Дополнение к фанфику. Некий спешел, рожденный благодаря Чикусе и в большей степени именно для нее =)
31 августа 2011 г., 14:20
On waves of the past
Помнится в детстве, когда я ничего не смыслила в магии и была обычным, беззаботным ребенком, мне всегда казалось, что все так и должно быть – леса, поля, речка и небольшой домик, в котором живу я и женщина, ставшая мне матерью. Но знаете, детство проходит… Сейчас, оглядываясь назад, я с уверенностью могу сказать, что детство – лучшая пора моей жизни. В остальном же я не пожелала бы такого и врагу. Вечные скитания и поиски чего-то, что помогло бы Клепсидре стать еще сильнее, еще увереннее в своем могуществе… Мы переезжали с места на место, у нас не было собственной крыши над головой и еды, на которую мы заработали, тоже не было, потому как нам приходилось красть ее. Вместо мягких кроватей у нас были два побитых молью меховых покрывала и зимние плащи, используемые нами вместо одеяла. Зимой, если хватало украденных денег, мы гостили в тавернах, порой даже умудряясь не расплачиваться. Признаться, поначалу мне казалось, что о лучшей судьбе и мечтать нельзя, но вскоре вся романтика испарилась, я начала уставать, мне нужен был дом и семья, я захотела стабильности… Впрочем, и это скоро прошло, а я вновь стала послушной помощницей, всюду таскающейся за Великой и помогающей ей во всем и всегда. По правде, я и забыла, что когда-то было иначе… И даже не думала, что у меня могло быть как-то по другому. Клепсидра – моя мать, была со мной, она заботилась обо мне и любила так, как не любил больше никто на земле… Она видела во мне меня, принимала такой, не лелея надежд на светлый образ… Мой мир – маленький и хрупкий был построен на нас двоих, в нем больше не было никого, и я была довольна этим. Я была благодарна тому, что у меня есть человек, которому я верна, которого ни за что и никогда не предам, и я была уверенна во взаимности этих чувств. Но, знаете, нет ничего вечного, правда? Однажды ее не стало, впрочем, не стало и меня… Я отчетливо помню, как я кричала, увидев бездыханное тело матери и как потом почувствовала всепоглощающую боль перемалываемых в пыль костей… Меня – живую, дышущую, существующую, вмяли в дорогу, мало волнуясь о том, насколько это больно – когда твою плоть перекручивают, словно на мясорубке. Умерев насильственной смертью, я не смогла отправиться ни в Чистилище за Великой, ни в Ад, где, я уверена, мне и по сей час уготовано местечко. Оставшись в этом мире, я была обречена на вечные страдания и одиночество… Мой самый любимый, родной человек умер на моих глазах, и я не смогла ничего с этим поделать. Может быть, мы обе заслужили подобной кары, но одно дело понимать это умом, а другое – принимать, свыкнувшись с мыслью. Говорят, время лечит, но это не так… Время не может лечить – оно не волшебник. Просто с этим самым временем появляются другие заботы, отличные от былых мыслей, но боль остается той же, она никуда не уходит… Поэтому, просыпаясь каждое утро бестелесным духом, первым, о чем я вспоминала, так это о том, что матери больше нет и что я вынуждена теперь быть никем – неосязаемой, невидимой, аморфной тучкой… Так прошли сотни лет и, если честно, я готова была на стену лезть, лишь бы исчезнуть… А затем… Решение пришло само – я увидела ее и все поняла… На самом деле, сначала я увидела ее сестру Эмри – девочка была шустрой и бойкой, и я, привлеченная ее духом, хотела слиться со старшей близняшкой, но… Взгляд… Пустой взгляд красивых ультрамариновых глаз заставил меня остановится и передумать. Уже тогда Аэмилия была другой… Она одиноко сидела на качелях. Ветер трепал ее черные, прямые волосы с ровной длинной челкой. Мимо бегали мальчишки, играющие в солдатиков, неподалеку в дочки-матери играли девчушки, и лишь она одна неподвижно сидела, глядя, как мне тогда показалось, прямо в мои глаза. «Кукла!», — дразнили ее девчонки. «Зомби!», — кричали мальчишки. А ей было все равно… Она словно не слышала их, погруженная в свои мысли… — Эми… — прошептала я, подойдя к ней и положив ладонь на ее плечо. Она неожиданно дрогнула и, внимательно посмотрев именно на меня, спросила: — Я вас знаю? Мое сердце пропустило пару ударов… И я поняла, что больше не буду одна… Что отныне будет кто-то, кто услышит меня, поговорит со мной… — Нет, — мотнула головой я. – Но позволь мне… быть твоим другом? Ты разрешишь мне… стать частью тебя? – я не знаю, почему решила тогда спросить ее разрешения. Необычная девочка с необыкновенным именем Аэмилия, обладающая даром видеть призраков, держащаяся особняком от толпы почудилась мне такой взрослой, что я не смогла по-иному. Помню, тогда Эмили сказала одну вещь, поразившую меня больше других: — Только, пожалуйста, не бросай меня, хорошо?... Моя мама… Она покинула меня и Эмри… Ты не покинешь меня? Боже, я даже расплакалась тогда… Живая, человеческая душа, первая, с кем я говорила за столькие годы. Оказалась такой близкой мне… такой… родной? — Нет, обещаю, что не брошу… никогда… Она улыбнулась. — Тогда я разрешаю тебе стать моим другом и моей частью… С тех пор я никогда не покидала ее… И только с ее позволения я взяла контроль над телом, почувствовав всплеск магии. Эмили, зная мою историю, сказала, что нет ничего важнее, чем спасти от вечных мучений любимого человека… Эми всегда была доброй и понимающей, хотя многие считали ее холодной и черствой… Жаль ли нам было тех наследников вейл? Нет, нисколько… Я желала отомстить за каждый проведенный в одиночестве год… Аэмилия же не имела ничего против. Но у нас ничего не вышло… Сестра! Родная сестра пожертвовала ею ради чужих, посторонних людей… Я была изумлена, когда тело Эми поразило смертельным заклинанием, выпущенным из волшебной палочки Эмри… Я вновь лишилась тела… Впрочем, так как наши с Эмили души сплелись воедино, нам удалось избежать заточения… И я сдержала обещание… Я никогда не брошу и не предам ее, как Эмри… Она никогда не будет одинока… А вместе с ней одинокой не буду и я… Впереди новые сотни и десятки сотен лет, но теперь мне не так страшно… Аэмилия – странная одинокая девочка, видящая неуспокоенных призраков, стала моей вечной спутницей… И я благодарна ей за это… Искренне… Навсегда…
