Идти дорогой своей

— Джуди, ты идешь? — вновь ударив по мячу, я слышу голос Рейко. Рейко — вице-капитан, которая иногда ведет себя, как мамочка и очень любит мучить нас тренировками прыжков. — Нет, я еще немного потренируюсь! — вытираю пот напульсником, переводя взгляд с сетки на девушку. — Я закрою зал, так что можете идти, — Мамочка кивает и выходит из зала. Наконец-то одна. Вбираю носом воздух и внимательно смотрю на сетку. Сегодня я должна, нет, я обязана, провести подачу в прыжке! Все-таки просто заниматься волейболом мне стало мало. Я хочу соревноваться, хочу играть в матчах с другими командами. Для этого нужно тренироваться еще больше и тогда у меня получится вступить в основной состав. Я все еще не понимаю, что мне лучше всего дается. Знаю лишь то, что прыгаю на блоки я хуже всех в клубе. В какой-то момент я даже расстроилась из-за этого, но потом подошла к Бокуто и спросила у него как можно это изменить. Я уже говорила, что он очень простой. Он готов разбрасываться советами направо и налево, если видит, что человек действительно увлечен этим. Да и когда кохай спрашивает это у него, используя суффикс «сэмпай», то тут его вообще не заткнуть. Наверное, плохо применять такой трюк, да? Однако Бокуто не против, или попросту не понимает этого. Вдох-выдох. Никаких игр в любимых. Подкидываю мяч, бегу, после чего отталкиваюсь ногами от пола. Сначала по залу разносится скрип кроссовок, а затем глухой звук удара ладони об мяч. Черт, снова не смогла ударить всей ладонью! Не удивительно, что мяч попал в сетку и упал на пол. Выдохнув, я подняла голову и прикрыла глаза, прикоснувшись правой рукой к шее. Простояв так около минуты, я взяла еще один мяч. Нужно продолжать. Нельзя сдаваться так просто. Подавать. Подавать. Еще раз! До тех пор, пока не получится. Пусть болят ноги, пусть болят руки. Я должна сделать это. Я хочу как можно скорее стать полезной своей команде. В десятый или двадцатый раз я все-таки смогла ударить полной ладонью, однако не вложила достаточно силы и поэтому мяч задел сетку, но все-таки упал на другой стороне площадки. — Как-то хреново получается, — улыбаюсь и чешу затылок. Тянусь рукой к следующему мячу, как вдруг тишину разрезает телефонный звонок. Это было так внезапно, что я даже вздрогнула, остановив руку в миллиметре от мяча. Подбегаю к стулу, беру телефон и отвечаю на звонок. — Ну и где ты? Тренировка должна была закончиться полчаса назад, — серьезный голос отца не предвещал ничего хорошего. Вот блин. — Я…я…, — да хватит якать, Джуди! — Я еще еду! Тут такие пробки, ты не представляешь, — киваю головой и смеюсь. Жаль только, что смех вышел нервным. Конечно же, отец все понял. — Ага, рассказывай. Я приехал за тобой. Стою у ворот, выходи давай, — все-таки каким бы он не был веселым и простым, он всегда знает в какие моменты нужно стать строгим отцом. — Да-да. Сейчас только мячи соберу, — обреченно выдыхаю и сбрасываю звонок. Переодеваться лень, да и клубная комната уже закрыта. Хорошо, что я забрала вещи оттуда и положила около стула. Предусмотрительная. Блин, как-то много мячей. На них пришлось потратить пять минут, потом еще несколько минут, чтобы снять сетку и положить её в подсобку. «Вроде все.» Одобрительно кивнув головой, я повесила сумку на плечо, а школьную форму взяла в руки, так как переодеваться было лень, да и не было смысла. Папа все равно на машине. Включаю свет, закрываю зал на ключ и иду по коридору. Нужно отдать ключ охраннику, и потом я буду свободна, как синица в небе. Кажется, отец устроит мне долгую нотацию по поводу того, что молоденьким девушкам нельзя ходить в такой час. Надо бы сразу достать наушники, чтобы свести на нет все его возмущения. Охранник