Моё зеленоглазое чудо.

Меня зовут Джерард. Мне два года. И я — кот. В два месяца, когда мои глаза окончательно открылись, и я мог увидеть мир, а поступь стала твердой и уверенной, чтобы я мог ходить по этому миру, люди, у которых я жил, вышвырнули меня из дома. Но я ни в коем случае не злюсь на них, нет. Разве что немного обижен. Но хорошо, что не утопили. С тех пор я почти ничего помню, ведь был еще совсем маленьким. Я жил обычной жизнью бездомного котенка: если повезет, спал в подъездах или подвалах, а нет — ютился под машинами или в коробках, ел отвратительные отходы с помойки, но иногда меня подкармливали добрые люди, часто приходилось убегать от злых собак или задиристых котов постарше. Дети часто забирали меня и несли к себе домой, кормили и иногда угощали вкусной сметаной. А потом с работы возвращались их родители и выкидывали за шкирку обратно на улицу. Не скрою, бывали случаи, когда мне позволяли остаться на ночь или на две, но не более. Видите ли, мне нельзя играть с хомячком и точить когти о шторы! Всё это продолжалось около полугода. Я был слабым, худым, немощным, часто голодал и почти не рос. Меня постоянно били и прогоняли все, кому было не лень, а особенно это любили делать дворовые мальчишки. Как только надо мной не издевались… Даже вспоминать не хочу, это слишком горько. Пару раз мне действительно казалось, что я скоро помру, но тогда мне было наплевать, тогда я был самым обычным котом. И, может, тогда я действительно хотел этого. До тех пор, пока не увидел одного человека в заброшенной части парка. Он был очень похож на женщину. Его черные волосы до пояса и одежда, больше похожая на средневековую, сразу привлекли мое внимание. Много людей встречалось на моем пути, многие мне запомнились, но никто, ни один, не был одет так, как этот двуногий. Я подошел к нему и потерся об его ногу. Приятный запах сразу выдал его. Он пах молодым мужчиной. К моему удивлению, парень не отогнал меня, и его лицо не выражало даже малейшей неприязни ко мне, грязному и бездомному. Оно выражало чистый человеческий интерес и удивление. Я застыл на месте, когда понял, что он говорит со мной. Не на человеческом языке. Я мог отчетливо понять его слова. Они крепко врезались в мою память: — Иди сюда, милый. У меня есть кое-что для тебя. Я, плененный его чарующим голосом, медленно подошел к юноше. Вдруг мне стало понятно, что он один из нас, кошачьих. Это крайне меня поразило! Его зрачки были узкими, такими же, как у меня, такими же, как у всех котов и кошек. Его желтые глаза казались янтарными в полутьме хвойного леса. Они навсегда врезались в мою память. — Иди за мной. Незнакомец повел меня по тропе, ведущей в глубь леса. Не знаю, почему, но я доверял ему, будто знал, что ничего со мной не случится, что ему можно верить. Меня немного тревожила темнота и влажность, шерсть вставала дыбом. Я часто вздрагивал от посторонних звуков со стороны, вроде шелеста листьев, хлопающих крыльев или далекого собачьего воя. Мои уши были направлены назад, чутко вслушиваясь в темноту, чтобы быть готовым, если какой-нибудь зверь решит напасть со спины. Мы шли долго, мои лапы устали, веки и голова потяжелели, меня клонило в сон, но вдруг юноша наклонился к дереву и что-то сорвал: — Смотри, вот оно. Он размял растение на ладонях и протянул руку мне. Я не успел ничего спросить, как почувствовал странный, незнакомый, но манящий запах. Сначала я подумал, что это кошачья мята, но ошибся. Запах был совсем другой, и он в разы усилил мою и без того тяжелую усталость. Вскоре мой организм перестал сопротивляться и меня поклонило в сон. Я проснулся лежащим на жестком диване в темной комнате, полной свечей и книг на полочках из тёмного дерева. Со мной что-то не так. Или до этого со мной было что-то не так. Какое-то странное ощущение было