Невозможное возможно

      По тротуару вдоль дороги шёл смуглокожий юноша с короткими, непослушными тёмно-синими волосами. Он был невысокого роста, но в свои четырнадцать уже имел достаточно развитую мускулатуру. Многие девушки и омеги-парни, не только в его классе, но и по всей школе, были без ума от столь заметного альфы. Его глаза имели насыщенный и глубокий синий цвет и были похожи на два манящих сапфира. Тело, которым мог похвастаться ученик средней школы, каждый день ловило на себе множество различных взглядов. Поэтому его частенько видели в сопровождении новой пассии с внушительным размером груди, но долго в роли девушки никто из них не задерживался, на омег-парней же юноша зачастую не обращал внимания вообще, считая их не достойными его персоны.       Так бы случилось и в тот день, но вот к чему приводит чувство справедливости. Сыграв вместе со своими товарищами матч против команды, которая по началу подавала надежды на интересную игру, но, как и все предыдущие, была разгромлена с необычайно большим счетом для баскетбольного матча, юноша направлялся домой. Его настроение было ужасным. Если вдуматься, то после успешной игры должно быть радостное и легкое состояние, чувство эйфории, но нет, тяжелый форвард «Поколения чудес», Аоминэ Дайки, был опечален и зол тем, что никто не мог стать для него достойным противником, и это чувство росло прямо пропорционально развитию его способностей, которые начали раскрываться раньше остальных игроков его команды. Силы Аоминэ росли стремительно: он становился быстрее, выносливее, физически мощнее и агрессивнее в атаках. Тренер видел, что вскоре юноша сможет играть против других команд в одиночку и побеждать с разгромным счетом, но ничего предпринять не мог.       Темнело. Проходя мимо магазинчика книг, Аоминэ заметил парнишку, который в спешке что-то купил и ринулся на выход. Выбегая, тот чуть не сшиб Аоминэ с ног. Оглянувшись, но ни слова не сказав, он побежал по улице как раз в сторону дома бомбардира. Дайки, владея сильным чувством обоняния, смог уловить еле слышный, приглушенный таблетками, но различимый, клубничный запах паренька. Сомнений не было, тот был омегой, причем, у него была течка. Скорее всего первая, потому что он постоянно оглядывался и шарахался подальше от прохожих.       — Вот же идиот! И приспичило же такому хиляку выйти в таком положении на улицу, — пробормотал Аоминэ и пошел дальше, все еще ощущая нежный запах клубники, который шлейфом тянулся после паренька. Не придавая особого внимания своим действиям, бомбардир продолжил наблюдать за убегающим вдаль омегой. Вскоре перед его взором открылась следующая картина.       Вдруг из очередного поворота навстречу омеге вышли два парня. Оба были высокого роста, на одном были надеты кроссовки, темные шорты и футболка, которая так облепляла парня, что на накаченном торсе можно было отчетливо разглядеть кубики пресса. На другом были черные кожаные туфли, хорошо выглаженные, со стрелками, брюки и ослепительно белая рубашка. Не заметив появившегося препятствия, омега врезался в них и с грохотом рухнул за землю перед парнями.       — Опачки, что это у нас тут? — произнес один из парней, наклоняясь и разглядывая помеху. В нос ударил приглушенный запах течного омеги. Жадно вдыхая клубничный аромат, исходящий от упавшего, парень добавил. — Так он у нас омега, вот это фортель! — и повернувшись к своему другу, расплываясь в улыбке, шепнул. — Похоже вечер будет насыщенным. Развлечемся?       Омега сидел с широко выпученными глазами, на которые вот-вот нахлынули бы слезы. Он был испуган и замер от шока. Рассчитывая, что его выход из квартиры пройдет успешно, он никак не ожидал такого развития событий. Во-первых, он всегда считал, что судьба сыграла с ним злую шутку, относя его к омегам, а тут еще и течка, из-за которой от запаха альф у него срывало крышу, затуманивало рассудок, в груди все сжималось, а внизу живота теплело и ныло. Во-вторых, в этот день, выйдя на улицу, он стремился достичь двух целей: первая — сходить в аптеку за гормональными и подавителями запаха, которые не вовремя закончились; вторая — забежать в свой любимый книжный магазинчик и купить новый томик долгожданной манги.       Омега и опомниться не успел, как альфы зашли с боков от парня, схватили его под руки и потянули в переулок. Осознав свое положение и представив, что будет дальше, парень попытался вырваться, но все его попытки были тщетны. Сильные руки мощно держали его, а запах, исходящий от альф, щекотал нос. Паренек хотел что-то прокричать, но рука одного из парней закрыла ему рот. Получилось лишь неразборчивое мычание.       Аоминэ аж опешил от такой наглости и несправедливости по отношению к пареньку. Он быстро сообразил, что нужно делать. Хотя план у него был всегда один на все случаи жизни и назывался «Разберемся по ходу дела!». Он лихо сорвался с места и побежал к переулку. Расстояние, которое составляло не менее трехсот метров, парень преодолел за короткое время. Завернул за угол и, не задумываясь ни на секунду, направился к парням, которые уже успели прижать бедного омегу к стенке, стянуть с него футболку и облапать бедолагу с ног до головы. Альфы, почуяв нежданного гостя, не сразу обратили на него внимание, что было на руку синеволосому. Не проронив ни слова, Аоминэ с ходу зарядил ближайшему подонку основанием своей ладони, которая была направлена вверх, резко в нос, сломав его, и добавил коленом в живот, когда тот завыл от неожиданного первого удара. Второй отвлекся от омеги и, быстро сообразив, обхватил синеволосого со спины. В этот момент у Аоминэ на лице появилась ехидная улыбка, а глаза заблестели словно два драгоценных камня. Он вспомнил одну из сцен недавно просмотренного фильма-боевика и обрадовался, что ему так скоро выпала возможность опробовать комбинацию из него.       — СПНП! — проговаривал четко синеволосый, и произношение каждой буквы он сопровождал мощными и быстрыми ударами. Сначала он зарядил нападающему локтем в солнечное сплетение, затем с размаху наступил на подъем ноги, потом добавил локтем второй руки в нос и напоследок ударил кулаком в пах. Нападающий взвыл и скрючился в позе эмбриона на земле.       — Бежим! — крикнул он омеге, хватая того за руку, и, не останавливаясь, подобрал его вещи да пакет из магазина книг.       Они выбежали на людную улицу и понеслись прочь от ужасного переулка. Аоминэ решил, что омега был испуган, потому что тот даже не сопротивлялся своему спасителю. Остановились отдышаться лишь в тот момент, когда синеволосый почувствовал, что они удалились на безопасное расстояние от переулка и преследования нет. Он развернулся и собирался отчитать омегу за халатное поведение.       — При…, — только успел произнести Аоминэ, но договорить ему не дали теплые губы, которые жадно впились в губы синеволосого, вовлекая того в долгий жаркий поцелуй. Вдобавок в нос моментально ударил сильный запах клубники. Синеволосый прищурился, жадно вдохнул аромат омеги и распрощался с разумом…       Очнулся Аоминэ утром от надоедливого лучика света, который пробился сквозь шторы и светил прямо в глаза синеволосому. Он сел на кровати, оглянулся и понял, что находится в своей комнате.       — Что я здесь делаю, и что вчера произошло? — парень начал размышлять вслух, но бурчание живота заставило его на время отвлечься от воспоминаний.       Выйдя из комнаты, он отправился на кухню, чтобы разогреть себе что-нибудь на завтрак, выпить чашечку кофе и попытаться вспомнить вчерашние события. Заглянув в холодильник, Аоминэ ничуть не удивился — там было пусто, а на столе лежала записка, поверх нее деньги. Парень развернул неровно сложенный листочек бумаги и прочитал:

«Милый, прости, мы с отцом уезжаем на конференцию, поэтому не сможем прийти на твою игру. Думаю, что она пройдет отлично, ведь ты у нас очень способный мальчик. Когда вернемся — не знаю. Я позвонила Сацуки и попросила приглядеть за тобой. Не скучай! Целую!»

      Родители часто были в разъездах, поэтому за одним столом они встречались только в праздники. Хотя поначалу Аоминэ это жутко не нравилось, он в одиночестве бродил по пустой квартире, частенько спал в спальне родителей, радовался визитам своей подруги детства, но вскоре он привык и понял, что есть много плюсов: никто не указывает, нет правил, режима, ограничений и так далее.       Парень налил кофе и удобно уселся в кресле, расположенном в гостиной. «Я шел после игры домой, — вспоминал Аоминэ, — темнело… Помню паренька, вышедшего из книжного магазина, и двух наглых альф…, затем драку, и как мы убегали…, потом поцелуй…, а дальше? Что же было дальше? — синеволосый почесал затылок, допивая свой кофе. — Я впервые отдался полностью своим инстинктам альфы и не могу сказать, что рад этому, скорее это внушает страх и заставляет бояться самого себя, бояться скрытого во мне звериного инстинкта. Интересно, такое же чувство страха возникает у моих противников в баскетболе? Что-то я отвлекся, — поймал он себя на мысли. — Судя по бардаку в комнате и гостиной, я пришел домой не один, значит, этот парнишка был со мной. Чувствуя легкий, еле уловимый аромат клубники, я могу представить, что мы явно не книжки читали. Остается надеяться, что парнишка найдет меня, если вдруг было что-то серьезное, что я никак не могу вспомнить…»

***

Спустя год…

      Сацуки была дома у Аоминэ. Она что-то без умолку болтала и помогала прибраться в квартире по просьбе мамы Дайки, родители которого были вынуждены переехать в Америку из-за работы. Парень не позволял девушке подходить к плите, но от уборки никогда не отказывался. Вдруг, перебивая девушку, раздался звонок в дверь. Аоминэ лениво встал с кресла и побрел к входной двери. Он открыл её, но никого перед собой не увидел.       — Вот же ж засранцы! — пробормотал парень и, опуская глаза вниз, замер.       Перед дверьми, в шаге от синеволосого, стояла корзина. В ней лежало что-то, обернутое голубой тканью. К ручке корзины была прикреплена бантиком записка. Присев на корточки парень отвязал послание, развернул и принялся читать:

«Привет. Я очень благодарен тебе за то, что ты защитил меня от двух придурков-альф год назад, когда я по своей неосторожности вышел из дома. Судя по твоему состоянию, я был уверен, что ты даже не будешь меня искать, так оно и вышло. У нашей случайной встречи есть последствия и разбираться тебе с ними придется самому. Свой вклад в это я внес, но дальше у меня нет ни сил, ни возможности, ни желания возиться с этим. Меня искать сейчас можешь даже не пытаться, через два часа меня в городе не будет, и я больше никогда сюда не вернусь. Прощай…»

      — И что же мне теперь делать? — повис немой вопрос в глазах Аоминэ.