шел позади меня, чтобы закрыть ворота после моего ухода. Как я поняла, в школе остался лишь он. Надо будет как-нибудь пробраться в школу ночью и устроить тест на храбрость. Попрощавшись с пухленьким седым мужчиной, я подошла к серой тойоте приус, в которой уже сидел мой папа. Открыв сначала заднюю дверь, я положила на сидение своим сумки и форму, после чего села на переднее сидение, тут же пристегнувшись. — И года не прошло! — ну началось. – Я, конечно, понимаю, что ты сейчас увлечена волейболом, но, прошу тебя, думай о своей безопасности и о себе, — папа устало сжал пальцами переносицу, после чего нажал на педаль газа и мы сдвинулись с места. Хоть он сказал всего немного, но атмосфера была напряженной. Я смотрела в окно, а он внимательно наблюдал за дорогой, выкуривая очередную сигарету. — Как потренировалась? — решил первым начать разговор отец. Он всегда такой, быстро отходит и интересуется тем, что я делала. — Хорошо, — я кивнула, отвернувшись к окну, чтобы не показывать ему свою улыбку. — Сегодня тренировала подачу в прыжке и училась делать подбор, — произнесла я, шире улыбнувшись. Отец на это лишь хмыкнул, что означало: «ну, раз тебе так это нравится, то ладно». Мы с ним всегда понимали друг друга с полуслова. Мы с самого моего детства были лучшими друзьями. Обычно девочки больше общаются с матерью, однако у нас было все наоборот. У нас с отцом были свои секреты. Он водил меня в школу, забирал меня из школы, после чего мы всегда заходили в магазин и покупали мороженое в жаркие дни, а теплую булочку в холодные. Эти воспоминания заставили меня улыбнуться, что не скрылось от глаз отца. — Неужели ты так рада тому, что я за тобой приехал? – да, папа. Ты любишь такое говорить. — Вовсе нет, — хмыкнув, я задрала носик. — Рада, — стоял на своем мужчина. — Не рада, — а я не отставала. — Рада. — Нет. — Да. - Нет. — Нет. — Да, — вот черт! Ну сколько я буду попадаться на эту уловку? — Это не считается! Ты нечестно играешь, пап! — Умей признавать свое поражение, салага, — переворошив мои волосы своей большой рукой, папа рассмеялся. *** Напевая мелодию себе под нос, я стояла напротив своего шкафчика с обувью и переобувалась. Несколько дней подряд я напрочь забывала это делать, в итоге мне об этом напоминали учителя, и приходилось возвращаться. Сегодня я тоже чуть было не прошла мимо. Трек прервался именно в тот момент, когда я зашла в школу. Сумев отвлечься от музыки, я увидела перед собой большое количество студентов, которые стояли у своих шкафчиков и переобувались. «Уф, напряжно». Положил уличную обувь в шкафчик и закрыв его, я пошла в свой класс. Смотря по сторонам, я все больше и больше убеждалась в том, что в Японии показывать свои чувства в людном месте дурной тон. Парочки не обнимались, а если и держались за руки, то пытались делать это так, чтобы это никто не заметил. Ну и ну. Выходит, тут не приветствуют «публичную» любовь? Если я начну с кем-то встречаться, то нам придется прятаться где-то, чтобы поцеловаться? Будем как Ромео и Джульетта. Почти. Ладно, не будем мы похожи на них. Хотя, я согласна, уж лучше так, чем наблюдать за тем, как в автобусе парочка сует языки друг в друга. Согласитесь, смотрится противно. Особенно когда у тебя нет парня. Хотя если бы он у меня был, то я бы не стала целоваться с ним в автобусах, метро или трамваях. Только если на спор. Потянувшись, я стала подниматься по лестнице, держась рукой за белые перила. «Как же хочется спать». Прикрываю рот ладонью, зевая и ненадолго прикрывая глаза. Этих секунд хватило, чтобы поскользнуться на лестнице и не суметь удержать равновесие, начав падать назад. — Черт, — это единственное, что вырвалось из моих уст. Я, конечно, не