в моем теле, ни хорошее, ни плохое, а просто непривычное. Это было весьма необычно. Я огляделся и увидел на письменном столе большую немного потрепанную книгу. В прошлом, надеясь получить что-нибудь съедобное, я часто гулял по рынку и долго рассматривал витрины, украшенные постерами с рекламой. Постепенно я запомнил большую часть всех букв, а после и вовсе выучил их наизусть, поэтому прочитать название книги было относительно легко. На корешке яркими золотыми буквами было написано: «Телепортация. Переход в другие миры и измерения.» «Что же это значит?» — подумал я. С каждой минутой становилось все непонятней. Я захотел подняться со своего места, но тут же упал на пол. Похоже, что я ушиб колени. «Стоп! Что? Колени?» — говорил голос моего напряженного разума. Сердце бешено заколотилось. Я потрогал уши - они на месте и покрыты шерстью, но что-то с ними не так. Неужели меня снова изуродовали? Хвост, лапы… Что? Нет, это невозможно! Я попытался встать и найти зеркало, чтобы посмотреть на себя, но это оказалось не так-то просто, и я сдался, пребывая в весьма ошеломленном состоянии. В голове крутилась только одна фраза: «Я — человек. Я — человек! Круто, да?» Внезапно дверь распахнулась, и длинноволосый мужчина медленно, осторожной походкой зашел ко мне в комнату. — Красивый из тебя парень получился, Джерард, — произнес парень, видимо, обращаясь ко мне. — Ч-что? — заикаясь переспросил я, не до конца понимая происходящее. — Тебя зовут Джерард, — сказал мой собеседник с усмешкой. Я мог спросить, почему он так назвал меня, но не стал. Мне понравилось это имя. — А как зовут Вас? — поинтересовался я, с силой выдавливая из себя каждое слово. Я понял, что говорить очень, очень тяжело. Мне часто приходилось наблюдать, как это делают двуногие, но ни разу не приходилось делать это самому. — Меня зовут Сабриль. И, да, можешь не обращаться ко мне на «Вы». Пойдем, я расскажу тебе обо всем. А, точно, ты же не умеешь ходить. Сабриль поднял меня за плечи и повел по длинному коридору. Сначала я безуспешно перебирал ногами, а потом посмотрел, как парень ходит, и стал повторять за ним. Мои конечности не слушались меня, и я укоризненно смотрел на них, будто призывая вести себя подобающе. Несколько раз равновесие подводило меня, но крепкие руки Сабриля не давали мне упасть. Хорошо, что мой хвост помогает мне балансировать! Вскоре я дошел до двери комнаты уже самостоятельно. Ну, как, я держался за плечо своего спутника, для уверенности, но это не считается. — Сабриль, а сколько тебе лет? — поинтересовался я. — Где-то сто с лишним. Сто девятнадцать, если точнее. В тот момент я пару минут пребывал в состоянии шока. Кажется, даже рот приоткрыл. — А мне ведь всего один год… — Нет, Джерард. То есть, да, вообще тебе один год, а твоему человеческому телу всегда будет восемнадцать. Мы зашли в другую комнату, побольше первой, и Сабриль многое рассказал мне. Я узнал, как, когда и чем ухаживать за собой, как правильно общаться с людьми, как прятать уши, хвост, клыки и глаза. Узнал, как обратиться в тело кошки и наоборот, узнал, как себя вести в окружении двуногих, и что лучше их так не называть. Информации было так много, но я внимательно слушал и иногда переспрашивал, если что-то было непонятно. Как оказалось, не так просто жить «в два вида». Нужно многое уметь, многое прятать, многое чувствовать. Сабриль рассказал мне о многих чувствах и в особенности о том, что значит любовь. — Будь осторожнее с этим, — предупредил он. —  Когда ты полюбишь кого-то, а кто-то полюбит тебя в ответ, ты можешь случайно навсегда лишишься своей животной сущности. — А это плохо? — Не совсем. Это случится, только если ты захочешь. Тебе достаточно всего лишь принять решение и обдумать это. Ты просто станешь, как все люди. Лишишься своего хвоста, чутья, гибкости