Не плачь, не кричи - он рядом

Только вот вскоре С.С. пришлось очень пожалеть о том, что не ходила за Хотчем по пятам, не напрашивалась в гости… хотя бы не следила за ним всё своё свободное время. Та ужасная история прошла мимо неё. Ей не довелось переживать вместе с командой, тем более помогать им, когда их начальник пропал из собственной квартиры, в которой повсюду осталась кровь… Уже после всего, вынырнув из авралов в пиццерии, С.С. узнала: Хотч в больнице. Девять ножевых ранений. Чудом остался жив. Или нет. По продуманному злодейскому плану. Так она поняла из обрывков разговоров. Прорваться к нему оказалось не так просто, она ж ему никто, но всё же уболтала медработников, присела у его постели. И спросила, не тратя время на всякие обязательные фразы: – Что ж вы Силу-то не использовали? – Не успел. – Придётся мне. – Уж вам во всё это лезть точно не стоит. – Я обязана. Отчасти. И меня нельзя убить, и хорошо, что ваш враг об этом не знает. Он хоть кто? – Так, старый знакомый, – говорить ему было явно трудно, и не хотелось, и… не ей? – Тогда, боюсь, он вас ещё найдёт. – Боюсь, что теперь это ему будет интересно в последнюю очередь. – Хорошо, а что ему интересно? – Сейчас он, скорее всего, переключится на людей, которые для меня что-то значат, – вот это он сказал так спокойно, будто не позволял себе осознать до конца смысл… – Мне стоит за ним проследить. Меня он знать не знает… – Не факт. Но нет сил вас отговаривать. Нашего аналитика вы, кажется, заочно знаете, позвоните ей, скажете, что от меня – она передаст то, что у нас есть. Правда, это не так уж и много…

* * *

Так что про Потрошителя С.С. узнала не от самого Хотча. И теперь искала человека, который упивался властью и устанавливал свои правила. Человека, который множество раз вонзил нож в самого себя, чтоб только изобразить собственную выжившую жертву. Человека – хотя кто его так назовёт? – который много раз говорил: оставь в покое меня – и я оставлю в покое их. Их всех. Случайных людей… и совсем не случайных тоже. Сын Хотча и его бывшая жена были в безопасности, под защитой, и он сам не знал, где именно – в этом и был весь смысл. Поправлялся Хотчнер медленно, С.С. успевала забегать, хотя толку от неё было пока до обидного мало. Вот ведь и не она прикована к больничной койке… а толку… Неправильный какой-то контракт, который и не контракт вовсе. Всё неправильно и не вовремя, и она здесь лишняя, и… И тут Хотчу передали записку. Сестра принесла. – Это явно не друзья волнуются, – заметила С.С. – Да, было ясно уже по конверту. – И что пишут? – Всё то же. Что лучше бы я тогда согласился на сделку. А сестра что, ушла уже? Спросите-ка у неё, будьте добры, кто это принёс? С ответом она вернулась быстро: – Говорит, какой-то неприятный тип… – Сам бы он не рискнул. Но в любом случае надо сообщить нашим, что он проявился. – Я схожу. А заодно подсмотрю в сознании сестры, как выглядел посыльный…

* * *

До конторы С.С. не дошла, о результатах подсмотренного Хотчу тоже не доложила. Всё завертелось слишком быстро. Успела догнать посыльного, подсмотреть кое-что уже в его голове… а там уже и убежище Потрошителя нашла. И первый взгляд поймала через дверной глазок. Жуткий взгляд, надо сказать. Этот человек привык запугивать и настаивать на своём. Даже не спрашивал – кто. Просто смотрел. Неужто чуял, что его ждёт? «Ты больше не хочешь жить, Джордж Фойетт. Ты устал от бесконечной боли, которую причинил себе сам. Ты хочешь открыть окно и выкинуться из него. Головой об асфальт. Действуй!» Ей пришлось повторять это снова и снова. У маньяка была железная воля и много, много злобы – этим и держался. И нет, Аарон… агент Хотчнер тоже его не боялся. Просто не успел пустить Силу в ход. Не успел научиться пользоваться… Теперь надо во что бы то ни стало успеть за него.