так высоко поднялась, но падать все равно будет больно. Приготовившись ощутить адскую боль, я зажмурилась и прижала руки к лицу. Удара не последовало. Почувствовав чьи-то руки на своих плечах, я приоткрыла сначала один глаз, а потом второй, удивленно смотря по сторонам. — Осторожней ходить надо, — монотонный знакомый голос. Глянув назад, я увидела Акааши, который крепко держал меня, а друг, идущий рядом с ним, удивленно смотрел то на меня, то на него. Растерявшись, я лишь кивнула, а затем твердо встала на ступеньки с помощью волейболиста. С губ сорвался облегченный выдох. — Спасибо, Акааши, — улыбаюсь. Заметив, как кто-то протянул мне мою сумку, я перевела взгляд с волейболиста, на того, кто решил так любезно поднять мою сумку. Им оказался высокий блондин, который шел с Акааши. Блин, и почему сейчас я не могу сказать и слова? Джуди, соберись же! Сколько можно? Взяв сумку, я только собиралась поблагодарить их еще раз, как прозвенел звонок на урок. Вот черт! — Спасибо большое, — еще раз улыбнувшись, я побежала в свой класс. Первым уроком была химия и учитель очень не любит, когда на её уроки опаздывают. Когда до класса оставалось всего несколько метров, я увидела ЕЁ. Она быстро шла к кабинету, по дороге отвечая на приветствия учеников. – Я.., — прошептав себе под нос, я забежала в класс через другую дверь и, под удивленные взгляды одноклассников, чуть ли не прыгнула на свою парту. — Успела! — это я сказала слишком громко. Учительница точно меня услышала. Кинув сумку на парту, я попыталась отдышаться. — Я же говорил. Один раз опоздаешь, и всегда опаздывать будешь, — довольным голосом сказал Шоичи, косо смотря на меня. «Ах ты поганец!» Ему повезло, что именно в этот момент в кабинет вошла учительница, и староста сказал всем встать и поклониться. Но ничего. У нас еще пять уроков и столько же перемен впереди. Он не сможет скрыться от меня. От этих мыслей я хитро улыбнулась, буравя его спину взглядом. *** — Перемена-перемена-перемена-а-а, — улыбаясь, я шла по школьному коридору. Пиджак с самого первого урока оставлен в кабинете, а рукава рубашки закатаны до локтей. Галстук, как и всегда, слегка расслаблен, а волосы заплетены во французскую косу. Юки совсем нечего было делать на уроке и она, совсем не боясь, что её увидят, вовсю игралась с моими волосами. «Нужно найти Акааши. В каком он классе?» Как-то поздновато я задала себе этот вопрос. Разве не логично было бы, если бы при знакомстве мы сказали друг другу классы? Блин, как-то это совсем забылось. Ладно, будем импровизировать. Я часто его видела недалеко от нашего кабинета, так что, думаю, его класс находится где-то совсем рядом. Зачем я его ищу? Знаете, я ведь очень воспитанная и замечательная девушка, которую учили, что нужно отвечать на добро. Так что сейчас, сжимая в руках два батончика сникерса, я искала ребят, чтобы отблагодарить их и таким образом. Вряд ли я буду краснеть, бояться что-то им сказать и все в этом роде. Скорее всего, я просто кину эти батончики им в руки и уйду. Я же о-очень воспитанная. Заметив знакомый ежик в паре метров от меня, я ускорилась. Каково было мое удивление, когда я увидела, как какая-то девочка, краснея, протягивает ему цветастую коробочку с обедом. «Ух ты — ух ты! Так Акааши популярен?» Злобный оскал. Я тоже хочу, чтобы мне приносили обед в класс! Около окна я увидела его друга, который поднял мою сумку. О, отличненько. — Салют, — махнув рукой, я привлекла к себе внимание ребят. Девушка, все-таки сумев отдать обед Акааши, куда-то убежала. — Я и не знала, что ты популярен, — протягиваю, продолжая улыбаться. — Ловите, — кинув в них батончики «сникерс», я зевнула. Сумев без особых проблем поймать шоколад, они