и девяти жизней. А потом время подведет тебя к концу и загонит в пропасть. Я долго думал над его словами, пока рассматривал свое тело в ванной комнате. Жаль, что тогда я не понимал, что влюбляюсь в него окончательно и бесповоротно. Месяцы, прожитые у него, казались вечностью. Сабриль часто покидал меня на несколько часов или дней, и в эти минуты мне было крайне скучно. Я перечитал множество книг в его личной библиотеке, узнал много историй, как смешных, так и грустных, много различных фактов, но половину написанного я просто не понимал и ставил обратно на полку. — Джерард? Я ухожу, — предупредил однажды мой друг. Тогда я уже привык, что он постоянно путешествует по другим мирам и перестал этому удивляться, но что-то в душе мне подсказывало, что на этот раз все будет иначе. — А надолго? — спросил я с беспокойством. — На пару часов, либо на пару лет. Может быть, навсегда. — Сабриль, ты бросаешь меня? — я чувствовал, что это и в правду произойдет, но до последнего надеялся, что это не так. — Джерард, я должен тебе объяснить, — парень тяжело вздохнул и прошелся по комнате. — У меня есть девушка в восемнадцатом веке. Ради нее я готов стать человеком. И когда я это сделаю, я не смогу вернуться… Весь дом я оставляю тебе. Без лишних слов Сабриль зажег одну из ритуальных свечей, поджег себя и ушел в дым. Это означало, что он уходит навсегда. А что я? Я просто сел на пол и заплакал. Впервые. Тихо, обхватив колени руками, всхлипывая и понимая, что ничего уже не сделаешь. И тогда в мою голову пришла мысль. Нужно начать заново свою жизнь! Я хотел стать тем же бездомным котом. Я хотел найти хозяина, несмотря на то, что я дико боялся людей. Совершенно внезапно меня охватила пелена гнева. Я хотел уничтожить в своей жизни все, что связано с Сабрилем, не хотел вспоминать его. Он оставил меня в этом мире. В мире, в котором я не хотел жить. Одного. В истерике я, не до конца понимая, что делаю, поджег все свечи в доме, взял емкость с бензином из кладовки и облил деревянную мебель в главной зале, пол, стены. Одна из свечек упала, и все ярко вспыхнуло. Я успел выбежать из дома на морозную улицу, захлопнул дверь, обратился в кота и побежал. Я не разбирал дороги, пару раз меня чуть не задавила одна и та же машина, но мне было уже все равно. Пути назад уже не было. Через некоторое время пришлось поселиться на автобусной остановке. Там люди часто угощали меня разными вкусностями, чему я был безмерно благодарен. Я был окружён вниманием продавщиц из продуктового магазина неподалеку, которые тоже часто таскали мне еду. Меня звали то Мурзиком, то Томасом и даже идиотом, но это не заставило меня забыть мое настоящее имя, лишь забавляло. Один раз меня даже попытались забрать. Какой-то бородатый мужик с сильным запахом перегара, но я понял, что что-то нехорошее меня ждет, и поцарапал того человека. Он плюнул на землю рядом со мной, выругался благим матом и ушел. Но однажды, холодным мартовским вечером, я всего лишь спал на своем обычном месте, пока не почувствовал сильную теплоту, что заставила меня проснуться и приоткрыть глаза. Это была аура, что исходила от парня, который сел на корточки передо мной. Его чудесный запах вскружил мне голову. Здравый смысл подсказывал мне уносить ноги, но я посмотрел в его глаза и понял, что это — тот самый человек. И не стал сопротивляться. Я чуть ли не растаял от его теплых рук, так нежно гладящих меня. Он взял меня и принёс к себе домой. Накормил меня, помыл и окружил заботой. Это было довольно непривычно, но при этом безумно приятно. Меня долго тревожило странное чувство противоречия. Мне так хорошо и комфортно у него дома, но внутренний голос твердил, что общение с человеком ничем хорошим не закончится. Никогда не заканчивалось. Но все же я заставил себя успокоиться и уснуть.