Проект "Пи...пидастр"

Монетка плавно перемещается по костяшкам туда-сюда. Хакён усмехается, разглядывая через щель в занавесе их сегодняшнюю публику. Арена густо устелена свежими опилками, среди которых резвятся дрессированные пудели, ловко выполняющие все команды Джехвана. Прожекторы высвечивают смеющиеся лица, восторженные взгляды совсем юных зрителей и вспоминающие каково это: быть детьми – маски взрослых. За спиной Хакёна Вонщик и Санхёк поправляют друг на друге клоунские костюмы, внося особый хаос в, и без того, растрепанные парики. Мимо прокатывается Чансоб на своем одноколесном велосипеде, клубком перемещаются Сонджэ и Ильхун, салютуя приподнятыми с помощью пальцев ног беретами. Хёншик старательно проверяет зажигательную смесь для своего трюка с огнём, пока Минхёк разрабатывает мышцы для жонглирования гирями. Хонбин в который раз расчесывает гриву своей скаковой лошади. Конферансье в лице Ынквана скучающе ковыряет грязь под ногтями – он свой текст наизусть знает, а номер с дрессированными собачками кончится только через десять минут. Хакён перекатывает монетку по костяшкам и считает присутствующих, не досчитываясь одного единственного иллюзиониста. Тэгуна нет ни в поле зрения, ни где-то дальше от. Хакён поджимает губы и убирает монетку в карман выглаженного полосатого пиджака. Оправляет манжеты рубашки и отправляется на поиски. Некомплект и без того не очень-то большой труппы перед последним выступлением в городе его не особо радует. Он обходит шатер их кочующего цирка, проходит между рядов трейлеров, довольно скучающе вглядываясь в темноту, едва подсвеченную тусклыми фонарями. Он, в принципе, знает, где искать их штатного фокусника. Тэгун находится аккурат там, где его и ожидал увидеть Хакён. Сидит на приступке тейлера – самого последнего, на окраине развернувшейся территории цирка – и смотрит в звездное небо. Здесь нет фонарей и даже света керосиновых ламп, поэтому небо видно особенно четко. Миллионы звезд, убаюканных бесконечным космосом, отражаются в глазах Тэгуна, даже не поворачивающегося на приближающиеся шаги. Поступь Хакёна Тэгун не спутает ни с какой другой. Впрочем, шаги каждого из труппы он узнает из миллиардов. Хакён снова вытаскивает из кармана монетку и подбрасывает ее в воздухе, усаживаясь рядом с Тэгуном. Он уже было собирается поймать подкинутый кусочек металла с одинаковой чеканкой с обеих сторон, но пальцы ухватываются только за вечерний прохладный воздух. Тэгун задумчиво вертит в руках монетку Хакёна, не переставая смотреть в звездное небо. «Скоро твой выход» Хакён запрокидывает голову, вглядываясь в россыпи звезд в поисках самой яркой. «Знаю» Тэгун почти не моргает, будто боясь пропустить в небе что-то очень важное, отчаянно нужное и спокойное. «Сегодня последнее выступление здесь» Монетка из рук Тэгуна испаряется, и Хакён чувствует в кармане привычную тяжесть круглого кусочка счастливого металла. «Сколько нам еще» Хакён достает из-за пазухи пиджака небольшой сосуд, в котором плещется светящаяся розовато-сиреневым светом жидкость. Бутылек полон на две трети. Тэгун бросает на него короткий взгляд и прикрывает глаза. «Много» Хакён убирает их общую драгоценность обратно во внутренний карман и поджимает губы. «Да» На небе вырисовывается мимолетный росчерк сгоревшей когда-то давно звезды, чей свет дошел до этого неба только сейчас. «Я больше не хочу забирать у них это» Тэгун тяжело вздыхает, поправляя длинные полы своего то ли пиджака, то ли плаща. «Никто из нас не хочет» Хакёк снова принимается вертеть монетку в пальцах, сосредотачиваясь на простых манипуляциях. «Нас ведь ждут» Тэгун отрывается от неба, пристально смотря на Хакёна. Монетка в руках у того едва не падает, но Хакён успевает ее поймать. Так всегда бывает, когда Тэгун заводит этот разговор. «Конечно» Хакён улыбается, веря самому себе, но точно зная, что он ни в чем не уверен. Возможно, все то, что они делают – уже за зря. Возможно, это их дом пронесся росчерком на звездном небе этой ночью. Но надеяться – последнее, что у них остается. Без надежды они никогда не свернут свой маленький бродячий цирк. Со стороны шатра слышится сменившаяся музыка, и Хакён поднимается, педантично поправляя пиджак. «Идем» Тэгун поднимается следом, последний раз кидая задумчивый взгляд на рассыпанные по небосводу звезды. Скоро его выход, а в конце представления, под крики «браво!» и «бис!», флакончик во внутреннем кармане пиджака Хакёна станет чуть-чуть полнее. С исчезающими монетками исчезнет и кое-что важное. Люди покинут большой шатер, заплатив свою цену за представление, а цирк начнет собираться, чтобы отправиться дальше. Все верят: однажды они дадут свое самое последнее представление и, наконец, смоют грим, отправляясь домой.