Я стану счастливой, даттэбайо!

И звучало в ответ Эхо горных вершин: «Сохраните богатство Души И Любви нескончаемый Свет!»

***

      После нападения Кьюби (*1) прошло десять часов и сейчаc все Главы Ичизоку (*2), Четверка АНБУ (*3), что присутствовала при смерти Минато и Кушины, Глава АНБУ-НЕ (*4), Сандайме Хокаге (*5), Старейшины Конохи, Хатаке Какаши (Хотя он так же там присутствовал на правах Главы Хатаке Ичизоку) и Тройка Легендарных Саннинов медленно собиралась в зал советов Конохи, дабы решить три проблемы: Первое: Что делать с новой джинчуурики Кьюби, но Йоко? Второе: Кто станет новым Хокаге? Третье: Как уничтожить Учиха Ичизок… так стоп! Это немного из другой главы… Эй, Какаши! Ты куда сценарий дел, а? — Я его Шисуи отдал! — Послышался крик из ванной. — Твою ж! Ладно, сама вспомню! Шисуи искать бесполезно. Он ведь знаменитый Призрак… Кхм, так вот. Третье: Узнать причастны ли Учиха к нападению Девятихвостого на селение.       Когда все, наконец-таки, собрались в зале, что был весьма немалых размеров, Сандайме Хокаге объявил собрание открытым и сразу же перешёл к делу: — Итак. Первый вопрос, который нам не стоит откладывать: кто следующим примет пост Хокаге? — Хм… Хирузен-сама, а почему бы Вам не вернуться к должности? — Спросил Иноичи — глава Яманака Ичизоку.       Впрочем, поддержали его почти все. Лишь Цунаде Сенджу сидела в углу помещения, настороженным взглядом обводя всех в зале. В последнее время было слишком много предпосылок и ошибок со стороны учителя, да и смерть Минато и Кушины весьма странно выглядит на фоне столь быстрого согласия Сарутоби снова стать Каге. За эти месяцы известная куноичи заметила слишком многое и не сильно-то и доверяла бывшему сенсею. Похоже вёл себя Орочимару, который был солидарен с Химе Сенджу Ичизоку (*6), Фугаку — Глава Учиха Ичизоку, который сильно недолюбливал Третьего и терпеть не мог его политику. Учихам многим больше по душе был Минато, который не ослаблял кланы, а лишь поддерживал их. Ну и Какаши, который был полностью согласен как с Фугаку, так и с двумя Саннинами.       После слов Иноичи Яманака на лице Хирузена не дёрнулся ни один мускул, но вот взгляд Сарутоби выдал его, хоть он и прикрыл веки: огромное превосходство и злая усмешка была в тёмных глазах Третьего. Теперь дело осталось за малым: сделать Наруто преданной деревне и всё будет просто отлично. — Сандайме-сама, я считаю что джинчуурики должна быть отдана в семью. Помните что говорила Мито-химе-сама: «Любовь помогает сдерживать Биджу». — Сказал Шикаку Нара — нынешний глава клана аналитиков-стратегов. — А я считаю, что джинчуурики должна быть передана в Корень! Я сделаю из неё идеальное ор… — Но договорить Данзо так и не успел, так как его прервал Хирузен. — Данзо, нет! Наруто не будет передана в Корень! Только через мой труп. — Холодно молвил тот, выделив имя девочки. Действительно, кто в здравом уме отдаст оружие деревни этому интригану? С него станется вырастить её преданной ему лично и натравить на Сарутоби. А ему такого не надо: у Данзо не должно быть и шанса стать Хокаге.       На это Глава АНБУ НЕ лишь хмыкнул, ехидно глядя на Хирузена (впрочем, из-за скудной мимики это мало кто заметил), покладисто спросил: — Что же тогда Вы собираетесь делать, Хокаге-сама? — Выделив титул Сарутоби, спросил Шимура. — Хм… Я предлагаю вот что: до шести лет джинчуурики будет находится в детском доме, после чего ей будет выдана квартира в общежитии и пособие сироты. — То есть как это?! — Взорвалась Цунаде, что до этого с трудом себя сдерживала. — Моя крестница будет жить в общежитии, да еще и на пособие сироты?! Да на него ничего кроме заварного рамена и не купишь! А как же деньги Минато и Кушины?! — Почти что прорычала медик, сбрасывая с плеч руки Орочимару, что пытался унять её пыл. Но, если бы действительно хотел — использовал бы Нан-но-Каизо (*7), так что это — скорее поддержка, нежели попытка остановить. — Мы будем скрывать от всех правду о её родителях, ради её же безопасности! У Четвертого за период войны набралось немало врагов, как и у вас, так что… — В притворном сожалении развёл руками Сарутоби, сверля взглядом нерадивых учеников. — Ясно! — Резко прервала его Химе, прожигая Сарутоби гневным взглядом в ответ. — Не думала, что Вы настолько изменились, сенсей. Прощайте. Ноги моей в этой прогнившей наскозь деревне больше не будет! — С презрением осмотрев притихших глав кланов, Цунаде отметила поддержку со стороны Фугаку, одобрительную усмешку у Орочимару и печально-поддерживающий взгляд со стороны Хатаке.        