Скользящие

— Ну и что это было, а, — недовольно проворчал Гарри, — Гермиона?! Я же говорил, что это опасно. Министерство не просто так запретило подобные экспер… — Я не нуждаюсь в твоих лекциях, Гарри. Я прекрасно знаю причину запрета. К тому же, ничего страшного не случилось. Вообще ничего не случилось, — расстроенно отозвалась Гермиона, поднимаясь с пола, где только минуту назад вместе с друзьями корчилась от боли, возникшей в области пищевода. — А покалывание пройдет, это, вероятно, из-за попытки вытянуть нас из этого времени. Рон все ещё лежал на полу и постанывал, прижимая руки к своему животу. Его глаза были прикрыты, на лице отразилась боль, которую он испытывал. — Это хорошо, что ничего не произошло, а если бы наоборот? Где бы мы оказались? — продолжал причитать Мальчик-Который-Выжил в очередной раз. — В этом и есть вся прелесть экспериментов. Неизвестность — это так захватывающе! — Гермиона улыбнулась. — Где же твой энтузиазм, страсть к приключениям? — Мгновенное старение — это не то приключение, которого я жажду. Махнув рукой на ворчание друга, Гермиона помогла Рону подняться с пола. Парень выглядел довольно плохо, это заставило девушку занервничать. Ещё одна приятная, или неприятная, для кого — как, сторона опытов. Неизвестно, что с тобой будет. В данном случае, тело каждого человека реагирует на внешнее воздействие по разному. Всё-таки перевод внутренних часов, то есть перемещение во времени с помощью маховика, влияет на организм гораздо больше, чем аппарирование. — Как ты себя чувствуешь? — забеспокоившись, спросила Грейнджер, но Рон стог лишь отрицательно покачать головой и опустить её ещё ниже, лицо его позеленело, словно парня вот-вот вывернет наружу. — Ну вот, пожалуйста. Его надо в Св. Мунго. Твой эксперимент мог сильно навредить Рону. — Гарри быстро оказался с другой стороны от друга и подхватил его. На этот раз Гермиона спорить не стала, Гарри был прав. Рон мог серьезно пострадать из-за её несдержанной жажды что-то кому-то доказать. Конечно, Грейнджер в этом себе никогда не признается. Она не считает себя заносчивой и, как многие говорят, затычкой в любой бочке. Но сейчас это всё не имеет значения. Рон. Вот, что сейчас действительно важно. Путь до окружной больницы, именуемой в магическом мире как больница Святого Мунго, прошёл в тишине. Добирались они простым маггловским способом, на такси, так как любые перемещения сейчас Рон просто не перенесет. Когда друзья прибыли в больницу, их постигло большое удивление. Обычно запруженный людьми, суетливыми и шумными, первый этаж с регистрацией сейчас практически пустовал. Всего пара человек сидела на скамейках в ожидании, а холл и коридоры больницы были погружены в тишину. Глядя на эту пустоту возникало ощущение нереальности или произошедшего без ведома друзей апокалипсиса. Не бывает такого, чтобы в разгар дня больница пустовала. Гарри даже бросил неуместную шутку о воскрешении Снейпа. Кто, как не он, лучший зельевар Британии, мог бы снабдить всю страну лечебными зельями на любой вкус, тем самым лишив колдомедиков большей части работы. В скором времени их принял один из свободных колдомедиков. Осмотрев Рона, он пришел к выводу о неудачной аппарации, хотя явных следов расщепления не наблюдались. Однако, последствия бывают разными. Врач предложил Рону остаться на пару дней под наблюдением специалистов, пока его самочувствие не улучшится. Так и решили. Проследив за тем, как Рона поместили в одну из многочисленных свободных палат, Гарри и Гермиона вернулись к посту регистрации, чтобы пройти обязательную процедуру заполнения каких-то бланков. Туда же подошел и врач, чтобы помочь. — Я думаю, всего пара дней и ваш друг полностью поправится, — весело сказал мужчина, забирал бланк из рук Гарри и принялся заполнять его лично. — Так, имя вашего друга, год рождения и адрес проживания? — Рональд Билиус Уизли, 1 марта 1980 года… — Гермиона запнулась. Никогда раньше в Мунго не спрашивали адрес. Да и во всей магической Британии никогда, ни один маг не