вопросительно на меня посмотрели. — Благодарность, — пожимаю плечами, а затем ухожу, даже не попрощавшись с ними. А зачем? Мы точно сегодня еще встретимся. Когда до класса оставалось всего несколько шагов, я отчетливо поняла, что не хочу идти на английский. Вот вообще не хочу. Что это значит? Верно! Нужно прогулять. Решив больше не задерживаться в этом месте, я пошла в сторону лестницы, стараясь прятаться за людьми, чтобы если что учитель меня не увидел. Первый лестничный пролет оказался позади. На этаже третьекурсников было как-то тихо. Чего это? Все к экзаменам готовятся или что? Скучные они. — Жду Ваш отчет завтра, — блин, только не это! Да почему мы сталкиваемся постоянно? В дверном проеме одного из кабинетов стоял завуч. Вот кому-кому, а ему на глаза я попадаться не хотела. Решив больше не медлить, я быстро побежала по лестнице, за раз перешагивая две ступеньки. Крыша сейчас точно открыта. Точнее я надеюсь на это. Дернув за ручку, дверь поддалась, и я буквально залетела на крышу. Невольно улыбнувшись, я раскинула руки в стороны и прикрыла глаза. Как же я люблю весну. От этого наслаждения меня отвлекли шаги, которые с каждой секундой только приближались. Так! Что делать? Смотрю по сторонам, а затем вижу небольшое сооружение, на одной из стен которого установлена лестница. Чудненько. Быстро перебирая ногами ступеньки, я поднялась на крышу и прижалась к ней. И вот шаги раздались совсем недалеко от меня. Главное, чтобы меня не заметили. Черт, как же любопытно! Прикусив свою нижнюю губу, я слегка приподняла голову, чтобы увидеть незваного гостя. Вместо того, чтобы увидеть крышу, я уткнулась взглядом прямо в чью-то переносицу. Один, два, три… Я закричала, отпрыгивая назад. Страшно-то как! Это было очень неожиданно! — Ты чего орешь? — сам чуть ли не кричал парень, еле как сохраняя равновесие и не падая с лестницы, — Бокуто, какого черта?! — ненадолго закрыв лицо одной рукой, я выдохнула. Ненавижу, когда такое происходит. — Неужели я такой страшный? — спросил парень, поднимаясь на крышу и отряхивая колени. — Бокуто, ты не страшный, ты иди…! — не успела я договорить, как волейболист буквально припечатал меня к крыше и закрыл рот рукой. Что это? Изнасилование? Он хочет признаться мне в любви? Я так великолепна, что он не может совладать с собой? Приложив палец к своим губам, Бокуто убрал руку от моего рта, однако слезать с меня все еще не планировал. Что на него нашло? — Я уверен, что слышал чей-то крик, — услышала я голос завуча. Вот же черт! Честно говорю, кажется, я даже не дышала. — Исахара-сэнсэй, прошу Вас зайти в учительскую, — раздался чей-то голос в колонках, которые были развешены по всей школе. Правильно, иди давай. Нельзя заставлять людей ждать. Через пару секунд он ушел, захлопнув за собой дверь. Одновременно с моих губ и с губ волейболиста сорвался облегченный выдох. — Было близко, — усмехнулся парень, скрещивая руки на груди. — Бокуто, удобно тебе? — приподняла бровь. — Да, спасибо, — он точно идиот! — Да слезь же ты меня! Ты тяжелый! — чуть было не рявкнула. — Ой, прости-прости! — улыбнувшись, он все-таки слез с места и лег рядом, положив руки под голову. — Какой урок прогуливаешь? — Английский, а ты? — положив руки на живот, спросила я. — Историю. Я хотел пойти потренироваться, но тогда меня увидят, — покачав головой, он прикрыл глаза. — А разве тебе скоро не сдавать экзамены? — я готова поклясться, что почувствовала, как он вздрогнул. Я-я-ясно. Повисло минутное молчание. Видимо, обдумывает, что ответить. — У тебя ведь тоже! — придумал. — Но у меня-то еще два года впереди, — полирую. — Уделала, — смеясь, произнес волейболист. Так-то! И вновь молчание. — Эй, Бокуто? — ноль внимания. Я