После своей небольшой речи Сенджу, в буквальном смысле этого слова, вылетела из зала, выбив ногой дверь. Стоящий недалеко от образовавшейся дыры, где раньше был вход в зал, Орочимару, лишь одобрительно хмыкнув, прошипел: — Пожалуй, это один из немногих случаев, когда я солидарен с Цунаде-химе.       И, резко развернувшись, покинул зал, да и резиденцию Хокаге вообще, оставив донельзя удивленных Глав Ичизоку, АНБУ, что не знали как реагировать на это, злорадствующих старейшин, довольного Хокаге и усмехающегося Данзо с последним Саннином одних. — Орочимару, Цунаде…! -Запоздало спохватился Джирайя, выбегая вслед за друзьями, желая догнать и, если не образумить, то хоть поговорить. Однако, найти он их не смог — они отлично умели скрываться, ещё с войны. Да и сенсором в команде всегда был Змеиный Саннин.       Оставшиеся в Зале Совета хмуро смотрели на проём, где раньше была дверь, после чего, переглянувшись, решили выслушать Старейшин. — Итак… Кто за то, чтобы джинчуурики жила в приюте? — Спросила Кохару, одна из Старейшин Конохагуре-но-Сато.       Руки подняли все, кроме тех же Фугаку, Какаши и ещё только-только вернувшегося Джирайи. Хирузен удивленно посмотрел на своего ученика, вопросительно вздёрнув бровь. — Сенсей… Я против того, чтобы моя крестница жила в приюте. А если… Если уж вы так решили, то… Я покину Коноху. Орочи и Цуна правы, Вы сильно изменились. До свидания. — Сказал Жабий Саннин, после чего исчез в облачке дыма, использовав обратный призыв. — Мда… — Тихо прошептал удивленный Хомура, второй Старейшина. Хотя, в полной тишине зала это отчётливо услышали все присутствующие. После чего он кинул вопросительный взгляд на мрачного Сарутоби. «Вот чёрт! Кажется, закладки на Джирайе начали ослабевать… Впрочем, это было вполне ожидаемо: они и так прослужили гораздо дольше, чем я расчитывал…»-Вертелось в голове Сандайме. — Решение принято большинством голосов. Предлагаю на этом закончить Совет. — Лаконично подвёл итоги Данзо, после чего, развернувшись, исчез в тени. По крайней мере, все именно так и подумали. — Что же, на этом и остановимся. Все свободны. — Немного устало махнул рукой Сарутоби.        Мысленно заскрипев от досады зубами, Учиха Фугаку гордо покинул помещение, одаривая всех, кроме Какаши Хатаке, презрительным взглядом весом в тонну. Пожалуй, так никто и не узнает, что позже, вернувшись домой, он в хлам разнесёт несколько полигонов Клана, а ещё позже будет сидеть в своём кабинете, заперевшись, и пить саке, проливая скупые горькие слёзы, которые он не в праве кому-либо показывать. Он — мужчина. Он — Учиха. Он — Глава Клана…       Позже, намного позже, стоя рядом с помпезным и красивым монументом, где выгравировано «Узумаки Кушина», черноволосая женщина, плача, будет сжимать, до крови на ладонях, кулон, когда-то подаренный лучшей подругой (8*). А рядом с ней будет стоять похожий на неё мальчик с маленьким свёртком в руках, покачивая его и с болью глядя на надгробие. Он ведь прекрасно помнит эту красивую, милую, добрую, веселую, хоть и весьма опасную, женщину. Он помнит как она приходила к ним домой, с утра до вечера болтая обо всём подряд, играя с ним, показывая матери рецепты, пока её муж разговаривал о работе с отцом. Больно. Больно осознавать, что её больше нет, что она больше никогда не поговорит с ним, не научит какой-нибудь крутой технике, не погладит по голове за подарок, сделанный своими руками, не обнимет крепко-крепко на прощание. Да, её больше нет, но она оставила после себя то, что Итачи обещает защитить. То, чем она дорожила больше всего. То, что она защищала до последнего вздоха. Её наследницу. Её дочь.       Позже, намного позже, Итачи и Шисуи будут стоять на крыше, и наблюдать за этой девочкой. Веселой, улыбчивой, красивой, взрывной красноволосой бестией. «Вся в мать», — подумает тогда Итачи. — Знаешь брат… — Скажет тогда Шисуи, с нежностью глядя на цель их задания по охране. — Кажется, я влюбился…

