люблю связывания, если ты намекаешь на это — я видел, как Коди выпучил глаза, глядя на меня, зная, что я только что подписал себе смертный приговор. Это было впервые, когда я перечил Николасу. Альфа схватил меня за шею и швырнул к выходу. Я плашмя упал на пол, больно ударяясь всем телом. Из носа потекла кровь, да и губу я кажется, рассек. Он снова поднял меня, схватив за грудки, и тряхнул. -Я сказал: Домой! — он отпустил, а я снова шмякнулся на пол. Мне было все равно, пусть даже убьет, потому что, зная правду, я не смогу с ним жить. Коди подлетел ко мне. -Прошу тебя, Арен, иди с ним. Не спорь. — Я видел, как он напуган. -Коди, все будет хорошо, не переживай — я собрал все силы и улыбнулся ему. -Я не могу встать — я повернулся и обратился к альфе. Он подошел во мне и закинув себе на плечо, словно мешок с картошкой, отправился к нашей комнате. Придя в комнату, он бросил меня на пол, сел передо мной на корточки и взяв меня за подбородок повернул к себе. -Еще раз услышу от тебя пререкания, вылетишь отсюда. Те малолетки, уверен, с радостью захотят закончить начатое. Забыл свое приключение в подсобке? — я смотрел в его глаза и не узнавал. Губы задрожали. Он оттолкнул меня и ушел. Я сидел на полу в прихожей и с силой сжимал зубы, приказывая себе не зареветь. Больно, безумно больно в груди. Воздух словно ядовитый, свинцом бил по легким.