посмотрела на парня. Он уже спал без задних ног. Как у него получилось заснуть так быстро? Ай, ладно. Пусть спит. Достаю из кармана юбки наушники и плеер. Включаю музыку, отправляю наушники в нужное место и приподнимаюсь. Заиграла песня «Flo Rida — My House», на лице тут же появилась улыбка. Я вспомнила, как мы выступали на одном из соревнований, используя небольшой отрывок этой песни. Помню, как я танцевала под неё в джеме*. Ну, как танцевала? Кайфовала. Поднявшись на ноги, я подошла к краю крыши и включила трек заново. Хочу танцевать. Хочу! Во время короткого проигрыша в самом начале, я щелкала пальцами в такт музыке, делая небольшие волны корпусом и перешагивая с одной ноги на другую. Произношу одними губами «It's my house, come on, turn it up», останавливаюсь, и когда он начинает зачитывать, я не скуплюсь на движения. Начинаются основные биты. Шагаю вперед правой ногой, возвращаю её обратно, а затем шагаю правой, не забывая качать корпусам и сгибать колени. Ставлю правую ногу сторону, начиная покачивать бедрами из стороны в сторону, двигая руками: сначала раздвигая их в стороны, а затем скрещивая напротив груди. Шагаю влево, скрещивая ноги и наклоняясь вперед. То же самое делаю в другую сторону, но во время второго шага делаю круг вокруг своей оси, хлопая в ладоши. Поставив ноги на ширине плеч, я стала по очереди поднимать ноги к груди, сгибая руки в локтях, то убирая от груди, то вновь прижимая к ней. Раз, раз, два, два. Волна корпусом, опускаюсь вниз, вставая на одно колено, и прокручиваюсь на нем, одновременно с этим меняя ногу. Касаюсь рукой колена, делая волну и отъезжая «назад», после чего слегка выпрямляю ногу. Два раза качаю корпусом, а затем встаю на ноги, при помощи еще одного поворота. Очередные волны корпусом, размахиваю руками, пытаясь сделать так, чтобы руки не потеряли форму. Начинаю кайфовать от песни: просто качаю, делаю волны, двигаю руками, прыгаю и хожу от одного края крыши в другой. Трек заканчивается и в теле появляется приятное расслабление. Как же я люблю танцевать. Чувствую, как кто-то буравит меня взглядом. Яснопонятно. — И как давно ты встал? — вытаскиваю один наушник из уха и поворачиваюсь к сонному Бокуто. — Да я и не спал, — и вновь эта его довольная улыбка. Обманщик. — Засранец, — показав ему язык, я села на край крыши. Он подошел ко мне и сел рядом, продолжая улыбаться и играть бровями. Ничего я не буду ему рассказывать! — Что ты слушаешь? – и, не дожидаясь ответа, он берет свободный наушник и начинает слушать трек. Увы, но японских песен у меня нет. – О, а она неплохая, — настукивая пальцем ритм на своем колене, парень смотрел вперед. Сейчас играла «Meghan Trainor — NO». Она совсем недавно вышла, но я уже успела её несколько раз возненавидеть и снова полюбить. Нельзя слушать одну и ту же песню двадцать раз в день. *** — Собрались! — отбив очередной поданный мяч, я посмотрела на тренера. Рядом с ней стоял молодой мужчина с коробкой в руках и капитан команды — Кобаяси Тэру. Все новички были удивлены, а старички с улыбками наблюдали за нашими растерянными лицами. — Прошло уже пять недель с тех пор, как вы вступили в волейбольный клуб. Забудьте слово «я». Теперь есть только «мы»! Мы команда, мы будем тренироваться до последнего, будем побеждать. Носите это с гордостью! — воодушевляющая речь тренера заставила вздрогнуть от нарастающего возбуждения. Вперед вышел тот самый мужчин, чье имя я не помню — точнее не знаю. Он открыл коробку и вытащил оттуда… Черт, это правда?! В его руках была белая куртка, с черными и золотыми полосками вдоль плеч. Это жеее! Это же форма! С помощью Тэру он раздал нам куртки, и мы тут же их надели. Глаза горели у всех, счастье