Людьми правят предрассудки

      Неделя-другая пролетели незаметно. Почти что на каждом уроке Прорицаний профессор Трелони вела себя тише воды ниже травы, не лезла со всякими бредовыми идеями и вообще была какая-то отстраненная. Как рассказал Гарри, мадам Жаба дала Сивилле срок, за который она должна была подстроиться под программу Министерства и вообще стать зомби, если уж на то пошло.       Но один вечер изменил всё в отношении Лидии к Долорес. Если она ещё и держалась, понимая, что её беспечность плохо отразится на родных, то на следующий день после инцидента девушка вела себя ещё хуже, чем до этого. Появились блевательные батончики на каждом завтраке, нелестные слова в воздухе, выкрикивающие ругань доспехи…       Покончив с ужином, Уизли и Лидия собрались подняться в… библиотеку, чтобы подготовить и шоу-программу для побега, и чтобы найти что-нибудь по ведению магического бизнеса. Шутливо ругаясь, они вышли в холл и застали Амбридж, стоящую на лестнице и смотрящую куда-то наверх, откуда спустя секунду послышались протяжные стоны и всхлипы. Проигнорировав Долорес, Вест поднялась на её уровень и увидела Трелони, утирающую красное лицо, и Филча, несущего чемодан.       Пнув носком ботинка следующую ступень, Лидия презрительно посмотрела на довольную Амбридж, после чего схватила близнецов за руки и встала возле стены.       Анджелина, Алисия и Ли, только что подошедшие, удивленно переглянулись, услышав всхлипы и причитания, а завидев довольную Жабу и злую до чертиков Лидию решили остановиться и посмотреть, что случилось.       Уже через пару минут в холле образовалась целая толпа, заинтересованная. Трелони появилась на лестнице рядом с Амбридж и, взглянув на неё, двинулась к дверям на улицу, продолжая стирать слёзы полностью намокшим платком. — Профессор! — не выдержав, крикнула Лидия и подошла к бедной прорицательнице, коснувшись платка палочкой и высушив его.       Долорес с неприязнью посмотрела на Вест, а та, встав перед Трелони, сложила руки на груди, указывая палочкой на Жабу. — Мисс Вест, вы ничего не сможете поделать. Она провалила срок.       Фред и Джордж тоже вышли, встав рядом с Лидс. Те, кто симпатизировал Сивилле, закричали проклятия в адрес генерального директора. — Она по крайне мере хоть кому-то нравится, — громко говорит Вест, — Вы просто беситесь, что всё происходит не так, как вы надеялись! Что, Фадж уже не удовлетворяет?! Так идите к самому Темному! — Замолчите! Пятьдесят очков с каждого, кто вышел!       Лидия обернулась, взяв платок профессора в руку и начав осторожно вытирать слёзы. Сивилла очень удивлена, ведь на уроках Лидс только ерничает, а тут…       Фред взмахнул палочкой и доспехи, стоящие недалеко от холла, начали стучать копьями и мечами по полу, выкрикивая обзывалки. Они, конечно, не такие плохие, какие хотят сейчас произнести все ученики, но удовлетворение Амбридж ненадолго сошло на нет. Примерно на столько, сколько требовалось МакГонагалл выбежать из Большого зала.       Сменив Лидию, Минерва отправила троицу обратно в толпу. Перед тем, как скрыться рядом с друзьями, Вест показала средний палец, и МакГонагалл, увидевшая это, даже на следующий день ничего не сказала, а даже вернула все сто пятьдесят очков Гриффиндору.       Все ожидали действий Дамблдора, который должен был вот-вот прийти по их мнению — не мог же директор школы прозевать увольнение своей коллеги? Лидия поняла, что выкрики доспехов не приносят желаемого результата, и заткнула их, взмахнув палочкой. Облокотившись спиной о стену, ещё свободную от декретов, она сложила руки на груди и попыталась успокоиться.       Не хватало ещё сорваться в присутствии профессоров. — И с чего же вы решили, что она может остаться?       Дамблдор появился из ниоткуда, но мимолетный холодный ветер помог понять, что волшебник явился с улицы. Подойдя к Сивилле, он кивком приказал МакГонагалл отвести волшебницу обратно в замок, а сам как ни в чем не бывало повернулся к Амбридж. Лидии показалось или он улыбнулся? Если да, то чему? — Вы можете увольнять моих сотрудников, но я решаю, могут ли они остаться в замке.       Слова, сказанные спокойно и тихо, прозвучали так громко в наступившей тишине, что Лидия неосознанно вздрогнула, провожая взглядом уходящих профессоров. К ним подключилась и профессор Стебль, помогавшая расклеившейся Сивилле подняться. — Ах да, — Дамблдор повернулся в сторону Лидии, тут же выпрямившейся, — Двадцать очков Гриффиндору за заклятие Лидии Вест. Довольно умно, мисс.       Амбридж аж побагровела от злости, гневно зыркнув в сторону Блэк. Но выглядела она на удивление спокойно, не считая покрасневшее лицо. — И что же вы будете делать с Сивиллой, когда я найду подходящего учителя?       Лидия одна услышала стук копыт на улице? Переглянувшись с друзьями, она поняла, что не ослышалась. Протиснувшись сквозь компанию слизеринцев, Лидс дождалась, пока Дамблдор представит им нового профессора Прорицаний. — Флоренц.       Дверь в очередной раз открылась и к ученикам вышел кентавр, на груди которого отчётливо были видны следы копыт. Какая-то третьекурсница схватила подругу за локоть и начала тормошить, приговаривая: «И он нас будет учить?», но в тоне не было никакого презрения, только удивление и заинтересованность. — И не думаю, что он сможет потеснить Сивиллу. Он предпочитает обучать на первом этаже.

***

      Усмехнувшись, Джордж навис над Лидией и отобрал книгу по Прорицаниям, откинув в изножье кровати. Девушка фыркнула и потянулась за книгой, но было схвачена за руки уже который раз за день. — И как тебе Флоренц?       Закатив глаза, Вест поцеловала волшебника в щеку и всё же забрала книгу, открывая на нужной странице. Джо аккуратно уселся на её вытянутые ноги и сложил руки на груди. — Ревнуешь, как идиот, — произносит голос из-за учебника, — Думаешь, я хочу детей-жеребят? Они и от тебя такие же родятся.       Фред рассмеялся и кинул подушку в Ли, не успевшего поймать снаряд и поваленного на постель. Джо снова убирает книгу, на этот раз кинув её на соседнюю кровать. — Я просто интересуюсь. — Да так, что пар из ушей валит, — усмехнулась Лидс, склонив голову набок.       Видя, как другие студентки оживленно обсуждают нового учителя и вздыхают по нему, Джордж неосознанно начал ревновать, не поняв, что ревнует к животному. Блэк это просто нравится, но не льстит.       Положив одну руку ему на шею, а вторую запустив в огненную шевелюру, Лидия наклонила к себе Джи и поцеловала, сразу углубляя поцелуй. Стоило ей только дотронуться до кончика языка парня, как почувствовала стальную хватку на талии, и можно не сомневаться, что следы останутся. Почему-то Джорджу нравится эта робость в поцелуе иногда, когда в другой раз Лидс едва ли не срывается, чтобы нарушить принцип.       Оторвавшись, Лидс напоследок чмокнула юношу сначала в губы, а потом в щеку, и поймала кинутый Ли учебник. — Если бы Флоренц мне нравился, я бы тут же побежала к нему с расспросами.       Довольный, Джо слез с волшебницы и пересел к брату, решив не мешать гриффиндорке учиться.       Всё равно она уже его. И этого не изменить.