***

      Впрочем, не будем забегать вперёд. Сейчас же Наруто исполнилось лишь четыре года. Она, как и приказал Сарутоби, живёт в приюте. Друзей у неё нет, но ей и не обидно вовсе. Ведь она знает, что они просто боятся Кьюби внутри неё. И поэтому ненавидят, бьют. К боли она, впрочем, уже привыкла. И сейчас, подойдя к воспитательнице, держа в руках маленького лисенка, Наруто спросила: — Хока-сан, можно мне прогуляться по Конохе, тэбайо? — Оная наградила джинчуурики взглядом полным ненависти, презрения, ярости и рассержено зашипела: — Вали куда хочешь, Демон! — После чего, с силой толкнув Узумаки в сторону лестницы, гордо ушла. А вот аловолосой не повезло: она, ударившись о перила виском, полетела вниз. Благо, наблюдавший за ней из окна Шисуи вовремя успел поймать её. С трудом подавив вскипевшую в крови ярость, Учиха, поудобнее перехватив голубоглазку, направился в сторону Госпиталя.

***

      А в это время Наруто, которая вообще-то Александра, появилась в непонятном коридоре, где все стены были оплетены трубами, словно паутиной огромного паука, а ноги по колено утопали в прохладной и кристально-чистой воде. Нахмурившись, девушка вспомнила, что это — подсознание Наруто, ну, то есть, её. Вздохнув, она медленно пошагала вглубь коридора, пытаясь просканировать своими, пока ещё весьма скудными, сенсорными способностями своё подсознание, дабы найти Кураму-Кьюби и поговорить с ним о делах грядущих.       Побродя по широким коридорам пару минут, Узумаки вошла в огромную комнату, разделенную на две части огромными воротами, по ту сторону которых лежал Лис, находясь в мире снов. Хотя, пару минут ли? Время тут может тянутся совсем по-другому и полагаться на биологические часы очень глупо. Вздохнув, аловолосая двинулась в сторону клетки, дабы разбудить Кьюби. — Эм… Кьюби-сама…? — Аккуратно дотронулась та до носа Биджу. Демон только фыркнул и повел им, чуть не снеся девочку. Та же от этого сильно пошатнулась и схватилась за шерсть Девятихвостого, пытаясь банально не упасть. Почувствовав не сильное дёрганье, Демон-Лис приоткрыл свои кроваво-красные глаза, с вертикальным зрачком. Он лениво посмотрел на нарушителя своего спокойствия. И какого же было удивление демона, когда он увидел маленькую девочку лет четырёх. Резко вскочив на лапы, отбросив тем самым Узумаки за пределы клетки, Биджу зарычал. — Что ты здесь делаешь, человечишка?! — Эм… Кьюби-сама, я ваша джинчурики, — Тихо, но твёрдо сказала голубоглазая. — ТЫ?! МАЛЯВКА! РАЗОРВУ! — Заорал Девятихвостый, но, не дождавшись какой-либо реакции, вдруг резко успокоился и сказал, ложась на пол клетки. — Странно. Ты чувствуешься не так как обычные люди. Ты не дочь Кушины. Хотя нет, не так: кровно ты её дочь, но духовно — нет. — Верно, Кьюби-сама. Я прибыла сюда из другого мира, там я погибла и Боги направили меня в этот мир, даттэбайо. Я знаю историю вашего мира от и до, знаю про Хогорому-саму, знаю имена всех биджу, и просто историю этого мира, — Сказав это, девочка начала с опасением ожидать реакцию Курамы, которая была весьма предсказуема. — ЧТО?! Не верю! — Отрезал Кьюби. — Я могу сказать вам имена всех биджу, их нынешних джинчуурики и страну, в которой они находятся. — Спокойно сказала дочь Четвертого. — Ичиби но Шукаку — его джинчуурики Собаку но Гаара, их страна Казе но куни. Ниби но Мататаби — Нии Югито, их страна — Каминари но Куни. Санби но Исобу, джинчурики на данный момент не имеет, прошлый — Ягура, страна Мизу но