зашкаливало. — А теперь, — перед нами встали старички, одетые в эти же куртки. — Добро пожаловать в женский волейбольный клуб Фукуродани! — хором сказали они и широко улыбнулись. — Спасибо! — в унисон ответили мы и рассмеялись. — Это еще не все, — видимо увидев в наших глазах готовность дальше тренироваться, сказала Тэру. Из этой же коробки она достала форму, в которой мы будем играть! Она состояла из коротких черных шорт с тонкими желтыми полосками по бокам и белой майки, рукава и шея которой были полностью черными с желтыми полосками. Прямо у шеи была нарисована лапка, рядом с которой написано «ics», а в самом центре был номер. Каждый сэмпай взяла по комплекту формы и подошла к одному из нас. Оказывается, в клубе не так много людей. Многие просто приходили, понимали, что сложно и уходили. Ко мне подошла Юка и протянула форму. Поблагодарив её, я расправила майку и увидела на ней номер 9. — Это значит… Что мы можем играть в матчах?! — до меня медленно начало все доходить. Я сначала посмотрела на Юки, потом на Тэру, а затем на тренера. Они все кивнули, а я широко улыбнулась и подпрыгнула на месте. — Ураааа! — я смогу играть! Смогу стоять на площадки! Смогу помогать своей команде! За все время, что я занималась волейболом, я смогла проявить совсем немного таланта. После долгих и изнуряющих тренировок лучше всего мне давались подача в прыжке и прием мяча. В блоке я, конечно, все еще была не очень, но вот атаковать безумно любила. Не знаю, какую дадут мне позицию, но я буду рада любой. Что мне ближе? Думаю, доигровщик. Да, ростом я не подхожу, но это не значит, что я не могу сражаться в воздухе! — Завтра будет товарищеский матч со Старшей школой «Некома». Вы освобождаетесь от уроков. Учителя уже предупреждены, так что завтра встречаемся около зала в девять часов утра. Потренируемся, а в двенадцать часов поедем в Некому. — проинформировала нас тренер. — Все ясно? — Да! — хоровой ответ. — Тогда продолжаем тренировку! — стоило ей хлопнуть в ладоши, как все приступили к тренировке. — Джуди, подожди, - так, я начинаю бояться. — Сегодня потренируй прыжок. Юка и Рейко тебе помогут с этим. — Да, Джуди. Сэмпаи помогут своему кохаю, — протянула сладеньким голосом Рейко и переворошила мне волосы. — Эй! — возмутилась я, убрав её руку со своей головы. — Ты всего лишь на несколько месяцев меня старше! — скрестив руки на груди, произнесла я и тут же пожалела об этом. — Я смотрю, малышка Джуди зубки показала? — Рейко, злорадно улыбаясь, схватила меня за ворот футболки и потащила за собой, что-то говоря про то, что научит меня уважать старших. Как всегда, её слишком просто вывести из себя. Хихикнув, я пошла следом за ней. *** Около ворот школы я встретила Бокуто, который о чем-то весело разговаривал с Акааши. Поздоровавшись, я подошла к ним. Парни тут же прекратили разговор и поздоровались со мной в ответ. — Хэй-хэй-хэй! Слышал, у вас сегодня матч с Некомой? — тут же спросил Бокуто, а его глаза как-то подозрительно загорелись. Так, что это с ним? У него какие-то терки с этой школой? — Ты играешь? — тут же задал вопрос волейболист. — На все вопросы да, — пожимаю плечами, еле как сдерживаясь, чтобы не достать форму из спортивной сумки и не показать ему. — А вы играли с мужским волейбольным клубом этой школы? — Конечно! — какой-то он сегодня слишком возбужденный. На него так действует Некома? — Мы часто проводим товарищеские матчи, да и на отборах в национальные не раз встречались. Но мы всегда побеждали, — выставив грудь вперед, гордо произнес Бокуто. — Если увидишь парня с черными волосами и странной прической, то можешь его пнуть и передать, что это от меня, — захохотал волейболистов и уперся руками в свои бока. — Неужели