Схожие вкусы?!

      Вернувшись домой, Маринетт бросила коробку на кресло и устало упала на кровать.       «Что со мной целый день творилось? Я же люблю Адриана, так почему я чувствовала «это»? Почему «это» было точно таким же, что я ощущаю, когда вижу доброту Адриана, проявляемую к другим девушкам? Почему я чувствовала «это» к Коту? Не понимаю… Почему я ревновала Кота к Хлое?! Почему?!»       — Маринетт, ты как? Выглядишь, как выжатый лимон, что-то произошло? — взволновано поинтересовалась Тикки.       Очнувшись от размышлений, девушка вздрогнула. «Сказать, не сказать?» — мучительно думала она, но в последний миг не смогла вымолвить и слово. Ей было гадко на душе. Всё это время она потешалась над ушастым поклонником, игнорируя его любовь к ней и насмехаясь над его чувствами. А теперь вдруг ревность?! Не любовь, не симпатия, не простое притяжение, а просто… сразу… ревность!       «Молодец, Маринетт, умеешь выделиться!»       Взвыв, девушка зарылась лицом в подушку. Не понимающая Тикки кружила рядом, стараясь выяснить, что же так гложет хозяйку, но та так ничего и не рассказала.       Сделав кое-как уроки и приняв душ, она отправилась спать, надеясь, что «это» рассосётся само собой. Но утро не принесло желанного облегчения девушке. Она до сих пор чувствовала в груди лёгкое раздражение из-за вчерашнего. А увидев себя в зеркале с причёской «а-ля восьмидесятые»: с невообразимым каламбуром спутанных волос, эпатирующей пышностью… настроение упало ниже плинтуса.       «Интересно, сколько раз уже я давала себе обещание не ложиться с мокрой головой спать? Может, я мазохист? Или я человек, имеющий садистские наклонности по отношению к самой себе? Ох, чему бы грабли не учили, а сердце верит в чудеса! Проснуться утром с идеальной причёской — это ФАН-ТАС-ТИ-КА!»       Стараясь приподнять себе настроение, размышляла Маринетт, но этого было мало. Думая над тем, что могло бы приободрить её сильнее, пока она прилагала невероятные усилия для устранения творящегося ужаса на голове, её взгляд наткнулся на брошенную ею же коробку с подарком.       «Хм, а почему бы и нет?»       Развернув презент, девушка восторженно рассматривала комплект. Что ни говори, но он волшебно был хорош: что на вид, что на ощупь. Особенно, Маринетт понравилась ткань, что плавно скользила в её руках, напоминая ей по ощущениям льющуюся воду. Поразительно, что директор магазина так точно угадал с размером, лишь взглянув на неё вскользь. Талант, нет — талантище!       — Маринетт, ты решилась его надеть? Знаешь, думаю на твоей белоснежной коже он будет смотреться чудесно! — поддержав идею хозяйки, восторженно проговорила Тикки.       Немного помудрив с застёжкой лифчика, Маринетт решила испробовать все возможности бюстгальтера-трансформера, застёгивая на разный лад. Последний вариант, который ей очень понравился, это, когда две бретельки были через одно плечо. Радуясь своему отражению и забыв о времени, девушка крутилась перед зеркалом. Временно все проблемы ушли на второй план.       — Маринетт! Ты же опоздаешь! Скорее спускайся! — донёсся голос Сабины снизу, вырывая из грёз замечтавшуюся Маринетт обратно в реальный мир.       Ойкнув, девушка в быстром темпе начала собираться. Всю дорогу она чувствовала лёгкость и приятное струящееся прикосновение ткани к её коже. Раскрасневшись от бега и счастливо улыбаясь, она забежала в класс перед самым звонком. Отдышавшись, она поздоровалась с Альей, что хитро на неё посмотрела.       — И в чём же причина такого прекрасного настроения? М-м-м? Колись, подруга, колись, — нашёптывала ей заинтригованная подруга, стараясь не привлечь внимание учителя. — Знаешь, сегодня ты полная противоположность своего горячо любимого Адриана. В отличие от тебя, он с огромными мешками под глазами и изнеможённым видом вяло реагирует на происходящее. Ты же словно сияющее и лучистое солнышко! Ну, что, что произошло? Ты ему призналась? В туалете, да? Да? Ты их перепутала и зашла вместе с ним? А потом с испугу выдала все свои тайные желания? Да, да? А теперь он размышляет над ответом и не спит ночами? Я права, права? Так ведь?       От такого количества вопросов Маринетт даже опешила, не зная на который из них отвечать первым, а вспомнив инцидент с туалетом, покраснела. Благоразумно рассудив, что, ответив на первый заданный вопрос, остальные отпадут сами по себе, она прошептала в ответ:       — Мне вчера за сп… то есть за хорошее поведение подарил дир… ну, родители ха-ха, конечно, родители за хорошее поведение подарили шикарный комплект нижнего белья. Оно такое удобное, приятное и практически не ощущаемое, что я каждый раз балдею от приятных ощущений.       Алья странно посмотрела на подругу, а потом разочарованно помотала головой. В её взгляде чётко прочитывалась фраза: «Маринетт Дюпэн-Чэн вы, как всегда, в своём репертуаре».       — Алья Сезер, вам не нравится мой урок? Вы с чем-то со мной не согласны? — строго спросила учительница.       — Нет, всё в порядке, извините, мэм, — тут же ответила ученица.       — Тогда не отвлекайтесь и внимательно слушайте, — сделав замечание, учитель потерял к двум подружкам интерес, переключившись на Кима, спорившего с Максом.       — Поговорим позже, — бросила блогерша, зарисовывая схему с доски.       Как только прозвенел звонок, Сезер, подхватив Дюпен-Чэн за локотки, шустро куда-то её увела. Адриан лениво наблюдал за их уходом. За всю ночь он не смог сомкнуть глаз. Образ его Леди, в подаренном комплекте, преследовал его со вчерашнего дня. Ему уже вчера влетело от его учителя по фехтованию за рассеянность. Он сорвал съёмки рекламного ролика, потому что никак не мог убрать блаженной улыбки. Если бы не Плагг, то он собрал бы все столбы, углы, косяки и прочие препятствия, что оказывались на его пути. Как бы он ни старался, но тот проклятый комплект не выходил из его головы. Даже сидевший рядом Нино, никак не мог растормошить своего друга. Адриана ничего не пробирало. Он был в своём мире, не пропуская внутрь никого. В его голове была лишь она. Лишь она способна была ему помочь своею теплотой, своим вниманием, своей улыбкой. Он так хотел утолить свою жажду быть понятым, быть собой и быть… любимым. Он всё это хотел, но только лишь с ней.       О-о-ох, — тяжёлый вздох, и голова прижата к парте, скреплёнными пальцами на затылке. «Снова эта картина, я уже жалею, что увидел этот комплект!»       Чем только Адриан ни пытался изгнать образ обнажённой Леди с её бледно-фарфоровой кожей, которую выгодно подчёркивала чёрная окантовка нижнего белья. На её лице всё также оставалась маска, не давая ему её узнать. В своих мыслях он протягивал руки, желая удержать её возле себя. Но даже в его фантазиях, изворачиваясь, она ускользала из его объятий, при этом всё также маяча впереди. Смеясь, девушка манила его пальцем, дразнила и изгибалась, демонстрируя своё чарующее тело с плавными изгибами и притягивающими выпуклостями, прикрытыми лишь чёрным кружевом и красным шёлком. Все её действия воспринимались, как призыв пойти за ней, поймать и прижать к себе, не отпуская. А после, поверив в свою удачу, вновь понять, как ошибался, решив, что так её удержишь и резко ощутить невосполнимую пустоту в руках и на душе…       Устав от тяжёлых мыслей, он буркнул Нино, что хочет прогуляться и покинул класс.       «Думаю, бодрящая ледяная вода на голову из крана будет в самый раз».       Приняв решения, он направился к душевым кабинкам, вход в которые был рядом с лестницей на первом этаже. Лениво шагая, не разглядывая особо окружение и смотря себе под ноги, он зашёл внутрь. Сейчас кабинки должны быть пустыми, ведь физкультура будет лишь через пару уроков. Поэтому он был шокирован, услышав девичий визг и увидев свою заикающуюся при нём одноклассницу в белье, которое было единственным во всём Париже и, к тому же, подаренное Леди Баг! Ошибки быть не может — это точно оно! Он узнает его из тысячи, нет — из миллиона, да хоть из миллиарда! Работая моделью, он хорошо научился определять вид тканей лишь на внешний вид, что уж говорить о самой их форме. А этот не исчезающий в его голове комплект, он сможет даже нарисовать, не обладая при этом даром рисования.       — П-п-поч-ч-чем-м-му? К-к-как? — запинаясь, подражая девушке напротив, спросил Адриан.       А в ответ… А в ответ ему в лоб прилетел башмак, ловко отправленный в полёт подругой Маринетт.       — Адриан Агрест! Сколько ты ещё собираешься пялиться на Маринетт, раскрыв рот?! Имей совесть, извинись и удались! Я была о тебе куда лучшего мнения, — разочарованно сказала Алья.       Но, видя, что и это не производит никакого эффекта, развернув юношу, вытолкнула его за дверь. До сих пор пребывая в шоке, за дверью парень не сдвинулся ни на миллиметр, пытаясь сопоставить открывшиеся ему знания. Прозрение и вера никак не хотели заселиться в светлой голове. В это время за дверью Сезер приводила в чувства новообразовавшуюся статую в виде Маринетт под названием «нежданчик».       — Маринетт! Марине-е-етт! Есть кто дома? Ты бы хоть прикрылась, — протягивая розово-лиловую футболку с божьей коровкой на правой ключице, предложила девушка с каштановым цветом волос. Тяжело вздохнув, она начала сама надевать футболку на подругу, приговаривая. — Ну, прости. Кто же знал, что в тот момент, как ты её снимешь, войдёт Адриан. И вообще, это женская душевая, чего он тут забыл?! И ты была права, комплект, ткань, форма очень и очень привлекательны и хороши. Нет, они шикарны! Тут я с тобой полностью согласна! Подумаешь, любимый увидел тебя в этом. Может хоть «это» подтолкнёт его к более активным действиям и он тебя заметит.       — Правда? — неуверенно спросила немного оттаявшая Маринетт.       — Кто знает? Чему быть, того не миновать. А теперь поспешим, а то на урок опоздаем, — переведя тему, Алья повела подругу обратно в класс, попутно резко открывая дверь.       Стоявший за дверью Адриан получил хорошее ускорение вперёд и стукнулся головою об находящуюся рядом лестницу. Неизвестно, что было сильнее — удар или потрясение от понимания того, что его одноклассница и Леди Баг одно и то же, но в итоге парень потерял сознание. Вскрикнувшая от этого события Маринетт, так же упала в обморок.       — Приплыли… — обречённо прокомментировала это Алья.