куни. Йонби но Сон Гоку — Роши, их страна — Тсучи но куни. Гоби но Кокуо — Хан, их страна так же Тсучи но куни. Рокуби но Сайкен — джинчурики Утаката, страна Мизу но куни. Нанаби но Чоумей — Фуу —Таки но куни. Хачиби но Гьюки — Кира Би из Каминари но куни. Ну и Кьюби но Курама — Узумаки Наруто, страна Хи но куни, а бывшие джинчуурики моя мама и прапрабабушка. — Верю… — Ошарашенно прошептал Курама. — Что же… Ладно, я думаю что ты и есть та, про кого говорил Рикудо. — Арэ? — Однажды Отец сказал свое пророчество, что придёт на землю дева, что путешествует меж мирами и попадет она в тело реинкарнации его младшего сына и спасет она мир шиноби, завоюет признание мира и станет другом для всех биджу…       Однако договорить Лису было не суждено, так как его прервала Наруто. — Кьюби-сама… Вы… станете моим другом? — Спросила та серьезно, глядя в глаза биджу. Опешив на миг, Курама, сам не зная почему, ответил: — Конечно…       Радостно улыбнувшись, Узумаки вскрикнула — Я так рада, Курама! Ты — мой первый друг! — Смотря на эту улыбку, Кьюби подумал: «Ты был прав Отец, она изменит этот мир… И наши, биджу, сердца. Она светит, словно солнце и дарит тепло, сама того не замечая. Хах, всё-таки чем-то ты похожа на ту несносную девчонку и того мальчишку, Кушину и Минато…»       А во внешнем мире, Сандайме Хокаге рвал и метал, крича на эту безмозглую воспитательницу, из-за которой Наруто уже третий день не приходила в себя.       А в Квартале Учиха Ичизоку, уже третий день ходил мрачный, раздражительный и злой Учиха Шисуи. Каждый, кроме Итачи и Саске, кто пытался с ним заговорить был отправлен в Магэн: Касэгуй (*9). Да, жизнь в этом мире будет явно интересной, пусть и опасной. Но, ведь именно этого я и желала, так? От Автора: *1 — Кьюби, но Йоко-Курама, Девятихвостый Демон-Лис, сильнейший биджу после Шинджу, десятихвостого *2 — «Ичизоку» (с яп.) — Клан *3 — АНБУ (暗部, «Тёмная сторона») — сокращение от «Ансатсу Сенджитсу Токушубутай» (暗殺戦術特殊部隊, «Специальный отряд убийств и тактики») — спецотряд, который действует под непосредственным командованием Каге. *4 — Наряду с регулярными АНБУ, в Конохагакуре существует особое подразделение под именем «Не» (根, «Корень»). Оно было создано Данзо, а его члены получали от него задания шпионажа или другие миссии. В отличии от обычных членов АНБУ, члены АНБУ «Не» были тщательно отобраны лично Данзо и подверглись тренировкам, целью которых было лишение человека большинства эмоций. Эти методы похожи на устаревшие правила Киригакуре. Чтобы члены АНБУ «Не» не предали его, Данзо поставил на языке каждого особое Джуиндзюцу, которая исчезает лишь при его смерти. *5 — «Сандайме» (с яп.) — Третий *6 — «Химе» (с яп.) — Принцесса клана (наследница) *7 — Нан, но Каизо (軟の改造, «Мягкая модификация телосложения») — Ниндзюцу из разряда Хиден, первоначально разработанное для шпионажа. При использовании, шиноби с помощью Чакры размягчает своё тело, таким образом увеличивая его гибкость. Используя эту технику может удлинять свои конечности, как это было показано в случае с Орочимару и увеличить их гибкость. *8 — Кулон — http://vintajny.ru/pic_catalog/strekoza_arabskie_motivy/strekoza_arabskie_motivy_01.jpg *9 — «Демоническая иллюзия: Тюрьма обездвиживающих столбов» (яп. 魔幻・縛杭 Магэн: Касэгуй) — создаваемое шаринганом дзюцу, заставляющее противника думать, что его тело пробивают насквозь колья или столбы, таким образом, становясь идеальным орудием для пыток и допросов.