у вас какие-то терки с этой школой? — вопросительно приподнимая бровь. — Нет-нет. Мы очень хорошо ладим с их волейбольным клубом, даже вместе в тренировочные лагеря ездим. Там учится мой вечный бро, — показав большой палец, парень улыбнулся. Мда-а. Наверное, такой же простак как и он. Раздался телефонный звонок. Звонили Котаро, и он тут же ответил на него, как только увидел, кто ему звонит. Несколько секунд молчания прервали странные звуки. — Оя-оя, — снова молчание. — Оя-оя-оя-оя, — это что за хрень? — ОЯ-ОЯ-ОЯ-ОЯ-ОЯ-ОЯ! — повысил голос волейболист. — И почему наш капитан такой придурок? — фейспалм в исполнении Акааши был хорош. — Э-э-э-эм, — я смотрела то на Бокуто, то на Акааши. — Ладно, я пойду. — Давай, удачи, — кивнул Акааши, а Котаро продолжал оя-кать в телефон. И как долго он может так делать? Такое чувство, будто если он это не сделает, то день пройдет зря. Наверное, это его друг с Некомы. Все-таки я была права, он такой же простак. *** Часы показывают час дня. Небольшой белый автобус с надписью «Академия Фукуродани» остановился на небольшой парковке на территории Старшей Школы Некома. Потягиваясь, девочки выходили из него, а я уже стояла на улице, рассматривая окрестности. Так это и есть Старшая Некома? Впечатляет! Я довольно улыбнулась, а затем получила сумкой по голове. — Эй, что такое?! — возмутилась я, повернувшись к девчатам. — Мы что ли сумки твои таскать будем? — хмыкнула Рейко. Какая же она вредная! Повесив сумку на плечо, я достала телефон и сфотографировала школу, после чего переключила на фронтальную камеру и подняла руку, пытаясь поймать в объектив всех. Не важно, что они не видят, что я их фотографирую, ведь такие фотки самые лучшие и забавные. Перелистывая фотографии, я заметила, как на одной из таких фотографий Рей показывает фак. Как грубо! — Вперед! — скомандовала Тэру и мы пошли следом за ней. Судя по всему, они здесь не первый раз, так как девочки уверенно шил вперед. Расстегнув свою куртку, я оттянула ворот белой футболки и выдохнула, после чего врезалась в спину Юки. Только я собиралась спросить какого черта, как увидела напротив девушек в красной форме. Они стояли в ряд и смотрели на нас. Похоже, что мы не играть пришли, а убивать друг друга. Бросаете нам вызов, крошки? Давайте! Поклонившись друг другу, мы пошли следом за ними, а старички команды уже вовсю разговаривали с женским волейбольным клубом Некомы. — Ты новенькая? — ко мне подошла высокая девушка с длинными темными с оттенком фиолетового волосами. — Да, — почему-то она не вызывает у меня доверия. Что ей нужно от меня? — Накагава Джуди. — Кикучи Мей, рада знакомству, — улыбнулась она, однако это улыбка была какой-то фальшивой. Зачем начинать разговор, если ты не хочешь? Решила проверить меня? Узнать меня? — На какой позиции играешь? — Взаимно, — опять эта долбанная вежливость. — Доигровщик, — как бы это странно не звучало, но мы только сегодня разобрались с позициями. К тому же не факт, что меня выпустят на площадку, так что ничего страшного. Основной состав все равно знает свои позиции и уже давно на них играет. — Ого-о-о! Я думала, что либеро! Ты такая низенькая. Я тоже доигровщик, — все понятно с тобой, детка. Решила бросить мне вызов? Дерзай. Не на ту напала. Я не буду сейчас спорить с тобой, не буду возмущаться. Я докажу тебе все в игре, когда пробью мяч прямо над твоей макушкой. Почему я думаю, что она хочет бросить мне вызов? Да по ней видно. Её голос, её движения, её взгляд — все это говорит за неё саму. Какой бы милой и хорошей она не хотела показаться, у неё не получилось. Я не поведусь на это. Переодевшись, мы вышли в зал и начали растягиваться. Я с силой прикусила свою нижнюю губу, наблюдая