интересовался домашней пропиской, как магглы. — Домашний адрес, сэр? Но, кажется, колдомедик и сам был чем-то сильно озадачен. Он перестал писать, застыл как изваяние, а его глаза расширились, словно он увидел самого мерзкого соплихвоста из всех существующих. Гарри и Гермиона, заметив такую реакцию, не менее удивленно и настороженно переглянулись. В больнице по-прежнему было тихо. — Простите… не могли бы вы повторить имя вашего друга? — наконец сказал мужчина, хотя его голос заметно дрожал. — Рон Уизли, — повторил Гарри, не отводя своих зелёных глаз от мужчины. Тот быстро записал имя и дату рождения по памяти, а затем резко обернулся к ребятам, с каким-то испугом пробежав взглядом по их лицам. Мелкая дрожь прошлась по телу медика, а на висках выступили капельки пота. Колдомедик начал слегка шевелить губами, желая что-то сказать, но вот голос его явно не слушался. — Может, лучше, если наш друг будет лечится дома? — осторожно спросила Гермиона. На это медик быстро замотал головой и, сглотнув ком в горле, всё-таки заговорил вновь. — Нет, нет, всё… ему будет лучше тут, под присмотром специалистов, — сделав глубокий вдох, а потом выдох, мужчина наконец-таки взял себя в руки и продолжил. — Вы можете ни о чём не волноваться. Пара дней. Мы присмотрим за… мистером Уизли. Напряженное молчание вновь повисло между тремя магами. Двух внимательных взглядов медик всё же не выдержал и, поспешно собрав бланки, направился вглубь больницы. Гарри и Гермиона поспешили покинуть помещение больницы, преследуемые двумя настороженными взглядами всё тех же посетителей. Небо Лондона встретило их хмурой композицией черных и тяжелый облаков, грозящих вот-вот обрушить на головы жителям ливень. Ребята остановились под козырьком больницы, по-прежнему озадаченные поведением медика. Что-то странное и тревожное почувствовал Гарри, когда в тишине больничной регистратуры прозвучало имя Рона. — Странно всё это, — пробубнил он, вглядываясь в мрачные облака. — Такая реакция на одно лишь имя… Нам стоит заглянуть в Нору, чтобы предупредить миссис Уизли. Возможно, она даже заберет его домой. Гермиона молча согласилась с другом, веди виновата в недомогании Рона была именно она. Встреча с Молли Уизли и выслушивание её тирад было неизбежно. Здоровье Рона важнее теплых отношений с Молли и репутации умнейшей волшебницы за последние 20 лет. Взявшись за руки, друзья аппарировали в Нору. Неприятный вихрь в области живота, рывок и вот перед глазами привычные болотистые заросли, трава ростом с человека и тишина природы. Правда, небо, как и в Лондоне, было неприветливым и пасмурным, по-прежнему грозя проливным дождем. Сколько бы раз Гермиона не навещала Уизли, над их домом всегда светило яркое солнце. Словно эта семья целованная им, впрочем, про рыжих всегда так говорят. Отыскав друг друга в зарослях, друзья направились в сторону дома, предвкушая радостный крик миссис Уизли и других членов семьи заодно. Однако, выйдя из зарослей, друзья остановились и с изумлением уставились на дом. Вернее на то, что от него осталось. — Что за… — буркнул Гарри. Нора — это трехэтажный дом причудливого вида. Внешне всего три этажа, но внутри настоящее лабиринт из комнат и лестниц. Теперь же от этого светлого и просторного дома остались обломки и чудом сохранившейся первый этаж. Вокруг дома земля была черного цвета, словно выжженная, а по всей поляне разбросаны вещи и обломки верхних этажей. Поддавшись порыву, Гарри кинулся к остаткам дома, отчаянно окликивая Джинни и остальных, но никто не ответил на его зов. Гермиона же обошла дом вокруг, пытаясь высмотреть что-нибудь в потемневших окнах или услышать хоть малейшие шорохи, но и её ждала неудача. Встретившись с Гарри у сильно покосившегося входа, она обеспокоенно взглянула на друга. — Что могло произойти? Мы же буквально недавно… — Надо осмотреть уцелевшие комнаты, вдруг кто-то из Уизли жив и нуждается в помощи, — перебил её герой войны и решительно шагнул внутрь, Гермиона зажгла на конце палочки люмос и последовала за ним.