за тем, как эта Кикучи идеально бьет по мячу. Мелкая колющая боль заставила отвлечься от соперницы и прикоснуться рукой к губам. Так не пойдет. Нужно остудиться. Предупредив девочек, что я пошла в туалет, я вышла из зала и направилась по уже знакомой дороге. Только вот почему мне кажется, что я иду не туда? Как только кровь была остановлена с помощью холодной воды, а мысли пришил в норму, я вышла из туалета, смяв сухую салфетку и кинув её в мусорное ведро. Так, а теперь вопрос: откуда я пришла? Вроде как отсюда. Я пошла вправо, смотря по сторонам и совсем не смотря вперед. Снова. Я пыталась понять по картинам, объявлениям на стенках иду я правильно или нет. Поворачиваю в следующий коридор и врезаюсь в чью-то грудь. Не сумев удержать равновесие, я упала, больно ударившись пятой точкой. Коснувшись рукой копчика, я подняла взгляд на того, с кем столкнулась. Им оказался высокий брюнет, рядом с которым шел моего роста паренек со светлыми волосами и темными корнями. — Ты чего по сторонам не смотришь? — спросил брюнет и протянул мне руку. Не знаю почему, но помощь его я не приняла. Поднявшись на ноги, я отряхнулась. Кажется, незнакомец промычал, осматривая меня с ног до головы. — Ты знаешь, что пялиться не красиво? — усмехнувшись, я поправила наколенники. Кажется, мы нашли общий язык. Или нет? — О, так ты из Фукуродани! — стукнув кулаком об свою ладонь, произнес парень. — Вы же сегодня играете с нашей женской волейбольной командой, — протянул он и хитро улыбнулся. О, понятно. Типа за своих стоишь горой? — Знаешь куда идти? – он, что, меня насквозь видит? — Конечно, знаю! — вздернув аккуратный носик, я обошла их и пошла дальше. — Зал в другой стороне, — до жути довольным голосом сказал он. — Я знаю! — хмыкнув, я пошла обратно, отвернувшись от незнакомцев. — Мы тебя проводим, так уж и быть, — положив руку на мою голову, он переворошил мои волосы. Да в Японии принято так делать что ли?! — Нам все равно в одну сторону. Кенма, пошли! — позвал он своего друга, который пялился в приставку. Тот ничего не ответил, лишь пошел следом за своим другом. Ладно, ничего другого не остается. Раз они так хотят меня проводить, то пусть провожают. — Меня зовут Куроо Тецуро, а его — он показывает на крашеного паренька, — Кодзумэ Кенма. Мы из мужской волейбольной команды. — Накагава Джуди, — произношу свое имя с некой гордостью. Не так, как обычно. — Я уже поняла, — поймала вопросительные взгляды. — По кроссовкам, — указав пальцем на белоснежные волейбольные кроссовки, я хмыкнула. — Ты знаешь Бокуто? — тут же спросил он. — Да, — не понимаю, зачем он у меня это спрашивает. Через пару минут постепенно сознаю вопрос. Так, он же говорил, что у него есть дружбан в волейбольном клубе Некома, так? Может быть? Смотрю на него. Темные волосы — есть. Странная прическа — есть. – О, так это про тебя он говорил! — Что? Бокуто рассказывает про меня? — что за радость, парень? Вы, что, того? Ну, геи? Встречаетесь? — Да. Сказал, чтобы я пнула тебя при встрече, — усмешка сорвалась даже с губ до этого молчаливого Кенмы. — Джуди, вот ты где! — нам навстречу шла Чика, на щеках который виднелся румянец. Уооо, неужели ты искала меня? Это так мило! — Быстро за мной! Матч сейчас начнется! — схватив меня за руку, девушка потащила меня за собой. — Bye-bye, — махнув парням свободной рукой, мы скрылись за очередным поворотом. Стоя за лицевой линии площадки и смотря на другую команду, мои ноги начинали трястись. Казалось, что это совсем другой мир. Казалось, что это настоящая война, а не матч. Надеюсь, меня выпустят на площадку. Я хочу показать этой дамочке на что я способна. — Хорошей игры! — после свистка судьи, хором сказали мы и поклонились.